Помоги проекту - поделись книгой:
— Поговори с ним, — уклончиво ответила Ясена. — Но больше никому ни слова! Особенно комиссару Полуянову. Обещаешь?
Ивор внимательно посмотрел на мать, и в сорок два года не потерявшую своей привлекательности и красоты.
— Ты от меня что-то скрываешь. Ты знала, что отец ушел в Ствол?
Ясена выдержала взгляд сына.
— Знала, но тебе знать об этом было рано. Разберемся с этим странным посланием негуманов — поговорим.
— Но почему нельзя об отце говорить с дядей Федором? Он же комиссар безопасности и друг отца.
— Есть хорошая пословица на этот счет: никогда не судите о человеке по его друзьям, у Иуды они были безупречны[5]. А теперь займись своими делами, мальчик, мне пора провожать подруг.
Ивор поцеловал мать, спустился в гостиную, попрощался с подругами мамы, проводившими его шутками и любопытными взглядами, и снова вызвал такси. Он решил не откладывать дела в долгий ящик и сразу поговорить с бывшим комиссаром земной СБ Игнатом Ромашиным.
Мастерская художника и скульптора Ромашина Ивора не поразила. Она состояла всего из двух помещений: компьютерного вириала с видеозоной и виртуальным программатором и собственно скульптурной студии, где видеозарисовки обретали плоть, объем и жизнь. Ивору уже приходилось бывать в подобных мастерских, принадлежавших друзьям или творческим организациям, и ничего нового он увидеть не ждал. Но все же кое-что интересное ему показали.
Игнат Ромашин вышел к гостю сам, седой, темнолицый, худой, костистый, погруженный в свои мысли. Ивор смутился, не зная, как представиться и сообщить, что, собственно, привело его к бывшему комиссару. Но хозяин мастерской просто подал ему руку, сделал приглашающий жест и провел Жданова в свои апартаменты.
— Подожди здесь, — сказал он негромко, — я сейчас освобожусь.
Он вышел, а Ивор от нечего делать стал разглядывать выставленные в зале скульптуры, торсы, головы, принадлежащие в основном животным, а также существам, которых Жданов в большинстве своем никогда не видел. Однако встречались и знакомые фигуры, застывшие в пластолите или туг-бетоне, а иногда — в граните или известняке. Так, среди изваяний Ивор с удивлением увидел знакомую по квистории черепаху с усами — герплекса, представлявшего собой киборга-разведчика неких разумных существ. Десятки подобных «черепах» были запущены в Ствол кем-то из Игроков. А чуть дальше возвышалась жуткая шестиметровая фигура со змеиной головой, доставая макушкой потолок. Это был знаменитый пандав — обезьянозмей «хирургов», мощный киборг, способный самостоятельно передвигаться по «струне» через космическое пространство.
Находилась в этой компании и скульптура «хронорыцаря» — гиганта в фиолетовой чешуе с одним горизонтальным щелевидным светящимся глазом, сидящего на «кентавре», торс которого заменял острый голубовато-льдистый рог.
Но все же большинство изваяний коллекции Ивору было незнакомо. Он остановился напротив метровой высоты двояковыпуклой линзы с коричневой морщинистой шкурой, из которой вырастали два желтоватых стебля, увенчанных пластинчатыми шляпками. Эти стебли со шляпками сильно смахивали на гигантские грибы — бледные поганки.
— Это матка мицелия, — раздался сзади голос Ромашина. — Форма разумной жизни типа «грибница». Ее обнаружила наша Даль-разведка на одной из планет шарового скопления в Волопасе.
— Мы такую не изучали, — пробормотал Ивор.
— Как ни странно, наши мицеллиты не участвовали в прошлой Игре, хотя засылали своих наблюдателей, а вот их кванки стали «правой рукой» Игрока. Я имею в виду «хронохирургов». Но давай о деле, у меня не так уж и много свободного времени. Пошли в мой кабинет.
Ромашин повел гостя на второй этаж строения, и они расположились в креслах уютного рабочего модуля, стены которого походили на светящиеся изнутри пчелиные соты.
— Слушаю тебя, — посмотрел на Жданова серыми проницательными глазами бывший комиссар.
— Понимаете, я попал в необычное положение, — начал Ивор стесненно, — и мама посоветовала обратиться к вам.
— Продолжай.
Глаза Ромашина вспыхнули и погасли, а Ивор вдруг почувствовал облегчение и уверенность, волнение его улеглось.
— Я с друзьями отдыхал в Мексике, — продолжал он смелей, — и случайно оказался недалеко от места падения негуманского космолета. Вы, наверное, слышали об этом?
Взгляд Ромашина изменился, стал острым и сосредоточенным. Он наклонился вперед.
— Ты был там во время падения?
— Мало того, я контактировал с живым негуманом. — Ивор коротко рассказал скульптору о разговоре с обитателем гигантской «колючки» и о встрече с Полуяновым и добавил: — Из всего этого я понял только одно: отец в опасности! Комиссар не стал мне ничего объяснять, а мама знает лишь о походе отца в Ствол. Может быть, вы знаете о цели этого похода и почему он так засекречен?
Ромашин помял пальцами подбородок, склонив голову набок и о чем-то размышляя, потом стремительно вышел из кабинета. Ивор удивленно посмотрел ему вслед, не зная, как реагировать на уход хозяина, но тот вернулся буквально через полминуты и не один. За ним вошел такой же высокий человек в серебристо-сером унике, и ошеломленный Ивор перевел взгляд с его лица на лицо Ромашина и обратно: они были похожи, как братья! Вернее, у обоих было одно и то же лицо! Только прически были разными да волосы второго гостя казались темнее и не столь седыми.
— Знакомьтесь, — сказал Ромашин-первый, — Ивор Жданов, сын Павла и Ясены. Ивор, это Игнат Ромашин.
— Но вы… — Ивор пожал сухую сильную руку гостя. — Вы так…
— Я кванк Ромашина, — улыбнулся Ромашин-второй. — Или он — мой. Смотря с какой стороны посмотреть. Гощу вот у него второй день, разбираюсь с кое-какими проблемами.
— Садитесь, — сказал Ромашин-первый, выращивая еще одно кресло, — поговорим без спешки.
— А как вы попали к нам? — наивно поинтересовался возбужденный Ивор. — Разве Ствол открылся? Он же был заблокирован.
— Ствол заблокирован, однако кое-какие его хронолифты работают. Ты квистор и изучал историю создания хронобура, поэтому мне не придется начинать с общеизвестных истин[6]. После того как Игра была остановлена, Ствол не исчез, продолжая соединять все Земли в мирах разных Ветвей, но все его выходы были перекрыты судебными исполнителями каждой Ветви.
— Нам это говорили.
— Теперь ты услышишь то, чего вам не говорили. Ствол не только не исчез, но стал
— Стас! — вырвалось у Ивора.
Ромашины переглянулись, с одинаковыми усмешками посмотрели на порозовевшего молодого человека.
— Правильно мыслишь, — сказал Ромашин-первый.
— Именно Стас, инк Ствола, — кивнул Ромашин-второй. — Он-то и регулирует теперь жизнь в этой необычной Ветви, создавая локальные объемы бытия и свои хронолифты, недоступные влиянию извне.
— Но как же вам удалось проникнуть внутрь Ствола, если он заблокирован, а хронолинии подчиняются только Стасу?
— Удалось, — снова усмехнулся Ромашин-два. — Это длинная история. Главное, что мы имеем возможность посещать через Ствол соседние Ветви. Я, твой отец и кое-кто еще.
— Кажется, я понимаю. Все вы в прошлой Игре вместе со Стасом играли на одной стороне…
— И он остался нашим другом. Правильно мыслишь, квистор. Однако давай-ка вернемся к твоей встрече с Полуяновым. Почему он вдруг заговорил о пси-сканировании?
— Меня это тоже удивило. Ведь я сказал ему все, что знал… — Ивор прикусил язык, вспомнив, что не сообщил Полуянову некоторые подробности контакта с негуманом. Виновато обвел глазами внимательные лица собеседников. — Извините, я кажется… солгал. Негуман произнес странную фразу… будто отца можно найти по запаху, но об этом я Полуянову не сказал.
Ромашины обменялись быстрыми взглядами.
— Ты правильно понял посланника? Он так и сказал: «по запаху»?
Ивор пожал плечами.
— Контакт был практически селективным, я слышал мысли негумана почти как звуковую речь. Он так и сказал: «Можно найти отца по запаху». Если предполагать, что… — Ивор застыл с открытым ртом, прошептал: — Кажется, я понял…
Ромашины не шевельнулись, и он продолжал:
— Негуман имел в виду «запах» мысли, «запах» личности! Ведь сам он нашел меня именно таким образом, посетив множество Земель в других Ветвях.
Ромашин-второй почесал затылок, прищурился.
— Ей-богу, общение с этим юношей доставляет мне удовольствие. Можно говорить, что я не зря посетил вашу Землю.
— Он сын своего отца, — усмехнулся Ромашин-первый. — А Жданов, как говорится, и в Африке — Жданов.
— Жаль, что в нашем мире у нашего Жданова нет такого сына.
— Потому что такая жена, как у нашего Жданова, — единственная на все Ветви.
— Ты прав, скульптор. Давай теперь займемся развитием идеи этого парня — как найти его отца в Мультиверсуме по «запаху» личности.
— Где-где? — встрепенулся Ивор. — В Мультиверсуме?
— Так у нас называют Большую Вселенную, состоящую из бессчетного количества пузырей-Метавселенных, которые, в свою очередь, образуют «кусты», или Фракталы Времен. Но об этом мы еще поговорим.
Ромашин-второй встал.
— Спасибо за информацию, Ивор Жданов. Сдается мне, мы увидимся в скором времени.
— Но вы не сказали, куда и зачем ушел мой отец!
Ромашин-второй посмотрел на первого.
— Дашь ему пакет? По-моему, он надежен и умеет держать язык за зубами.
— Дам, — пообещал скульптор.
Ромашин-второй похлопал Ивора по плечу, пожал руку хозяину кабинета.
— Найди по своему Полуянову все, что сможешь, нам нужен полный интенсионал. Я свяжусь с тобой сам.
Открылась и закрылась дверь кабинета. Ивор и Ромашин-первый остались одни, глядя на дверь. Затем Ивор сказал:
— Он действительно попытается найти моего отца?
— В принципе он ищет своего Жданова, а не твоего отца, но судьба Ждановых соединяет их всех. Найдется один — отыщутся и остальные. Однако мой кванк — человек решительный, если сказал — сделает. В своей Ветви он так и остался комиссаром, не то что я здесь.
Ивор прищурился.
— Мне почему-то кажется, что вы и у нас здесь занимаетесь не только свободным творчеством. Мой отец говорил о секторе контрразведки в УАСС. Вы случайно не возглавляете его?
Ромашин добродушно рассмеялся.
— Расколол старика, ясновидец. И хотя сектор контрразведки я не возглавляю, но имею к нему кое-какое отношение.
Помолчали.
— Все равно не понимаю, зачем вашему кванку понадобилось решать наши проблемы. Своих не хватает?
— Ну, проблем и у них полон рот: хронозеркала, таинственный Наблюдатель, «мячи дьявола», гасящие звезды, «спящие джинны» — роботы негуманов, способные изменять реальность… И Жданов у них свой имеется. Но, во-первых, он тоже пропал, как и твой отец, а во-вторых, их проблемы тесно увязаны с нашими.
— Это как?
Ромашин пожевал губами, с некоторым сомнением глядя на гостя, пощипал подбородок.
— Пожалуй, я дам тебе почитать докладную записку аналитиков безопасности, подготовленную для ВКС. Ты все поймешь.
— Может быть, хотя бы намекнете, что происходит?
— Можно и намекнуть. Вкратце происходит следующее. Ты не интересовался статистикой некоторых отрицательных явлений в масштабах Земли?
— Нет, — озадаченно покачал головой Ивор. — Не приходило в голову.
— А зря. Иначе бы ты заметил некие негативные тенденции. За последние двадцать лет в нашей Ветви произошли изменения некоторых физических констант, повлекшие за собой, в свою очередь, изменения физических и психических кондиций человечества.
— О каких константах идет речь?
— В первую очередь изменилась масса электрона — увеличилась, хотя и незначительно, на три десятых процента. Плюс к этому — увеличилась эф-константа вакуума, отвечающая за его осцилляции: их амплитуда возросла, а частота снизилась, что, в свою очередь, отразилось на самочувствии всех существ, населяющих нашу Ветвь. К примеру, люди стали чаще страдать психическими заболеваниями и умирать от кровоизлияний в мозг, и тенденция эта продолжает развиваться.
— Может быть, изменения констант здесь ни при чем?
— Нам тоже хотелось так думать, но эксперты догадались провести закрытое исследование ситуации с увеличением смертности и нашли его причину. Виноваты именно те процессы, о которых я говорил.
— Но каким же образом экспертам удалось измерить увеличение массы электрона? Ведь это произошло сразу во всем объеме нашего метагалактического домена? Изменились параметры не только измеряемых объектов, но и самих инструментов.
— Молодец, квистор, тебя не напрасно учили премудростям квантовой физики и истории. Мы сами не сразу определили бы сдвиг констант, если бы нам не помогли коллеги из соседней Ветви, предоставив независимую — от наших местных условий — аппаратуру. Раскачка вакуума имеет место, и это означает…
— Что начавшаяся Игра отражается и на нашей Ветви!
— Совершенно верно. Вот для нейтрализации этого воздействия мы и направили группу во главе с твоим отцом в нижние Ветви.
— Вы отправляли?
— Нет, конечно, командовал всем процессом подготовки и запуска Федор Полуянов.
— Почему же он так странно прореагировал на появление посланника отца?
— Разберемся. О нашем разговоре — никому ни слова.
— Даже маме?
— Мама работает вместе со мной, ей можно. — Ромашин улыбнулся, заметив прыгнувшие вверх брови собеседника. — Она из тех редких женщин, которые способны коня на скаку остановить, в горящую избу войти, постоять за себя и хранить тайны. С комиссаром постарайся не откровенничать или не встречаться вовсе. Этот человек явно что-то скрывает от нас всех, необходимо узнать — что именно и по какой причине.
— Я знаю его плохо.
— Возможно, мы тоже знаем его недостаточно. В прошлой Игре он играл вместе с нами… — Ромашин оборвал себя, встал. — Будь внимателен, квистор. Заметишь что-нибудь необычное, постарайся сообщить.
Поделиться книгой: