Безжалостный

— Ты к нему несправедлив!

— Возможно, — не стал спорить граф. Он прекрасно знал характер сына и не хотел начинать ненужный конфликт. — Но ты же понимаешь, что он пошел на уступки с одной единственной целью — получить руку твоей сестры. Заодно кружит голову Аэлле, своими письмами и подарками. Даже тебя сделал курьером. Не смотри на меня с таким удивлением! Да, я все знаю! Тоже мне, развели тайны. Жаль, что Аэлла влюбилась, словно кошка. Но Марк Ортис другой и делает это, потому что видит в возможном браке свою прямую выгоду.

— Разве это плохо? — удивился Гней. — Можно подумать, я люблю малышку Лидию? Нашей помолвке и будущей свадьбе это ничуть не мешает.

— Но ты и не пытаешься разыгрывать с дочерью баронессы Оделии пламенную любовь.

— Но подарки отправляю, как и письма, — парировал Гней, пожав плечами. Причину недовольства отца он не понимал. — Может это и договорной брак, но хорошие отношения с будущей женой еще никому не вредили. Я знаю, что Марк не любит Аэллу. По-моему, он вообще неспособен кого-то любить. Это сестричка сохнет по нему словно увядающая роза. И что с того? Скажи, разве он плохой вариант?

Граф Корвус поморщился. Сын был совершенно прав. А его антипатия к Марку Ортису де Фобос строилась больше на каком-то подсознательном ощущении, нехорошем предчувствии. Но своим ощущениям граф привык доверять.

— Теперь мы графский дом и можно найти вариант куда лучше.

— Не мне тебе напоминать, благодаря кому мы стали графским домом, — заметил Гней. — Марк не стал претендовать на Игнис, а у него прав на главенство в доме Орка даже больше чем у Аэллы.

— Это говорит о его уме.

— Так не лучше ли нам отдать за него Аэллу и получить на свою сторону умного союзника? Чем мешать, и заиметь такого же умного врага?

— Я подумаю над этим, — граф Корвус сделал вид, что уступает аргументам сына, и поспешил вложить в его голову нужные мысли: — Все будет зависеть от помощи, которую дом Фобос готов оказать нам в войне с домом Шверт.

Глава 5 Дремлющий лев

Все мы считаем себя бесценными, но каждый знает свою реальную цену.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

75 день 566 года Потери Терры.

В каюте стоял устойчивый запах перегара и давно не знавшего душа или очистителя тела. Марк даже поначалу подумал, что система кондиционирования испортилась. А потом понял, что она просто не справляется.

Маневрируя между осколками бутылок и мусором неизвестного происхождения, он подошел к спальной платформе, застеленной на удивление чистым бельем и посмотрел на сладко посапывающего на ней человека.

За прошедшее с момента штурма станции «Арбовитэ» время, Николай Северов разительно изменился. Со смертью Джодока Дойла из него словно убрали стержень, благодаря которому бывший президент «Глоком» — одной из крупнейших вещательных корпорации Галактической Паутины, раньше хоть как-то держался.

Исчез тот огонь дикой, всепоглощающей ненависти, что заставлял его действовать. Двигаться вперед, наплевав на последствия. И оказалось, что только этот огонь заставляет этого странного человека жить. Все, чем Северов занимался с тех пор — беспробудно пил в предоставленных ему апартаментах в крепости дома Фобос. И сейчас являл собой наглядное доказательства вреда излишнего злоупотребления спиртного. Марк никогда бы не поверил, что за несколько месяцев человек может так разительно измениться. Крепкий мужчина средних лет исчез, на его месте появился обрюзгший, лысеющий старик, с нездоровой кожей и тройным подбородком.

Поначалу оставшиеся сотрудники «Глоком» — «личная гвардия» ушедшая вместе с Северовым в изгнание, пытались хоть как-то привести своего босса в чувство. А потом плюнули и по всем вопросом стали обращаться к Марку.

На остатки флота корпорации, один тяжелый крейсер и несколько кораблей помельче, Марк не покушался, даже снабжал их, как свои собственные, не требуя никакой платы. А вот людей понемногу сманивал. Да и те, кто пока еще остался с Северовым, фактически служат дому Фобос. Да, Северов привел с собой самых верных, преданных. Но чтобы заручиться их преданностью, он привез и их семьи.

И все эти семьи сейчас либо на Ромуле, обживаются в подземных городах, либо в орбитальной крепости дома Фобос с ее развитой гражданской инфраструктурой, приспособленной для размещения многочисленного персонала куда лучше вечно страдающих от недостатка кубометража кораблей.

А люди не дураки. Видят, что к чему. Глава устранился от дел и беспробудно пьет, и их дальнейшая судьба полностью в руках «туземного царька».

Оглядев комнату, Марк отыскал на прикроватном столике одну из початых бутылок вина. Открыл ее. Поднес к носу. В ноздри шибануло крепким запахом винного спирта.

Сделав глоток, Марк покатал напиток на языке, оценивая вкус. Признал его годным и проглотил. Встав над Северовым, он занес бутылку над его головой и начал выливать ее содержимое прямо на главу Глобальных Коммуникаций.

Поначалу ничего не происходило — на винный «душ» Северов не реагировал. Но затем рубиновая жидкость попала в нос.

— А-а-а! Чтоб вас всех! Нужник языком драить будите! Уволю, шлюхины дети!

— Моя мама была достойной женщиной, — сказал Марк, но поливать голову Северова перестал.

Дважды спорное утверждение. Во-первых, баронесса Изабелла Ортис де Фобос была той еще властолюбивой стервой, видимо причастной к гибели мужа. Во-вторых, настоящей матерью Марка было чрево биореактора на секретной станции корпорации «Арбовитэ». Было еще и в третьих, Изабелла де Фобос погибла от его руки, когда возглавляемый Патриком Лэйном абордажный отряд «Арбовитэ» штурмом взял поместье, в котором баронесса имела ошибку остановиться на отдых.

— Марк? Ты что ли? — Вытерев лицо о подушку, Северов сел, обхватив руками гудящую голову. — Твоя мама — биологический реактор, — раздраженно бросил он, шаря взглядом по каюте. — А папа — украденный у Марка Ортиса генетический материал. И только из сострадания, я не скажу какой именно.

— Спасибо что напомнил.

Обнаружив в руках Марка бутылку, бывший глава «Глоком» тут же ее отобрал, влил остатки содержимого в себя и довольно крякнул.

— Живем! — мутные заплывшие глаза вновь сфокусировались на фигуре Марка. — И какого ты приперся?

— Принес тебе свежие новости и поздравления.

— Поздравления на какую тему, — не понял Северов.

Оглядев покои, Марк отыскал управляющую консоль голоэкрана, похожую на приделанную к стене длинную и плоскую пластину.

— Смотри сам.

Активировав консоль, он вывел на развернувшийся голоэкран ленту «свежих» новостей. Выбрал самую красочную страницу, где было представлено трехмерное видео орбитальной бомбардировки. Смоделированное, естественно. Реальная съемка по вполне объективным причинам была невозможна. Развернул статью и видео во весь экран, чтобы большой заголовок сразу бросался в глаза.

Кадры, построенные на манер прямого репортажа, пробирали до самых печенок. Марк даже слегка приглушил звук, слишком эмоциональным был диктор.

— Сдается мне, это не тизер очередного боевичка, — пробормотал Северов, с изумлением взирая на экран расширившимися глазами. — Вот идиоты! Всегда знал, что человеческая глупость бесконечна, словно вселенная. — Потрясение от произошедшего тому причиной или что-то еще, но его потянуло пофилософствовать. — То есть в теории, она конечна, но на практике — где он этот конец?

— В данный момент меня беспокоит не человечество, на которое мне наплевать. А один конкретный человек — ты.

— С чего такая забота, семьдесят седьмой? — скривился Северов. Отыскав на одном из кресел смятый в «гармошку» верх рабочего скафа, он небрежно накинул его на плечи. — Думаешь, я не знаю, что ты планировал меня убрать сразу после Дойла? Планировал, планировал! Не строй такое удивленное лицо. Нет, я не обижаюсь, — он небрежно махнул рукой. — Такой ход логичен — я последний, кто знает твою маленькую тайну. Но я ни за что не поверю, что в тебе проснулось совесть, а тем более жалость. Ты безжалостный сукин сын. И это комплимент!

— Зря ерничаешь. — Северов знал много тайн, но насчет семьдесят седьмого — ошибался. Настоящий клон под номером ноль семьдесят семь вернулся туда, откуда вышел — в биореактор. — Мне всегда жалко особо ценные ресурсы, в том числе и людские.

Северов хохотнул.

— Вот это похоже на Марка Ортиса. Рациональность, возведенная в абсолют! Кое-кто считает ее одной из самых опасных форм безумия, — задумчиво добавил он и встряхнулся, хлопнув ладонью по колену. — Но ты хотя бы честен. Не разводишь весь этот бред по поводу ценности каждой человеческой жизни, гуманизма и прочей лажи, придуманной не видевшими дерьма реальной жизни мыслителями. Колись, что тебе от меня надо? По-моему, ты забрал уже все, и у меня ничего не осталось.

— Чего не хватает пространству Благородных домов? — задал встречный вопрос Марк.

Северов не раздумывал

— Мозгов, чтобы объединиться и поставить раком всю галактику.

Но Марка такой ответ не устроил — спорное утверждение.

— В первую очередь пространству не хватает людей, — сказал он. — А конкретно — обученных кадров. Ученые, инженеры — все это Центральные миры.

— И? — выгнул бровь Северов.

— Мне нужны твои связи. Должны же они у тебя остаться.

— Ты думаешь, я вот так просто их тебе отдам? Зачем мне это?

— Чувство вины. Ты не такая скотина, какую столь талантливо играешь. Ты развязал эту войну.

— Не приписывай мне лишнего, — отмахнулся Северов, но даже в этом движении сквозила неуверенность. — Она должна была начаться. Я просто немного поторопил события. Внутренние и внешние противоречия между мирами Центра нарастали, словно снежный ком. А человечество не научилось решать подобные проблемы иным способом, нежели хорошая война.

К такому ответу Марк был готов.

— Да, но кто говорил, что повторения Времени Мертвых Звезд не будет? Что корпорации этого не допустят? И? — он небрежно ткнул пальцем в голоэкран. — Вы, корпораты, думали, что приручили тигра под названием государство, раз он безропотно ест из ваших рук. А тигр просто набирался сил. Теперь не правительства работают на корпорации, а корпорации пашут на правительства. Твой «Глоком» стал просто первым. На его примере показали, что станет с теми, кто будет противиться изменению сложившихся правил. За последние полгода исчезло двадцать пять корпораций из платиновой сотни. А их активами расплатились с конкурентами, заткнув им рты. Плюс военные заказы! Кнут и пряник — в этом плане вы, люди, тоже не придумали ничего нового.

— Мы — люди, Марк, — яростно потер щеки Северов. — Мы… Сколько раз я должен тебе напоминать, что ты тоже человек.

— Хорошо, — внезапно согласился клон. — Мы — люди.

— Так-то лучше, — кивнул Северов. Взлохматив волосы, он провел ладонью по давно небритой щеке и встал. — И как ты это видишь? В чем должна выражаться моя помощь?

— Дому Фобос нужен новый канцлер.

— А ты не боишься, что я решу последовать путем покойного ныне Корба?

— В доме Фобос ты никто. Ни связей, ни поддержки.

— Связи и поддержка — дело наживное. Дай мне несколько лет, и я наберу такой вес, что Корбу и не снилось.

— Для начала, эти несколько лет надо прожить, — рассудительно заметил Марк. Угрозы со стороны Северова он не опасался. Да и кто сказал, что за бывшим главой корпорации не будут присматривать?

— А твой сенат не будет против? Назначение канцлера их прерогатива, — неожиданно вспомнил Северов.

— Мой сенат еще три месяца назад должен был принять решение относительно кандидатуры нового канцлера, но результата до сих пор нет. Так что я могу их просто разогнать. На вполне законном основании! Когда я укажу на этот факт, они с радостью поддержат даже кандидатуру моей лошади.

— У тебя есть настоящая лошадь? — изумился Северов.

— Нет, но сенат это не остановит.

— Не любишь ты демократию.

— Почему же? — удивился Марк. — Она весьма хороша внизу, на местах. Но в высших эшелонах все равно превращается в инструмент богатых для лучшего манипулирования бедными. А у меня все хотя бы относительно честно — всем известно, кто в доме Фобос главный демократ.

— Хорошо, — согласился Северов. — Я помогу тебе. Кто-то же должен шептать Цезарю, что он не бог. Но мне нужна ответная услуга.

— Я слушаю, — подобрался Марк.

— Мне нравится Пространство Благородных домов. И я хочу стать его частью.

— Как я понимаю, речь сейчас идет не об обычном гражданстве или дворянстве.

— Ты правильно понимаешь, — довольно потянулся Северов. — Я хочу получить свое собственное небольшое баронство — свой дом!

— Неплохой аппетит! Где я тебе возьму свободный дом?

— Рассказывай это кому-нибудь другому, Марк. Я же знаю, что твои амбиции простираются далеко за пределы Гемины. Амбиции Цезаря — это амбиции Рима, как говорили древние. По пути к своей цели ты истребишь далеко не один Благородный дом. Боюсь, как бы ты не истребил их все.

— Это глупо, — поморщился Марк. Нет, подобная мысль приходила ему в голову, но была отвергнута из-за полной бесперспективности. Забавно, но в условиях галактической паутины, феодальная раздробленность оказалась неплохим вариантом общественного устройства. Со своими недостатками, куда же без них, но и плюсами. — К тому же, — заметил он, — у меня есть все шансы свернуть себе голову.

— Тоже вариант, — вновь согласился Северов. — Но разве тебя это остановит?

Марк отстраненно пожал плечами. Он уже давно понял, что покой — это не для него. Карабкаться вверх, все выше! Чтобы получить больше власти и еще больше! Это давно превратилось для него в самоцель.

— Нет, — откровенно признал он. — Но на выполнение твоей просьбы может уйти несколько лет. И я не могу гарантировать успех.

— А я никуда не тороплюсь, — хмыкнул Северов, почесывая давно не знавший бритвы или геля для удаления волос подбородок. — Но сейчас у нас нарисовалась куда более важная проблема. Где-то в этой берлоге был душ, но я никак не могу вспомнить — где именно!

Марк огляделся. Северов пользовался стандартными апартаментами для особо важных гостей дома Фобос. А значит и настоящий душ, а не его богомерзкая пародия — ультразвуковой очиститель, должен где-то прятаться.

Правая стена или левая?

На правой стене, на уровне пояса неровно болтался серый халат с красной надписью «Глоком» во всю спину. Остатки былой роскоши.

Лавируя между кучами мусора, Марк подошел к нему. Дернул за рукав, сбрасывая вниз.

— Вот твой душ, — сообщил он, приложив ладонь к появившейся консоли. Стена ушла в сторону, открыв доступ к санитарному узлу.

— Точно! — хлопнул себя ладонью по лбу Северов. — Видишь, как благотворно действует на тебя мое мудрое руководство? Мы отлично сработаемся! Ты не пожалеешь.

— Уже жалею, — отозвался Марк. На что Северов только расхохотался.

— Спинку мне тереть не надо, — сказал он, зайдя в санузел, и закрыл за собой дверь.

Марк вновь брезгливо осмотрел комнату. Нет, он и сам любил разбрасывать грязные вещи, оставляя их уборку на откуп обслуживающих дроидов. Но в остальном любил порядок и где-то был настоящим аккуратистом. Как можно жить на подобной помойке?

— Август, прикажи управляющему искину орбитальной крепости прислать дроидов-уборщиков в апартаменты Северова, — распорядился он.

На ближайшем кресле валялась какая-то груда тряпья. Ногой скинув ее на пол, Марк вновь поморщился и решил, что лучше постоит.

— Искин крепости требует ваше личное подтверждение, — сообщил Август. — Приписанные к данным апартаментам дроиды-уборщики выведены из строя. Также выведен из строя посланный для их ремонта технический дроид.

— Вижу, вон они в углу валяются, — согласился Марк. — Северов в них что, стрелял? — удивленно добавил он, заметив на корпусе дроидов характерные отметины. — Точно стрелял! И где на этой свалке спрятано оружие?

— Рекомендую посмотреть под подушкой, — ответил Август, решив, что вопрос адресован ему. — Что с подтверждением предыдущего запроса.

— Запрос подтверждаю. — Марк быстро проделал необходимые манипуляции со своим коммуникатором.