Небеса. Близнецы

– Мы здесь, чтобы защитить тебя, – Лея подошла ближе, – с тех пор, как способности Алана пробудились, он только и говорил что о тебе, увидев ваши с Лаурой фотографии в картотеке Ордена.

– Какого еще Ордена? – я не первый раз слышала про него, но сделала вид, что удивлена.

– Орден Близнецов, – Алан подошел к книге и перелистнув несколько страниц, сделал мне знак подойти, – nebesis,  что родились здесь, на Земле со своими близнецами и у которых пробудились способности, основали Орден для организации и контроля всех близнецов. Магия, что пробуждается у nebesis, должна была быть под контролем, чтобы не спровоцировать гибель этого мира. Но появились те, кто был с этим не согласен, кто утверждал, что nebesis должны захватить этот мир и править им, их изгнали из Ордена и прозвали тудорами, по фамилии их лидера, Виктора Тудора. Тысячи лет Орден скрывал тайну, находил новых близнецов, пополняя свои ряды, как впрочем, и тудоры. Обе стороны испытывали интерес в том, что бы заполучить в свои ряды самых сильных nebesis.

– А как же Лаура?

– Вы близнецы, – Лея обняла меня за плечи, – но, к сожалению, никто наверняка не знает, кто из вас nebesis, пока вам не исполнится восемнадцать. Конечно, не все nebesis даже при достижении восемнадцатилетия приобретают силы, есть близнецы, у которых они отсутствуют. Алан уверен в тебе, а я верю в выбор своего сына, – с гордостью произнесла Лея.

Вот почему Алан выбрал меня, теперь мне становятся понятны и поступки Томаса. Бог мой, он тоже nebesis! У меня перехватило дыхание, я отошла от стола и присела на краешек большого кожаного кресла.

– Хватит на сегодня, – голос Алана вдруг стал немного охрипшим, – я отвезу Еву домой.

– Да, да, бедняжке столько пришлось сегодня услышать, пусть отдохнет, – запричитала Лея, подхватывая меня под руки и помогая подняться.

Правда о Томасе никак не могла уместиться у меня в голове. Но ведь даже если все это, правда, Томас все равно выбрал не меня, это не изменит его мнения обо мне, для него я всегда останусь той, что не стоит его внимания.

Глава десятая

Как же долго тянется время в ожидании важного события в жизни. Вот и я, с тех пор, как узнала, что возможно являюсь девушкой с необычными магическими способностями и в свое восемнадцатилетие я, опять же возможно, смогу летать, читать мысли или испускать огненные стрелы, я ждала этого дня и с нетерпением и с потаенным страхом. Но прошло всего ничего, до моего дня рождения еще целых полгода, а я уже перевела и изучила половину Книги Небес, ведь должна, же я все знать о своем втором мире. К тому же у меня появился очень хороший учитель в лице Алана, теперь он стал практически моей тенью, свободно посещал мой дом, иногда через парадный вход, как положено со звонком и с одобрения Глории, но чаще тайком, через окно моей спальни. Я все больше привыкала к его присутствию, его ледяной взгляд уже не казался таким холодным и безразличным, скорее даже наоборот, иногда его глаза вспыхивали ярким огоньком и обжигали меня совсем другим чувством.

Пария, тот самый изгой Ордена, что примкнул к тудорам, и по их указанию пробрался в школу, убив бывшего директора, больше не появлялся. Алан говорил, что, скорее всего, он исполнил приказ тудоров, достал для них нужные сведения о близнецах и на этом, его миссия закончилась. Дальнейшие действия тудоров были нам не известны, Лея предполагала, что они появятся вновь не раньше, чем пробудятся силы nebesis.

Я выдохнула и опустила голову на книгу, все свое свободное время я тратила на ее изучение. Это помогало мне не думать о Томасе и Лауре. Первый не выходил у меня из головы, хоть я и старалась избегать его, но сердце возмущалось моим стараниям и каждый раз, когда он приближался, начинало лихорадочно стучать. С того момента, как я узнала, что Томас – nebesis,  мне хотелось узнать, какой же силой он обладает, но на мои вопросы об этом, Алан сначала просто молчал, а затем это стало его раздражать, и я прекратила свои расспросы.

Я подняла голову со страниц книги и планировала закрыть ее, что бы уже пойти спать, как вдруг перед глазами все поплыло, буквы и символы со страницы стали растекаться, как кисельные берега, собираясь в центр к моей руке, лежащей на странице. Я уставилась на свою ладонь, она была сплошь покрыта строчками из книги, которые медленно, но верно ползли вверх по руке, впитываясь в кожу и исчезая у запястья. Засмотревшись на то, как моя ладонь буквально впитывала в себя все буквы и символы с пожелтевших страниц, я пришла в себя лишь, когда страницы окончательно опустели. Перевернув ладонь и осмотрев ее, я не обнаружила никаких следов от странного явления. Ух ты, ничего себе! Куда они делись? Неужели это…? Я резко закрыла книгу и посмотрела по сторонам. Так, не знаю, что мне там померещилось, но буду думать, что это из-за усталости.

Сон долго не шел, мысли стаями проносились в голове, каждая клеточка мозга возвращалась к моменту с книгой. Может это не я? Может это все книга? Ведь как бы то ни было этот фолиант очень древний и является источником неведомых мне сил. Тревога уходила вместе с убеждением, что так оно и есть.

Утренний дождь я считала самым противным. «Начинать новый день с дождя, значит, весь день глотать слезы», – так говорил мой отец, поэтому проснувшись утром, я поняла, что совсем не хочу никуда идти. Но разум и сознательность взяли вверх.

Ташу я увидела сразу, идущей быстрым шагом по узкой дорожке к школе. Я окрикнула ее, но та не сбавляя шаг, шла вперед, крепко прижимая к груди свой рюкзак. Я почуяла неладное, Таша всегда ждала меня у входа, так как приходила раньше и потому встречала меня первой. Я прибавила шаг, пытаясь догнать ее.

– Таша…Таша, – все громче и громче звала я ее, пока, наконец, не коснулась ее плеча, – да что с тобой такое? – Она обернулась, – ты не слышала, как я звала тебя?

– Слышала,  – угрюмо пробурчала Таша, – но сегодня я просто хочу побыть одна, – ее глаза не были подведены, отчего видимыми стали  темные круги под глазами и размазанный на скулах грим.

– Боже, Таша, что с тобой? Ты видела себя в зеркало?– я попыталась взять у нее рюкзак из рук, но Таша резко перехватила его.

– Ничего нового, – огрызнулась она, пряча взгляд, и я поняла, что что-то произошло.

– Так не пойдет, – быстро сообразила я и, схватив ее за руку, потянула за собой, – иди за мной. Я повернула к выходу, на пути успешно преодолевая столкновение с Лаурой.

– Ээээй, одна слепая, другая тупая, – кинула она нам вслед, но я ее не слышала, меня волновало лишь состояние подруги.

– Ева, постой, мы же прогуляем урок, – взмолилась Таша, но вырываться не стала, а послушно последовала за мной.

– С каких пор тебя это волнует? Садись и рассказывай, – я указала на скамейку на заднем дворе школы и тоже села, – ты сама не своя сегодня, я подозреваю, что ночка у тебя была не из легких и готова стать и жилеткой и бальзамом.

– Ты, правда, хочешь это услышать? – Таша села, на ее глаза наворачивались слезы.

– Ну конечно, глупенькая, мы же подруги, – ласково и участливо ответила я и погладила ее по руке, – говори, что у тебя стряслось?

– Вчера я его поцеловала! – признание прозвучало как приговор, а мое молчание и округлившиеся глаза скорее испугали ее, чем успокоили. Называть имена было излишне, я и так знала, в кого Таша была влюблена с самого первого дня их знакомства. Алан.

– Он подвез меня, как ты и просила, но мне пришлось всю дорогу обнимать его, Ева, ты просто не представляешь какой у него стальной торс, какие мышцы…я… я просто не смогла от него оторваться, а потом…потом я просто поцеловала его, – Таша взахлеб рассказывала мне о вчерашнем вечере, когда мы с ней прогуливались в парке, а Алан, оказавшийся там случайно, хотя я то знала, что он просто наблюдал за нами со стороны, вызвался довезти до дома. Я села спереди, а Таша сзади, благо внушительных размеров мотоцикл это позволял. Меня он высадил у ворот моего дома и по моей же просьбе согласился отвезти домой и Ташу. И вот, что из этого вышло.

– А он что? – мое любопытство взяло вверх, с одной стороны я хотела, что бы привязанность подруги была взаимной, но с другой стороны в душу прокралось едкое чувство, в котором я сама себе боялась признаться.

– А он…, – Таша поникла, ее голос срывался на плач, – сказал, что я не в его вкусе и чтобы больше так не делала. Ева, он такой…когда он рядом, я забываю обо всем. А тут еще мотоцикл, скорость, его близость…

– Что значит не в его вкусе? Да вы подходите друг другу больше, чем кто бы то ни был, – я решила поддержать подругу, загнав подальше в темный угол души свои собственные, мягко говоря, интересные ощущения к Алану.

– Он сказал, что его привлекают нормальные девушки, а не готическая неформалка в образе черной королевы, – Таша снова хмыкнула носом и растерла рукой выступившие слезы.

– Нормальные значит, привлекают, – мне в голову пришла совершенно очумелая мысль. Да, Ташу нельзя было назвать нормальной девчонкой, но именно она стала моей подругой, я приняла ее такой, какая она была, но сейчас, ее внутренний мир раздвоился на тот, что был до знакомства с Аланом и тот, что после. Она не умела прятать свои чувства, и я не удивлюсь, если Алан уже знал о них, – значит, будем делать из тебя нормальную, – я загадочно улыбнулась и встала.

Дома никого не было, и это было мне на руку, чтобы воплотить то, что я задумала. Закинув на кровать рюкзак, я потянула Ташу за собой в ванную комнату.

– Что ты задумала?

– Ты мне доверяешь? – ответила я вопросом на вопрос, держа в руках приготовленное полотенце, кивок головы в знак согласия, приятно подзадоривал меня, – если Алана не привлекаешь ты в виде девушки-гота, то будем менять твой имидж на что-то совсем иное.

Закинув полотенце на плечи Таши, я открыла кран с горячей водой и подставила ее голову под струю воды. На дно ванны закапала иссиня-черная краска, понадобилось целых полчаса, чтобы почти вся краска сошла с волос. Обмотав поверх ее головы полотенце, я повернула Ташу лицом к себе и сощурилась, с ее лицом придется повозиться, постоянный грим пересушил кожу лица, темные круги под глазами из-за использования неправильной подводки и скрываемые под слоем грима, теперь открыто оттеняли глаза. Уроки Глории не прошли для меня даром, я стала кое-как разбираться в косметике и средствах ухода, а уж Глория со своим чувством стиля оказалась очень хорошим учителем. Одна процедура сменяла другую, брови, ресницы, кожа лица, – все подверглось моему вмешательству, Таша оказалась первой подопытной, добровольно отдавшейся в мои руки во имя прекрасного.

Закончив с макияжем, я еще раз взглянула на лицо Таши, оценивая всю проделанную работу целиком. Я была довольна. Три часа  непрерывной творческой работы над исправлением въевшегося образа готессы, заставили меня вздохнуть с облегчением. Хоть я и устала, но мне было ужасно приятно видеть перед собой результат своего труда. Я выпрямилась, Таша широко распахнула глаза и посмотрела на меня заворожено, готовая ко всему. Я стянула с ее головы полотенце и распустила волосы, принявшие свой естественный каштановый цвет.

– Еще рано, – остановила я ее, стоило ей попытаться развернуть стул к зеркалу, – осталась еще одна деталь.

Я подскочила к своему шкафу, открыв створки, и стала перебирать вещи. Начинать нужно с малого, глупо предлагать модное платье девушке, которая столько лет носила лишь черные одежды в пол, корсеты и брюки. По себе знаю. Поэтому я выбрала идеальный и в тоже время простой вариант, который был проверен на мне лично: джинсы и футболка.

– Переодевайся, – Таша замешкалась, в ее глазах промелькнула тень сомнений, ведь преобладание черного цвета в одежде, было не чем иным, как принципиальным ее отличием от других, – выбирай…или это, – я протянула ей ее новые вещи, – или забудь об Алане.

Ультиматум был убийственным, но услышав его, Таша ни на минуту не сомневалась в своем решении. Любовь творит чудеса, как же приятно на все это смотреть. Если Алан и сейчас сыграет в дурачка, я сама его прибью. Таша была очаровательна, перенасыщенность черного цвета отталкивало от нее взгляды и заставляло обходить стороной, а сейчас она стояла перед зеркалом рядом со мной совершенно обновленная и сияла от удовольствия. Мало того, что мы смотрелись одинаково и нас это сближало еще больше, так еще и Таша, не подозревавшая о существовании нормальной себя, разглядывала свое отражение с большим интересом.

– Я вроде была блондинкой, – она провела рукой по волосам, – или это было так давно, что кажется неправдой.

– Я могу попросить Глорию, она поможет перекрасить их, – я встала за спиной Таши и пальцами стала расчесывать ее волосы, – я уверена она не откажет, если ты правда этого хочешь.

– Да, пожалуй, хочу, я помню себя в детстве со светлыми волосами, когда они успели поменять свой цвет или это краска уже так въелась, что не отмывается…

Но, я уже не слушала Ташу, с ее волосами происходило что-то необъяснимое, каштановый цвет волос, начиная от корней, стал медленно сползать вниз к моим пальцам, перебираться мне на ладонь и утопать где-то не выше запястья. Я будто завороженная смотрела, как мои пальцы вытягивают цвет из волос, пока светлый цвет полностью до самых кончиков не сменил темный. Я выдернула руки с осознанием того, что на этот раз это была не книга. Со мной что-то происходит.

– Как ты это сделала?  – Таша превратилась в самую настоящую блондинку. Мгновенно. Без химии. На моих глазах. Ее лицо выражало удивление, но никак не страх, – Ева?

Глава одиннадцатая

Таше я рассказала все. Став нечаянным свидетелем поразившего меня феномена, она просто задавила меня вопросами, как любая настоящая фанатка сверхъестественного. В ее глазах не было ни тревоги, ни паники, ни страха, а лишь одно сплошное восхищение. А новость, что сразу и подруга, и ее возлюбленный не от мира сего, вызвали в ней не просто восторг, а громкое ликование. Тут-то я и узнала, чем был вызван ее интерес к готической культуре и ко всему нетрадиционному, она всегда верила в мистические силы, порождение зла и ведьминские истоки, субкультура помогала ей скрывать ее немалый интерес ко всему потустороннему, а другие миры и магия так вообще привели ее в неописуемую эйфорию. Но мне пришлось сильно потрудиться, что бы убедить ее никому об этом не рассказывать. В книге говорилось, что у всех nebesis силы пробуждаются строго в восемнадцатилетнем возрасте, почему же у меня они проявились так рано? Как узнать, с чем это связано, может дальше в книге есть ответы на мои вопросы?

Таша убежала домой воодушевленная своим внешним видом и открывшимися ей тайнами, а я достала книгу, что бы продолжить перевод и найти ответы на новые вопросы. Положив нераскрытую книгу на туалетный столик, я подошла к окну, мне нужно было подышать свежим воздухом, хотелось и себе немного той эйфории, что испытывала Таша, а вместо этого появилась грусть и тоска. Глаза Томаса возникли передо мной из ниоткуда, я отпрянула от окна в замешательстве. Мне это чудится? Как бы в опровержение этому, Томас спрыгнул с подоконника прямо ко мне в спальню.

– Привет, – выравнивая складки на брюках, он поднял на меня свои отливающие синевой глаза.

Я непроизвольно отступила. Он здесь, так близко, могу поклясться, я слышу стук его сердца! А эти глаза…