Пиратка

– Любезный син, не могли бы вы не говорить ничего капитану про меня, – я пробормотала эту фразу уже со слезами на глазах, – я сирота, у меня ничего не осталось от моих родных, только вот есть заколка в память о моей матушке, – продолжала лепетать я, пытаясь смягчить его суровое сердце морского волка, – и она будет вашей, только ничего не говорите капитану, хыкх! – хлюп носом получился отменный.

– Ладно, не скажу, – проговорил матрос.

Я удивленно подняла на него глаза и увидела, что матрос смотрит пристально на мое плечо. Там сидел Шурш и умывался, также поглядывая в свою очередь на матроса.

– Заколку возьму и буду приносить тебе еды, – не отрывая взгляда от моего питомца покивал головой старый матрос. Потом повернулся, прошел к ящикам с вином, взял оттуда две бутылки и направился к лестнице.

– Простите, синн, не подскажите, а куда направляется этот корабль? – уже вдогонку спросила его я.

– На север, через две недели дойдем в земли риттов, там продадим зерно, закупим шкуры и дальше. – матрос странно тряхнул головой ещё раз взглянул на меня и стал подниматься по лестнице наверх.

– Там я и сойду. – произнесла задумчиво я ему вслед.

А потом склонив вправо голову перевела взгляд на Шурша. Он сидел и с умильным видом продолжал умывать свою мордочку.

– Малыш, а ты ведь точно не так прост, как пытаешься тут выглядеть, да? – прошептала я ему.       Шурш перестал умываться, приблизил ко мне мордочку и лизнул меня в нос.

Старый матрос не обманул, получив от меня заколку, он стал приносить мне еду, правда не часто, но у меня была тут под боком кукуруза. И вино. Но, я, конечно, совсем не злоупотребляла гостеприимством. Угу. Матрос даже подсказал мне, где есть специальное отверстие в трюме, правда оно служило вроде отдушины, но туда я, при определенной сноровке, могла справлять свои надобности.

Через неделю довольно спокойного плаванья на корабль напали пираты.

В шестую ночь моего морского путешествия, вдруг вокруг начало грохотать, все наверху забегали, запела морская дудка, раздались крики команд, пальба из оружия.

Я засунула Шурфа за пазуху и сжалась от страха в своем коробе, завешанном парусиной. Надеюсь, меня тут никто не обнаружит. Надежда умерла, а страх возродился с новой силой, когда наверху затихло, а на этой проклятой скрипучей лестнице опять послышались шаги. И чей-то громкий, мужественный и, ух ты, приятный голос приказал:

– Забрать весь груз на нашу бригантину! Этот корабль затопить.

Я уже готова была выскочить из своего убежища. Совсем не хочется уходить на дно, я ещё так юна и не видела жизни. Но тут мой коробок тоже подняли и понесли. Ладно ещё поживем на этом свете…

Пираты! Сбылась мечта юной наивной дурочки. Сколько бессонных ночей я провела в детстве, зачитываясь приключениями Черного Джона, или читая и представляя, как я бороздила бы океан в команде Джека Кривого носа. Я выучила наизусть названия всех матч на всех пиратских кораблях, я знала практически все существующие пути их странствий. Но это была выдумка. Книги.

И вот пожалуйста, вот она реальность. Пираты. Настоящие.

Я снова в трюме, только теперь пиратского судна. Бригантина так он назвал его. Что я знаю о бригантине. Это парусное судно со смешанными парусами. Двухмачтовое: Передняя фок-мачта, Задняя грот- мачта. Довольно маневренное и скоростное судно.

Просто обалденно повезло мне.

Но мои знания необходимо пока держать при себе. Сначала надо не дать себя бросить за борт как ненужный хлам. А я буду нужным хламом, т.е. не хламом вовсе, а нужной вещью, тьфу ты, человеком, я буду юнгой. Какой юнга, я высоты боюсь. О возвышенная матерь, направь меня и помоги мне справиться и с этой напастью. Я, закрыв глаза начала бормотать молитву Возвышенной матери. В таком виде меня и отыскали, опять сдернув парусину с моего короба.

Наверное, я представляла умилительное зрелище – глаза закрыты, руки прижаты ко лбу, губы что-то шепчут, и вид бедного одинокого мальчугана растрогал бы любого, но только не этих суровых морских пиратов.

На меня смотрело шесть пар глаз, а седьмая пара глаз была уж очень зло прищуренная.

– Капитан, – услышала я, – у нас тут довесок к сухогрузу. Маленький морской котик!Правда отощавший. Ха-ха! – да что ж у этих моряков однотипный юмор такой про морских зверьков, то свинка, то котик.

– Разберитесь! – я узнала этот голос, и капитан, а это был он, быстро поднялся по лестнице наверх на палубу.

– Доброй ночи любезные, сины, – я тихо пробормотала приветствие, но его заглушил хохот матросов.

Прошло достаточно времени, пока матросы хохотали и потешались надо мной бедной, как вдруг с верхних ступеней лестницы прогремел зычный бас:

– А ну все наверх, драить котлы и палубу, дармоеды!

Присутствующих здесь дармоедов как ветром сдуло. Я тоже дернулась было последовать за ними, но потом все-таки осталась на месте. Страх опять сковал ноги. В трюм спускалось что-то, как мне привиделось с испугу, невообразимо огромное, сначала показались толстые ноги, потом толстый живот, за ним такие же толстые…остальные части тела.

И как этот слон не проломил тут ничего – удивленно глядя на появившегося передо мной огромного человека подумала я.

– Не дрейфь, мальчуган! – прогудел слон и протянув пятитонную руку погладил меня по голове.

Какое не дрейфь, я уже готова была броситься за борт сама по своей воле.

– Зови меня папаша Анджело, я кок на этой быстроходной лодочке. – пробасил человек-слон. – Как твое имя? Хе-хе, мальчуган?

– Н-н-найт, – я уже стала заикаться от пережитого страха.

– Ну, ну, парнишка, все будет хорошо, не бойся! – как -то подозрительно дружелюбно прогудел кок.

А ну ясно, из-за пазухи на него во все глаза глядел Шурш. Даже я почувствовала, как в голове у моего пушистого друга проносилась одна мысль, – “о ну и огромная же это…белка?”

– Как ты оказался в такой ситуации, а Найт? Или может мне называть тебя лучше другим именем, более приличным для девушки? – усмехнулся вдруг папаша Анджело.

– А откуда вы, а как вы, поняли, что я не он, ну не мальчик в смысле, – удивлению моему не было границ.

– Деточка, у меня на суше жена и девять дочерей разного возраста, неужели я не пойму кто передо мной. Это ты этих пустоголовых наверху можешь ещё обмануть своим видом. Но никогда у парня твоего возраста не бывает тонких и нежных пальчиков. – добродушно так прогудев эту тираду папаша Анджело взял мою ладошку в свои гигантские лапы.

И тут меня прорвало, я рассказала ему все, про смерть родителей, про отчима, про несостоявшееся замужество, про побег и про горькую свою судьбу. Я уткнулась носом в его фартук и говорила, говорила, пока не осталось уже и слов. Одно только я не смогла сказать, что я уже вступила в старший возраст.

Внимательно выслушав мой сбивчивый рассказ, Папаша Анджело опять погладил меня по кудрявой голове:

– Ну и ну, вот так дела, деточка, ничего, это мы исправим, никто не догадается, предоставь все устроить доброму папаше Анджело, – потом пожевав в задумчивости губами, добавил, – будешь у меня младшим помощником, с капитаном договорюсь.

И оставив меня в одиночестве и в недоумении, и ещё в целой гамме самых разнообразных чувств, гордо удалился унося свое слоноподобное тело вверх по лестнице.

А ко мне в голову пришла мысль. Одна. Ужасная. А готовить- то я не умею никак.

Часть 2 Приключения

Так началось мое путешествие на борту пиратской бригантины под гордым названием Стремительная. Почему пираты частенько давали женские имена своим кораблям, не понимаю.

Папаша Анджело оказался замечательным человеком и искусным кулинаром. Я понятия не имею, что он там наговорил про меня капитану, но уже на следующий день меня провели по всему кораблю и познакомили почти со всем его пиратским составом, и конечно прежде всего показали, где находится камбуз. Он находился в трюме где-то в районе под фок-мачтой. Дальше вдоль, в основном по правому борту шел кубрик – место для матросов, там они только спали в подвешенных к потолку люльках. В остальное время каждый из пиратов находился на своем месте на бригантине и был занят своим делом. Т.к. команда была небольшая, многих потеряли в предыдущих нападениях, то, как мне рассказал Папаша Анджело, капитан у нас был и штурманом, а боцман по совместительству Квартирмейтером, чему сам боцман был не рад вовсе. И на всех эту радость срывал. Особенно теперь и на мне.

За кубриком располагалось хранилище бочек с вином, бочек с порохом, бочек с вяленным мясом и других грузов. Рацион пиратов не был разнообразным. Я думаю, что скорее всего поэтому они и напали на наш торговый корабль. Пополнить запасы, а остальное продать или обменять. Мою эту мысль и подтвердил как раз папаша Анджело.

– Мы движемся в южные земли, там обменяем зерно и запасемся вкусненьким и полезным, а то команда на одних сухарях и сушеных бобах совсем отощала. – мы с папашей сидели на камбузе и как обычно он готовил какое-то варево в котле, а я один из таких котлов оттирала.       Сказать по правде, после пары-тройки оттирок от моих нежных пальчиков не осталось и вида. Но для осторожности мы обмотали мои руки тряпками из остатков старого фартука. Это типа я себе об котлы все руки стерла. Так я и стерла.

Я сразу призналась папаше Анджело что не умею готовить, а он в ответ прогрохотал своим смехом, как гром в дождливую погоду, и утешил, что мне не придется готовить, просто буду выполнять его поручения, не слишком сложные, и драить котлы.

А ещё меня мучил вопрос, что пираты сделали с командой торгового судна, неужели потопили вместе с кораблем. Я три дня пыталась задать этот вопрос Папаше Анджело, но все было не подходящее время.

И в один из вечеров, когда наш кок заканчивал прибираться на камбузе, а я полировать очередной котел, я решилась его спросить об этом:

– Папаша, а как пираты поступают с людьми на захваченных кораблях? – монотонно водя тряпкой по боку котла я подняла вопросительно глаза на кока.

– Топят. – не оборачиваясь и не отвлекаясь от своего дела прогудел кок.

Я замерла от ужаса, представляя себе в красках всю картину.

– Вы убили всех людей на том корабле! – прошептала я, и сжалась в комок.

И тут услышала гудение над головой, это папаша Анджело отвлекся от своего дела и наклонился надо мной, вытянув губы в трубочку и гудя как паровоз.

– Деточка, ну неужели ты подумала, что наш капитан такой жестокий? – спросил он. – Не переживай, посадили на лодки и отправили в обратную сторону от нашего фарватера, на них обязательно наткнутся другие корабли и подберут. Но корабль затопили для острастки.

У меня отлегло от сердца, и я с идиотской улыбкой на лице продолжила натирать котел. Поставив ещё одну галочку в пользу капитана.

– Давай-ка, детка иди спать, а то протрешь дыру в этом котле. – добродушно прогудел папаша Анджело и подтолкнул к моей каморке рядом с камбузом.

Я была благодарна папаше Анджело за ещё одну вещь. Как юной девушке в этом признаться, когда её окружают одни мужчины, а она притворяется мальчишкой, но мудрый старый волк скорее всего понял все сам про мои потребности, и как-то раз принес ворох постиранных и довольно чистых кусков парусины и остатков от старых фартуков в мою каморку. Свалил все это на мой гамачок и пробубнив что-то про “ох уж эти женские недомогания” быстро утопал по своим важным делам.

Благо эти женские недомогания у меня всегда были непродолжительными. И я никогда практически и не обращала внимания на них. Потому притворятся и дальше мне было довольно легко, да и с командой у меня сложились неплохие отношения, спасибо Возвышенной матери, или скорее всего Шуршу.

Моего зверька полюбили, я и не сомневалась, и даже пытались провозгласить талисманом корабля. Боцман запретил, сказал, что талисман корабля у них юнга Урч. Кстати, Шурш теперь и пропадал вместе с юнгой на марсе, это такая корзинка на верху грот-мачты. Там вдвоем они следили за облаками, и скалами, а потом Шурш любил планировать с мачты какому-нибудь зазевавшемуся матросу на голову. Но его никто не ругал за это. Ну как можно не умилится, глядя на эту озорную мордочку, длинные ушки и пушистый хвостик. Некоторые вот ни разу не умилились. Это я про Боцмана.

Старший Боцман меня возненавидел с первого взгляда, не знаю правда почему. Даже Шурш был бессилен. Наверное, у Боцмана был иммунитет против доброты к людям. А может должность обязывала быть бессердечным и жестким. А когда он по просьбе кока отдавал приказ плотнику пристроить к камбузу для меня маленькую каморку, то скривился так, как будто съел кислый фрукт. И спрашивается, что ему жалко что-ли, тем более место было для такой пристройки и доски тоже.

Одна его выходка в отношении меня отчетливо показала его отношение ко мне. Одним ранним утром, когда я шла выливать за борт воду из ведра, он подозвал меня и приказным тоном прокаркал. Голос у его был скрипучий такой, по ушам резало ужас как.

– Малец, бери швабру и несись на капитанский мостик драить капитанский гальюн! – и, подняв кверху свой острый подбородок отвернулся и отправился по своим делам.

Я хотела было крикнуть ему вслед что нет на мостике никакого гальюна, тем более капитанского, но прикусила язык. Так ты сморщенный морской угорь меня проверяешь. Хорошо же, я пойду драить капитанский гальюн. Я смело взяла ведро, швабру и четким шагом в раскачку двинулась в сторону кормы на капитанский мостик. Там я с деловым видом подошла к штурвалу и начала надраивать его шваброй. Получалось отменно по -идиотски. Дежурный пират, стоявший рядом обалдело смотрел на мои действия. А я продолжала как ни в чем не бывало елозить шваброй по штурвалу. Вдруг пират напрягся. На мостик входил капитан. При виде этого красавчика мое нежное девичье сердце Лианны затрепетало. Но трезвый мальчишеский ум Найта приказал себе не подавать никакого вида.

– Доброе утро! – произнес наш капитан, пока ничем не выказывая откровенного удивления.

И обернувшись к пирату, кажется Букашке Джиму, спросил. – Что здесь происходит?

– Э! – только и произнес Букашка в ответ, разведя руками.

– Синн, Капитан! – я звонко заорала на весь мостик. – Старший Боцман приказал отдраить капитанский гальюн на капитанском мостике! – и продолжила свое ответственно занятие.

Собственно, на палубе были матросы, собственно, все уже давно смотрели на мои странные действия со штурвалом. И собственно, после моего такого звонкого высказывания хохот стоял уже по всей палубе.

Я удостоилась взгляда темных прищуренных глаз, однако капитан отвернулся и крикнул в сторону матросов: – Тихо!

– Найт на камбуз, Боцмана ко мне в каюту. – кинул он через плечо и ушел с мостика.

Я, подхватив ведро и швабру, поплелась на камбуз к моему добрейшему коку папаше Анджело, чтобы как обычно опять поплакаться ему в жилетку, ну хотя в фартук будет точнее.

Боцман после этого происшествия меня не трогал пока. Но все равно зло смотрел мне вслед, если обнаруживал меня на палубе.

Наша бригантина весело бороздила морские волны по курсу на юг. На пути не встречалось больше никаких кораблей, но это благодаря скорее всего штурману в лице капитана, он умел прокладывать одному ему ведомые курсы избегая ненужных встреч.

В один из дней уже не помню какой уходящей в никуда недели, папаша Анджело подозвал меня и попросил отнести ужин в каюту капитана. Капитанская каюта находилась под полубаком, это я знала. Я взяла поднос с ужином и быстрыми перебежками, я уже давно научилась ходить по палубе, не мотаясь из стороны в сторону, помчалась к капитану.

Постучав в дверь его каюты, я громко произнесла:

– Капитан, это Найт, я принес вам ужин.

Дождавшись команды войти, я протиснула в дверь поднос и вошла сама. Капитан сидел за столом и хмурился над картами. Поставив поднос на краешек стола, я взглянула на карты и произнесла ещё не поняв, что этим выдаю себя.

– Капитан, нам осталось плыть ещё 2 недели до Стимбулина?

На меня подозрительно посмотрели опять прищуренные черные глаза. А капитан был красавчик. Черные, но не вьющиеся как у меня, длинные волосы собраны в хвост, виски немного подбриты, тонкий нос, прямые брови, и карие до черноты глаза с этим его всегдашним прищуром. Если бы не знала, что он пират, то подумала, что он потомок какого-нибудь благородного сурра. Эх, вздохнула во мне Лианна, и не мечтай прошептал во мне Найт.

– Найт, как ты догадался куда мы идем и сколько осталось дней? – вдруг произнес самый умопомрачительный голос на свете.

Я поняла, что нечаянно выдала себя, пацан моих лет не мог читать морские карты. Пришлось выворачиваться, придумывая на ходу историю с дядей -рыбаком:

– Капитан, к нам часто в гости приезжал мой дядя по отцу, он рыбак или что-то в этом роде, он много рассказывал про свои путешествия по морям, а я по его рассказам развлекался тем, что рисовал на кусках бумаги подобие карт. А ещё он рассказывал про звезды. – чтобы уж совсем наверняка добить своими знаниями добавила я ко всему этому вранью. – А потом у вас лежит эта такая специальная штука и отмечена точка на карте около названия города и стоят две цифры семь.

– Эта штука называется секстант, – произнес капитан и вернулся опять к своим картам и записям, – и да ты прав через почти две недели будем в столице южных земель. И спасибо Найт за ужин, свободен.

– Когда зайти забрать поднос? – я уже начинала удивляться своей храбрости.

– Хм, я позову. – сказал капитан, стрельнув в меня одним прищуренным глазом.

Выйдя из каюты капитана, я на ватных ногах побрела на камбуз. Странное дело, со мной не было Шурша, чтобы там пошаманить своей эмпатией, а капитан даже не наорал и на отругал за такое проявление любознательности. Устал, наверное, бедолага, надо попросить Папашу Анджело налить ему рома, отнесу, когда за подносом вернусь.

За подносом пришлось вернуться на следующий вечер, когда я принесла очередной ужин капитану. И да, на подносе стояла большая кружка рома. Я вымолила её у папаши для капитана. Правда кок скептически отнесся к этой моей вольности, но покачав головой ничего против не сказал, только наполнил кружку. Я уже самостоятельно добавила в нее несколько ломтиков кислого фрукта, пряностей и немного подогрела на огне. А что, про грог я читала.

Как обычно поставила поднос на край стола и забрав предыдущий, я позволила себе прокашлявшись проговорить тихим голосом:

– Капитан, я вижу, что вы утомлены последние дни, я предлагаю попробовать этот напиток, он снимет усталость и сон ваш будет долгим и крепким, – дурочка, я совсем с мозгами теперь не дружу при виде нашего капитана, как может простой парень говорить таким возвышенным стилем.

Видать наш кэп был того же мнения. Я теперь могла близко рассмотреть отнюдь не прищуренные его глаза. А наоборот широко открытые от удивления.

– Эту фразу меня просил передать вам папаша Анджело! – выпалила я, понимая, что врать так врать.

Капитан моргнул, кивнул и взяв в руки кружку отхлебнул глоток. Скривился, но потом хмыкнув сделал ещё глоток. Выпил все. И откинулся на спинку кресла. Эх, красивые глаза опять смотрели на меня с прищуром.

– А что Найт папаша Анджело просил ещё мне передать? – улыбнулся капитан.

      Зря он это сделал, от его улыбки у меня подогнулись колени. Нет, ну зачем он пошел в пираты. Ему бы быть при дворе, танцевать на балах, очаровывать кокеток высшего света. Так остановись Лианна, давай сюда Найта, будем дальше притворятся и играть роль простоватого парнишки, сбежавшего из дома за приключениями.

– Больше ничего, я и это с трудом заучил, – понурившись прошептала я.