Чудесные истории

Кстати, история с Фетом заслуживает того, чтобы её описали. Вы ведь согласны? Располагайтесь поудобней и слушайте.

Лю принесла откуда-то книжку. Вархи очень любил читать. Он с феями по очереди читал вслух книги, которые им попадались. Так вот. В этой книге рассказывалось о рыцарях, прекрасных девах и драконах. Принцессы были нежны и прекрасны. Рыцари – бесстрашны. А драконы все сплошь были злодеями; они питались рыцарями. И принцессами, если их не успевали спасти. Вархи даже немного устыдился за драконов и подумал: «А вдруг я тоже, когда вырасту, начну питаться принцессами?» Он озвучил эту мысль вслух, но феи бросились его успокаивать, что он не такой.

– Да к тому же, у нас и дам прекрасных нет, – заметила Лю.

– И рыцарей. Тебе придётся умереть с голоду, – добавила почти здравомыслящая Ро.

– И прекрасного верного скакуна нет, – мечтательно сказала Фиа.

– А давайте, мы будем прекрасными дамами! – с воодушевлением произнесла Лю.

– И от кого нас надо спасать? – поинтересовалась Ро.

– Ааа, не важно, – отмахнулась Лю, – пусть просто спасает, а от чего, придумаем.

– Скорее от вас надо всех спасать, – неожиданно раздалось сверху. Конечно же, это оказались сороки.

– Всех спасать!

– От вас, от вас всех спасать, – подтвердила вторая, и они захохотали, радуясь только им понятной шутке.

Вот ведь странные птицы. Такие шумные, крикливые, а, как хотят что-то выведать или подслушать, становятся тихими, как мышки. И ведь слышат всё-всё, даже если говорить шёпотом. Словно у них уши ко рту говорящих приклеиваются. А потом, всё выведав, опять начинают стрекотать на весь лес и всем подряд все тайны рассказывать. Вархи представил, как уши сорок подлетают на маленьких крылышках и приклеиваются к губам. Он рассмеялся собственной фантазии.

– Ты чего? – удивилась Фиа. Остальные тоже удивлённо смотрели на него. Дракончик рассказал, что представил, и феи тоже рассмеялись, согласно кивая. Сороки возмущённо загалдели и сказали, что это поклёп. И они по очереди заговорили:

– Да мы – никому!

– Да никогда!

– Ни словечка!

– Да из нас слова не вытянешь. Мы ж секреты храним надёжно, как никто другой!

– Никто другой, – усмехнулась Лю. Теперь уже она представила сорок, хранящих секреты в ящиках с надписью «Секрет» и запирающих их на ключ.

– Храним, храним, – всем телом покачиваясь, подтвердила другая сорока. Но вдруг как-то притихла, наклонив голову, словно прислушиваясь к чему-то, и боком-скоком начала отпрыгивать. Все посмотрели в сторону. Там белка разговаривала с енотом. Любопытство победило! И сороки, легко вспорхнув, подлетели к беседующим. Глаза обеих горели любопытством, они только язык не высунули от усердия, чтобы не пропустить ни одного слова.

– А феи с Вархи в рыцаря играют, – вдруг громко произнесла одна из сорок. Енот и белка вздрогнули.

– Играют, играют, – подтвердила другая, – и коня верного ищут!

Феи с Вархи дружно рассмеялись: их секрет «надёжно» хранился несколько минут.

– Вархи, а давай мы всё поменяем. Это же наша история. Ты – прекрасный принц, – с выражением произнесла Лю. – Мы – прекрасные дамы! И заметь, не одна, а три сразу. А спасать ты нас будешь… Ну, просто спасать.

– Нее, надо, чтоб интересно было.

– Давай, мы будто в башне высокой сидим. А ты нас оттуда вызволять будешь! Вот! – сказала Фиа, довольная тем, что придумала.

– Осталось только прекрасного скакуна найти, – вздохнула Ро.

Все переглянулись и начали оглядываться в поисках скакуна. Тот не спешил появляться… Нигде.

И тут… Где-то за деревьями раздалось хрюканье. Тихонько подкравшись к дереву, наша компания выглянула из-за него. Внизу Вархи, выше Лю, Фиа, Розочка.

Кабан Фет благодушно поедал жёлуди, помахивая хвостиком и почёсываясь изредка с наслаждением о пеньки и деревья.

Все переглянулись.

– Думаешь, он похож на прекрасного рысака? – шёпотом с сомнением спросила Фиа у Лю.

– Да какая разница, – тоже шёпотом сказал Вархи, в глазах которого загорелись искорки азарта, – другого всё равно нет.

– Тогда подкрадывайся к нему осторожно, а то вдруг он не хочет быть прекрасным скакуном. А нас непременно надо спасать, – сказала Ро. Остальные активно закивали.

Вархи бесшумно взобрался на дерево, притаился на ветке, словно рысь, и когда Фет оказался точно под ним, с криком «Банзай!» прыгнул на кабана.

У Фета от неожиданности выпал жёлудь изо рта. Его глаза стали такими удивлёнными, что казались огромными. Он даже не испугался, а именно удивился непревзойдённой наглости напавшего. Только сумасшедший может наброситься на матёрого дикого кабана. Или… Вархи? Судя по зелёной чешуйчатой лапе, которая периодически маячила перед глазами и норовила съездить ему по уху, это был именно он. Вархи ворочался, соскальзывал, переворачивался на спине удивлённо стоявшего кабана, цеплялся за жёсткую щетину, но не сдавался. Усесться на узкой и лоснящейся спине кабана – та ещё задача. Феи уже рыдали от смеха, выпав из засады. Со стороны это было уморительное зрелище. Пыхтящий Вархи и ничего не понимающий кабан.

– За прекрасных дам! – задыхаясь от усердия, вскричал Вархи, наконец кое-как усевшись. – Спасём принцесс!

– Каких? Этих, что ли? – наконец пришёл в себя Фет, головой мотнув в сторону валяющихся от смеха фей.

– Дети, с вами всё нормально? – забеспокоился он. Тогда Вархи, наклонившись к Фету, в общих чертах объяснил ситуацию. Особенно подчеркнув, что он, Фет, теперь прекрасный грациозный скакун. «Скакун» сел на попу. Вархи удержался и влез ему на плечи, чтобы не соскользнуть, и произнёс:

– Ну, пожааалуйста! Я никогда не спасал прекрасных дам.

Фет почесал за ухом задней лапой и сказал:

– Я вообще-то тоже. Быстро в башню! – гаркнул он уже феям. – Мы вас сейчас спасать будем!

А потом уже тихонько спросил у Вархи:

– Надеюсь, на дерево лезть не надо?

– Что вы, что вы! Нам бы до него доскакать, добраться то есть.

– Ну, тогда держись! – кабан под Вархи встряхнулся. Встал на дыбы с громким хрюканьем. И, как заправский рысак, перебрал в воздухе копытами. Феи с визгом полетели к дуплу, из которого их будут спасать. Их весёлые мордашки торчали из дупла в предвкушении «освобождения».

И Фет поскакал. Вархи ликовал. В восторге он схватил прутик и начал стегать «скакуна» по бокам, который даже ничего не почувствовал. Шкура у кабанов – ого-го! Тут же на скаку наш рыцарь наклонился и схватил длинную палку. Она стала копьём. Со стороны это всё выглядело очень эффектно. Фет даже умудрился перепрыгнуть через валяющееся на пути дерево. Феи зааплодировали! Со стороны также раздались бурные аплодисменты и крики одобрения. Вархи быстро огляделся. Вокруг было море зрителей. Видимо, сороки ну ооочень хорошо «сохранили секрет». Только ленивые не приползли посмотреть на эту захватывающую сцену.

Наконец «благородный рысак» подскакал к сосне, а именно в ней «томились прекрасные дамы», и резко остановился. Вархи не удержался и влепился в сосну, раскинув лапы, но не растерялся и, быстро-быстро перебирая лапами, полез по ней вверх, к дуплу. Томимые ожиданием «дамы» сами вылетели к нему навстречу. Он взял их в лапы, пересадил на спину и спустился вниз.

– Ладно, давай отвезу победителя с «дамами» домой. Мне так нравится внимание, – подставив спину, сказал Фет и подмигнул дракончику. Феи, счастливые, сели впереди, Вархи чуть позади, а кабан, выкидывая вперёд копыта, гордо вышагивал, подняв пятачок к небу. А сверху на них сыпались цветы. Море цветов и… желудей. «Рысак» только успевал их хватать на лету и жевал, блаженно жмурясь от удовольствия. Неожиданно на голове Вархи оказался венок из цветов. Дракончик взглянул вверх, птицы радостно помахали ему крыльями. Он приосанился. Феи посылали воздушные поцелуи направо и налево, как и полагается «прекрасным дамам».

Недалеко от дома Фет сказал Вархи:

– Держись! Для пущего эффекта подвезу тебя домой, пусть родители видят своего победителя, – и снова поскакал.

Так что Милли и Тилли смогли наблюдать своего сына, гарцующего на кабане, который не только не скинул его, но и, оглашая лес благородным «Хрююю! Хрю-хрю!» вместо «иго-го», торжественно подвёз к дому.

11.

Вархи уютно спал под дубом в своей «кровати». Феи и родители сгребли мягкую травку, сделали в ней углубление, украсили по бокам цветами. Получилось очень красиво. Феи спали рядом в своих цветочках. Родители наверху. Сквозь сон дракончик почувствовал, что кто-то мягко лёг ему на глаза и пощекотал нос. Стало необычайно приятно. Он приоткрыл тихонько глаза, чтобы не вспугнуть пришельца. Прямо в глаза ударил яркий солнечный луч, отчего Вархи быстро-быстро заморгал и чихнул. Он немного отодвинулся от лучика в сторону и залюбовался им.

Внутри луча переливались блёстки-пылинки, они медленно кружились внутри, словно в волшебном танце, отчего лучик казался наполненным жизнью – спокойной и ласковой. Вархи лежал и любовался этим внутренним переливом частички солнца и понял, что улыбается ему. Он протянул туда лапку и начал смотреть, как свет играет на его чешуйках, просвечивает сквозь пальцы. Дракончик лежал и играл со светом. Тот, казалось, отвечает ему пониманием. А затем Вархи осторожно прижался к лучику и обнял его. Тот засиял ярче внутри, пылинки задвигались быстрее, словно зашелестели в нём радостно, и… лучик изогнулся и тоже обнял Вархи, который тихо засмеялся от счастья. Затем, луч снова выпрямился, прошёлся по всей спине дракончика и, распавшись на тысячи искорок, с лёгким мелодичным звуком исчез. Счастье сияющими искорками затопило сердце Вархи и разлилось по всему телу, щекоча грудь внутри. Улыбка словно просочилась во все части тела. Улыбались даже пальчики на ногах. Было сладко и трепетно тонко.

Наступило утро. А у Вархи появился ещё один друг.

12.

Белка Пуша, цепко хватаясь, ловко прыгала с ветки на ветку, перебираясь на соседнее дерево. Присев передохнуть, она начала обмахиваться шикарным хвостом и, радостно цокая, предложила:

– Вархи, а давай наперегонки воон до той сосны, – и она указала на сосну, стоявшую на приличном расстоянии.

Вархи в это время, вихляя всем телом, словно заправская ящерица, добежал к ней по стволу и задорно ответил:

– Давай! Только сосчитаем до пяти! Раз! Два! Три! Четыре! Пять!

И они наперегонки побежали по деревьям вперёд. Пуша была маленькая, но ловкая и гибкая. Казалось, она лапками прилипала к тонюсеньким веточкам и бежала, как по дорожке, изредка перепрыгивая, когда заканчивались веточки. Но у Вархи было другое преимущество, он был крупнее и прыгал дальше. Звери заулюлюкали и увлеклись этим соревнованием.

– Вархи! Вархи!! Вперёд! – болели за него феи и его болельщики.

– Пуша! Пуша, быстрее! – кричали белки и остальные, кто был в команде Пуши.

Наша парочка азартно неслась, сбивая на ходу шишки, жёлуди. Ветки трещали, осыпая болельщиков листьями, а иногда и чем потяжелее, например, шишками. Ушибленные чесали лоб, но в порыве боления даже не обращали на это внимания.

Пуша сделала последний рывок и первая добежала до сосны. Вархи чуть-чуть не успел.

– Ураааааа! —закричала Пуша. – Я победила!

И, счастливая, начала скакать вверх-вниз по сосне, а затем кругами вокруг ствола. И она так искренне радовалась, что все вокруг радовались вместе с Вархи её победе. А белочка спрыгнула с дерева на Вархи и давай его целовать в щёки, щекоча своим хвостом.

– Ах, ты, егоза, – ласково сказал дракончик, снимая Пушу со своей головы, и игриво щёлкнул её по носу. Она прижалась к нему и радостно крикнула:

– А теперь обнимашки!!

Тут все звери бросились обниматься друг с другом. Кто крепко, кто нежно. Больше всего досталось Вархи. Большинство зверей и птиц бросилось к нему, и он, не устояв на ногах, упал на траву. Так обниматься стало ещё легче. Это было самая-самая любимая игра. Она перепоясывала всех обручем мира. К тому же, всегда можно было отдать излишки счастья другому. Вдруг кому-то нужнее? Не жалко ведь того, чего много.

13.

День был чудесный, тихий и светлый.

– Ну вот малыш и подрос, – с удовлетворением в голосе сказала Милли. «Малыш» размером уже со здорового кабана, радостно потягиваясь, заулыбался (улыбка получилась зубастая), но малиновка к этому уже привыкла.

– Мама, а можно я погуляю с феями?

– Конечно, можно! – это уже отвечали феи.

– Разумеется.

– Ой, идём гулять!

Тишина утра была побеждена. Начался шум и гвалт. В общем-то уже обычный. Милли с Тилли посмотрели понимающе друг на друга, очередной раз подумав: «Откуда феи падают? С неба, что ли?» Стоит о них только вспомнить – всё!.. Считай, что они и не улетали.

И тут Тилли очень культурным голосом спросил:

– Уважаемые феи, при всём вашем внимании к Вархи должен вам заметить, что кое-что вы упустили. И мне самому придётся это исправить.

– ???!!!!!! – раздался немой вопрос фей.

– Он. Не умеет. Летать! Он носится по лесу, прыгает по деревьям, принося им уже изрядный вред, так как ветки уже не выдерживают его и ломаются. Но не умеет того, что умеем мы все – летать! – всё это Тилли говорил важно, прохаживаясь по голове Вархи, заложив крылья за спину. Взад и вперёд. А Вархи глазами следил за его передвижениями, подняв их вверх.

И тут Вархи впервые подумал, а почему он не умеет летать?

– Хочу, хочу летать! Вы ведь все летаете? И у меня получится!

– Разумеется, получится, – улыбнулась Милли, – завтра же и начнём.

– Мы все его научим, – сказала Лю.

– Прямо все, – усмехнулся Тилли.

– Конечно. Каждая что-нибудь придумает. Мы ему покажем, как надо летать. Раз – и готово!

– А то он не видел, как вы летаете, – сказал папа. – Нет, дорогие мои, тут нужно вдохновение!

– Вот ещё, сейчас прямо и научим, – сказала Розочка. – Что тут сложного?

Они вышли на середину поляны. Феи посоветовали дракончику размять крылья и помахать ими с силой. Вархи помахал. Феи исчезли. Их сдуло по всей поляне. Они вылезали кто из кустов, кто из травы невдалеке. Но не сдались.

– Махай крыльями! – крикнула Фиа, обхватив ветку на дереве покрепче. Вархи махал, но с места не сдвинулся. Зато Фиа чуть не улетела снова в траву.

– Разбегись и подпрыгни! – советовала Лю.

Дракончик разбежался, подпрыгнул и свалился с треском в кусты.

– Надо учить экстремально! – заявила подлетевшая стрекоза, заложив крутой вираж.

– Как это?

– А вот так! – стрекоза присела на травинку, пригладила крылышки и продолжила. – Пусть залезет на высокое дерево и спрыгнет. А дальше – дело техники!

– Какой кошмар!

– Это бесчеловечно!

– В чём-то она права, – успокоил всех Тилли, – нам действительно надо высокое дерево. Чтобы крылья успели расправиться, нужна высота. Хотя, если упадёт, будет больно.