Ловушка для Хаоса

Вдруг край торнадо озарился яркой вспышкой – Тёмный готовился выстрелить огненным шаром. На мгновение раньше его опередили сефиры Дашера и Брункелло. Из паровоза сверкнула другая мощная молния. С оглушительным взрывом она ударила в посланца Хаоса – и от него остались только сизые ошметки, разлетающиеся в разные стороны. Локомотив, окутанный паром, с шипящим свистом пролетел в ущелье.

Парни в кабине наблюдали эти мгновения: как синий и серый сефиры ярко засверкали у них в руках, и как через мгновение из них вырвались две тонкие длинные молнии. Перед паровозом они объединились в мощную огненную стрелу, которая поразила летящий навстречу чёрный торнадо с блеснувшим отростком белой молнии и разорвала его. Друзья сами были совершенно целы и невредимы, волшебные тёплые шары в руках светились, а магия свершилась на их глазах. Студентов вмиг накрыло восхищение, и переполнила огромная сила.

В это самое время за окнами кабины, справа и слева, мелькали каменные стены узкого ущелья. Потом локомотив вылетел на горное плато, резко сбросил скорость и пустился на рельсы – начался извилистый участок пути с крутыми виражами, по которому Лумпизану пришлось ехать медленнее, чтобы удержаться на правильной траектории, не вылететь с пути и не разбиться об окружающие скалы.

* * *

Когда посланник Хаоса, большой чёрный торнадо, был уничтожен и паровоз влетел в ущелье, дым из вулкана прекратился.

Когда паровоз двигался по кривым участкам железной дороги на плато, из жерла поднялся столб огня, увеличивающийся с каждой секундой.

Когда паровоз, выйдя из кривых, вновь взлетел и приближался к арочному мосту, необыкновенно изящному, лёгкому и ажурному сооружению, перекинувшемуся через бездонную пропасть, столб вулканного пламени достиг высоты одного километра, раздался грохот оглушительной силы, и жерло, как гигантская пушка, начало выстреливать громадные каменные глыбы – вулканные бомбы. Хаос начал бомбардировку на уничтожение локомотива, студентов и главное – сефир! Несколько бомб упало над входом в тоннель, и на его верхней скальной стенке появилась длинная и глубокая трещина.

Как только паровоз влетел на мост, две бомбы попали и обрушили тело моста впереди паровой машины перед входом в тоннель. Локомотив мгновенно – прыжком – ускорился, окутавшись густым облаком пара, и скрылся в тоннеле. Однако, этот прыжок-ускорение чуть не погубил парней – верхний край паровозной трубы зацепился за потолок тоннеля, её с треском вырвало из котла и из образовавшейся дыры повалили клубы дыма и пара. Очередная глыба-бомба проломила верхнюю стенку тоннеля. Часть скалы сползла вниз, перегородив его вход, и начался грандиозный горный обвал и оползень. Тоннеля больше не существовало, на его месте образовалась скала, по которой с грохотом катилась каменная лавина.

Путешественники были спасены, оказавшись вне досягаемости от бомбежки Хаоса – под защитой горной толщи. «Раненый» инвалид-локомотив ракетой летел в кромешной темноте тоннеля, и его скорость была настолько велика, что уже через несколько секунд весь в клубах дыма, пара, и снопов искр, он стремительно вырвался на равнину. Большие красные колеса продолжали бешено крутиться, но машина выдохлась. Угольный тендер опустел, вода в баках и в котле закончилась – стрелки датчиков легли на ноль. Спидометр показывал постепенно угасающую скорость: сначала 400 км/час, потом 350…

* * *

Паровоз по инерции пролетел по длинному прямому уклону, миновал мост через реку Фризу и мягко опустился на рельсы, продолжая движение вперёд. Пар и дым из дыры в котле выходили тонкими струйками, искры перестали вылетать, паровая машина застопорилась, и, когда паровозные колеса коснулись рельсов, Лумпизан ожил и откинулся на спинку сиденья. Это необыкновенное рискованное испытание и бросок по воздуху, а особенно последний отрезок пути, когда пришлось управлять аварийным локомотивом, не снижая скорости и не допуская его взрыва, дались ему очень тяжело – лицо стало похоже на череп, обтянутый жёлто-серой, без кровинки, кожей, глаза ввалились большими тёмными проемами, губы пересохли и потрескались. Он был похож на человека, которого долго поливали водой с головы до ног – насквозь мокрая от пота одежда прилипла к телу. От навалившейся неподъемным грузом усталости и огромного напряжения рыжий машинист, только что бывший человеко-машиной, не мог пошевелить ни ногой, ни рукой. Он закрыл глаза, откинулся на спинку кресла и приходил в себя, вновь переживая последние полчаса:

– когда он полностью взял управление на себя и паровоз взлетел, то ощущал себя уже частью локомотива и его механизма;

– когда бомба обрушила мост веред входом в тоннель и ему огромным напряжением и усилием воли удалось резким прыжком ускориться и перелететь через провал;

– когда оторвалась труба, он почувствовал, что сейчас взорвётся… но каким-то чудом удалось избежать разрушения и гибели…

Студент понял, что его магические способности, вдруг резко и многократно усилившиеся благодаря чудо-сефирам, позволили ему выдюжить и справиться с… совсем даже нештатной ситуацией! «Все отлично!» – вдруг подумал он и широко сам себе улыбнулся. Силы к молодому магу быстро возвращались, реабилитация организма закончилась, Лумпизан вернулся в этот мир.

Он открыл глаза и увидел встревоженных Брункелло и Дашера.

– Всё в штатном режиме, парни, едем до полной остановки, пока все тихо?

Парни молча кивнули.

– Вы в порядке?

Они опять так же молча кивнули.

– Ну и отлично! Значит, Тёмные на какое-то время оставили нас в покое! Наверное, готовят какую-то новую пакость. По-другому они же не могут!

Он сказал это спокойно и весело, подмигнул своим спутникам, протянул к ним руку ладонью вверх, и они отдали ему потускневшие шары. Всё было спокойно.

Железная дорога шла под уклон. Набранной скорости и инерции хватило до станции Чаркли. Доехали за 10 минут.

Чаркли и Тутос

Паровоз медленно въехал на станцию и остановился около древнего деревянного вокзала, не доезжая до бункера с углём и водонапорной башни.

За зданием вокзала, чуть в стороне, справа от пути, возвышалась каменная гора – лысая сопка, к её подножию полого поднималась выложенная ступенями дорога. Примерно через 50 метров подъёма на ровной площадке у подножия сопки стояли три трёхметровых чёрных металлических статуи, их лица были обращены на железную дорогу, а за спинами возвышался отвесный склон сопки.

На другой стороне железной дороги рос лес, и какой лес! Он состоял из колоссальных деревьев, которые Лумпизан уже видел в своем прошлом путешествии. Он узнал лес Тутоса. Это была хорошая, и даже отличная новость!

«Никаких тебе домиков, никакого тебе лагеря, никакого тебе депо, и никакой тебе автоматики! Только бункер с углем и водонапорная башня с водоразборной колонкой. Это нехорошая новость, потому что паровоз мы отремонтировать сами уже не сможем, а значит, дальше придётся идти пешком, а это около 200 км… пять-шесть дней пути по лесу… Надо бы придумать что-нибудь… обязательно!» – размышлял рыжий студент.

– Пошли, посмотрим на идолов Чаркли, – предложил Лумпизан.

Студенты спустились из кабины на землю и направились к статуям.

Лес на другой стороне железной дороги тревожно зашумел, и его кроны образовали огромный купол. За крайними деревьями появился Тутос. Он наблюдал за тремя путешественниками.

Лумпизан потерял бдительность. Сказались и огромное напряжение, и кратковременное чувство победы, и ставшее привычным знание, что железная дорога проложена вдоль белого луча на небе. И на луч он перестал обращать внимание. А напрасно. Белый луч вдруг потемнел. Из-за сопки показался Тёмный – разведчик Хаоса, маленький чёрный смерч. Его никто не заметил. Смерч спрятался за сопку. Лумпизан потрогал нагрудный мешочек – сефиры немного разогрелись. Однако он не обратил на это внимания и зашагал дальше, тем более, что до цели было уже совсем близко. Когда путешественники подошли к статуям, лесной маг зелёным облаком вылетел из-за деревьев, перенёсся к чёрным памятникам и материализовался около парней. Здесь он откинул капюшон и молча поклонился. Лумпизан не удивился и поклонился в ответ, эмоциональный Дашер вытаращил глаза, а Брункелло просто и спокойно кивнул.

И вот тут Лумпизан почувствовал, что сефиры разогрелись! Он посмотрел наверх – и в этот момент из-за сопки вылетел огромный чёрный торнадо. Он с рёвом напал на паровоз, и несколько молний одновременно ударили в машину. И, хотя взрываться там было нечему, локомотив взорвался, окутался необычным пламенем, синим и белым, на глазах превращаясь в груду расплавленного металла! Пламя имело такой жар, что стоящие рядом деревянные вокзал и водонапорная башня моментально вспыхнули и загорелись! С ужасным воем и гулом ураган налетел на бункер с углем и горящие строения, как игрушки, с треском разломал, вырвал из земли и втянул внутрь всё, до чего добрался, далеко зашвырнул искорёженный металлический бункерный короб, разметал несколько тонн угля и горящие обломки… Жуткая, бешено крутящаяся воронка смерча за секунды разметала железнодорожный путь, на сотни метров разбросала шпалы, легко, как пластилин, погнула стальные рельсы и быстро приближалась к площадке, на которой находились чёрные статуи, Тутос и путешественники-студенты. Хаос решил уничтожить парней природной стихией – страшным торнадо, без чёрной магии с атаками огненными шарами и молниями. Сефиры против природной стихии не работали. Хаос это знал – так же, как и Лумпизан.

Студенты заметили в скале напротив – там, где заканчивалась площадка и начиналась сопка, всего в нескольких десятках метров от них, – расщелину, как небольшую пещеру и решили было рвануть туда, но Тутос остановил их: было уже слишком поздно – воронка смерча находилась всего в нескольких метрах, и три друга инстинктивно прижались спинами к статуям.

Маг прикоснулся рукой к одному из чёрных памятников, и тут они, один за другим, засветились – как будто внутри каждого зажегся свет. Один стал синим, другая – серым, а третий так и остался чёрным, только все стали прозрачными – и бушующий торнадо больше ни на сантиметр не приблизился к ним, невидимая преграда – магия статуй остановила Тёмного. Ветряное жало медленно обошло их кругом, как будто в поисках изъянов в магической броне… потом оно попыталось проникнуть сверху – но защитная магия древних памятников Чаркли оказалась непреодолимой. Тёмный медленно и нехотя взлетел в небо и скрылся за сопкой. Свет внутри статуй погас. Они приняли обычный вид. Лесной купол раскрылся.

Тутос заговорил:

– Лумпизан, я – Тутос. Вы идёте к Алефу?

– Да.

– Время дорого. Я помогу вам.

Маг дотронулся до одной из чёрных статуй, и она опять, стала прозрачной и синей, а потом развернулась на 180 градусов – лицом к сопке. А следом за ней и две другие изменили свой цвет, как прежде, и повернулись к сопке. Потом они испустили лучи на расщелину в каменном склоне, и часть горы отъехала в сторону, открыв вход в большую пещеру. Там, как в ангаре, стоял маленький серебристый самолёт.

Тутос сказал:

– Я – последний из чаркли. Остались только эти магические статуи – памятники великим магам и народу, которого больше нет на свете. Слышал ты что-нибудь о чаркли, о моём народе?

Лумпизан кивнул.

– Этот самолёт наша… теперь уже моя собственность. Хаос не смог добраться до него. Самолёт особый. И чтобы летать на нём, нужна особая магия – это сила мысли. Ты этим обладаешь, Лумпизан. Доказал, раз вы здесь.

Хаос хотел задержал вам таким образом, – маг повернулся и показал рукой на дымящуюся расплавленную груду паровозного железа, – чтобы убить чуть позже. Но слабоват Хаос, – усмехнулся он, – летите. Там как раз три места.

Парни, оторопели от удивления…Столько вопросов крутилось в их головах…

– Быстрее, время дорого, – поторопил маг. – Алеф ждёт.

Студенты бегом рванули к самолёту и забрались в открытую кабину. Лумпизан сел в кресло пилота, а друзья – в пассажирские кресла позади него. Никакого пульта управления не было – перед пилотом находилась только гладкая белая наклонная плита из непонятного материала с вдавленными отпечатками двух ладоней. Лумпизан положил на них свои ладони, сосредоточился, плита покраснела – и самолёт выкатился из ангара и проехал мимо светящихся статуй на ровную площадку. Тутос взмахнул на прощание рукой. Самолёт с места взлетел вертикально вверх.

Часть склона сопки встала на место, закрыв вход в ангар, статуи развернулись на 180 градусов лицом к лесу и железной дороге и приняли обычный вид, а Тутос улетел в лес.

От станции Чаркли остались развороченные железнодорожные пути, зияющие воронки на земле, где стояли вокзал, водонапорная башня, искорёженный бункер, и дымящаяся груда расплавленного паровозного металла – следы разрушений, где войной проходил Хаос…

В самолете

Управлять самолётом было легко и приятно – не то что летающим паровозом! Стоило Лумпизану только подумать: «выше» или «быстрее», как летающий аппарат мгновенно слушался и исполнял любую команду.

Они летели низко над лесом и железной дорогой.

«Во-первых, так безопаснее, потому что лес Тутоса рядом, во-вторых, дорога приведёт прямо к порту, а там и до острова недалеко, а в-третьих, кабина открытая, и на высоте холодно», – рассуждал Лумпизан.

200 километров пролетели быстро и без происшествий. Показалось море и порт, железная дорога закончилась. Впереди лежал остров Лиланда… и виднелся вулкан Хаоса.

«Неужели долетим спокойно?»

И только он подумал так, как луч в небе почернел и из жерла вулкана в небо поднялся огненный столб, скрутился в огненный смерч и понёсся к острову. Сразу следом за ним из жерла с огромной скоростью и с раскатами грома вылетели с десяток громадных каменных бомб, а следом за ними – старые знакомые – чёрные большие смерчи. Они летели также быстро! Колоссальные глыбы упали в море недалеко от острова, подняв тучи брызг и высокие водяные столбы. И смерчи подхватили их, с громким гулом втянули в себя, завертели в скоростных вихрях и, превратившись в мощные водяные столбы, быстро оказались между самолетом и островом.

– Держитесь, парни, – крикнул Лумпизан, – последнее испытание!

Он резко ускорил самолёт – да так, что всех вдавило в спинки кресел, заломило и заложило уши, и только благодаря спортивной закалке никто не потерял сознание, правда, у Дашера и Брункелло из носа тонкой струйкой стекла кровь. Таких сильных перегрузок они никогда не испытывали. Но они не успели, потому что произошло нечто странное. Водяные смерчи-столбы стали быстро и беспорядочно перемещаться, то сливаясь в толстые водные колонны, то разделяясь на более мелкие, образуя непреодолимую преграду. И эта ураганная ревущая водная стихия двинулась навстречу самолёту Лумпизана. Он не рискнул лететь «напролом», а сделал разворот над морем, осмотрелся и приготовился к атаке. В этот момент все смерчи слились в один исполинский. Морская вода всасывалась в колоссальную воронку, поднималась вверх, и с огромной силой, как из гигантских брандспойтов, дробными струями разлеталась в разные стороны, как будто наверху, в громадной грибовидной шляпе чудовищного водяного столба крутился колоссальный разбрызгиватель. Если бы такая струя попала в самолет, то он был бы сбит в воду как комар и её удар был бы смертельным.

А следом возникло ещё одно препятствие – огненный торнадо приблизился к острову и полетел вокруг, раскручиваясь над его периметром, как клубок, опоясывая огнём воздушное пространство.

Пилот принял решение прорываться немедленно, пока огненное кольцо не замкнулось. Тогда замок Алефа, цель его путешествия, оказался бы недоступен.

Узо

Узо с Гарфункелем после радостной встречи с гмурами в гроте на Лиланде услышали далёкий гром и взрывы. Они подошли к выходу из пещеры и заметили маленький серебристый самолет, который летел к острову. Потом увидели почерневший луч, столб огня в небе, превратившийся в огненный торнадо, каменные бомбы и чёрные смерчи, образовавшиеся вслед за ними водяные смерчи-столбы. В воздухе стоял гул от ураганных ветров.

Наблюдатели в скальном гроте догадались, что раз Хаос начал охоту за серебристым самолётом крупными силами – значит, в нём должен быть Лумпизан с сефирами!

А Узо решил, что если внимание Хаоса сосредоточено на сражении с этим самолетом, то надо попробовать прорваться в замок к Алефу. Он попросил у Мема плащ-палатку и кусок специальной ткани для Кетер.

– Наблюдайте за самолетом, – попросил студент на прощание скальных гномов, – в нём Лумпизан. Может понадобиться срочная помощь. Надо держать яхту наготове для выхода в море.

Гарфункель остался в гроте, потому что, хотя он просился сопровождать своего друга, Узо запретил идти с ним.

Спрятав сефиру, Узо накрылся плащ-палаткой, сгорбился, стал похож на обыкновенного гмура в накидке с капюшоном и отправился в замок. Но он пошел не открыто по дороге, а вдоль неё, прячась в лесу, чтобы не привлекать внимания Тёмных, как будто гмур отправился в лес по каким-то своим делам. Защита драгоценной Кетер была проверенной и надёжной, и на гмура в накидке в лесу никто из слуг Хаоса не обратил внимания.

* * *

Мем скомандовал приготовить яхту. Через подзорную трубу из грота, поднявшись к наблюдательной площадке у круглого отверстия в скальной стене высоко над водой, он следил за всем, что происходило на море и в воздухе. Хоумер и Тод находились на яхте и были готовы выйти в море по первой команде.

* * *

Ничем непримечательный гмур, одетый в плащ-палатку с накинутым на голову капюшоном шёл по лесу по направлению к замку. Над дорогой, как всегда, в воздухе болтались воздушными шарами маленькие смерчи – сторожа и охотники Хаоса. На гмура они не обращали внимания и пропускали его беспрепятственно дальше.

Как только этот гмур вышел из леса на открытый участок горы перед замком, над ним появился маленький чёрный смерч. Тёмный охотник следил за воротами в замок. В тот момент, когда гмур подошел к воротам, из смерча в него с грохотом вылетел огненный шар. Охотник решил убить гмура, но опоздал – Узо, а это был он, – исчез. Молния взрывом оставила воронку на том месте, где он только что стоял.

* * *

Мгновением раньше студент, приник к воротам, укрывшись плащ-палаткой, достал светящийся шар, произнёс имя Кетер и оказался в замке Алефа.

За воротами его встретил Пе и сразу проводил в библиотеку.

– Алеф борётся с Хаосом, эта нападение очень сильное, посиди здесь.

Узо присел на стул, Пе ушёл, появился Самех с подносом с едой.

– Угощайся, – предложил Самех и оставил путешественника одного.

Лумпизан, Дашер и Брункелло. Последний бросок

– Парни, как вы там? – прокричал Лумпизан.

– Нормально, – ответили они хором.