Воспоминания Противоречивой

– Ну, здесь всё просто, я уже выцепила актуальный каталог у одного хмыря, – она протянула его vassago и продолжила, – Автором является Антимаг. Собирает информацию на все источники магии, которые ему попадаются. На каждый из них составляется обзор с оценками по трём пунктам: качество предоставляемой информации, способ её донесения, сердце, с которым это делается. Все обзоры помещаются в какую-либо рубрику каталога инквизитора. Каждая рубрика делится по уровням: от хорошего до дна. Или наоборот. Та самая академия, о которой говорится в письме, – Противоречивая помахала затёртым пергаментом. – Даже оказалась на хорошем уровне, несмотря на то, что подверглась инквизиции в преддверии Вальпургиевой ночи. К пьянке же все готовились, к празднованию, не до того было. В каталоге есть к тому же рубрики «Лохотрон» и «Развод на деньги», что очень даже полезно. Советую начать читать обзоры со дна к хорошему. Производит большее впечатление. Да и про помойку почему-то смешнее у него получилось…

Vassago довольно похмыкал и, уже не слушая окончание речи, отправился в свой кабинет читать полученный экземпляр. Приятный вечерок назревает, однако, надо бы чаёк и печеньки из шкафа достать. Он любит юмористические хамские обзоры. Сам грешен. Сам такое же пишет. Но одно дело писать, а другое – читать.

– Берегитесь, теперь не только Гадкая Саламандра будет являться источником горькой критики, но и святая инквизиция прочешет вас на сопротивляемость упрёкам, – ехидно прокомментировала Персиваль, когда дверь за главредом закрылась.

Противоречивая в ответ рассмеялась:

– Эта фраза озаглавит мою будущую статью! Однако неприятно поразило, что кто-то всюду суётся, хотя до сих пор это была моя прерогатива. Хлеб отнимают! Обидно, понимаешь ли! И ходит, хмурится, под нос бормочет, в блокнотик записывает – пора собственный образ патентовать, а то развелось клонов незарегистрированных…

– Да брось ты, на ваш век хватит, учитывая, как самозабвенно вы этим занимаетесь. Никто столь долгое время не протянет, на какое хватило вас! – утешила её Персиваль, удобно располагаясь напротив в кресле. Она планировала внести кое-какие коррективы в статью, которую надобно будет разместить в юбилейном номере журнала ГС: 90-м по счёту. Сколько их ещё будет? Такое ощущение, что журнал вечен, как и эта поразительная парочка в нём. Ни к селу, ни к городу вспомнила Искристый мир, однажды повстречавшийся ей среди иных магических миров в путешествиях…

***

Вилиард заглянул в редакцию Veritas. Сунул нос, так вернее будет. И один глаз. Для того чтобы избежать возможных неприятных последствий. Ведьмочки бывало находились в самом плохом расположении духа. Кажется, тишина. Осмелел и зашёл внутрь.

Понятно. На месте оказалась лишь одна редакторша, она же журналистка, Противоречивая. Спит вредина аки младенец за столом, подложив картонную папочку под голову. Удивительно, что не проснулась при скрипе двери. Впрочем, так даже лучше. Она же хуже Змея Горыныча – запросто шарахнет со сна и только потом спросит для чего пожаловал. Протиснулся мимо неё. Аккуратно. Мееедленно. Продолжала спать и негромко похрапывать.

Что бы этакое учудить в отместку? Так-то он хотел проведать своё детище – редакцию журнала Veritas. А заодно поёрничать на тему того, как они его в последнем радиоэфире «Сплетни и бредни» обсмеяли, назвали девочкой, которая влюблена в vassago. Муа! Девочку он бы ещё стерпел. Но путаться с ненавистным vassago? Он им тут помогал: строил, ремонтировал, оформлял помещение для абсолютно нового журнала, не без задней мысли, конечно, а они вот так. Разумеется и Проти, и Лилия просто пошутили. Это же предельно ясно и слушателям их эфиров, ибо известно какие они обе юмористки, но! Теперь весь магомир над ним потешается. Смешно. Очень. Убил бы. Хотя нет. Планы на них пока. Грандиозные. Особенно на эту маленькую противную… Противоречивую.

– РОТА, ПОДЪЁМ!! – спонтанно гаркнул он у самого уха девчонки, сам не ожидавший подобного выкидона от себя.

Осталось только счастливо наблюдать за последующей картиной. Девушка подскочила, неловко махнула рукой. Снесла на пол и папочку (которая подушкой служила), и чернильницу, и перья. И куче бумаг мимоходом ещё досталось. Лихорадочно заметалась, попыталась принять стойку и козырнуть. Через пару мгновений взгляд немного сфокусировался и обнаружил Вилиарда. Застонав, она плюхнулась обратно на стул, который от испуга запищал всеми своими суставами, и положила голову снова, но уже на свои руки.

– Чё припёрся? – прогундосила неблагодарная девица и грустно шмыгнула носом явно подсвечивающим простудой.

– А где моё стабильное «здрасьте-подавитесь»? Чегой-то ты мать, раскисла-то совсем? – спрашивая, он вольготно устроился на кресле, нагло вытягивая ноги на обожаемом девчонками журнальном столике.

– Ко мне письмо с запуком пришло. Забыла блоки предварительно расставить. И вот. Гриппозничаю теперь.

Вилиард сочувствующе закивал. Заботливо не стал уточнять, что сам же и отправил это послание. Хохмы для. А нечего сплетни распускать. Правда, он не ожидал, что она блок-то забудет, с её-то предусмотрительностью въедливой. Тем приятнее вышло. Не. Он не изверг какой-нибудь. Перед уходом снимет запук. А сейчас важнее другое.

– Ты в курсе, что наша Лилия выходит замуж? – забросил он удочку.

Судя по поехавшим вверх бровям, она впервые об этом слышала. Вилиард злорадно про себя улыбнулся, с трудом удержав мышцы лица от излишнего дёрганья. Это ладно, так себе новость, не сегодня-завтра Батори сама бы всё рассказала, свадебное приглашение вручила, позвала бы платье и фату выбирать. То да сё, все эти девчачьи дела…

– Или вот ещё: vassago, говорят, ездил в горы и даже кое с кем там замутил.

Вот тут уже Противоречивая напряглась: сказал вроде бы совершенно спокойным будничным тоном, но ей явно почудились злорадные нотки в голосе. Не могли не почудиться. При её-то гиперчувствительности, пусть и временно сниженной из-за простуды: всё унюхает, зараза. Кому как не ей знать, что он всеми силами пытается восстановить её против vassago, чтобы отомстить вражине. За родную хату, семью, детей… Приукрасил, конечно.

Эльф, заметив напряжение и внезапно сузившиеся глаза, понял, что взял лишку с новостью. Да что там новость. Так – сплетня. Лживая брехня. Выеденного яйца не стоит на самом деле. А вот кара может последовать незамедлительная. И страшная. Низкий старт…

Дверь ещё не успела за ним захлопнуться, как ему в спину полетело мощнейшее боевое заклинание. На ходу выставил первый попавшийся блок, остановившись поспешно крутанулся, чтобы переместиться поскорее от психующей редакторши. Но заклинание всё-таки успело догнать и пробить защиту. Нос хрустнул, часть щеки пропороло огнём боли, брызнула кровь.

Очутился в каких-то лесах. Более всего похожи на эльфийские. Неужели к давно забытым родичам от испуга портанулся? Достал зеркальце и оглядел лицо. Похмыкал. Нос всё-таки сломала. Сместился чуть ли не на сантиметр влево. Одно легкое движение и кровь исчезла, а нос вернулся на место. Однако болеть будет долго. Теперь не стоит попадаться Противоречивой на глаза хотя бы пару недель. Хоть и отходчивая, но от греха подальше… Зато он не успел снять с неё насланный запук. Это слегка приподняло самооценку. И Вилиард жизнерадостно засвистел на весь лес, рискуя получить стрелу в бок от своих же сородичей. Эльфы не любят вторжения в их леса. Даже если вторгается кто-то из семьи. Особенно если родственник – нелюбимая белая ворона, позорящая всё славное племя.

***

Лилия зашла в редакцию и плюхнулась в свое любимое кресло перед магбуком. Левитировав к себе коробку с ликерными конфетками и чайник, она сложила ноги на столик и сладко зевнула. Но тут, как назло, запищал магскайп и на мониторе возникла красная и злобно пыхтящая Проти, разве что пар из ушей не валил.

– Что случилось? – Лилия посмотрела на девушку с интересом, и, усмехнувшись, уточнила. – Только не говори, что тебе дали квартиру в многоквартирном доме с кучей злобных старушек и неадекватных трясущихся алкоголиков. Первые вторых ругают и палками бьют, а вторые только «ай», «ой» говорить и могут в своё оправдание.

Проти, пыхтя и ругаясь на чем свет стоит на свой нефиганемагобук, не обратив на странные познания подружки из коммунальной жизни, потрясала своими кулаками, которые кто-то когда-то назвал «неубедительным аргументом»:

– Да ты ни в жисть не поверишь, что у меня произошло!

– Так что же стряслось-то? – удивлённо вскинула брови вампирша, невозмутимо продолжая поедать конфеты.

– Отправилась я, понимаешь ли, в командировочку. Вернее, на отдых. В обычный городской не магический мир. Отмечать Новый год собралась на квартирке своей. Уже и мишуру на себя повесила, и лампочки гирляндные вокруг шеи обмотала. Звезду к голове неизвестно как на ихний суперклей приклеила, чтобы держалась. Все же наряжают, ну и я решила нарядить. В общем, только думаю, что сейчас скажу: «Елочка гори!» и включу гирлянду в розетку. Ну, ты понимаешь? Чтобы горела! Даже шампанское приготовила, чтобы совсем приятно было. И тут!.. – далее шел мат, и даже не заборный.

Лилия подалась к монитору и тюкнулась об него носом:

– Что? Не загорелось?? Или весь дом спалила благодаря проводке, оставшейся без изменений со времен Советского Союза?

Проти буквально уже кричала:

– Представляешь, НЕТ! Звонок в дверь. Меня дернуло так, как будто у гирлянды провода оголенные были. За стенкой было слышно – соседи уже хорошие и явно будет весело, если они решили прийти мне на помощь в праздновании. Иду я вся такая нарядная к двери. С трудом ноги переставляю, их-то тоже обмотала. Гляжу в глазок. Бабулька там стоит. Вроде на Ягу из самых страшных магловских сказок похожа. Я спрашиваю: «Мол, чего бабусь тебе?». Она в ответ командует: «Дверь открой». Я в шоке! Двери открываю…

– И?? – рыжая ведьма даже съехала с кожаного кресла на пол. – Правда, Яга?

Противоречивая заорала еще пуще:

– Представляешь, НЕТ! Хуже! Тут пару дней назад мужики в доме начудили. Новую проводку проводили. На этаже нашем проводили у моей двери. Намусорили и грязь не убрали. Хотя я их и просила за собой прибрать. Так и остался мусор с моей стороны площадки. Бабулька сходу, даже «здрасьте» не сказала, давай верещать. Типа: «Что такое? Пора бы и убрать». Я ей объявляю: «Грязь не моя. А дежурит квартира нынче соседняя. Она и уберет.» Она мне: «Где тебя воспитали? Охота жить тебе в сарае? Охота жить тебе в грязи? Мне вот ходить мешает. Возьми и убери!». Я ей в ответ: «Я грязь в дом не таскаю, меня в эту грязь не заносит. Нисколько не мешает.». В итоге мне стало дурно, и я все же решила дверь захлопнуть на ее особо развоплистые вопли, вместо того чтобы ненароком не обмотать ее лампочками, а потом в розетку не врубить.

Лиля, вдохновлённо потирая ручки, довольно закивала головой:

– Эх, жаль, что не намотала. А я бы не лампочки, я бы кипятильник в одно место, и в розетку. Знаешь, раньше куриц на бутылке готовили. А тут бы – соседка. А ты чего это, стихами заговорила? – подозрительно прищурилась девушка. – Совсем она тебя заболтала?

– Да кто его знает. В общем, плохо мне. Только все нервы мне измотала. Что за народ? Про воспитание мне гнет! А сама как самый вежливый человек на свете, на меня кричать сходу начала. Но как воспитанный человек, пришла бы и спокойно попросила. Я тут же все бы и убрала. А то сделали из меня козла отпущения.

– Ну, есть такая категория людей, тем более, среди маглов, которой если не нахамишь, то день прошел зря. Ты знаешь, в следующий раз посоветуй ей… Нет! Ты ей скажи: «Мол, любезная, вы как-то бледноваты, глазки покраснели. Вам плохо? Может скорую? Или капелек?» И тихо так добавь, но не забудь, что это «тихо», должно быть прекрасно слышно: «для травли крыс». И на лицо самое заботливое выражение!

– Вот черт! Опять мне в дверь звонит. Сейчас найду ножик для более убедительной аргументации собственных слов, и открывать пойду! И я ей нахамлю! – Проти пропала из видимости магскайпа.

В ожидании Противоречивой Лилия услыхала шум и крики. Плюнув на конспирацию, ведьма телепортировала в квартиру и высунувшись в коридор, увидела дивную картину. Юная журналистка пыталась поднять на ноги толстенную старушенцию в цветастом платке, которая сидела на полу в луже чего-то красного.

– Ээ… любезные вы мои, – Лилия решила вмешаться в смертоубийство. – Что у вас тут за гвалт? А если милиция приедет? Проти, зачем ты так бедную бабушку? – тон у Лилии был ласковый, мед аж капал на кафель, а глаза хитрющие.

Противоречивая в полубезумной растерянности пробормотала:

– А я чего? Я ничего не делала. Представь себе: эта бабуська, видать, пока тебе я по магскайпу разливалась, за дверью там злобы набиралась. В дверь позвонила. Я открыла. Она вновь заорала и сока пакет в меня метнула. Я даже голову пригнула. Но пакет от меня срикошетил к ней обратно. Она ко мне шагнула, но на пакете вдруг поскользнулась, и на пол навернулась, и тут пакет ей под толстую, тяжёлую попу попался, оттуда и «кровища».

Ведьма осторожненько оттеснила ошалевшую Проти к комнате, а сама, брезгливо поморщившись, обошла «кровь» и вцепилась в бабульку. Конечно, хрупкая девушка вроде Лилии не смогла бы поднять эту тушу, но силы вампира помогли не просто поставить ту на ноги, но и слегка подбросить к потолку, что вызвало у бабульки совсем уж предынфарктный вид.

– Ну, вы как? Хорошо себя чувствуете? – ведьма отряхнула капли сока с рук и незаметно вытерла о бабульку. – Может, стоит отменить вызов катафалка? А то я как крики услыхала, решила их заранее вызвать… чтоб уж сразу на кладбище.

После этих слов, бабульку перекосило и она, бодро семеня ногами, и оставляя за собой «кровавые» следы на лестнице, убежала вверх, что-то бормоча себе под нос о невоспитанной молодежи и чертовых электриках.

Тут Проти лишь вздохнула, подождала пока в квартиру Лиля войдет, закрыла дверь и мысленно перекрестилась:

– Вот так живем мы в этом доме! Пойдем-ка выпьем, пока я еще не в коме. Встретим Новый Год, проводим старый год, который вот-вот пройдет!

Лилия выхватила из воздуха бутылку Абрау Дюрсо и пошла за Противоречивой в комнату:

– Давай выпьем, а эти, – она кивнула головой в сторону стены, за которой совершенно безобразно гуляли соседи, судя по воплям: у них дело шло к оргиям. – Пусть поспят.

И девушка щелкнула пальцами, от чего тут же стало тихо. И в полной тишине звонко тренькнули бокалы подруг.

– С новым 2011 годом!

***

Противоречивая вошла в класс уже полный учеников, ожидающих её. Несмотря на то, что она обычно никуда не опаздывала, здесь случился казус. Преподаватель нечистологии в данной школе магии внезапно пропал, а исчезновение заметили лишь недавно. Пока суть да дело (найти его так и не смогли ни по одному каналу связи), позвали на выручку единственно знакомого человека, сносно разбирающегося в этом предмете. Буквально у дверей кабинета руководство ей впихнуло в руки программу на день, попутно смахивая пот со лба и тяжело вздыхая.

Противоречивая на огромной скорости подошла к преподавательскому столу, на ходу пытаясь сделать сразу три вещи: поздороваться с учениками, просмотреть полученные листки и высвободиться из оков плаща:

– Всем привет! На сегодняшний день по предмету выступлю я. Как далее будут происходить события, пока не известно, так как ваш учитель испарился в неизвестном направлении, не оставив даже записки.

В среднем ряду хихикнул ученик, две девушки тоже улыбнулись. На что Противоречивая тут же вскинулась:

– Что именно тебя насмешило? – одновременно она попыталась подзеркалить парня (до неё донеслись слухи, что к пропаже явно причастен ученик), но уже в свои 15 лет он явно умел ставить неплохие блоки от любопытных. Это слегка настораживало, но ничего не доказывало.

– Вы всего на пару лет старше нас! – воскликнул он. Те же девочки хихикнули вторично, словно соглашаясь с его словами.

Противоречивая только хмыкнула: парень не покривил душой, она и в самом деле всегда выглядела моложе своего возраста.

Наконец-то ей удалось вырваться из лап приставучего плаща. Бросив его на стул, она уселась на стол, оглядывая класс. Вспомнив слова ученика, она вздохнула, поправила очки и ответила, не желая уточнять свой возраст (хоть и старше на 5 лет, но это не так чтобы существенно, да и как-то по-детски доказывать подростку что-то):

– Но вряд ли ты, или кто-то ещё в этом классе, сможет всем поведать информацию о мантикоре, верно?

Ученик продолжал задиристо на неё посматривать, но предпочёл более не высказываться.

Парень из левого ряда с первой парты вскинул руку:

– Но это существо считается вымершим, разве нет? Когда-то оно было очень и очень опасным, а теперь уже из ныне живущих вряд ли может рассказать о нём что-то кроме того, что написано в учебниках.

– Ты прав лишь отчасти. Ореол обитания данного существа и ранее был недостаточно широк, теперь же он невообразимо сузился. Да и маги всегда стремились жить ближе к лопухоидам, к цивилизациям, которые те создают. А цивилизации теперь располагаются уже в совсем иных широтах, нежели ранее: всё больше и больше людей устремляется в холодные края, там, где мантикора попросту не выживет. Потому сталкиваться особо не приходится. Разве что некоторым энтузиастам…

Кроме этого, ранее мантикору выводили для конкретных целей. Чаще военных. Как ты и сказал, это животное достаточно опасное, даже не каждый волшебник в силах с ним справиться. Благодаря своему мурлыкающему голосу она может усыплять. Благодаря сильному телу, когтям и огромным зубам – нападать и убивать. Благодаря скорпионьему жалу на хвосте – жалить и отравлять. Мантикора охотно ест человеческое мясо, но головы она оставляет. Раньше головы, оставшиеся от вражеских солдат, забирали для допроса некромантами. По крайней мере, так считается. Теперь же потребность в мантикорах исчезла (прогресс не дремлет и у магов) и популяция за несколько веков существенно сократилась.

– Итак, где живёт мантикора согласно сведениям из учебника? – обратилась Противоречивая к классу.

Руку поднял всё тот же парень из левого ряда. Противоречивая из кипы бумаг достала журнал и открыла его на нужной странице.

– Велес Тривоядько! – отчеканил он, не дожидаясь вопроса. – В учебниках говорится, что они жили в Персии. Некоторые авторы древности говорят о Греции, Италии, Индии.

Противоречивая кивала отвечающему, лихорадочно подсчитывая все ли ученики на месте, пытаясь попутно понять кто из них кем является, а по окончания обязательной процедуры продолжила за Велесом:

– На самом деле, я так понимаю, ты кроме учебника много прочитал и книг, которые были написаны лопухоидами. Пусть и глубоко в древности, но всё же. Многие из них грешили тем, что активно сочиняли и привирали. Современные авторы тоже не отстают в этом плане. Даже крылья пририсовали от избытка фантазии.

– Но ведь мы теперь не можем сказать, действительно ли у них были крылья или не было?

– Ну, я могла бы сказать, что крыльев у них никогда не было, ни перьевых, ни кожистых. И уж в этом я могу заверить точно, – Противоречивая на миг остановилась, улыбаясь своим мыслям. – Совсем недавно моя коллега по перу притащила в редакцию на руках необычного котёнка, который, как вы понимаете, оказался детёнышем мантикоры. Прежде чем я отправила её возвращать котёнка туда, откуда она его утащила (и да, она позаимствовала у индусов), я сделала несколько фотографий. После чего мы отправились с ней в путешествие, где мантикоры всё ещё живут. Их крайне мало, но всё-таки.

Противоречивая взмахом руки отправила на парту каждого ученика по фотографии, чтобы они могли разглядеть как следует. Некоторые ученики удивлённо-восторженно вздохнули, Велес же жадно впился взглядом в мантикору.

– Повторюсь, что многое в книгах лопухоидов приукрашено. Где-то рассказывается о теле кошки или льва с человеческим лицом, где-то пишут про зубы в три ряда или вообще частокол зубцов в горле подобных копью. Способность нападать и убивать целую армию в одиночку. Стрелять жалами из хвоста. Однако же, индусы без магических способностей толпой в десять человек с копьями наперевес заколют одну такую кошку в считанные минуты. Не смотря на множество оружий, которыми были награждены мантикоры, у неё полно уязвимых мест: голова, шея, туловище, лапы. Поэтому любой маг, прошедший обучение по Боевой магии, способен справиться с ним. Но всё же лучше не одному.

Как можно заметить, животное более всего походит на обычную большую кошку вроде леопарда. Только более лохматую что ли. По крайней мере, взрослые особи становятся намного косматее детёнышей. Цвет шерсти скорее ржавый, чем рыжий. Единственная видимая глазу особенность – это скорпионье жало вместо обычного хвоста.

– Но как Ваша коллега тогда справилась с котёнком, который может в любой момент смертельно ужалить, или она везде носит противоядия для всех случаев жизни? – удивилась девушка, сидящая прямо за Велесом. Диана, её звали Дианой.

Противоречивая усмехнулась:

– Ну, во-первых, она вампир, и ей любой яд нипочём. Может разгуливать практически везде. А во-вторых, она взяла его у племени индусов, которое с древности привыкло к необычным для других лопухоидов соседям. Небольшая популяция мантикор им не досаждает, хотя и бывают жертвы среди бродящих в одиночестве по тропическому лесу, в котором они и живут. Мантикоры живут и охотятся по одной. Судя по всему, к частому размножению не склонны и нередко бросают своих детёнышей совсем маленькими, когда они ещё беззащитны. Если брошенных находят индусы, то они проворачивают не совсем добрый трюк, бросают об землю котёнка задом и хвостом так, чтобы после повреждений хвоста, это животное не смогло бы пользоваться им как оружием. Тут Авиценна прав, но он же утверждал не про скорпионье жало, а про некие иглы, которыми мантикора способна стрелять во все стороны без перерыва. Однако, продолжу. Некоторых индусы утаскивают малышей к себе и выкармливают. Чуть подрастая, большинство подобных котят попросту сбегают в лес. Некоторые приручаются, привыкают к людям, живут в племени, помогают при охоте на крупную добычу, – последние слова она договаривала уже под звон колокола, который извещал о наступлении перемены.

Большинство ребят собрались и быстро оказались за дверью, Велес с Дианой и ещё парочка ребят задерживались. Но и они ушли, только Велес перед самой дверью обернувшись спросил:

– Вы ещё будете у нас вести этот предмет?

– Я не уверена в ответе, – улыбнулась Противоречивая, задумчиво потирая подбородок. – До свидания.

Дверь захлопнулась, и юная журналистка тире преподавательница, погружённая в свои мысли, осталась в тишине ждать следующий класс, которому нужно было рассказать про кикимор.

***

Перед Противоречивой, прямо на великолепном диване, закинув ноги на её офигенный и горячо любимый столик, сидел Вилиард. Вот вроде эльф, а ведёт себя как животное. Ноги на столик. На прекрасный столик. Эльф!

Не зря говорят: в семье не без урода. Этот представитель мало имел сходств со своими возвышенными и высокомерными собратьями, которые следовали жёсткому этикету. Они предпочитали не работать с ведьмами и магами, не говоря уж о том, чтобы каким-либо образом общаться с вампирами: эта вражда передается из поколения в поколение как священный обет. Вилиард разве что внешне походил на своих родичей, и, возможно, неуместным гонором, в остальном же вёл себя как человек и якшался с всякими сомнительными товарищами с Лысой горы, проворачивая мутные делишки. В том числе и с вампирами.

– Ну что, девчата, будем про vassago гадости писать? О том, что он устроил в гостевой редакции своей жёлтой газетёнки? Нужен полный разбор полётов и огромный скандал на передовице. «Vassago злобно машет метлой, прогоняя постоянных добрых друзей журнала!». «Vassago и Джим Вольтер – что связывает этих двух молодцев и почему главред со слюнями и соплями кидается защищать воришку?».

У Противоречивой от злости из ушей повалил пар. Недобрый знак. Определённо. Лилия Батори обеспокоенно перевела взгляд с эльфа на девушку. До неё донеслись слухи обо всём произошедшем, но эта тема ей была не интересна. Их журнал не должен превратиться в клоаку, как «Гадкая Саламандра», где все, кому не лень (читатели по большей части), устраивали склоки, заваливали редакцию письмами с заговорами и проклятиями на мучительную смерть. Некоторое время назад отношения Проти с vassago (главных заводил Гадкой Саламандры) дали большую трещину, из-за которой она, Лилия, и Противоречивая вместе и создали своё детище. Как бы противопоставив себя старому и привычному, желая создать уютный журнал без всего этого безобразия. Однако, из-за того же конфликта с мужем ожидать от подруги можно было что угодно. Могла бы и воспользоваться возможностью лишний раз совредничать и нарушить их миролюбивый мирок. Отомстить. Хотя.

Жуткая прямота, язык как помело, нежелание признавать любые авторитеты, полнейшее отсутствие какого-либо чувства субординации, она никогда и ни за что не будет лебезить перед кем-то, выслуживаться, подстраиваться. В этом была вся Противоречивая. Как она несколько лет проработала в Службе Безопасности Вечности с таким набором качеств одному Богу известно.

Хоть и помогал воздвигать редакцию их журнала «Veritas» Вилиард (да ладно, всю работу по строительству, отделке он взял на себя), но юной журналистке это не мешало периодически спускать на него всех собак. Вернее, собаку. С тремя головами. Называла его не иначе как «мой котёночек». Вонючего цербера котёночком. Просто – мяу.

– Ноги со стола убери, хмырь болотный! – раздражённо, с намёком на крайнее бешенство, выругалась Противоречивая. – Всего лишь очередная склока вокруг Гадкой Саламандры. Могу поспорить, что в который раз зачинщиками стали неадекватные посетители, а vassago просто прибегнул к крайним мерам. Не припомню ни единого раза, когда он на кого-либо нападал без веской причины.

Вилиард зажмурил глаза и сморщил нос, сделав вид, что оскорбился «хмырю болотному». В конце концов, он лесной! Лесной эльф, уж никак не болотный! Но ноги со столика убрал.

После всего, что произошло у этой самозабвенной знаменитой парочки, он был уверен, что ей захочется облить муженька последними помоями. Где-то просчитался, видимо. Ну, это ничего, это он исправит. Так или иначе, он с vassago поквитается за те скандальные статьи про его, Вилиарда, проекты. Главное – девчонку перетянуть на свою сторону и тот останется совсем один, против целого злобствующего магического мира. Да он уже сейчас фактически один, а задача Противоречивой – добить и vassago, и его жёлтый мерзкий журнал. Только она пока не знает об этой миссии. Он её ласково к ней направляет.

«Вот самоуверенный болван», – подумала девушка, в очередной раз ради поддержания формы обходя чужие блоки от подзеркаливания мыслей.

Эльф поднялся, подошёл к шкафчику, достал оттуда сосуд под названием «Омут памяти». В эту штуковину погружались воспоминания, чтобы потом иметь возможность их просмотреть заново без эмоций. Омут позволял находиться внутри самой сцены из прошлого, но стоять при этом как будто со стороны самого себя или того, кому эти воспоминания принадлежат. Это помогает понять, что же было пропущено на месте. Или узнать то, что видел другой.

Вилиард прикоснулся к виску, потянулся рукой к омуту, вытягивая нить воспоминаний. Стряхнул её прямо в чашу.