А сами щелк клыками, щелк,
И слюни брызжут из-за щёк.
Ворочают носами,
Ну как дружить с волками?
Бигфут решил им отказать,
Хотел им вежливо сказать,
Чтоб лучше не мешали!
Ведь их не приглашали.
Но для волков «бага-гуга»,
Лишь непонятные слова,
И скаля желтые клыки,
Рычат: «Сам лучше уходи!»
Спор явно разгорался,
Бигфут слегка размялся,
И подошел плотнее,
Чтоб объяснить яснее.
Их разговор был взвешен,
Один за хвост подвешен.
Второй сбежал в лес сразу,
Третий прибавил газу.
Рычит не хочет отставать,
Пришлось Бигфуту догонять.
И пробегая мимо,
Такую скорчил мину,
Что волк еще неделек пять,
В кошмарах будет вспоминать.
Кричат волки: «Тикаем!»
Мы больше не играем!
Внизу виднеются дворы,
Пушистик мчится вниз с горы.
Там ниже виден его дом,
Скорей добраться бы ладом.
Бигфут махает лапой,
– Ага, попался, ляпа!
И тормозя об пятки, спросил:
– А может в прятки?
И поскорей помчался в лес,
На длинную сосну залез,
Согнул её в три раза,
И хрустнула, как ваза (зараза).
Свалился, смотрит,
– Где ж дружок?
Сбежал? Он снова одинок.
Но почему? Бигфут не знал,
На озере лёд откопал,
Взглянул, раскрывши очи,
Какой-то он не очень…
И глядя в отражение,
Пропало настроение.
В комок от страха сжался,
Себя сам испугался.
Поплелся он один домой,
Всем в этом мире он чужой.
И целый день, и ночь, и год,
Он воет, плачет и ревет.
Аж до деревни вой дошел,
Напуганный народ пошел,
Ловить Бигфута в сети,
Ведь рядом ходят дети.
Подкрались среди ночи,
Связали крепко очень,
И потащили вниз домой,
В подвал холодный под горой.
Чтоб голодом его сморить в подвале и похоронить.
Он не сопротивлялся,
И сам им в общем сдался,
Решил не хочет больше жить,
Раз не с кем чудищу дружить.
В сетях Бигфута волокли,
Жилище всё его сожгли,
Тянули словно зверя,
От ярости зверея.
В людской толпе раздалось: – «Ах!»
– Он не опасный, он не враг,
Кричал кто-то, толкаясь,
К Бигфуту продвигаясь.
– Не злой, он добрый великан,
– Убийца! – все кричат. – Тиран!
Учили всех нас много раз,
Бигфут – чудовище для нас!
Не станем тебя слушать,
Бигфут нас хочет скушать.
Поделиться книгой: