Помоги проекту - поделись книгой:
- Когда-то у нас была дача в Тверской области. В деревне. Миша в детстве дружил с соседским мальчишкой Пашкой. На великах вместе гоняли, на речку бегали. Потом мой муж умер, сын вырос, мы дом продали, а Пашка иногда Мише звонил. В основном денег просил. Он в строительной бригаде работал, начал прикладываться к бутылке. Ну и спивался в деревне потихоньку. А тут позвонил сыну, говорит: хочу посоветоваться. Разбирал чердак, от деда ерунда какая-то осталась, еще с войны. Может, посмотришь, вдруг что стоящее?
А я помню: этот дед, как водочки выпьет, начинал хвастать, что в конце войны в настоящем дворце в Вене жил, принцессу австрийскую видел и даже на ее кровати как-то спал. Фотографию показывал, как он в 1945 году на ступеньках перед шикарной виллой стоит.
Ну Миша и поехал. Нашел гармошку старую, портсигар. И потертую большую коробочку с заколкой. Заколку привез мне показать. Я глянула: господи боже, это же бриллианты!
- Одна была заколка? - быстро спросила Машка.
- Миша привез одну. А сколько всего было, кто знает? Может, Пашка по пьянке другие кому-то загнал. Короче, вышли мы через знакомых на антиквара, специалиста по Австрии - Германии. Тот как увидел, аж затрясся: звезда Сиси, звезда Сиси!
Потом, правда, долго проверял, клеймо сличал, позвал второго эксперта для верности. И все подтвердилось! Я еще подумала: вот повезло нашему Пашке-алкоголику.
Тут Инна Львовна обвела нас взглядом мудрой училки и изрекла банальность:
- Но жизнь, девочки, непредсказуема. Миша решил сам купить звезду. Хотя я предупреждала… Антиквар позвонил какому-то своему клиенту. Тот примчался: говорит, я коллекционер, собираю все, что связано с императрицей Элизабет. А у самого лицо такое… не интеллигентное. И человек неприличный. Сразу видно. Предложил Мише и антиквару отступные. Чтобы звезду у Пашки купить по дешевке. Мол, все равно тот деньги пропьет. Сын, конечно, не согласился. У нас в семье так не делают. - Инна Львовна поджала бледные губы.
Она явно относилась к тем людям, что с юности обрамляют картину своей жизни в жесткие рамки приличий. - Миша составил договор, поехал с Пашкой в банк, открыл ему счет, положил деньги. Не миллион, конечно. Но сумму солидную. А часть Пашка наличкой попросил. Купил тут же, дурачок, на радостях ящик водки. Ну и сгорел. В прямом смысле слова. Напился, сигарету не потушил, дом вспыхнул. Пожарные приехали, да поздно. Вот такое везение… Коллекционер этот начал требовать, чтобы Миша продал ему звезду. Угрожал. Сначала сам. Потом кто-то звонил. Мы потому и охрану наняли.
- Как он угрожал? Прямо убийством? - придвинулась к Ирине Львовне Машка. И со свойственной ей ловкостью опрокинула локтем стакан с остатками чая.
- Ой, извините! Сейчас я все вытру! - кинулась она в туалет.
Инна Львовна смутилась, приподнялась:
- Не надо. Я сама… Там запах…
И вдруг вознегодовала:
- Как здесь убирают! Мусор с утра не вынесли. Туалет моют каким-то дешевым средством - я его узнала!
- Ничего, ничего, - почти пропела Машка, выскочив с бумажной салфеткой. И, вытирая стол, продолжила:
- Как зовут коллекционера?
Но Инна Львовна во время паузы вдруг как-то затуманилась, насупилась.
- Не надо вам туда, девочки, соваться. Опасно. Пусть полиция разбирается. Потом еще вас убьют, а я переживай.
- Но мне только имя…
- Нет. Миша вообще запретил, я и так…
- Тогда только два слова. Вы охранников своих хорошо знаете?
Инна Львовна удивилась:
- Вообще не знаю. Миша попросил в агентстве надежных, но не сильно дорогих. Мы же не думали, что так обернется…
- Архип сегодня все время был здесь?
- Да. Врача привел. Лекарства мне давал. Михаила проведывал. Ты что, думаешь, это кто-то из них?
В глазах Инны Львовны заплескался страх.
- Не знаю. Может, вы вообще не устрицами отравились? Ничего подозрительного в ресторане не заметили?
Ирина Львовна, которая в этот момент поднесла ко рту стакан с водой, аж поперхнулась:
- Ты считаешь… Нас нарочно отравили?!
- Могли. Никто ж не знал, что вы нам билеты отдадите. Меньше народу в ложе было бы. Только кто это мог сделать? Гена? Сами-то вы что думаете?
Инна Львовна поставила стакан на столик. И твердо сказала:
- Я думаю, права была гид Катя. Проклятые это звезды. Несчастливые. Хватит с меня Вены. Надо домой улетать. Раз в жизни захотела отдохнуть по-европейски. Чтобы все красиво, благородно. Подругам рассказать… И вот пожалуйста! Все, девочки, я устала.
Если честно, я тоже уже мечтала об одном: лечь в койку и забыться сном.
Мы пожелали Ирине Львовне спокойной ночи.
Но сами спокойствия не обрели.
Как только мы вошли в номер, к нам постучали.
Я открыла дверь. И замерла на пороге.
- Ты что, ждешь, что я сейчас об голову кирпич разобью? - пробурчал бывший десантник Гена. - Ну не вожу я с собой кирпичи!
И он сделал попытку просочиться в наш номер. Машка преградила ему путь грудью.
- Тебя разве не арестовали?
- За то, что ложу перепутал? Нет. Вы, вижу, тоже на свободе.
- Чего тебе надо?
- Маша, не тупи! Дай войти.
К моему удивлению, Машка отошла в сторону и пропустила в наш номер потенциального убийцу. Еще и дверь за ним закрыла.
- У вас выпить ничего нет? - прицельно-снайперски оглядел комнату Гена.
- Обалдел? - хмыкнула Машка.
- А пожрать? Я из-за их ментовки даже не обедал.
- Мы не едим на ночь, - сурово ответила подруга.
- Зря, - вздохнул Гена. - Это очень вкусно.
И плюхнулся на наш диван, отчего тот тоскливо крякнул.
- Что, Жанку кокнул, теперь к нам пришел выпить-закусить? - пошла в наступление Машка.
- Бомбическая логика. Я клиентов не убиваю и то, что охраняю, не краду, - отчеканил Гена. - Но полиция, нутром чую, хочет свалить все на меня. Прошлое им мое не нравится.
- А что у тебя в прошлом? Горы трупов?
Гена насупился:
- Помощь братским странам в защите рубежей.
- От нас чего надо?
Гена вздохнул.
- Ты девка башковитая. Лучше меня тут соображаешь. Я за границей только в Турции был. Ну, не считая… Эти арийцы что-то рокочут, а я ничего не понимаю. Могу ответить лишь хенде хох. Переводчик идиот. Вы хоть по-английски болтаете. Короче, нужно найти, какая сука это сделала.
- Думаешь, это женщина? - вскинулась Машка.
- Сука в широком смысле слова. Ты хвасталась, что хороший расследователь. Так расследуй!
- Что говорит Архип? - уже деловито спросила Машка.
- Сидит, глаза пучит. Желторотик. Говорит, все время при хозяевах был. Он по малолетству что-то на родине накосячил, не с теми парнями связался. И сейчас боится, что это дерьмо всплывет.
- Да, дерьма в истории многовато. Слить кому-то информацию твой желторотик мог?
- Вот. Уже соображаешь. Я спрашивал, он, конечно, в несознанке. Но теоретически - мог. Вопрос - кому? Что, выпить правда ничего нет?
Машка вздохнула, пошла к шкафу, достала начатую нами вчера бутылку дорогого вина. Налила Гене половину бокала. Потом глянула в его жадные глаза
- и долила до верха.
- Небось кислое? - для вида поморщился он.
И опрокинул бокал французского бордо залпом.
Мы с Машкой переглянулись.
- Ффу! Полегчало. Что хочу сказать. Я человек военный. Всегда смотрю на часы. Зашел в здание в 12.31. Первые одуваны как раз стали выползать. Потом носился, как недоморенный таракан. Мишка в армии не служил, право-лево в ложах перепутал. К вам вошел в 12.46. Вот за эти пятнадцать минут кто-то Жанку того… Работал профи. Такой яд по рецепту в аптеке не купишь.
Короче, я не слушал, когда Лена про того парня говорила. А теперь я бы его пощупал. Кто такой, откуда. Дуру эту на рецепции пытался расколоть, но она только глазками как прицелом рыскает и лыбится. Делает вид, что по-русски не понимает.
- Хорошо, попытаемся завтра узнать. А сейчас иди, мы хотим спать! И учти, мы с тебя подозрения не сняли, - строго сказала подруга.
- Маша, детка, выпей успокоительного. Кстати, есть отличный рецепт: десять капель валерьянки на стакан коньяка, - хмыкнул Гена. - И посмотри. - Он сунул ей под нос кулак размером с боксерскую перчатку. - Думаешь, я в десантуре уколы противнику ставил?
Когда за ним закрылась дверь, я с облегчением выдохнула.
Но Машка еще не успокоилась.
- Я там мусор в туалете у Инны Львовны сфоткала, - достала она, укладываясь в кровать, свой телефон. - Глянь!
- Зачем?!
- Там столько коробочек от лекарств! Вдруг упаковка от шприцов или от яда…
- Маша! - взмолилась я. - Ты сама сказала - она не похожа на идиотку. Можно я поразглядываю мусор в чужом туалете завтра? Как там в старой комедии говорится: а то переделаем все хорошее в один день!
Но завтра про мусор мы забыли.
Утром Машке надо было бежать на Конгресс пищепромышленников, отрабатывать дармовую поездку. Так что узнать о незнакомце на рецепции она поручила мне.
Увы, знание языков не спасло: дежурная мило улыбалась, но искать фамилию русскоязычного постояльца среднего роста и среднего телосложения отказалась. То ли берегла тайну клиента, то ли никого не опознала по моему красочному описанию.
Впереди у меня был свободный день. И я решила посвятить его Брейгелю.
Ничто так не успокаивает, как вечная классика.
…На улице милый красивый снежок превратился в противный дождь со снегом. Так что по дороге к Историческому музею искусств я чуть не пала жертвой «Захера» - самого известного венского кафе с самым известным тортом. Только длинная очередь покорных китайцев перед входом вернула мне тягу к прекрасному. Но путь к нему я решила сократить, свернула со столбовой дороги в почти пустые узкие улочки, быстро заплутала между одинаково красивыми домами с нарядными рождественскими витринами закрытых магазинов. И тут мне почему-то не понравился звук слышащихся за спиной шагов. Раза два я резко обернулась, заметив только мелькание чьей-то тени. Свернула в совсем уж тихий переулочек. Как вдруг кто-то цепко схватил меня сзади за локоть. Я обернулась.
Что ж. Кто ищет, тот всегда найдет. Это был он. Незнакомец, которого я тщетно разыскивала в отеле. Правда, сейчас его появление меня не обрадовало.
- Что вам надо?! - неожиданным фальцетом вскрикнула я.
- Поговорить, - ответил он. А сам открыл ногой дверь в какой-то дом и сделал попытку втащить меня внутрь.
- Я вызову полицию! - начала кричать я, пытаясь вырвать руку.
Но незнакомец цыкнул: «Тихо!» Приставил к моему боку рыжую сумку, которая висела у него через плечо: очевидно, там был пистолет. И сказал:
Поделиться книгой: