Помоги проекту - поделись книгой:
Н. Колосова
БОРИС ЩУКИН
*
НА ЭКРАНЕ — ПОДВИГ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК
Редактор Адель Алексеева
Художник Борис Косульнинов
М., «Мол. гвардия», 1968
О тех, кто первыми ступили на неизведанные земли,
О мужественных людях — революционерах,
Кто в мир пришел, чтоб сделать его лучше.
О тех, кто проторил пути в науке и искусстве.
Кто с детства был настойчивым в стремленьях
И беззаветно к цели шел своей.
Взгляни на этого человека. Ты можешь сказать, какой он? Добрый? Да. Злой? И злой тоже. Мягкий? Сердитый? Важный? Озорной? Хитрый? Страдающий? Огорченный? Радующийся?..
Кто этот человек?
Егор Булычев — герой пьесы Максима Горького. Один из самых ярких и сложных характеров в русской драматургии.
Егор Булычев — купец, хищник, богач. Умница, мыслитель. Бунтарь, безбожник, грубиян. Нежный и заботливый отец. Он тяжело болен и знает, что скоро умрет. Его все больше и больше гнетет фальшь и несправедливость окружающего. Его злит мир хищников, к которому он сам принадлежит. Он ждет революции. Революция должна взорвать прежний порядок и обновить жизнь в России.
«Не на той улице я живу, — говорит он дочери. — В чужие люди попал, лет тридцать все с чужими. Вот чего тебе я не хочу. Отец мой плоты гонял, а я вот…»
Этот сложный образ блестяще воплотил на сцене артист Борис Щукин, первый исполнитель роли Булычова.
«Я не знаю, — писал Щукин, — как вообще играется Булычов. А как я сам играю, тоже, конечно, не знаю. Этого никто про себя не знает… Ясно, понятно, органично для меня то, что у Булычова закваска народная. Отец его плоты гонял. В свое время наверняка ловкий, талантливый парень, Булычов довольно ловко и легко нажился; довольно легко вошел в купечество. С его природными данными, с его сноровкой, с крепкой натурой он быстро занял там определенное положение. И оттого, что он пришел в этот класс извне, а не вырос из него — ему легко смотреть на себя и на окружающих как бы со стороны».
А это Борис Васильевич Щукин. Не правда ли, ничуть не похож на своего героя? Да, действительно, ничего общего. Правда, это не фотография, а шаржированный портрет, сделанный рукою самого Щукина. Конечно, шарж искажает реальный образ человека — в шарже художник обычно выхватывает и усиливает самые характерные, чаще всего смешные, черты. И, несмотря на это, в хорошем шарже всегда узнаешь того человека, которого рисовал художник. А у Щукина были хорошие шаржи, талантливые (рисовал он не только себя). В карикатурном автопортрете Щукин посмеялся над своей неказистой внешностью и добродушной мягкостью. Он казался себе очень смешным, однако это не мешало ему быть совсем другим на сцене. Он менял в себе все: выражение лица, взгляд, улыбку, голос, походку, манеру говорить, двигаться.
«Если бы у меня спросили, кто из советских актеров мог бы во всех отношениях — как в жизни, так и на сцене — служить примером для подражания, я, не задумываясь, ответил бы: «Щукин!» Щукин никогда не полагался на свой талант и на свое обаяние.
В основе его творчества всегда был огромный, предельно добросовестный, напряженный труд. Я не помню ни одной репетиции, на которую Щукин пришел бы неподготовленным, творчески инертным.
Когда дело почему-либо не шло, он мог от отчаяния дойти до слез, но ни на минуту он не прекращал поисков… Трудолюбие и трудоспособность Щукина казались неистощимыми, и в этом, мне думается, в значительной степени заключается секрет его успехов…
К каждому рядовому спектаклю он относился, как к премьере, с той же добросовестностью, с той же затратой нервной энергии и физических сил, с тем же темпераментом, с той же любовью к своему делу. Даже болезнь не могла снизить уровень его требовательности к самому себе.
В общении с людьми Борис Васильевич был ласковым, сердечным, обходительным и умел своим вниманием, чуткостью, своей мягкой, обаятельной улыбкой покорять сердца тех, с кем ему приходилось общаться. И если человек не знал Щукина близко, он и не подозревал, каким жестким, суровым, а иногда даже и страшным в своем гневе бывал Щукин, когда сталкивался с чем-либо, что оскорбляло его как гражданина и художника. Щукин ненавидел и презирал отвратительные пережитки прошлого, еще, к сожалению, не изжитые в нашей актерской среде. Зазнайство, лень, гениальничанье, презрение к труду, отсутствие дисциплины, позерство и ложь, эгоизм, пьянство, распущенность в быту, мещанские интересы — все это вызывало со стороны Щукина резкий отпор…»
А теперь взгляни на эти снимки. В них Борис Васильевич в разных ролях: то улыбчивый, сытый кюре, то мужественный красный командир, то льстивый и хитроумный королевский придворный, то простоватый солдат.
«Я помню громовую негромкость его голоса. Человек говорит тише всех, а его слышнее всех…
У Щукина не было демонстрации каких-то отдельных качеств нового человека. Перед нами сразу был человек во весь его рост. Резкость изображения была такова, что Антон — Щукин как бы был ближе к нам, чем все остальные на сцене. Он как бы был все время по эту сторону рампы».
«От него всегда шла большая правда, верилось его глазам, его движениям… он работал как-то самозабвенно, и всегда казалось, что делает он это совсем не для себя, а для других, потому что, глядя на него, все, как-то сами того не сознавая, подтягивались, становились иными».
«Актер-мыслитель — это не тот, который умеет верно чувствовать, хорошо и правильно разговаривать на сцене, а тот, который умеет на сцене и молчать, и думать, и слушать. Это великолепно умел Щукин, он был подлинным актером-мыслителем…»
Перед вами рисунки Щукина к «Ревизору» Гоголя. Получив роль Городничего, артист делал для себя наброски карандашом. Рисунки обычно помогали ему найти грим, костюм, мимику, жесты. Щукин читал и перечитывал пьесу, и характер давно знакомого гоголевского героя оказывался все более неожиданным и сложным. «Бьюсь я об нее, об эту пьеску, — писал Щукин в одном из писем, — получается соотношение сил не такое красиво-величественное, как у волны разбушевавшегося моря со скалой, а скорее как у стакана воды с Эльбрусом, Эльбрус (Гоголь) даже не чувствует, что на него вылился стакан воды!»
Тетрадь заполнялась все новыми и новыми заметками: «Семьянин, чревоугодник, любит плоть свою, дочь, жену, азартен в достижении своих целей, всегда маневрирует, и чем труднее положение, тем активнее, азартнее, вдохновеннее (талантливее).
Часто обращается к богу (набожен), любит читать и петь по-церковному, обдумывая в это время свои дела. Суеверен (сны, приметы, предрассудки, страх перед ними)…
…Стороны ханжества, мнимой высокой морали, авторитетные суждения по любым вопросам, острота отношения к окружающим и умный критический глаз».
Больше двух лет работал Щукин над ролью Городничего. Это была последняя его роль в театре. Нам остались только рисунки и заметки в тетрадях.
«Вы спрашиваете, как надо работать. Я, пожалуй, не сумею вам прямо ответить на этот сложный вопрос. Но об одном я могу сказать с уверенностью. Будьте наблюдательны, выискивайте интересное во всем, с чем сталкиваетесь в жизни, приглядывайтесь ко всему, накапливайте впечатления. Жизнь предоставляет артисту огромное количество интересного и поучительного, и надо уметь пользоваться этим…
…Вот, к примеру, — на улице произошел несчастный случай с человеком. Обычно мы смотрим на это с любопытством. Но артист должен интересоваться не только тем, какое выражение лица у пострадавшего, но должен стараться пережить боль и отчаяние вместе с тем человеком, причем в той степени, в какой переживает ее сам пострадавший; надо искренне сострадать ему. И если вы точно так же будете относиться и ко всем другим явлениям — это составит багаж, из которого вы будете черпать необходимое для той или иной роли».
Борис Щукин был первым актером, исполнившим роль Владимира Ильича Ленина в кино и в театре. Роль Ленина — вершина в творчестве актера. Щукин шел к этой вершине долгие годы. Он достиг ее потому, что вся жизнь его в искусстве была подвигом.
Поделиться книгой: