Помоги проекту - поделись книгой:
– Так, значит, сохнешь по Михе, новенькая?
– Ничего подобного. Мне нужен был стул, вот я и решила переложить его рубашку… на другое место, – сказала я первое, что пришло в голову.
Ухмылка Антона стала ещё кривее:
– Ну, как же, как же. Просто признайся, что ты его фанатка, и сразу станет легче. Кто знает, может, я подкину тебе пару интересных фотографий. Мы же с ним давно вместе работаем…
– За какие-такие услуги ты решил меня одарить? Не говоря о том, что я ничего подобного и не попрошу.
– Знаешь, как о тебе в агентстве отзываются? За спиной называют «ледышкой». Вот, может, я надеюсь, что ты пресечешь эти слухи и раскроешь для меня свои…ммм…горяченькие объятия.
– Этого не будет. И, какого, ты вообще полез сюда, когда я переодеваюсь?
– Забочусь о Михе. Он попросил меня забрать его браслет на руку. Мне сказали, что все уже переоделись, – вдруг совершенно серьёзно ответил Маяковский, и с его лица исчез и намёк на улыбку. – Я Мишке кто-то вроде старшего брата, если тебе интересно. Может, я не отказался бы от менее родственных чувств с его стороны, но… Он, как там говорится…мальчик иного жанра.
– Постой… Ты…хм…
– Ой, можешь не озвучивать это вслух. И такие, как я в шоу-бизнесе, – не редкость, мне даже жаль тебя – кого ты ещё встретишь на своей дорожке. Но меня интересует только Миха. Если с ним не я, то пусть будет кто-то достойный. А не вульгарная фанатка, которая лапает и нюхает его одежду по углам. Это просто отвратительно! Ты как насекомое! – Антон сделал вид, что отмахивается от невидимого жука.
– Может, тебя злит сам факт, что это насекомое чем-то заинтересовало твоего обожаемого Миху?
– Может, – согласно оскалил зубы Антон и посмотрел на меня нехорошим взглядом. Я поняла, что этот парень может в будущем доставить мне неприятности, и лучше обходить его дальней дорогой.
Неожиданно мне в голову пришла новая мысль. Может, Антон угрожает мне чем-то более серьёзным, чем проблемы на съёмочной площадке:
– Ты – вампир? – вырвалось у меня.
Я тут же поняла, что ошиблась, увидев на лице Антона гримасу отвращения:
– Ты совсем больная? Ещё и тащишься по «Сумеркам». Как будто нам мало шефа. Небось, согласилась работать в этом агентстве, потому что мечтаешь, чтобы тебя инициировали? И выбрала для этой цели Миху, верно? Вот же бред. Да я бы тебя на километр бы до агентства не допустил…
Антон продолжал возмущаться, а я – мысленно ругать себя за свой длинный язык.
– Я имела в виду, что ты – энергетический вампир, – вяло попыталась вывернуться я, но Маяковский только отмахнулся:
– Можешь не объяснять, я всё понял. У меня пока нормально работают глаза и уши. Так что лучше не лезь к Михе. Иначе от предупреждений я перейду к действиям. Усвоила?
– Да кому сдался твой Миха! – возмутилась я, и в этот момент дверь открылась, и в комнату вбежала запыхавшаяся стилист.
– Антон, быстрее на площадку! Мужская съёмка уже началась. Ника, садись ближе к свету, мне нужно скорее закончить работу с твоими глазами.
Глава 12
Женская съёмка с изысканными позолоченными подносами и чайниками с длинными изогнутыми ручками завершилась. Она происходила в маленьком дворике с высокими, украшенными узором, кадками для фикусов и каламондинов. Солнце светило нещадно, и, когда объявили конец нашим мучениям, я мечтала рвануть в тень к пластмассовым стульям.
Но тут меня окликнула Лариса:
– Ника, погоди, ты куда собралась? У тебя сейчас съёмка в бассейне с мальчишками. Рекламодатель выбрал для неё только тебя. Зато потом ты будешь абсолютно свободна и даже сможешь отдохнуть на шезлонге у бассейна, если есть желание, а девочкам ещё предстоит парная фотосессия с парнями.
Я выпросила несколько минут на то, чтобы привести себя в порядок, и выпить воды, после чего Лариса привела меня в бассейн. Оказалось, что парни не залезали в воду, ожидая меня. Все до одного шестеро парней были одеты в причудливую повязку—передник на бёдрах и кусок разноцветной материи на шее в форме воротника с золотыми подвесками.
В бассейне для меня заранее заготовили нечто вроде плетёного из дерева плота, на котором возвышались два шеста с натянутой на них прозрачной тканью – своеобразными воздушными занавесками. Дополняли композицию две тонкие шёлковые подушки голубого цвета. Рядом с плотом на поверхности воды покачивались пять белоснежных цветов-лотосов. Я поняла, что стебли их обрезаны, и их принесли откуда-то издалека.
Белый с незнакомым мне парнем удерживали плот, пока я осторожно взбиралась на него. Миха взирал на нас из противоположного угла бассейна совершенно равнодушно.
Я устроилась на подушках, так чтобы ноги по щиколотку покрывала вода, и сделала вид, что наблюдаю за разбегающимися по воде солнечными лучиками.
Моя роль в этом ролике оказалась следующей. Молодые люди должны были стоять по пояс в воде у моих ног, наперебой предлагая золотистые чарки с вином. Я же лениво брала вино и делала маленький глоток. Затем просто лежала, подперев подбородок локтем, и чувствовала себя жутко глупо, когда Миха целовал на камеру пряди моих волос. И со всех сторон тянулись руки в звенящих браслетах в надежде поймать мою руку или хотя бы просто меня коснуться. Эта съёмка у воды оказалась тяжелее, чем съёмка с девочками, хотя она была короче.
Мою одежду забрызгало водой, и ей необходимо было обсохнуть. Я сходила в гримёрку, переоделась в закрытый купальник, завернулась в полотенце, так чтобы не сверкать обнажёнными бёдрами, разложила калазирис на лежак рядом с собой и, устроившись под солнцем, прикрыла глаза. Несмотря на то, что пришли Катя и Нина, и у бассейна стало шумно, я в своём уютном уголке почувствовала, что звуки извне перестают меня беспокоить…
Я очнулась с беззвучным криком на губах. Удивительно, но оказалось, что у бассейна осталась я одна. Все ушли. Возможно, так устали от съёмок, что просто забыли о задремавшей за фикусом сотруднице. Подхватив калазирис, я уже собралась поспешить переодеться и ехать домой. Но тут мой взгляд упал на бассейн. Уж крайне заманчиво он выглядел в свете вечерних ламп. Я подошла к краю, присела и зачерпнула воды. Оказалось, она очень тёплая. Положив калазирис на стул возле бассейна, я размотала на бёдрах полотенце и легко спрыгнула в воду.
Купаться было очень приятно. Теплая вода забрала всю усталость и разочарование долгого дня. Я немного поплавала на спине, потом перевернулась на живот и нырнула под воду. Рассмотреть дно бассейна получилось слабо – меня хватило на несколько минут, пока не заболели глаза. И тут я вспомнила, что накрашена и залезла в воду при полном параде. Я собиралась вынырнуть, но в этот момент кто-то прыгнул в бассейн, подняв целый водопад брызг.
Отплёвываясь от воды и проклиная ещё одного любителя вечернего купания, я не глядя в его сторону, поспешила к бортику бассейна, туда, где крепилась лесенка. Но дорогу мне преградила крепкая фигура:
– Куда же ты так спешишь, Никея?
Я растерянно замерла, нашарив пятками дно бассейна. Почему судьба так несправедлива ко мне, что опять сталкивает меня носом к носу с этим…хм…вампиром?
– У тебя тушь размазалась, – Миха неожиданно провёл пальцем по моей щеке, – но пахнешь ты замечательно. Твой укус на руке уже зажил. Дашь мне ещё себя укусить? В этом купальнике у тебя очень соблазнительная шея. Руки сами собой тянутся к ней её погладить.
– Держи свои руки подальше от меня.
Я сделала новую попытку его обойти, и тут что-то произошло. Поверхность воды в бассейне задрожала, и вдруг её разорвали тучи брызг. Прямо из воды вылетели летучие мыши – маленькие и большие. Я еле успела прикрыть лицо и уйти в воду по шею.
Но живность исчезла также быстро, как появилась. Через минуту все вокруг затихло. Погас один из фонарей. Рядом стоял только Миха, и летучие мыши, вырвавшиеся из воды, казались случайным видением.
Я подошла к краю бассейна и наткнулась на невидимую преграду. Отплыла на метр в сторону, снова уткнулась ладонями в преграду.
– Тебе отсюда не выйти, пока я не разрешу. А я настроен немножко поиграть. Знаешь, Никея, хорошо быть такой гордой девочкой до определённого момента. Пока не начинаешь слишком сильно злить других людей.
– Ты – не человек. И только что это доказал, – я со злостью треснула кулаком о невидимую преграду, и закусила губу от боли и разочарования, что оказалась в ловушке.
– Нет-нет, я – человек. И потому даю тебе право выбора. Например, позволяю стать моей по доброй воле.
– Ты меня не получишь. Этого не будет, – я отступила к самому краю бассейна и с ненавистью разглядывала это смазливое лицо, которое я планировала узорно разукрасить ногтями, если урод подберётся ближе.
– А если я скажу, что познакомился с твоей подружкой. Наташей, кажется? И если не тебя, то сегодня-завтра получу её… тело и кровь.
– Ты лжёшь! Я не знаю никаких Наташ! – я почувствовала подступавшую панику. Ноги свела судорога.
Вдруг раздался телефонный звонок.
– Ммм, я оставил телефон у бассейна. Как опасно с моей стороны, ещё сломается… Но, ради тебя, Никея, я бы утопил сотню таких телефонов, – промурлыкал проклятый вампир и вдруг ответил на звонок:
– Ната, привет. Да, я закончил работу. Но у меня ещё есть дела, так что, наверное, сегодня встретиться не получится. Ника, не хочешь передать своей подружке привет?
Миха включил громкую связь, и я услышала завистливый голос подруги:
– Никочка, ты чего молчала, что вы с Михой затусили? Его шофёр вчера подвёз меня от твоего дома. Миха сказал, что караулил тебя, хотел покатать. Мол, ухаживает за тобой, а ты ледышка, не поддаёшься. Я его сразу узнала по той тивишной рекламе про пиво, потому и села в машину. Миха сказал, что ты обещала ему свидание. Слушай, пойдем вместе! Он же ещё ребят знает, пригласит кого. Там разберёмся, кто кому больше подойдёт. Мне одной с ним в караоке идти неудобно, вдруг там кто крутой будет, ну ты понимаешь. А вот если ты компанию составишь, тогда…
– Ната, я ещё на работе. Поговорим в другой раз, – я с ужасом глядела на наглого зеленоглазого засранца. Как он позволил себе втянуть в это Нату!
– Ты следил за мной, – обречённо, точно приговор на суде, произнесла я.
– Да, немного. Хотел узнать твоё ближайшее окружение. И Ната оказала мне в этом существенную помощь. Сказала, что ты сейчас ни с кем не встречаешься. А бывший парень Егор в прошлом. Так что на моём пути нет преград.
– Я – самая большая твоя преграда, чертов урод,– я сама не заметила, как оказалась рядом с ним и со всей силы влепила ему затрещину. Звук оказался громким.
– Ты…дикарка. Угостила меня, значит,– зашипел вампир, схватившись за левую щёку.
– Если тронешь Нату хоть пальцем…
– Если ты позволишь мне себя потрогать, то точно не пожалеешь. Ещё никто не жалел, Никея. Но, раз ты не хочешь договориться по-человечески, значит…
Я вдруг почувствовала, что вода вокруг меня точно потяжелела. Она уплотнилась как густой кисель, в ней невозможно стало двигаться. Тем не менее, я не намерена была сдаваться:
– Урод проклятый! Сначала барьер, теперь это. Немедленно меня выпусти ты, ошибка природы!
Миха же спокойно подошёл ко мне и резко прижал рукой к бортику бассейна. Холодный мрамор мазнул по спине. Я со злостью взглянула ему в глаза и тут же пожалела об этом. Меня словно сначала изрезали, а потом перемазали свежей зелёнкой. Этот взгляд заставлял чувствовать боль смотрящего. И жгучее неприкрытое желание. Оказалась, всё что я видела у Михи до этого, – лишь тень его нынешней страсти.
Он вдруг схватил меня за горло, не давая дышать, и воспользовавшись тем, что я приоткрыла рот в попытке глотнуть воздух, вторгся в мой рот. Я почувствовала во рту терпкий привкус собственной крови. Этот гадёныш прокусил мне клыками губу!
На секунду он оторвался от меня и произнёс с видом неподдельной грусти:
– Ой! Я забыл убрать клыки. Не хотел тебе делать больно, прости.
Я не ответила, потому что по-прежнему ощущала себя цветком в его руках, стебель которого он может легко оторвать.
– Послушай, Ника. Ты мне нравишься. Я хочу тебя. Мы оба – молодые и красивые, так в чём проблема? Я умею доставлять женщине удовольствие. И неужели тебе неинтересно, каково это – заниматься любовью с вампиром?
– Ты считаешь меня человеком, который спит и видит, как бы потрахаться с кем-то иной национальности и…расы? Ты – точно полный идиот.
– Но при этом я получу тебя сегодня, детка. Мне надоело кружить вокруг тебя пчелой, подсевшей на любимый аромат. Давай получим удовольствие вместе.
Мой следующий возмущённый возглас он затопил глубоким поцелуем. В этот раз он не стремился поглотить меня, и поцелуй получился ласковым. Его губы напоминали мякоть вишни, а язык подвижной змеёй скользил внутри моего рта, то сильнее вжимаясь в его стенки, словно желая их раздвинуть, то обрушиваясь неумолимой хищной волной на язык, наглаживая его до боли.
Его руки тем временем исследовали бретели моего купальника. Он удивительно мягко по-кошачьи скользил по моим лопаткам, скатывая скользкие чёрные лямки, наконец, оторвался от моего рта и прижался губами к оголённому плечу, всасывая нежную кожу, а затем резко прихватывая её зубами. Я тихо охнула, сильнее откидываясь назад, к бортику бассейна, почувствовав этот паучий укус, словно лишающий разом всех сил, словно кто-то проколол то место сразу десятью иголками.
Я попыталась оттолкнуть его, но снова встретила сопротивление его жестких тренированных рук. Одной рукой он поймал в плен мои запястья и резко вздёрнул над моей головой так, что я застонала от вспышки боли, другой продолжал снимать с меня купальник. Ему удалось обнажить мою грудь, и я стыдливо прикрыла глаза, представляя, как сейчас пылают мои щёки.
– Успокойся, – прошептал мне на ухо белокурый мерзавец, – моя сила позволила мне не только установить вокруг бассейна барьер, но также и отключить камеры. Кроме меня, тебя такой никто не увидит. Мне тоже не нужны свидетели…моего маленького преступления, – он вдруг цепко потянул меня за мгновенно напрягшийся сосок, который потемнел от его действия. Я почувствовала, что в области груди что-то вспыхивает, посылая колкие разряды наслаждения и заставляя всё тело содрогаться.
– Вот это правильно, – шепчет мне на ухо мой лукавый соблазнитель, – я помогу тебе расслабиться, прежде чем мы перейдём к главному блюду.
Я больше не сопротивляюсь, чувствуя успокаивающую силу от его ладоней. Затем по телу прокатилась слабость, и я ощутила, как меня усаживают на бортик бассейна. Отстранённо услышала плеск воды и почувствовала, что близка к потере сознания. Чужие пальцы довели меня до исступления простыми поглаживаниями.
Тут Миха снова целует меня в губы, и на этот раз я не пытаюсь отвернуться. Лишь прижимаюсь к нему ближе, наши тела трутся друг от друга, как одержимые зовом природы мартовские коты. Каждое прикосновение дарит волны неги и удовольствия. И я уже готова послать к чёрту своё нежелание становиться любовницей этого негодника.
Его руки спускаются ниже, скатывая ткань купальника. Даже это ему удаётся эротично. Мгновение – и купальник падает на дно бассейна. Я смотрю в восхищённые глаза Михаила и нисколько не стесняюсь. Словно он уже видел меня голой…
Его ладони ложатся на мою затвердевшую грудь, сдавливая её в порыве жадности – кажется Миха вознамерился сделать её тяжелее. Я бесстыдно вжимаюсь в его ладони и вдруг понимаю, как хорошо, что мы находимся в бассейне. Чувствую растущий жар между ног. Кажется, я способна испытать оргазм лишь от одних его пылких губ и умелых рук.
Но вот его ладонь скользнула ниже, миновала живот и, достигнув островка плоти, обычно скрытого за тканью трусиков, несильно шлёпнула по ней.
– Ты внезапно горячая там, – довольно усмехнулся он мне на ухо, – скажи, что хочешь меня.
– Не мечтай, – скрипнула зубами я и тут же протяжно застонала. В наказание я оказалась нанизанной на один из красивых длинных пальцев блондина.
– Твоя кожа столь шелковистая внутри. И я хочу ощущать тебя не только рукой. Ну-же, расслабься и позволь мне войти.
Он шире раздвигает мне ноги, и я чувствую его напрягшийся орган под тканью плавок. Мне не по себе и от собственного тела, которое дугой выгибается на каждое его движение внутри меня. Он настойчиво скоблит меня изнутри, словно стирая верхний слой лотерейного билета. Мои руки бессильно смыкаются у него за спиной, больше не делая попыток его оттолкнуть. Его пальцы, исследуя меня изнутри, точно перебирают гитарные струны на предмет лучшей мелодии. И я выгибаюсь пантерой и сладко кричу, потому что не могу молчать. Мне хочется принять его в себя, почувствовать, что значит быть с ним, словно без него я не существую. Внутри словно срывается невидимая пружина. И я проваливаюсь в глухую бездну наслаждения, делая чужие пальцы вязкими и слипшимися от нектара своего тела. Минута блаженства, а потом резкое прозрение.
На ум приходит лицо Наты, которая поедает пирожок и спрашивает, как у меня дела на первом рабочем месте. И в голове вдруг что-то проясняется. Удовольствие, что я испытала, резко меняет полюс на противоположный. Я чувствую отвращение и к Михе, и к себе. Подумать только, я бурлящей рекой растекаюсь от ловких заученных движений его рук, а он только что грозился совратить мою подружку. Или покусать её… Покусать… Внимание! Почему он до сих пор меня не укусил, если испытывает жажду?
Словно угадав мои мысли, нахал смеётся в лицо:
– Что, представляла себе секс с вампиром по-другому? Знаешь, мне нравится не только вкус твоей крови, но и твоего любовного сока. Это тоже делает меня сытым. Сам не знаю, почему, – с хитрым видом он лизнул пальцы. – Но знаешь, я, может быть, хотел бы укусить тебя за это твоё тайное местечко. Если, конечно, позволишь. Я сделаю аккуратно и не больно, так что тебе понравится. Знаю вампиров, которые говорят, что кровь там самая вкусная…
– Мерзость! – я с силой оттолкнула его. – Не трогай меня, я ухожу.
– Эй-эй! Получила удовольствие и решила сбежать? Я ласкал тебя, и тебе было хорошо. Сначала ты должна заплатить за удовольствие, Никея.
– Пошёл ты!
Я дёрнулась из его рук, снова напоровшись спиной на невидимую стену.
– Не смей от меня сбегать, – неожиданно злобно бросил он. Только я уже стою к нему спиной и, призывая все спящие в себе силы, пытаюсь разрушить его барьер, приложив к нему мокрые ладони.
– И не смей отворачиваться! Я сказал, смотри в глаза!
Поделиться книгой: