Любимая ученица демона

– Ки–и–ир… – протянула я изумленно.

Однако брата уже и след простыл.

Утром никто не пришел меня будить. У родителей, как всегда, своих дел по горло, а Кирилл, который обычно не позволял мне валяться в кровати до полудня, сегодня проявил великодушие. Проснулась я от солнца, светящего в глаза. Странно, я закрывала шторы…

– Апчхи! – Я чихнула и почесала переносицу.

– Будь здорова, Соль. Доброе утро.

Это не Кир… Михаэль?! Что он тут делает?

Я подскочила – и точно, рыжий. Сидит на подоконнике, как будто так и надо, и улыбается.

– Эм… Ты как сюда попал? – Я натянула на себя одеяло.

– Да, вот именно. – В комнату вошел Кирилл и смерил феникса грозным взглядом. – Как?

03. В семье не без урода

– Кир, не смей! Мих, беги! – завопила я, кутаясь в одеяло и хватая подушку.

– Чего это? – хором поинтересовались парни, уставившись на меня.

– Ага! Вы сцепитесь, а мне вас разнимать?

Я подозрительно косилась на Кирилла, держа подушку наготове. Михаэль уже сделал все, что мог. Я пригласила его в гости, но не предполагала, что он явится ко мне в комнату. Брат в праве злиться, застав рыжего рядом с кроватью сестры.

– Мне разрешили прийти. – Михаэль продемонстрировал Киру ладонь, и на ней вспыхнула моя руна.

– Ассоль… – прошипел Кир, поворачиваясь ко мне. – Ты соображаешь, что творишь?

– А что такого? – Я вздернула подбородок. – Это Михаэль, он помог мне сбежать от чистильщиков. Я тебе все рассказала!

– Мелкая, ты начертила руну, с помощью которой можно проникнуть в наш дом! – прогрохотал брат. – Достаточно было гостевой на уровень!

Ой, правда? Подумаешь, перепутала немного…

– Я не обижу твою сестру, – примирительно произнес Михаэль, обращаясь к Киру. – Пусть Соль оденется, а мы поговорим в другом месте. Хорошо?

– Откуда ты знаешь, что он мой брат? – вскинулась я.

– Вы похожи. – Рыжий повел плечом. – Разве я ошибся?

– Не ошибся, – ответил за меня Кирилл. – Поговорить, значит, хочешь? Хорошо, пойдем.

– Кир, не надо! – Я представила, как из феникса летят перья, и содрогнулась. – Он же не сделал ничего плохого!

Брат смерил меня презрительным взглядом.

– Ассоль, настоятельно рекомендую хоть иногда включать мозги. Поверь, они у тебя есть. И тогда ты будешь изрекать гораздо меньше глупостей, – отчеканил он. – Приведи себя в порядок и спускайся в столовую.

Он кивнул Михаэлю, и они оба вышли из комнаты.

В такие моменты я ненавижу Кирилла. Ему ничего не стоит унизить меня публично: сделать замечание, отчитать, указать на ошибку. Он подчеркивает, что имеет на это право из–за того, что старше, и напоминает, что считает меня глупой и никчемной. Я злюсь и огрызаюсь, но все бесполезно, родители всегда на его стороне.

Одевалась я торопливо, опасаясь услышать шум драки. И в столовую заглянула осторожно, ожидая увидеть  там погром. К счастью, ничего, кроме накрытого к завтраку стола, я не обнаружила.

Кирилл и Михаэль расположились на террасе, что находилась за прозрачной стеной столовой. Они пили сок их высоких стаканов и мирно беседовали. Интересно, о чем? Мне радоваться, что они нашли общий язык, или беспокоиться, ожидая подвоха?

– Соль, чудесно выглядишь, – улыбнулся Михаэль, едва я вышла на террасу.

– Спасибо.

Кир окинул меня неодобрительным взглядом, но промолчал. А ведь запросто мог сказать, что юбка у сарафана слишком короткая, а верх чересчур открытый. Это вполне в его стиле.

– Вижу, вы подружились? – Я присела на краешек дивана рядом с Михаэлем.

– Ты позавтракала? – поинтересовался Кирилл.

– Нет, но…

– Иди.

– А вы?

– Я – давно. Мих отказался.

– Да, я сыт, – сказал рыжий. – Кир, Соль, прогуляемся после завтрака? Я впервые на седьмом небе.

– Э–э–э…

Я посмотрела на Кирилла. Вот же… гад! Приучил меня таки к тому, что сам все контролирует.

– У меня дела, – медленно произнес брат, одаривая меня насмешливым взглядом. – Пусть Соль покажет тебе… все.

Я нервно икнула, прикрыв рот рукой. Умру от любопытства! О чем же они говорили, что Кир отпускает меня на прогулку с малознакомым фениксом? Хм… Кста–а–ати! Кое–что я так и не выяснила.

– Мих, откуда ты знаешь наш знак? – спросила я.

– Ваш… что? – Михаэль взглянул на меня озадаченно.

– Меня предупредили о чистильщиках, – пояснила я. – Я побежала к порталу, ты – тоже.

– А–а–а… – Он рассмеялся, и я невольно им залюбовалась. Когда Михаэль улыбается, он словно светится изнутри, а от смеха в его волосах появляются огненные искорки. – Нет, Соль, я не знаю никаких знаков. Я хотел познакомиться с красивой девушкой, а она вдруг сбежала. Мне стало любопытно, отчего, и почти одновременно сработал амулет на чистильщиков. – Михаэль коснулся серьги в ухе. – Когда они рядом, я это чувствую.

– И почему ты ей помог? – поинтересовался Кирилл.

– Соль мне понравилась.

– Так понравилась, что ты обернулся на нулевом?

 Я нахмурилась: наивно предполагать, что брат не устроит фениксу допрос.

– Ой–йо–о… – протянул Михаэль весело. – Всего лишь раскрыл крылья на пару махов. Понимаете, я… путешественник.

– Нелегал, – уточнил Кир.

– Ага, – согласился он. – И границу я перешел в другом городе. А Соль вроде бы точно знала, как сбежать от чистильщиков. Поэтому я помог ей, а она – мне.

– А как ты научился управлять байком?

– Это несложно. Я люблю зависать на нулевом. Там до тебя никому нет дела.

– Кроме чистильщиков, – фыркнул Кир.

– Есть места, где они редкие гости. Магиков тянет в большие города, где есть развлечения. А я не лезу на рожон и не дразню патрули. Иногда попадаюсь, конечно, но так как ничего не нарушаю, меня просто отправляют наверх.

 – И что, родители…

– У меня нет родителей. – Михаэль резко оборвал брата. – Я сам по себе.

– Соль, ты еще здесь? – строго спросил Кирилл. – Иди завтракать, живо.

Конечно! Мне тоже любопытно, что случилось. Если мне не изменяет память, родителей нет у первородных фениксов. Перерождающиеся всегда знают, кто из сородичей вдохнул в них жизнь.

Однако пришлось подчиниться. Во–первых, не хотелось скандалить с братом при Михаэле, а, во–вторых, я проголодалась.

– Сдашь мне ее с рук на руки, – предупредил Кир Михаэля, когда я поела. – Я не шучу. Эта девица только кажется взрослой.

– Кирилл!

Он ухмыльнулся и ушел в дом.

Михаэль взял меня за руку и крепко сжал ладонь.

– Веди, – предложил он.

– Может, к реке?

– Куда скажешь, Соль. Мне интересно все.

По–моему, на седьмом небе нет ничего интересного. Дома, утопающие в зелени, сады и парки, первозданная природа. Ангелы скучны и рациональны.

– Не обращай внимания на брата, – попросила я. Все же неловко, что Михаэль видел, как со мной обращаются. – Кир, он… он всегда такой…

– Он заботится о тебе, – сказал Михаэль. – Хорошо, когда брат и сестра заботятся друг о друге.

– Что? – Мне показалось, он надо мной издевается. – Заботится?!

– Да, он обещал повыдергивать мне все перья, если я тебя обижу, – рассмеялся Михаэль. – По одному, медленно и со вкусом.

– Правда?

– Ну… почти. Я так понял его намеки. А вообще, он говорил о тебе тепло и с любовью.

– Не может быть… – растерялась я. – Кир? Да он притворялся!

– Нет. Почему? – Михаэль крепче сжал мою ладонь. – Если бы у меня была младшая сестра, я тоже опекал бы ее.

– Ты просто его не знаешь! – воскликнула я. – Он следит за каждым моим шагом, постоянно воспитывает, критикует, ругает…

– Ой–йо–о… – Михаэль улыбнулся. – Все так страшно? Может, он просто волнуется о тебе?

– Нет… Когда–то я так думала, но Кир… Это папа заставляет его заботиться обо мне. Потому что… потому что…

О да, я знала причину. Говорят, в семье не без урода. Это про меня. Все ангелы умеют летать, и у меня тоже есть крылья. Но они никогда не поднимут меня в воздух. Отец считал, что я уязвима и беспомощна, вот и приставил ко мне Кирилла нянькой.

Только как сказать об этом Михаэлю? Мне хочется, чтобы он не сбегал, чтобы стал… другом. Я мялась, не решаясь признаться в том, что невозможно скрыть.

А Михаэль вдруг наклонился и поцеловал меня в губы.

04. Соблазнение

Сила ветра! Такого я не ожидала. Кто же целует без предупреждения? Хотя… может, так оно и бывает?

– Соль? – Михаэль отстранился и коснулся моей щеки кончиками пальцев. – Что такое?

– Это мой первый… поцелуй, – выдавила я.

В зеленых глазах заплясали золотистые искры. Феникс словно соткан из огня: мне казалось, что языки пламени полыхают и в волосах, и порой скользят по одежде. А еще Михаэль пылал жаром – не обжигал, но температура его тела определенно выше обычной.

– Не может быть, – рассмеялся он. – Ни за что не поверю.

– Почему же? – Я нахмурилась. – Так я похожа на легкомысленную особу?

– Нет. На красивую девушку. – Михаэль поправил мне прядку волос, заправив ее за ухо. – На очень красивую девушку.

Он снова меня поцеловал: нежно, но настойчиво, надавливая губами, заставляя приоткрыть рот. Я робко попыталась ответить и испугалась собственной смелости.