Граф Артен дер Виргиль. Итран (СИ)

– Разберемся. У тебя двадцать минут на сборы, потом вылетаем.

Лейтенант открыл дверь, собираясь выйти.

– Ралиб, не говори никому. Не хочу, чтобы друзья переживали.

Итранин кивнул.

Салир ничего не сказал, но все и так было понятно. Меня под конвоем проводили к Сферанту и усадили внутрь. Связанные за спиной руки яснее ясного говорили, что я являюсь пленником.

Уже ожидая взлета, увидел, как подбежала Ириса и начала что-то кричать лейтенанту, но тот от нее лишь отмахнулся. Видел, какие потрясенные лица были у Мирата и Раливы, с каким недоумением и растерянностью они смотрели в мою сторону, не понимая, что делать дальше.

Уже на базе, ведя меня по тюремным коридорам, Ралиб заговорил снова.

– Я хочу поверить тебе на слово Артен, но не могу. Мне нужны доказательства твоей непричастности к заговору.

– То, что я чуть не отбросил коньки, не считается?

– Это все могло быть одной сплошной подставой. К тому же, непонятно, каким образом ты получил титул графа и сменил имя, причем сделал это на законных основаниях. – Итранин развернулся в мою сторону. – Не расскажешь?

– Вряд ли ты поверишь в мою историю.

– А ты попробуй.

– Извини, Ралиб, не могу.

– Тогда нам не о чем говорить. Встретимся на допросе. Жаль, что тебя нельзя проверить ментально, иначе все было бы намного проще.

– Мой тебе совет, если хочешь помочь, свяжись с Разведывательным Управлением Дальних Полетов, обрисуй им ситуацию.

– Кому им? Конкретно, к кому мне обратится?

– Если бы я знал.

– Считаешь, там станут слушать рядового лейтенанта с занюханной планетки?

– Но ведь можно что-то предпринять? Например, переговорить со Службой Безопасности или Управлением по контролю за преступностью.

– Причем здесь эти управления? Ты что, их агент?

– Нет, но они осведомлены обо мне намного лучше, чем ты думаешь.

– Интересно. Только вряд ли я получу от них хоть какие-то сведения. Я уже делал запрос на тебя, и ответ был категорический.

– Дай угадаю. Информация недоступна или засекречена?

– Угу. – Буркнул лейтенант, открывая камеру. – Заходи.

Я протиснулся сквозь узкий проход и огляделся.

– Мда, условия могли быть и получше.

– Это тебе не курорт. – Невесело хмыкнул Ралиб, а затем добавил. – Артен, я тоже не хочу верить в твою виновность, поэтому сделаю все, чтобы докопаться до правды.

– Хорошо. Ответь только на один вопрос.

– Говори.

– Что такого наплел про меня Витарус, что ты записал меня в предатели, за исключением того, что я его племянник? Ведь ты менталист, почему не распознал ложь?

– Трент силен, очень силен. Такой форт в своей башке выстроил, не пробиться.

– Не верю. Дядюшка ни вирас и ни дармит, он обычный человек. Откуда в нем может быть такая сила?

– Ты тоже человек, но мой, заметь, не слабый дар на тебя не действует.

– Еще одна загадка. – Проворчал себе под нос.

– Я попробую разузнать все, что можно, но если подозрения в твоей виновности подтвердятся, не обессудь. Казнь – это лучшее, на что ты можешь рассчитывать.

– Замечательно. – Вздохнул, и устало привалился к холодной стене.

Сил совсем не осталось. Перед глазами замелькали черные точки. Еще немного и я потерял бы сознание.

В это время дверь камеры захлопнулась, и послышались удаляющиеся шаги лейтенанта.

Со стоном опустился на жесткий, грязный матрас, валяющийся на полу, и прикрыл глаза. Чувствовал ведь, что просто так все не закончится, обязательно должна была случиться какая-нибудь подлянка. Хотелось жрать и спать, но раз первого я сделать пока не мог, то просто опустился на тюфяк, подложив руки под голову. Попробовал отключиться и ни о чем не думать, но как назло не получалось, мысли, как тараканы, атаковали голову.

Как выбраться из этой ситуации с наименьшими потерями? Как успокоить, не находящую себе место сестру? Как вернуть уважение лейтенанта? Как смотреть в глаза друзьям в последние минуты жизни, если Ралиб не найдет доказательств невиновности?

Я не сомневался, что казнь в таком случае состоятся незамедлительно. Салир был моим другом, но еще он был и солдатом, до мозга костей преданным Империи. Нет, Ралиб будет рыть до последнего, только вот предоставят ли ему такую возможность. Все будет зависеть от договоренностей, заключенных Маркелой с представителями военных ведомств. От того, какие цели преследовала дармитка, вступая со мной брак, станет ясно, останусь я жив или нет. Если Маркеле нужен был статус вдовы, и она рассчитывала на мою скорую смерть, то никто не пошевелит и пальцем, в данном случае языком, чтобы выдать достоверную информацию лейтенанту.

Примерно через полтора часа таких мыслей, я смог провалиться в беспокойный сон.

Хмурый и злой Ралиб Салир сидел в своем кабинете, в сотый раз, пытаясь связаться с РУДП. На любой запрос, присланный им по поводу информации на Максимилиана Трента или Артена дер Виргиля, ответ приходил один: доступ закрыт.

– Черт возьми! – В сердцах выругался мужчина. – Что с тобой не так, парень? Почему, я все время натыкаюсь на глухую стену?

Дверь кабинета открылась без стука, и внутрь влетела разъяренная доктор Таргира.

– Ралиб, ты не можешь! Артен ни в чем не виноват! – Глаза зитранки яростно сверкали.

– Хватит, Ириса! – Не выдержал лейтенант и, привстав, хлопнул ладонью по столу. – Мало мне нытья Мирата и Раливы, теперь еще ты. Знаю я вашу игру в родственников, но пожалуйста, не сейчас, и так уже голова пухнет от всей этой бессмыслицы.

– Игра? – Рассердилась женщина. – Ты, как никто другой знаешь традиции и устои нашей расы. Я приняла Артена в семью. Этого уже никто и ни что не сможет изменить.

– Знаю, знаю. – Проворчал лейтенант. – Извини Ириса, но я ничего не могу сделать, если только ты не захочешь поделиться со мной информацией, той, которая сможет помочь твоему брату.

Зитранка задумалась.

– Не могу. Поговори с Артеном.

– Этот упертый баран молчит.

Ириса вздохнула.

– Если ничего не найдешь, я кое-что расскажу.

– Говори.

– Не сейчас, только в крайнем случае.

В глазах лейтенанта промелькнула буря негодования, но он быстро справился с раздражением.

– И это мои подчиненные? – Покачал головой итранин.

– Ты всегда можешь приказать. Ослушаться я не посмею. – Поджала губы доктор Таргира.

Ралиб мог бы это сделать, но ему не хотелось ни к чему принуждать эту женщину. Зитранка ему нравилась. Более того, он давно был в нее влюблен, но не осмеливался признаться в чувствах. Во-первых, сказывалась разница в возрасте. Лейтенант был старше Ирисы на двенадцать лет. Во-вторых, хоть отношения между разными расами не запрещались законом, но и не поощрялись, и если двум любящим друг друга случалось порой сталкиваться с непонимание, то их детям приходилось намного сложнее. Рожденные от двух рас полукровки, считались изгоями. Их не принимали ни с одной, ни с другой стороны. В последнее время, положение вещей стало улучшаться, но до полного принятия межрасовых браков было еще очень далеко.

Поэтому Ралиб сейчас только кивнул на слова женщины и опустился на стул, подперев подбородок руками.

– Иди Ириса. Если ты мне понадобишься, я тебя вызову.

Зитранка только фыркнула на эти слова и, хлопнув от досады дверью, выскочила в коридор.

Умом она понимала, что лейтенант ничем не может помочь Артену, но от этого на сердце не становилось менее больно.

Ралиб Салир возвышался над закованным в цепи Витарусом Трентом. Невидимые щупальца, тянущиеся от его тела к голове пленника, пытались проникнуть внутрь, но каждый раз натыкались на препятствие. Все осложнялось тем, что от узника в сторону итранина тоже простирались ментальные щипы. У обоих пот тек по лицу, глаза застыли в одной точке, словно не живые, жилы на шеях напряглись. Все это выдавало крайнюю степень напряжения оппонентов. Ни один из них не мог себе позволить сдаться, но и выиграть в этом безмолвном сражении тоже не мог.

Лейтенант понял, что не сумеет проломить так хорошо выстроенную защиту Трента, наоборот, еще чуть-чуть, и сам окажется повержен противником, тогда Витарус сможет свободно перехватить управление его телом и разумом. Поэтому, Ралиб с огромным усилием отступил на пару шагов назад и тряхнул головой, восстанавливая свое моральное состояние и заново укладывая по кирпичику защиту вокруг своего сознания.

Несмотря на сильнейшую усталость и кровь бегущую струйкой из носа, Трент прямо смотрел ему в глаза и нагло усмехался. Во взгляде Витаруса читался вызов и чувство превосходства.

Сюда бы Артена, чтобы тот смог прикрыть своей аурой устойчивости к менталу мой разум, давая пространство для деятельности, но пока об этом не могло быть и речи. Дер Виргиль до сих пор оставался под подозрением, да и не умел практически ничего. Прежде чем он смог бы провернуть то, о чем думал Ралиб, Артену необходимо было еще учиться и учиться.

– Мы не закончили. – Бросил лейтенант пленнику. – Я скоро вернусь.

– Жду не дождусь новой встречи. – Гадко ухмыльнулся Трент. – Передай мой пламенный привет племянничку.

Салир пошатываясь, вышел в коридор и сделал пару глубоких вдохов, пуская кислород по венам.

– Гаденыш. – Процедил он сквозь зубы, я еще до тебя доберусь.

Не знаю, сколько прошло времени: день, два, неделя. В полутьме камеры часы слились в непрерывный поток. Охранник приносил еду и воду, но больше никаких поползновений в мою сторону не было. Ни Ралиб, ни кто-либо другой не пытался прийти и заговорить. Неизвестность убивала. Никогда не был особо терпеливым человеком, но сейчас незнание просто выводило из себя. Если бы не послышался скрип открываемой двери, и на пороге не возникла высокая фигура лейтенанта, то в ближайшее время я непременно бы заорал во всю глотку, требуя немедленного его присутствия.

Видок у Ралиба был еще тот, словно он выстоял все двенадцать раундов на ринге: крупные капли пота, стекающие по лбу, трясущиеся руки, темные круги под глазами. Я даже на пару минут забыл про свои проблемы.

– Кто это тебя так?

– Аа-а, ерунда. – Отмахнулся Салир. – Ментальный поединок с твоим дядей. Он кстати, тебе привет передавал.

– Пусть засунет его себе в одно место. Присядешь? – Указал рукой на валяющийся матрас. – У меня тут не номер люкс, но жить можно. Сколько я уже тут нахожусь?

– Четвертый день пошел. – Опускаясь на пол, обронил Ралиб.

– У-у-у. Много. Как успехи?

– Никак. Такое чувство, словно на тебя вообще нет нигде информации, но этого просто не может быть.

– Не может.

– Кто тебя прикрывает, Артен?

– Я не уверен, что прикрывает.

– Кто?

Пожал плечами, не желая отвечать.

– Чтоб тебя! – Разозлился лейтенант, стукнув кулаком по стене. – Значит, ты прикрываешь.

– Все может быть. Вот что, – пришла мне на ум свежая мысль. – Свяжись с Линой маар Тер – инспектором по межрасовым связям. Обрисуй ей ситуацию. Она передаст информацию куда нужно. Если это не поможет, то не поможет ничто.

– Маар Тер, что-то знакомое. По-моему, так зовут одного из наместников Императора.

– Да, Лина его дочь?

– Откуда ее знаешь? – Удивился Салир, а затем хитро посмотрел на меня. – Успел окрутить девицу?

– Тьфу, на тебя. У меня мурашки бегут от одного взгляда на вирасов и отнюдь не от возбуждения.

– Да, жутковато. Особенно когда они смотрят в глаза. Может, скажешь, кому она должна будет передать информацию?

– Моей жене или кому-нибудь в РУДП.

– А кто твоя жена? – Вкрадчиво произнес Ралиб.

– Много будешь знать, плохо будешь спать.

Почему-то после этого разговора напряжение покинуло мое уставшее тело. Возникло ощущение, что лейтенант поверил в мою невиновность. Осталось только добыть доказательства, и я очень надеялся, что вираска оправдает мои надежды.

Глава девятнадцатая