Дайте шанс! Том 1

Андрея такой вариант вполне бы устроил, а меня нет. Я-то уже настроился, что у меня будет второй паспорт. Мало ли для чего может потом пригодиться.

Но договор есть договор. Андрей выставил условия — ему нужен паспорт на лето, девушки выполнили. Пришлось достать смартфон и переправить на продиктованный счет остальные деньги.

Лишь деньги перекочевали от меня к девушкам, до этого державшаяся серьезной Эмили, повеселела. Ева так вообще, за малым не стала прыгать от счастья.

— Вчера у нас много людей откололось. Ты так и не высказался. Все-таки что решил: отправиться с нами к червоточине или передумал? — спросила Эмили.

— Пока в процессе обдумывания, — отвечаю, как есть и пожимаю плечами.

— Ну и зря! — восклицает Ева. — Уже к осени у нас будет по новой способности, а все остальные будут дальше сидеть на жопах и мечтать о небесных кренделях!

— Просто так ничего не дается, — дополняет Эмили.

— Это я сам знаю.

— Так если знаешь, смысл обдумывать? — задает скорее риторический вопрос Эмили. — Значит, смотри: сиди, думай, решайся, мы отправляемся к червоточине послезавтра. Поезд со старого вокзала ровно в 21:00. Билеты сможешь купить в последний момент. С ними без напрягов. Не забудь купить одежду и прочее. Да бери недорогие шмотки. Выбери чего-нибудь попроще.

— В червоточинах не любят высокородных и всяких богатеньких барчуков, — дополняет подруга.

— С чего вы решили, что я богатенький? — тут же оживляюсь я, потому как специально старался одеться попроще.

— Ха! Он еще спрашивает! — рассмеялась Ева. — Да у тебя одна бейсболка рублей пятьдесят стоит!

— Если бы ты не был богатеньким, ты бы не заплатил за паспорт пять штук, — более сдержаннее принимается разъяснять Эмили, — ты просто бы обратился к какому-нибудь приятелю. Рублей за 50, максимум — 100 прекрасно с ним договорился по-свойски и точно так же взял бы на время его паспорт.

— То есть паспорт вам обошелся всего в 50 рублей? — потряс я документом, продолжая держать его в руке.

— Не угадал! — усмехается Ева. — Андрюха Черновол отдал нам свой паспорт забесплатно. Это наш кентярик!

Черт… Ну и девки!

— Так ты понял, да? Поезд 25 июня ровно в 21:00. Ты одеваешься в простенькое и вместе с вещами приходишь на вокзал, — возвращает разговор к важному Эмили.

— Да не в 21, а на час раньше! В 21 уже отправление! — поправляет подруга.

— Можешь прийти за полчаса. Мы будем всех ждать у касс дальнего следования. Запомнил?

— Запомнил, конечно.

— Я буду тебя ждать. Надеюсь, ты не станешь давать заднюю как другие. Вон, когда полгода переписывались все были смелые, а теперь, когда нужно ехать, все, народ стал разбегаться.

— И сколько согласилось ехать?

— Пока вместе с тобой двенадцать.

— Негусто, — подытоживаю я с учетом первоначального количества.

— Да пофигу! — отмахивается Ева.

— Пофигу — не пофигу, но хотелось бы побольше, — возражает Эмили. — Ну все, Андрей, до послезавтра. Да?

— До послезавтра, — пока ничего не решив, отвечаю чисто на автомате.

— И знаешь, Андрей, — Эмили касается меня рукой, — не обижайся пожалуйста, что мы за твой счет наварились. Ты сам выдвинул условия, мы согласились. Зато благодаря твоим деньгам мы сможем подготовиться. Все-таки нужно многое купить. Да и в самой червоточине деньги понадобятся. Там цены аховские. Все в два-три раза дороже. Очень надеюсь, ты будешь с нами.

На этом мы простились. Делая вокруг фонтана большую дугу, девушки удалялись к началу сквера. Стоя на месте, я провожал их взглядом. Не скажи Эмили последних слов, не прикоснись и сейчас бы у меня остались совсем другие чувства. Теперь же, держась за предплечье, к которому она нежно прикоснулась, я ловил странные ощущения.

Блин, мне реально хотелось ехать к червоточине. Даже не из-за приобретения новой способности. Только потому, что едет она. Ну и конечно потому что Эмили так настойчиво позвала.

Как ни странно, эти девчонки первые, с которыми я разговаривал. Это если не считать детство, когда жива была мама и я ходил в обычную школу. И естественно, не говоря об Амалии с Илоной. Они вообще мне вроде как сводные сестры. А вот так, чтобы немного по-особенному — ни разу.

По-особенному, потому что не зря Эмили так настаивала на моем участии. Она как будто намекала, что действительно очень хочет, чтобы я поехал. Как будто я понравился и ей небезразлично, поеду я или нет. Еще ко мне вдобавок прикоснулась. Ко мне девушки раньше никогда не прикасались. Даже в далеком детстве.

Понимаю, Эмили звала не просто так. Скорее всего, хочет меня снова развести на деньги и все равно мысль о том, что я ей мог понравился, затмевает остальное. Меня к ней тянет.

— Не понял?.. И это все?! — сбоку появляется так некстати взявшийся Василий.

Да ё-мое… Быстрее прячу от него паспорт в карман.

— Нет, Андрей Викторович, это как-то совсем несерьезно. Три минуты и разбежались. И ради этого мы столько ехали?!

— Так, Василий, ни о драке, ни о девушках отцу ни слова. Договорились?

— Да о чем вы говорите?! Да если Виктор Федорович только узнает, что на вас напали, а меня рядом не было, он же в бараний рог меня скрутит. Устроит кирдык и все, — принялся крутить кулачищами Василий, показывая каким образом ему свернут шею.

— Я на вас надеюсь.

Автомобиль покидал Пермь, несясь по мосту через Каму. Вся городская элита не зря проживала на северной окраине города. Очень удобно. Достаточно перемахнуть через мост, и тихая уединенность сменялась городским центром.

Водитель Федор ел мороженое в вафельном стаканчике и вел машину. Василий как будто с голодного края, нахапал целый пакет обычного пломбира и уже доедал третье. Я тоже ел пломбир. Еще четыре штуки скромно лежали в пакете рядом. Взял впрок, просто потому что вкусное. Ну и угостить кого-нибудь, если захотят. Прасковью там с Матреной или Амалию.

Отбросив мысли о девушке, я смотрел в окно и обдумывал случившуюся драку с тремя парнями.

Вышло очень даже неплохо. Ну это если не считать начала, когда меня ударили исподтишка, а потом резко набросились.

Я понял допущенную ошибку. Связываясь с жульем, не стоит напрягаться и следить, когда они накинутся. Когда их трое, а ты один, они по-любому поймают момент и ударят, когда ты отвлечешься. Просто нужно самому выгадывать и бить первым, когда удобно для себя и не заморачиваться.

Но не это обстоятельство сейчас меня беспокоило больше всего. И даже не возможная поездка к червоточине в компании симпатичных девушек.

С обычными парнями я подрался. Все с ними ясно. Это оказалось совершенно не проблема. Теперь меня интересовала драка с осветленным. И не просто тренировочный бой, а именно настоящий бой на кулаках. Мне хотелось опробовать свои реальные возможности.

Количество Света — вопрос индивидуальный. Он и расходуются по-разному. К примеру, если просто активировать, я буду долго светиться. Несколько часов. Но если начну создавать иллюзии, то у меня будет в запасе от силы десять минут. Все зависит от количества и сложности образов и дальности их перемещения. Собственно, поэтому Андрей не увеличивал зону создания иллюзий дальше 10 метров, считая это расстояние максимально эффективным и не затратным.

Также следовало учитывать получаемый во время драки урон. Ведь активируя Свет, он тратился и на защиту, и на быстрое восстановление. И это не говоря о расходах на более быстрое перемещение и удары.

Вот только оставалось под вопросом: где и как ввязаться в такой бой. Сначала должен состояться он — настоящий пробный поединок, а уже потом бой с Тарасовым. Я должен быть уверенным в собственных силах. Или хотя бы быть уверенным, что у меня не какой-то призрачный шанс, о котором говорил наставник, а есть реальная возможность одержать победу.

И что хуже всего, я должен буду успеть совершить задуманное в ближайшее время. Оно у меня итак, почти упущено. Остались лишь крупицы. Время уйдет и от победы над Тарасовым не будет никакого толка.

От мрачности мысли сами собой снова переключились на Эмили. На душе стало теплее. Примерный план действий был очевиден. Мне надо отмудохать Тарасова и в этот же вечер свалить к червоточине. Если удастся такое провернуть, будет вот вообще замечательно. Это конечно при условии, что для меня не откроется другой, более предпочтительный вариант. Я все-таки продолжал надеяться на отца. Поехать на месяц к Игле в сопровождении людей клана выглядело по меньшей мере перспективнее. Ну и надежнее, конечно.

Достаю смартфон, открываю расписание поездов. Послезавтра со старой станции Пермь 1 в 21:00 отправляется один-единственный поезд — Москва — Тобольск. Там у Тобольска самая старая и опасная уже даже не червоточина, разросшаяся зона Тьмы.

Эмили или как тогда она представлялась ХХХ обещала взять на себя переговоры с проводниками. Они вроде бы уже имелись и предварительно дали согласие помогать. Естественно, помогать за отдельную плату. С их помощью можно было попасть в не особо опасные локации и при этом, где легче всего получить способность. Все секреты они должны были рассказать непосредственно по прибытии на место.

Глава 10

Утро, завтрак, пробежка… Несмотря на вчерашнее приключение, сегодняшний день пошел по запланированному расписанию. К появлению на спортплощадке Егора Яковлевича я хорошенько размялся. Он снова нес под мышкой тренировочные мечи.

— Вчера, значит, опробовали приемчики… Ну и как? — пожимая руку, с ходу спрашивает наставник.

Василий… Вот же болтун. А ведь обещал молчать!

— Нормально, — отвечаю и перевожу на другое: — опять хотите заняться фехтованием?

— Так Виктор Федорович еще тогда, позавчера сказал. Мое дело маленькое. Раз надо вас научить — научим.

— Мы же договорились, во время тренировок на «ты».

— А, ну да. Это я по старой привычке.

Что-то мне и вчера не особо хотелось тренироваться в фехтовании, и сегодня. Прямо-таки отвращение какое-то. Похоже, нужно как-то определиться с вектором. Времени-то в обрез.

— Вы сами как думаете, стоит ли мне пытаться победить Тарасова на мечах или вступить с ним в обычную драку? Как по мне, я бы выбрал второе. Сами же говорили, его нельзя убивать. А с мечом мало ли как получится.

— Значит, хочешь надрать Тарасову зад, — усмехнулся Егор Яковлевич, — так сказать, по-мужски разобраться.

— Примерно так. Вот прям от души навешать.

Егор Яковлевич положил деревянные мечи на землю.

— Понятно. Это я еще вчера догадался, когда ты лупил по мешку. Итак, прежде чем бить, нужно знать, куда бить. Ты должен изучить анатомию. Сначала рассмотрим тело. Справа у тебя печень. Ты должен бить не в ребра, а ниже, в мякоть. Сильно, мощно, наповал. Иначе не пробьешь, — на мне показал наставник, где находится орган. — Попадешь в печень, и ты пробьешь и печень, и почку, и кишки. Удар вызывает сильную боль даже под действием Света. В самой печени нет нервных окончаний. Она давит на другие органы. Слева у тебя селезенка. С ней точно также как с печенкой. Дальше у нас сердце. Можно нанести прямой удар. Если противник его прикрывает, нужно бить сюда, под грудь. Наискосок. На обычных людях такое нельзя проделывать. Иначе убьешь. Ну и в завершение — солнечное сплетение. Удар вызывает спазм. Противник испытывает болевой шок, падает на колени и ему уже не до боя. Но сразу предупреждаю, все эти удары нужно ставить правильно. Должен бить не в тело, в органы. Целенаправленно. Иначе не пробьешь. Дальше — ноги. С ними проще. Хочешь, чтобы замедлился, чтобы согнулся — бей в голень. Резко, посильнее. Видишь, ноги слабые, можно ударить сбоку колена. Повезет — сломаешь сустав, не повезет — нанесешь травму. Еще хорошее место под коленной чашечкой. Но туда надо попасть.

— А если просто ударить по яйцам?

— С яйцами, видишь ли, вопрос двоякий. Удар болезненный, тут не поспоришь. Но он не вырубит осветленного. Минута и он восстановится. Но вот удар чуть ниже пупка, если противник не успел напрячь пресс, получается куда серьезнее. Там в задней части тазовые кости. А ближе идут хрящи. Вот здесь они проходят, — снова показал на мне наставник, — их сломать, человек упадет и только завтра встанет. Понятно?

— Не знал…

— Теперь будешь знать.

— Ключица еще быстро ломается, — вспомнил я.

— С ней достаточно слабого удара. Рука сразу падает плетью. Еще можно ударить в плечо. Вот сюда, — слегка надавил наставник, — сустав выбивается в 5 секунд. Там нет шарнира. Оно мышцами крепится к плечу. Теперь о голове.

— Нужно бить в челюсть. Вы сами вчера говорили.

— Верно. Но не только. В нижней части лица расположен треугольник. Верхняя точка под носом. Боковые — сразу под мочками ушей. Этот треугольник весь в нервных окончаниях. Очень хорошее место. Убить не убьешь, а вырубишь обязательно. Дальше переносица. Удар в нее ослепляет. Слезный канал брызгает, глаза заливает слезами. Если тебя ударили, сразу уходи в стойку, три нос, проморгайся. Это помогает быстрее восстановиться. Понятно?

— Столько всего… — впечатленный обилием, произнес я.

— Дальше есть височная кость. Там мягкое место. Как бы дырочка, — снова показал на мне наставник, — попадешь и у противника отстегнуться ноги. Но не забывай, для обычных людей этот удар может стать смертельным. Следующим местом является зона за ухом. Там слабая кость. Она быстро ломается. Внутри находится орган, отвечающий за равновесие. Ударили и поплыл. Ноги начинают заплетаться. Еще и в ушах начинается ураган. Когда бьешь в глаз, может чуть-чуть выставить палец, чтобы попасть в глазное яблоко и ослепить. Слепой противник — не противник. А почему?

— Не видит следующих ударов.

— Верно. Следующее место — шея. Ударили, сломали позвонки и все, сразу ложишься. Еще можно ударить в затылок или в основание черепа. Там позвоночник. Все наши центральные нервы. Бах и тебя уже повело.

Моя рука потянулась к затылку. Я принялся в озабоченности его чесать.

— Ты как охотник должен найти место и поразить цель. Твой противник тоже будет искать и бить по всем уязвимым местам. Тебе нужно их все прикрывать. Раскрылся, он попал, виноват ты сам. Это твоя ошибка. Понял?

— И как столько всего защищать?

— А ты попробуй ударить меня. Целься в печень, селезенку, сердце.

Вот даже не сомневался, что на мой выпад у Егора Яковлевича есть свой веский контраргумент. Слегка бью, наставник слегка разворачивается. Моя рука проскальзывает мимо. Снова бью и тот же результат.

— Видишь, не нужно особо уклоняться, немного в сторону и противник промазал. Сам же держи руки в стойке, прикрывай верхнюю часть тела и голову. Немного согнись, так ты сжимаешь пресс, защищаешь нижнюю часть тела. Но это не значит, что на него нужно принимать удары. Всегда старайся уйти от удара и тут же бей сам. Смотришь, противник прикрывает верхушку и держит пресс, бьешь поверху, чтобы он выгнулся и тогда бьешь понизу. Печень, селезенка, солнечное сплетение, сердце — это основные точки. Выстреливай двойки, тройки, хоть пятерки. Наносишь подготовительные удары и один в цель.

— Все понятно, но боюсь, в драке у меня все из головы вылетит.

— А все сразу запоминать не нужно. Это ты потом сам будешь анализировать, прокручивать, запоминать. Но лучше всего запоминается, когда ты вот с ним часы проведешь. Дни, месяцы, годы, — указал наставник на боксерский мешок. — Когда все доведешь до рефлексов. Это уже никогда не забывается. Руки сами будут бить куда нужно.

«Годы», — с прискорбием повторил я мысленно.

Столько времени у меня нет.

— Вчера мы оттачивали прямые удары в голову и косые удары по ногам. Сегодня мы продолжим отрабатывать удары. Займемся прямыми и боковыми ударами в корпус. В конце проведем небольшой спарринг. А со следующей недели включим в тренировки борьбу. Фехтованием все-таки тоже нужно будет заниматься. Тарасов не единственный, будут у тебя еще конфликты. И ты должен быть к ним готов. Должен быть в состоянии постоять за себя на дуэлях. Это обязанность любого мужчины. Тем более знатного господина. Потому как под знатным всегда стоят простые люди. Они смотрят за ним, наблюдают. И если господин не в состоянии постоять за себя, что бы он для них не делал, как бы ни старался, люди теряют к нему уважение. Так всегда было, есть и останется. Все понятно?

Чувствовалось, Егор Яковлевич взялся за меня серьезно. Я был только рад такому подходу. Готов был вкалывать на все сто, лишь бы побыстрее научиться искусству кулачного боя, фехтования и всему остальному, что могло сделать меня сильнее. Но сначала, конечно, кулачному бою. Сейчас он для меня важнее остального.

И снова началась изнуряющая отработка ударов. Только теперь руками требовалось бить пониже, а ногами повыше. Зато на этот раз мы закончили пораньше. Я даже не особо вымотался. Это потому что напоследок Егор Яковлевич оставил спарринг. На него нужны были силы.

— Работай в полную силу. Можешь пользоваться магией, — предложил наставник и стал как-то совсем расслаблено.

— А если сильно ударю?

— Ты сначала попади, — усмехнулся он.

На старом лице появилось юношеское озорство. Глаза повеселели. Егору Яковлевичу было под восемьдесят. Но что значит настоящий боец. Несмотря на годы, поединки до сих пор были ему интересны. Даже тренировочный бой заставлял его кровь бурлить как у молодого.

Андрей заготовил для Тарасова всю палитру Абсолюта. Хотел поразить его, заставить испугаться и уже тогда нанести решающий удар. С Тарасовым это могло прокатить, но что сделает наставник?

Конечно же выставит защиту. В следующие секунды он поймет, что видит иллюзию, и я потеряю преимущество. Дальше от моей магии не будет толку.

Хуже того. Это я от всех посторонних скрывал способность иллюзиониста, но не в клане. Пусть не всё, но Егор Яковлевич знал обо мне многое. Не зря же он был в курсе о том же конфликте с Тарасовым. Так что для него мне предстояло применить кое-что другое. Кое-что поизощреннее.

Яркое пламя вспыхнуло в десяти метрах в стороне от нас с наставником и с шипением, с воем завертелось в огненном смерче. На лице старика появилось изумление. Глаза забегали по сторонам. Подобно вспышке он засветился изнутри и тут же погас. Это могло означать, что Егор Яковлевич призвал Свет и в следующее мгновение передумал.