Вечер баек на Хэллоуин

Святой Иисус, она мокрая, - подумал он, и его член одобрительно дернулся. Складки ее пизды слегка набухли и разошлись, поблескивая под светом люстры, и он больше не мог лгать себе - он был возбужден и готов взорваться, как чертов вулкан в аду.

Медленно, он надрачивал свой член, настолько возбужденный, что ему было все равно, что она держит его на мушке, или что ее муж и его подружка находятся в комнате.

- Очень хорошо, - сказала она, ее голос был похотливым и низким. - Вы хотели бы знать, почему вы здесь сегодня вечером?

Ронни ничего не ответила, она просто продолжала свой адский вой.

- Да, я хочу, - сказал Крис, пораженный тем, как ровно звучит его голос.

- А у тебя есть яйца. Мне это нравится. Очень нравится. Обычно мы со Стефаном заставляем еду лечь на стол, а потом мы ее съедаем.

Крис тупо смотрел на нее.

Неужели он не ослышался?

Он словно очнулся от дурмана и увидел Стефана, стоящего рядом с Линдой. Вид его морщинистой, дряблой плоти и маленького члена почти лишил его эрекции, поэтому он сосредоточился на блестящей пизде Линды.

- Зачем ты все объясняешь этому чертову ужину? - спросил Стефан. - Я голоден, давай просто поедим.

- Потому что мне так хочется, ясно? На самом деле, мне уже надоело твое постоянное чертово нытье.

Она повернулась и выстрелила ему между глаз.

Стефан сполз на пол в брызгах крови, а Линда бесстрастно смотрела на него.

Ронни пронзительно закричала, а Крис сидел потрясенный, с недоверием глядя на кровавую бойню.

- И твоя гребаная подружка тоже может заткнуться, - сказала она, вскочив и сильно ударив рукояткой пистолета в висок девушки.

Крики Ронни мгновенно оборвались, и она откинулась в сторону, сползая на пол неуклюжей кучей обнаженной плоти.

- Вот так намного лучше, - сказала Линда, проведя рукой по своей роскошной копне каштановых волос.

Крис был слишком потрясен, чтобы говорить или даже двигаться. Он просто сидел ошеломленный, не веря в происходящее. Он пристально посмотрел на Ронни.

Она все еще дышала.

Господи. Почему она убила его?

Медленно, он поднял взгляд, и встретился с глазами Линды.

- Чего ты хочешь, Линда?

- Тебя.

- Меня?

- Я хотела тебя с первой секунды, как только увидела. Я немного старше, чем кажусь, Крис, и можно сказать, что я довольно хорошо разбираюсь в людях. Я знаю, когда вижу родственную душу, когда вижу кого-то похожего на меня.

- Я совсем на тебя не похож, - сказал он, прежде чем его мозг успел включиться.

Но его слова не разозлили ее, она откинула голову назад и рассмеялась. Его взгляд задержался на ее обнаженной белой шее, и он представил, как прикасается к ней губами и вдыхает ее запах, пока грубо трахает ее.

- О, не могу согласиться с тобой. У тебя черная как смоль душа, и плотские желания соответствуют ей. Твоя страсть глубока, Крис, глубже, чем ты сам думаешь.

Она проворно подошла к нему, ее бедра вызывающе покачивались. Прижав одну руку к его напряженной груди, она легко коснулась губами трепещущей вены на его горле.

Я мог бы напасть на нее прямо сейчас, вырвать пистолет из ее руки...

Но почему-то он не мог заставить себя сделать это.

- Я знаю, что ты такой же как я. Я чувствую это по запаху, по вкусу, - прошептала она.

Ее дыхание щекотало его кожу, и его член дернулся.

Господи, почему у меня такой охуенный стояк?

- Скажи мне, чего ты хочешь, - сказал он хрипловатым голосом.

Трудно было соображать здраво, когда она была так близко; от ее запаха и тепла ее тела у него кружилась голова и путались мысли.

Он стоял неподвижно, его дыхание было учащенным, он не делал никаких движений, чтобы притянуть ее ближе или оттолкнуть.

- Я уже сказала тебе. Я хочу тебя. Я была со Стефаном сто двадцать два года. Поверь мне, привязанность может немного ослабеть после такого долгого времени, даже если я обязана ему всем.

- В какие игры ты играешь, Линда?

Она обхватила рукой его твердый член, и он резко втянул воздух.

- Никаких игр, Крис. Ничего такого, с чем бы ты не смог справиться.

Холодное дуло пистолета ткнулось ему в бок, когда она плотно прижалась губами к его губам. Ее упругие груди прижались к его груди, и желание пронеслось по его телу.

Слишком быстро она отстранилась от него, оставив его наедине с собственной эрекцией.

- В любую секунду Стефан очнется. Я, конечно, могу отрезать ему голову прямо сейчас, но тогда ты ничего не увидишь, - с наигранной серьезностью сказала она, присев на край стола и небрежно помахивая пистолетом в его сторону. - А тебе нужно это увидеть. Я могу объяснять все до посинения, но без доказательств, какой в этом смысл? Это человеческая природа, и я уважаю ее. Но скоро ты станешь чуть больше, чем человеком.

- Ты говоришь загадками.

Она скрещивала и раздвигала ноги со всей грацией и уверенностью высокопоставленной женщины на деловой встрече. То, насколько комфортно он чувствовала себя обнаженным, было поразительно, и он никогда раньше не испытывал такого влечения к женщине.

- Ладно, Крис, пора выложить карты на стол. Ты сам видел, как я ранила Стефана в голову, так? Посмотри на его голову, на его рану. Мне нужно, чтобы ты убедился, что после такого ранения в живых остаться невозможно.

Крису очень не хотелось осматривать затылок Стефана, но он подошел к трупу мужчины и заглянул в маленькое аккуратное красное отверстие в середине его лба.

- Давай, поверни его голову в сторону, посмотри хорошенько. Он не укусит. Во всяком случае, пока.

Вздохнув, Крис потянулся вниз и, схватив за серебристые волосы мужчины, поднял его голову с пола. Она оказалась гораздо тяжелее, чем он ожидал, и он содрогнулся от отвращения.

Этот парень мертвее мертвого.

Я действительно не хочу видеть это дерьмо, - подумал он, поворачивая голову мужчины набок.

Затылок представлял собой кровавое месиво из раздробленного черепа, крови и слипшегося мозгового вещества. Он смотрел на это всего секунду, потом отвернулся, сдерживая порыв проблеваться.

- Он мертв? Ты убедился, что я вышибла ему мозги?

- Да, - сказал он, ненавидя себя за дрожащий голос.

Но, Боже, все это было хреново.

- Хорошо. Через пять минут или меньше, его затылок полностью затянется, и дорогой Стефан будет жив, не говоря уже о том, что он будет очень зол. Я ожидаю, что он бросится на меня в ярости, так что мне придется выстрелить в него снова довольно быстро, а затем отделить его голову от тела.

Крис просто тупо смотрел на нее; никогда в жизни он не чувствовал себя так растерянно.

- О чем, черт возьми, ты говоришь?

- Думаю, нас можно назвать вампирами, хотя мы не только пьем кровь, но и едим плоть. Мы называем себя Пожирателями Плоти. Не слишком оригинально, правда? В любом случае, Стефан познакомил меня с этой жизнью более ста лет назад. Мы - единственные двое, о которых мы знаем, не считая давно умершей бывшей Стефана, и мы договорились, что так и будет. Если бы нас стало больше, это было бы слишком опасно. Мы опасны, и в итоге мы бы поубивали друг друга. К тому же, чем больше нас будет, тем больше шансов, что нас обнаружат, потому что нам нужно питаться. А питаемся мы только людьми.

- Питаться, - оцепенело повторил он.

Понимание плясало на задворках его сознания, но это было абсурдно, чудовищно и неправдоподобно, чтобы он мог это воспринять.

- Да, кормиться, - сказала она с преувеличенным терпением. - Нам не нужно питаться человеческой плотью слишком часто; достаточно одного раза в месяц, и в основном мы можем питаться обычной человеческой пищей. Но если мы долго не едим плоть живого человека, мы умираем. Я хочу, чтобы ты был рядом со мной, Крис. Стефан выбрал меня, а теперь я выбираю тебя.

- Почему меня? - только и смог спросить он.

- Я наблюдала за тобой, Крис, следила за тобой. С первого момента, когда я увидела тебя, когда ты забрал Ронни из офиса в тот раз, я знала, что ты должен быть моим. Я должна была сделать тебя своим.

Крис был ошеломлен. Это было безумие, она была сумасшедшей, это был кошмар, это был...

...шанс всей жизни. Бессмертие. Родственная душа. Исполнение всех моих темных желаний.

Он потряс головой, чтобы прояснить свои запутанные мысли.

- Мне кажется, ты начинаешь понимать, - сказала она. - Я вижу это в твоих глазах. И если ты сможешь пройти через это, я могу подарить тебе весь мир. У меня больше денег, чем я могу потратить, но иногда мне нравится работать ради удовольствия, как это было в косметической компании. А когда мне становится скучно, или я чувствую опасность, чувствую, что меня настигнет смерть, я исчезаю. А потом появляюсь в другом месте, с другим именем, - oна соскользнула со стеклянного столика и снова подошла к нему, стоя близко, но не касаясь его. - И это время сейчас. Новый старт. Другая страна. Совершенно новое приключение, только ты и я.

Ее голубые глаза сверкали плотским обещанием, знанием и злом. Он задрожал.

Боже, она была чертовски завораживающей.

- О, смотри, он возрождается, - сказала она.

У Криса помутилось сознание. Огромная комната закружилась вокруг него, и он покачнулся на месте. Все это было слишком: ее слова, все, что она рассказала и сделала, и в первую очередь потому, что Стефан действительно поднимался с пола. В это трудно было поверить, но это происходило.

- Срань господня, - задыхаясь, проговорил он, шатаясь.

Несмотря на кровь и мозги, заляпавшие пол вокруг него и его окровавленное тело, Стефан действительно был жив и невредим. Дыра на затылке уже затянулась, хотя к серебристым волосам прилипли комки мозга.

Неужели у этого ублюдка вырос новый мозг, - недоверчиво подумал он. - Но ведь несколько секунд назад он даже не дышал. Как это вообще возможно, блядь?

- Ах ты, сука, - проговорил Стефан, неуклюже поднимаясь на ноги. - Это действительно чертовски больно.

- Прости, дорогой, - сказала она, направляя на него пистолет. - Но все кончено.

- Нет! Не смей направлять на меня эту штуку, не смей...

Его слова оборвались выстрелом пистолета, и он снова рухнул на пол.

- Он будет лежать минут пять или около того, пока снова не восстановится. Господи, теперь и эта тупая куча мусора приходит в себя.

Ронни ворочалась на полу, издавая жалкие скулящие звуки, как загнанная кошка. Линда подошла к ней и кончиком острого носка своего каблука ударила ее в висок. Ронни мгновенно затихла.

Несмотря на вожделение к Линде, Крис застонал.

- Не надо. Ты убьешь ее.

Линда закатила глаза.

- Она уже мертва. Смирись с этим.

Как бы отвратительны ни были ее слова, он каким-то образом осознал, что не испытывает такого отвращения, какое должен был бы испытывать. Во всяком случае, если судить по его эрекции.

Линда подошла к мужу и присела рядом с ним. Вцепившись в его волосы, она повернула его голову и засунула пальцы в его проломленный череп, зачерпнув горсть мозгов.

- Ммм, вкусно.

Желудок Криса сжался, но его не стошнило. Его глаза выпучились, он смотрел, как она подносит внутренности головы Стефана ко рту. Ее тонкий, розовый язычок нежно облизывал губчатую, капающую с ладони жижу.

- Ешь, - сказала она, уверенно шагая к нему, в другой руке у нее был пистолет.

Она сунула мозги ему под нос.

Первым его порывом было бежать к двери, рискуя тем, что она может легко выстрелить ему в спину. Получить пулю было лучше, чем есть чертовы мозги.

В ноздри ударила медяная вонь крови, и его желудок заурчал, но не от отвращения.

Неужели мой гребаный желудок действительно урчит от голода?

- Вот так, - ворковала она, - поддайся этому чувству. Плотоядные пахнут иначе, чем обычные люди. Если обычные люди чувствуют запах нашей крови, это пробуждает в них давно похороненную первобытную похоть. Мы действительно пахнем очень аппетитно. Я даже не могу находиться рядом с другими, когда у меня менструация. Но не волнуйся, когда ты превратишься, желание есть обычных людей будет гораздо сильнее, чем желание съесть другого Пожирателя плоти.

- Это безумие, - прошептал он.

Но все же он не убежал, вместо этого представляя, какими на вкус будут эти теплые, мягкие мозги.

- Я помню, как Стефан обратил меня. Он прожил со своей женой восемьдесят лет, но влюбился в меня. Так что не расстраивайся, что происходит, то происходит. Он заслужил это.

Правда заключалась в том, что на благополучие Стефана ему было глубоко плевать. Его рот начал наполняться слюной, и прежде чем он понял, что делает, Крис схватил ее руку и стал слизывать с ее ладони мозги, как будто это был кусок сдобного пирога.