Месть сурка

Дункан понимал свою ничтожность в сравнении с магами. Даже на фоне многих людей он был никто. Ни боевых навыков, ни умения добывать информацию. Он вообще ничего не умеет, кроме ремонта автомобилей и пилотирования самолётов. Грустно признавать, но этого крайне мало, чтобы противостоять магам.

Чем дольше он размышлял, тем ближе подходил к мысли, что ради безопасности своей семьи он должен уничтожить всех колдунов. Всё их общество насквозь пропитано расизмом и презрением к обычным людям. Они в любой момент могут прийти к его семье, убить его детей или забрать их и воспитать таким образом, что дети сами станут презирать своих родителей и ни во что не ставить.

Все они, считал Хоггарт, все до единого колдуны виноваты в смерти его семьи. Они допустили к власти радикалов, держат под контролем правительство и покрывают убийства простых людей. Им плевать на смерти каких-то там маглов. Это наглядно продемонстрировал Реджинальд. Он говорил об убийствах маглов равнодушно. Зато когда зашла речь о погибших волшебниках, его переполняло негодование. Колдуны подобны фашистам, если не хуже. Фашисты не обладали сверхспособностями.

Единственная способность Хоггарта, которую он может поставить на службу своим целям, — потенциальное бессмертие. Он почти на сто процентов был уверен, что после смерти снова возродится в прошлом. Он не знал, почему и как это происходит, но подозревал в этом очередное сильномогучее колдовство, проведённое непонятно кем и не ясно, с какой целью.

При этом он оказался сильно уязвим перед колдунами. Они могут стереть ему память, свести с ума или взять под контроль. Это означает потерю себя. Лишиться памяти в его случае хуже смерти. Одна лишь мысль о том, что любой маг способен лишить его разума — нагоняла на парня волну ужаса, который переплавлялся в пламя праведной ярости.

Чем больше пинт пива оказывалось в желудке Дункана, тем сильнее он убеждался в необходимости уничтожить колдунов — отомстить всем им. Но для мести нужна сила. А о какой силе может идти речь, если он неспособен даже увидеть паб волшебников? Если же колдуны используют на себе маглоотталкивающие чары, то он и их не увидит.

Так постепенно складывался план. В первую очередь нужно получить боевые навыки, лучше всего стать кем-то вроде спецназовца-разведчика. Затем следует найти способ хотя бы видеть сквозь маглоотталкивающие чары, к примеру, стать вампиром. Потом необходимо пробраться в анклав колдунов и провести разведку внутри их сообщества.

Уже этого хватит не на одну жизнь. Горе о потерянной семье превратилось в жажду мести. Цель с большой буквы, которую Дункан собирался осуществить. Месть, как говорят классики, блюдо, которое следует подавать холодным.

Возможно, если бы речь шла об обычных людях, Хоггарт стал бы действовать сразу. Но страх потерять себя вместе со стертыми воспоминаниями или попасть в рабство колдунов без способности противостоять этому, толкали его к максимальной осторожности.

***

Протрезвев, Дункан развил бурную деятельность. Он отправился на вербовочный пункт Иностранного легиона. C собой он захватил мыльно-рыльные принадлежности, несколько маек, нижнее бельё, носки и все для личной гигиены.

Первым делом он прошёл через обычное собеседование, после чего ему предложили пройти тесты на физическую подготовку, которые он с успехом сдал.

Дальше пошли тесты на уровень интеллекта и беседа с психологом. Хоггарт столь часто общался с психологами, когда работал пилотом, что знал практически все их уловки. Ему не составило труда сдать тест и при беседе с психологом составить о себе мнение психически здорового человека.

Одним из наиболее важных этапов отбора являлся медосмотр. На этом этапе отсеивается самое большое количество претендентов. Причиной может послужить незначительный сколиоз или кариес, о котором сам рекрут может даже не догадываться. Но у Дункана в двадцатилетнем возрасте здоровье приближалось к идеальному. Так что и тут он прошёл.

Самым сложным и последним этапом оказалось собеседование с представителем французской разведки. У рекрутов, с которыми за несколько дней пребывания в вербовочном пункте Дункан успел познакомиться, эта часть называется «гестапо». В задачу офицера, который изучил биографию кандидата «от и до», входит поймать его на вранье, а также выяснить уровень психологической устойчивости. Хоггарт едва не завалился на своей легенде об амнезии. Лишь чудом он прошёл через этот этап.

И вот, наконец, он получил форму и отправился в Руж. Там на протяжении нескольких недель его подготавливали к «учебке» и заставляли проходить множество тестов. Выдержав все испытания, хоть и далось ему это с огромным трудом, в итоге он подписал контракт. Его застраховали и позволили выбрать новую фамилию. Так он превратился из британца Хоггарта в шотландского горца Дункана Маклауда из клана Маклаудов. Никто не понял вложенной парнем в новую фамилию иронии, поскольку в этом мире не появились на свет книги Грегори Уайдена. Соответственно, по ним не были сняты культовые фильмы и сериалы.

До заключения контракта с иностранным легионом доходит двадцать рекрутов из пятисот. Впрочем, стать пилотом тоже непросто. Там так же следует быть умным, физически подготовленным и здоровым как физически, так и психически. Правда, за последнее после пережитого Дункан не ручался, но с его опытом допуска к полётам с постоянными медобследованиями обмануть мозгоклюя не проблема.

Обучение длилось четыре месяца, после чего Дункан отправился в боевой полк. Он выбрал парашютный полк — элита Легиона, своего рода отряд, в широких пределах специализирующийся на выполнении специальных заданий. Они имеют репутацию лучших в Легионе. Полк составлен в основном из англичан, ирландцев и немцев, отчего Маклауду было проще пробиться к землякам.

***

Десять лет жизни и суровой закалки немного притупили горечь Дункана от смерти близких, но он не забыл о своей цели, ради которой отправился в армию. Он старался максимально освоить воинскую науку, в итоге оказавшись в разведке. Их отряд часто отправляли воевать в Африку.

Не сказать, что там прямо война, но в африканских странах постоянно происходят стычки. Например, где-то взорвали машину, в результате чего пострадали французские военные из регулярной армии (регуляры). Туда направляют легионеров-парашютистов, которые наводят шороху.

За время службы Дункану пришлось много стрелять. Его, как и таких же самых отмороженных легионеров из разведки, кидали в самую задницу и давали такие миссии, где без крови редко обходилось.

Когда во Франции проводились учения, солдаты из регулярной армии отказывались от участия в них, если узнавали, что там будут реповцы (парашютисты), говоря: «Мы с этими больными отморозками не хотим никаких учений». Зато, когда в Африке начинаются военные стычки с аборигенами — регуляры бегут, бросая оружие. И кто из французской армии едет туда разруливать ситуацию и собирать их оружие? И кто в первых рядах? Конечно же, разведка реповцов!

Там, где француз-регуляр обгадится и расстанется с завтраком, Дункан пройдёт, словно по улице Роз мимо ночных бабочек.

В девяносто первом году Дункан вернулся обратно в Великобританию. Он считал себя не просто обстрелянным ветераном — он был таким. Опытный боец, повидавший столько, что обыватель за всю жизнь и десятой части не видел.

*Пильзнер — наиболее распространённый на рынке вид пива низового брожения (лагер). Имеет характерный пивной аромат и мягкий вкус хмеля. Назван в честь богемского города Пльзень (нем. Pilsen), где был изобретён.

Многие попытаются поправить на Пилснер или Пилзнер. Эти названия допустимы и общеприменимы, но академически правильно именно так, как написано.

Глава 6

За время службы в иностранном легионе Дункан отложил на банковские счета приличную сумму, которую поднял на ставках на свою любимую футбольную команду в тех матчах, исход которых помнил. В итоге у него на банковском счету накопилось около миллиона фунтов. Этих средств, он надеялся, хватит для задуманного.

Сойдя с трапа самолёта в Лондоне, он отправился в гостиницу, а уже на следующий день поселился в арендованной квартире.

На этот раз сам он не спешил браться за слежку. Для этого существуют профессионалы, услуги которых хватит средств оплатить с лихвой. Так что он нанял детективное агентство «Пинкертон» и занялся своими делами.

Его дела лежали в несколько иной плоскости от закона. Дункан пытался добыть оружие, что весьма непросто сделать в Великобритании в связи с её строгим законодательством. Но там, где обыватель ни за что и никогда не купит даже хлопушку, у бывшего военного остаются варианты.

Один из бывших сослуживцев Дункана из Ирландии был связан с ИРА (Ирландской республиканской армией). По сути, на территории Британии это нелегальная террористическая организация. Через товарища Хоггарт купил партию оружия, амуниции, обмундирования и поддельные документы у ИРА. На такие покупки у него имелась отдельная закачка наличными, поскольку подобные организации не признают безналичного расчёта.

Он загримировался и для хранения оружия по поддельным документам арендовал домик в пригороде Лондона. Для перевозки опасного груза пришлось на всё ту же фиктивную личность прикупить старый автомобиль.

***

Два месяца спустя двенадцатого мая тысяча девятьсот девяносто первого года Дункан посетил детективное агентство. Его владелец, плотного телосложения крепкий кареглазый шатен с бульдожьим лицом с радушием принял дорогого клиента.

Генри Пинкертон старался не проявлять видимого любопытства к клиенту, хотя тот сразу показался ему странным, как и его заказ. Большая часть клиентов его агентства — ревнивые супруги, которые хотят установить неверность второй половины. Уникальные случаи бывают, но это редкость. Слежка за конкурентами, поиск пропавших без вести людей — обычная привычная работа. А тут молодой человек с явной военной выправкой и пружинящим шагом настороженного хищника, который смотрит на окружающих, словно через прицел. Генри повидал таких людей немало — среди его знакомых есть ветераны. Они после возвращения из горячих точек вели себя аналогично.

— Вот, мистер Маклауд, — пододвинул он клиенту увесистую папку. — Тут полный отчёт.

Дункан с показушной ленцой принялся листать бумаги и разглядывать фотографии.

— Рассказывайте, мистер Пинкертон.

— Откровенно говоря, с таким нашему агентству сталкиваться ещё не приходилось. Найти мистера Локхарта оказалось просто. Он проживает на отшибе деревушки Курлблонд. Этот домик ему четыре года назад подарил мистер Джозеф Джексон.

Дункан разглядывал на фотографии симпатичный одноэтажный деревенский коттедж из камня с черепичной крышей. Вокруг него раскинулся очаровательный лесок.

— Гилди неплохо устроился…

— Мы нашли мистера Джексона, — внутренне был согласен с клиентом детектив, ему самому понравился коттедж объекта наблюдения. — Самое поразительное в том, что мистер Джексон не помнит, чтобы кому-то дарил дом. Более того, он не помнит, что вообще владел этой недвижимостью. Хотя по всем государственным реестрам до восемьдесят седьмого года он числился владельцем дома, после чего им стал Гилдерой Локхарт. Подпись в договоре дарения принадлежит мистеру Джексону — это подтвердила почерковедческая экспертиза.

«Как Донна и говорила — её брат настоящий чудак на букву «М», — в мыслях опечалился Дункан, вспомнив давно погибшую супругу. — Тут даже простому человеку понятно, что дело нечисто. Гилдерой явно колдовском заставил Джексона «подарить» ему приглянувшийся домик, после чего стёр ему память. Беспринципный ублюдок, такой же, как все колдуны!»

Не дождавшись реакции клиента, Пинкертон продолжил:

— За ним было сложно следить.

— Сложно? — оторвал взор от бумаг Дункан, приподнятыми бровями выражая изумление. — Там же лес рядом. Целый диверсионный отряд можно схоронить.

— Вы не так поняли, мистер Маклауд. У мистера Локхарта вокруг дома установлена какая-то сигнальная система неизвестной конфигурации. Стоило нашим агентам приблизиться к дому ближе двадцати метров, как объект обнаруживал проникновение. Пришлось использовать для наблюдения дорогостоящую аппаратуру с мощной оптикой и направленное прослушивающее устройство для снятия звуковых колебаний с окон. Поэтому мы вышли из бюджета. Но вы говорили, что одобряете дополнительные расходы без согласования с вами…

— Понял, — успокоился Хоггарт, осознав, что речь всего лишь о деньгах. Чего-то такого он сразу ожидал. — Сколько?

— Семнадцать тысяч фунтов, сэр.

— Я выпишу чек. Продолжайте, мистер Пинкертон.

Детектив переживал, что их расходы не покроются, но слова клиента его успокоили и порадовали. Фактически за его счёт агентство приобрело дорогостоящие приборы для слежки, что сулит в будущем большие прибыли.

— За время наблюдения вокруг мистера Локхарта происходило множество странностей. Основная — к его дому постоянно прилетали совы. Вы можете найти их фотографии. На лучших из карточек можно разглядеть, что совам либо к лапе привязан футляр, либо они носят в клюве письма! Это дрессированные птицы, сэр. Мы считали, что мистер Локхарт занимается дрессировкой сов, но за всё время наблюдения он ни разу не был за этим замечен. Он лишь забирал у сов корреспонденцию, иногда посылал с ними ответное письмо.

— Я слышал о дрессированных совах, — с каменным лицом поведал Дункан. — В этом нет ничего удивительного, мистер Пинкертон. В цирках даже медведи на моноколесе ездят, при этом некоторые солдаты не могут научиться держать винтовку дулом от себя… Чем вообще занимается Гилдерой?

— Мне кажется, мистер Маклауд, что объект пытается изображать из себя писателя. Он часто печатает на печатной машинке. Нам удалось сделать несколько удачных снимков печатного текста и достать рваные листы из помойки. Там нечто вроде рассказа-фэнтези о приключениях волшебника. Вы можете найти текст в папке, я всё туда положил.

— Мистер Пинкертон, почему вы считаете, что Гилдерой пытается изображать из себя писателя, а не являются им?

— Возможно, он на самом деле писатель. По крайней мере, текст довольно неплохой. Но он больше похож на тайного агента под прикрытием или человека, связанного с криминалом. Всё же я считаю, что писательство — лишь прикрытие для обоснования уединённого образа жизни.

— Откуда такие выводы?

— Во-первых, дом, — с осторожностью продолжил детектив. — Не так просто заставить человека подарить недвижимость и потом стереть ему память. Я слышал, что у КГБ есть препараты, способные вызвать амнезию. Во-вторых, дрессированные совы с тайной корреспонденцией.

Детектив перевёл дыхание, исподволь отслеживая реакцию клиента. Очевидно, что Дункан ничуть не удивлён, словно ожидал такого.

— В-третьих, — продолжил Пинкертон, — наши агенты наблюдали за объектом через тепловизор — мужчина изредка пропадал из дома. Перед этим он подходил к камину и кидал туда химикат, который вызывал мощную вспышку зелёного пламени. Это уровень профи! Вначале запутать тепловизоры сильной вспышкой пламени, после чего быстро скрыться через тайный ход. Правда, мы так и смогли обнаружить подземного хода. Вероятно, у него под домом подвал. После очередной вспышки пламени объект появлялся с продуктами и прочими покупками. Замечено, что он отдает предпочтение органическим продуктам. Никакой химии и ярких брендовые обёрток. Предположительно, он через тайный ход ходил на деревенский рынок или к своему фермеру-поставщику продуктов.

— Ещё что-то?

— Хм… — задумался детектив. — Пожалуй, есть кое-что. Как мы ни искали, так и не смогли обнаружить творчества мистера Локхарта.

— Псевдоним?

— Мы тоже так подумали, сэр. Но нет. Эксперт из книжной отрасли по добытым отрывкам оценил авторский стиль и выдал заключение, что такого автора пока не существует. Он предположил, что это либо малограмотный талантливый новичок, либо иностранец. В тексте слишком много орфографических и синтаксических ошибок.

«Чего и следовало ожидать от колдуна, который окончил лишь младшую школу, после чего сразу пошёл в Хогвартс, — мысленно констатировал Дункан. — А книжки он наверняка издает у волшебников».

— Мистер Пинкертон, скажите, Локхарт покидал дом нормальным способом?

— Всего дважды, сэр, — детективу от направленного на него взора клиента хотелось втянуть живот и вытянуться по стойке смирно. У него словно наяву перед глазами представал грозный боевой сержант. — Каждый раз двадцать пятого числа он уезжал на автобусе в Лондон и в кафе «Магнолия» встречался с одним и тем же мужчиной похожим на латиноса, но его заснять не удалось. Тот передавал объекту мешочек с чем-то тяжёлым. Один раз агент заметил, что там были золотые монеты.

— А после этого? — почувствовав азарт, Дункан подался вперёд.

Клиент моментально превратился в матёрого и опасного хищника, который встал на след жертвы. Генри много повидал, он кожей чувствовал опасность, исходящую от парня. Побледнев, он достал платок и смахнул со лба пот.

— Каждый раз из «Магнолии» мистер Локхарт направлялся на Чарринг-Кросс роуд. Оба раза агенты неожиданно теряли объект из виду. Я же говорю, сэр, он профи. Мастерски умеет скидывать слежку. Кстати, после такого объект через несколько часов появлялся дома через подземный ход, неизменно маскируя своё появление вспышкой зелёного огня в камине.

***

Двадцать пятого июня Гилдерой Локхарт как обычно поехал в Лондон на встречу с издателем за ежемесячным гонораром. Обычно к этому времени деньги у него заканчивались, вместе с этим подходил к концу дымолётный порошок. Поэтому ему приходилось добираться до города магловским транспортом.

Получив свой скромный гонорар вдали от поклонников, он как обычно отправился пешком к «Дырявому котлу». По пути он остановился возле зеркальной витрины, принялся поправлять свои чудесные золотистые локоны и отрепетировал ослепительную улыбку, от которой его читательницы приходили в безудержный восторг.

До паба оставалось всего ничего, как с ним столкнулся крепкий мужчина в чёрной мантии с короткострижеными пшеничными волосами. Заметив, с кем он столкнулся, тот тут же переменился в лице, пожирая Гилдероя восторженным взглядом. Накатившее было раздражение тут же схлынуло с Локхарта и он натянул свою фирменную улыбку.

— Это вы?! — с придыханием спросил крепыш.

— Да, я! — гордо выпятил грудь колесом писатель, мимолётно отмечая, что его фиалковый костюм и мантия в порядке. — Тот самый единственный и непревзойденный Гилдерой Локхарт!

— Боже мой! — пожирал писателя «влюбленным» взором «почитатель». — Мистер Локхарт, я ваш большой фанат! Я считаю, что вы гениальный писатель и великий волшебник. Как я рад! Боже, как я рад! Прошу простить за невнимательность. Как я мог? Вы целы? Не пострадали?

— Нет-нет, что ты, — купался в лучах славы Гилдерой, ловя от этого кайф. Он обожал почитание поклонников. Редко находится столь восторженный фанат его «подвигов».

— Мистер Локхарт, вы же в «Дырявый котёл»?

— Да, — засияла белым улыбка писателя. — Ты хочешь автограф?

— Я даже не смел надеяться, — заблеял «поклонник». — Сэр, вы же сам Гилдерой Локхарт! Я… Я хотел бы вас отблагодарить за то, что вы такой великолепный писатель! Простите, вы же принимаете пожертвования?

— Пожертвования?! — почуял запах прибыли Гилдерой. Деньги — это второе, что он обожал после славы. Презренных золотых кругляшей ему всегда было мало. — Конечно, милейший, — ещё шире засияла его улыбка. — Конечно же!

Дункан, а это был он, похлопал себя по карманам и его лицо скисло, отчего Локхарт занервничал, чуя, что деньги утекают у него из рук.

— Что такое, дорогой читатель?

— Простите, я деньги забыл. Есть лишь магловские бумажки. Эти, фунхты! — шмыгнув носом и едва не пустив слезу, грустно вздохнул Хоггарт. — Если бы только можно было их обменять на нормальные деньги…

— Так в чём же дело? — Локхарт, опасаясь, что спонсор исчезнет раньше, чем поделится с ним финансами, ухватил его за локоть и потащил в сторону «Дырявого котла». — Можно же обменять фунты на галлеоны в «Гринготтс»! Не будем терять времени…

Дункан даже не смел надеяться на такую удачу. Изначально в плане было самому держаться за колдуна, затмив ему разум лёгкими деньгами. Колдуны не лишены человеческих страстей, в том числе жажды лёгкой наживы, на которую мошенники ежегодно ловят тысячи людей по всему миру. Он даже не успел достать из кармана толстую пачку «магловских бумажек», как волшебник сам вцепился в него клещом и потащил за собой как на буксире. Вижу цель — не вижу препятствий.

Так они зашли паб, вывеску которого Дункан впервые сумел разглядеть. На ней был изображен дырявый котел. В темпе они преодолели древний антуражный паб, освещаемый газовыми рожками, и вышли на задний двор к помойке. Локхарт палочкой прикоснулся к определённым кирпичам на стене, после чего кирпичи разъехались в стороны.

Хоггарт старался не пялиться по сторонам на старинные покосившиеся каменные дома с различным оформлением и вывесками. Но периферическим зрением он отмечал каждую деталь и старался запомнить всё как можно лучше.

Так они дошли по накренившегося белокаменного здания в античном стиле с колоннами. Самое большое строение в волшебном торговом квартале.

Дункан старательно изображал восхищение писателем и изо всех сил не обращал внимания на гоблина, а посмотреть там было на что. Гоблин напоминал карикатурного карлика с длинными пальцами, большими ступнями и огромным крючковатым носом. Ростом не больше метра, зубы остры, как у одного африканского племени, с которым Хоггарту пришлось сталкиваться. Острые зубы говорят об агрессивности их расы.

— Ох, Гилдерой, вы, должно быть, отлично ориентируетесь в этих магловских бумажках! — Дункан всучил ему пачку фунтов. — Право слово, мне стыдно вас просить, но я совсем в них не разбираюсь. Вы же поможете их обменять?

— Я лучший в этом, доверься мне, — Локхарта распирало от гордости.

Добравшись к ближайшему гоблину, Локхарт картинно кинул на стойку пачку денег.

— Любезный, обменяйте на галеоны.

Недовольно поморщившись, будто делает одолжение, а не выполняет свою работу, гоблин пересчитал наличность и придирчиво осмотрел на свет каждую купюру. Ещё и какой-то металлической загогулиной возле них поводил.

Презрительное выражение лица ксеноса взбесило Дункана. Ему сразу вспомнились рассказы приёмной матери о русских банках и магазинах, где деньги могли швырнуть в лицо и работники часто грубили.

При этом Хоггарту пришлось и дальше изображать из себя восторженного дурачка не от мира сего.