Тора-кай. Книга 2. Кровавая охота

— Действовать надо решительно и стремительно, — проинструктировал Ронин. — Во-первых, мощный натиск увереннее сомнет противника, во-вторых, у нас будет больше времени до прибытия подкрепления. Ваша задача — работа с оборудованием, стрелять буду я. И еще вам один или два раза придется перезарядить пулеметы дронов. Тренировались мало, но там ничего сложного, просто вынуть отстрелянные кассеты и вставить новые.

— Я помню. — Такэда кивнул.

Они надели смарт-очки, переведя их в режим прямой связи, позволяющий работать с ними, как с гарнитурой.

— Ну, тогда в бой. — произнес Ронин, убедившись, что связь установлена.

Сначала из замаскированных в крыше фургона углублений в воздух поднялись два мощных ударных дрона и, гудя импеллерами, заняли позиции по бортам машины. Ронин переключил робокар на ручное управление и до пола выжал педаль акселератора. Мощные электромоторы дали старт с пробуксовкой, машина разогналась по улице, затем Ронин вывернул руль, фургон накренился, задние колеса занесло, но все же машина вписалась в крутой поворот, на полном ходу протаранила стеклянные двери первого этажа и влетела в вестибюль, смяв двух охранников на входе. Следом в образовавшуюся дыру влетели оба дрона и открыли огонь по всему, что имело температуру человеческого тела и не было защищено специальными электромагнитными кулонами.

Ронин снова вывернул руль, фургон занесло на гладком полу, и он правым боком впечатался в основание лифтовой шахты так, что дверь фургона вплотную оказалась у двери лифта.

— Действуйте! — крикнул Ронин, схватил автоматическую винтовку, выскочил из кабины, и принялся прицельно долбить охранников, еще не попавших под огонь дронов.

Такэда не мешкая откатил дверь фургона в сторону, освободив себе доступ к двери лифта. Подав голосовую команду затемнить стекла очков, он включил газовый резак и принялся проделывать отверстие, диаметром сантиметров шестьдесят. Он закончил работу до половины, когда пришлось перезарядить боекомплект дронов. Он бросил резак, открыл люки в крыше, дававшие доступ к вернувшимся дронам, снял использованные кассеты и установил полные.

— Готово! — произнес он.

Дроны тут же сорвались со своих мест и продолжили зачистку вестибюля. Такэеда закончил вырезать отверстие и, не дожидаясь полного остывания металла, принялся швырять через дыру баллоны со сварочным газом, предварительно полностью открывая вентили.

Еще в строительном магазине Такэда с Ронином вычислили примерный объем лифтовой шахты, а так же пропорцию, в которой газ с воздухом создаст наиболее эффективную гремучую смесь. Поэтому баллонов купили с этим расчетом, и за минуту Такэда покидал их все, а следом бросил запал с дистанционным управлением.

— Я закончил! — сообщил он Ронину.

Через несколько секунд тот вернулся за руль, бросив рядом дымящуюся винтовку. Дроны уселись обратно в ниши, и Ронин выкатил фургон через выбитые двери обратно на улицу. Поддав скорости, он промчался два перекрестка и притормозил на парковке у тротуара.

Время опустошения баллонов с полностью открытым вентилем они проверили заранее, и теперь Ронин лишь наблюдал за показаниями таймера в смарт-очках. Для заполнения шахты газом в нужной пропорции требовалось чуть больше двух минут.

— Ну, можно взрывать, — произнес Ронин, и нажал кнопку дистанционного пускового устройства.

Ухнуло мощно. С незащищенных этажей небоскреба алмазными фонтанами ударили выбитые стекла, но стены на этаже Акайя остались нетронутыми. Это создало в наглухо запечатанном офисе такое колоссальное термобарическое давление, что когда оно через миг чуть ослабло, из бассейнов вылетела вся вода, подпрыгнув до потолка. В помещении образовался мощный огненный вихрь, состоящий из раскаленных потоков воздуха и продуктов горения, не имеющих выхода. Охранники в броне вспыхнули факелами. Большинство из них сразу потеряло сознание от взрывной контузии, более крепкие ползали, полыхая, пытаясь найти воду в опустевших бассейнах, но ее там не было, вся она растеклась по полу, и водопадом рухнула в жерло лифтовой шахты.

Двери офиса вышибло ударной волной, Акай, сидящий за столом, едва успел поднять взгляд от экрана планшетника, как его смело обломками двери, мебели, бамбуковой ширмы и буквально размазало по незыблемой стене перевернувшимся столом.

— Надо драпать! — выкрикнул Таккэда.

— Проверить бы, — задумался Ронин.

— Как?

— Пустить дрона через лифтовую шахту и посмотреть через камеру.

— Не имеет смысла! — заявил Такэда. — Скоро подъедет подкрепление, мы сделать уже ничего не успеем. Если получилось, завтра узнаем из новостей, а не получилось, будем думать.

— Ладно, вы правы!

Не успели они отъехать, как в небоскребе начался мощный, быстро разгорающийся пожар.

— Ну, вот, я же говорил! — Такэда глянул на монитор камеры заднего вида. — Пустили бы дрон, только понапрасну бы его потеряли.

Роннин не ответил, а лишь поддал скорости, не спеша переходить на автопилот.

— Долго будешь вручную вести? — осведомился Такэда.

— Мы не знаем, с какой стороны прибудет подкрепление. Если с запада, то и ёкай с ними, нас они не встретят. Но если с востока, они выйдут нам в лоб, и кто-то может узнать мою машину по ряду признаков. Вместе же когда-то работали.

— Тени прошлого, — неопределенно хмыкнул Такэда.

— Как будто у вас их нет.

То ли подкрепление прибыло с востока, то ли одновременно с двух сторон, но вскоре несколько скоростных робокаров и два тяжелых внедорожника, слепя фарами, вылетели навстречу фургону. Ронин тут же заложил руль вправо, свернув на перпендикулярную узкую улицу.

— Зря так резко! — осудил Такэда. — Может быть они бы на нас не обратили внимания.

— Обратили бы, — уверенно произнес Ронин. — А так точно обратят.

— Любишь погоню?

— Не очень, но в данном случае это самый надежный способ оторваться.

Такэда бросил взгляд на монитор заднего вида. Там полыхали фары двух скоростных робокаров, севших на хвост.

— У них значительное преимущество в скорости! — предупредил Такэда.

— А то я не знаю, — усмехнувшись, ответил Ронин. — Сейчас вылетит птичка.

Он нажал сенсор на панели, и фургон выпустил из-под днища густое облако непроницаемого оранжевого дыма. Позади раздался визг тормозов, мощный удар, затем еще.

— Ну вот, эти всмятку. — Ронин тоже глянул на монитор. — И улицу заблокировали наглухо. Теперь можно и на автопилот перейти.

Такэда сделал несколько глубоких вздохов.

— Адреналинчик? — спросил Ронин.

— Есть немного. Я, в отличие от тебя, в спецназах не служил.

— А держитесь молодцом. Другой бы инспектор уже обосрался от страха.

— Сейчас блевану… — пробубнил Такэда.

— Дверцу откройте, а то неохота салон мыть.

Такэда открыл дверцу и, держась за поручень, выплеснул на ночную улицу содержимое желудка, обдав им трех скучавших на панели трансвеститов.

— Ублюдки! — визгливым голосом крикнул вслед удаляющемуся фургону один из них.

Такэда закрыл дверь, и они с Ронином от души рассмеялись.

Глава 5

— Ты считаешь, это место тебе подходит? — я наблюдал через имплант, как Мизуки, изображая из себя покупательницу, вальяжно ходит по заброшенным цехам небольшой фирмочки. Успешно разорившейся, не в силах конкурировать с дзайбацу, для которых они были как блоха по размеру со слоном. Ну или даже как бактерия. Но нам не столько нужно было конкурировать с промышленными гигантами, точнее даже от слова совсем — небольшой двухэтажный производственный комплекс на окраине должен был стать нашей ремонтной и производственной базой. Ну и второе, предпочитаемое Есидой направление — научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки, для которых очень небольшая, но снабженная оборудованием фирма была самое оно.

— Вроде подходит, — сказала она по импланту, и вслух обратилась к хозяину. — Покажите мне список оборудования, которое у вас есть.

— Пожалуйста, Есида-сан! — хозяин протянул ей планшет.

Мизуки внимательно пролистала список оборудования.

— Давайте-ка пройдемся по списку, — она окинула рабочие места, накрытые матовой пленкой от пыли.

— Все в наличии, можете проверять, — засуетился хозяин.

— Меня интересует не столько наличие, сколько состояние.

— Ни одно из оборудования не выработало даже четверти ресурса, а многое и одной десятой. Есть даже новые, не установленные станки и приборы на складе. Хотели расширяться, да вот… — хозяин развел руками.

— Не пошло? — усмехнулась Мизуки. — Прекрасно понимаю. В любом случае вы собрались войти в нишу, давно и прочно занятую дзайбацу, предлагая аналогичный товар.

— За счет более лучшего качества, дополнительных функций, ручной сборки и отладки, а также стопроцентного контроля качества!

— В результате чего ваши приборы получились в три раза дороже аналогичных фирменных.

— Мелкосерийное производство редко себя оправдывает, — вздохнул хозяин.

— Ладно, не будем пересказывать друг другу учебники по экономике и прочую фантастическую литературу. Все знают, что лучший учебник по бизнесу — «Крестный отец». Пойдемте осмотрим оборудование, и да, это может оказаться неприятным сюрпризом, для молодой девушки я неплохо в этом разбираюсь.

— Пойдемте, — сделал жест хозяин. — Уверяю вас, все в полном порядке, впрочем, увидите сами. Как знающему человеку вам сразу будет все понятно.

— Когда ты это научилась в станках разбираться? — спросил я Мизуки.

— Пока вы в ППД отлеживали бока в койках, я все время проводила в оружейных мастерских. А там было любое оборудование, туда тащили трофеи со всего Токио и окрестностей. И не эти древние примитивные развалины, а серьезное и современное, — ответила она.

— Молодец, — хмыкнул я. — Да, кстати, ты в разговоре с этим хреном ничего не забыла?

— Точно, забыла! — сказала Мизуки, — Сейчас узнаю. Да, кстати, Сасаки-сан, а у вас сохранились списки персонала?

— Зачем вам? — с подозрением спросил хозяин.

— Не беспокойтесь, вашу продукцию производить мы не будем, но мне хотелось бы нанять тех, кто здесь работал и знает не только технологию, но и сами эти станки. В любом случае, это проявление милости — вы же сами прекрасно знаете, что такие мастера, если даже устроятся в дзайбацу, в чем я, кстати, сильно сомневаюсь в силу корпоративной верности, где иерархия и доверие вырабатываются десятилетиями и поколениями, то будут на положении отверженных. У меня же они сами войдут в новый клан, мой, и никто даже не посмеет с презрением посмотреть в их сторону.

— Ладно, — махнул рукой хозяин. — Будут вам личные дела. Раз уж этот мой проект провалился, а вы даете справедливую цену за опт, я и это предоставлю.

— Ну вот и хорошо, — удовлетворенно сказала Мизуки. — Ну а теперь идемте смотреть.

— Надо отпраздновать рождение клана Есида, — пробка шампанского ушла в потолок, и кувыркаясь упала на пол. Неплохое такое шампанское, настоящее французское — этот успех надо было отметить для повышения боевого духа моего личного состава.

— Ну пока рано, — Мизуки взяла бокал за тонкую длинную ножку и поочередно чокнулась с нами. — Но все, что надо, я сделала. Тем более, персонал у меня есть — вы.

— Не-не-не, ты меня на это не подписывай, — махнула бокалом Хитоми. — Я не кабинетный работник. Как-нибудь сама.

— А я надеялась… — Мизуки выглядела разочарованной.

— Ну на крайний случай Хитоми будет начальником охраны, — сказал я. — В свободное от диверсий время.

— А ты — управляющим? — с робкой надеждой сказала она.

— Ну если ты так настаиваешь, — сказал я. — Но есть одно маленькое «но». Я повидал бывших командиров разных рангов — и вот какая закавыка получается. Чем лучше командир на поле боя — тем хуже он как гражданский руководитель. Это прямо обратно пропорциональная зависимость, и она существует всегда, исключений я не знаю. Все-таки махать шашкой и вести народ в атаку проще, чем проводить унылые брифы по понедельникам, а приказать солдату проще, чем убедить гражданского работать правильно. И потом, не забывай, легализация — это хорошо, но наша миссия первее, она страдать не должна.

— Не пострадает, — сказала она. — При правильно выстроенном руководстве все работают за свою мотивацию, даже если начальство на работе не присутствует. Теперь нужен бы еще бухгалтер и снабженец…

— Вот тебе Такэда и Ронин. Один, я уверен, хорошо разбирается в служебной бухгалтерии, а Ронин может достать что угодно с определенной долей убеждения.

— Главное, чтобы она не выходила за рамки уголовного кодекса…

— Ну ты владелец фирмы, и ее директор. Привыкай, — подмигнул я ей.

— А с чего думаешь начать? — спросила Хитоми. — Патенты?

— Они самые, — сказала Мизуки. — Отсортирую те, которые пойдут в ближайшее время, многое я что-то помню. Только они были поданы дзайбацу, которые наваривали на них кучу бабок, а теперь подадим их мы.

— А вот с этим не спеши, — блин, чертово ледяное шампанское попало на чувствительный зуб, я аж сморщился. — Все то, что ты хочешь патентовать, должно пройти через Него, это его основное условие.

— Опять его расчет вероятностей? — спросила Мизуки.

— Ну да. А то запатентуешь кварк-реактор раньше времени, и начнутся проблемы с событийной временной линией.

— Ну до управляемой кварк-реакции и самих реакторов лет этак восемьдесят, и то они стали возможны с помощью магии пятого уровня, так что он может не волноваться. Раньше времени ничего не стартует, ну разве только что с небольшим в три-пять лет опережением, чтобы поспеть раньше конкурентов. Ну а мы, насколько я поняла, теперь долгожители, так что еще успеем сделать это сами. Ну или наши дети.

— У меня не может быть детей, — грустно сказала Кошка.

— Ладно, все это сантименты, отбросим их подальше. Вернемся к нашим текущим делам, — сказал я, переводя разговор на менее скользкую, но более актуальную тему. — Замминистра мертв, как мы и предполагали. Но вот лаборатория его живее всех живых. И само собой, она не на территории, принадлежащей Национальной полиции.

— Хотя спрятать ее там было бы проще. Мусора — звери еще те, — поежилась Хитоми. Видимо, досталось ей когда-то от полиции, хотя кто его знает, кто там зверопитомник охранял.

— Ну у них и язык хорошо подвешен, за кружкой пива, заполированного сакэ, много чего расскажут.

— Это точно, у них вода в жопе не держится, — сказала Хитоми.

— Ну не у всех, но в основном да. Почти любой кейсацукан — супермен и превосходный рассказчик. Но если нам надо сказок, подошлем Такэду, этому любой вывернет душу. Они друг друга чуют по запаху. Дело в другом, этот объект совсем не принадлежит полиции, — я вывел на экран изображение милого домика в окружении зеленых полей и цветущей сакуры. — Мизуки, выведи нам пожалуйста на экран твою модель.

— Сейчас.

— Ну да, милый такой домик, прямо в национальном стиле, — сказала Хитоми.

Теперь домик казался маленьким, и всего-навсего навершием шахты, уходившей вниз.