Коммерческая тайна

— Надеюсь, никто не пострадал, — сказал Март.

— Хм? Что вы имеете в виду?

— Я говорю, я надеюсь, что никто не пострадал, когда вы попытались увеличить механизм, чтобы увеличить его подъемную силу.

Вульф покраснел и посмотрел на свои руки:

— У нас действительно был небольшой несчастный случай, признался он. — Никто не пострадал, хотя было уничтожено много ценного оборудования.

— Я рад, что только этим все закончилось. Вы не имели права, как вы понимаете, изменять это запатентованное устройство в коммерческих целях без надлежащего разрешения.

— Мы имеем право вносить улучшения с целью получения наших собственных патентов!

— Конечно. Конечно, — сказал Март. — И вы, надеюсь, смогли добиться таких улучшений?

— Нет, не смогли, — ответил Вульф. И теперь тон его голоса начал меняться. — Я не понимаю вас, доктор Нэгл. Я здесь, чтобы сделать законное предложение. Я здесь для того, чтобы попросить вас назвать цену за лицензию на ваши патенты.

— Вы собираетесь заняться игрушечным бизнесом?

— Пожалуйста, доктор Нэгл…

— Тогда все в порядке. Послушайте меня: мне нечего вам продать. У меня нет патента, который представлял бы для вас какую-либо ценность. Вы потрудились прочитать патент, выданный на ракету «Нэгла»?

Инженер кивнул:

— Практически запомнил наизусть.

— Значит, вы заметили, что в патенте подробно описан точный механизм, который я включил в свою ракетную игрушку. Ничего больше. Это ясно? Мой патент не распространяется ни на что, кроме этой игрушки, и если вас не интересуют игрушки, мне нечего продавать.

Вульф беспомощно развел руками:

— Но антигравитация, это… Она должна быть способна двигать самолеты и даже космические корабли. Правда вы упомянули в своем патенте новый Закон Природы. Очевидно…

— Да. Очевидно, это то, что вас интересует. Но, боюсь, я не могу продать вам Закон Природы. Никто не получает патентов на такие вещи. К сожалению, это подпадает под классификацию Коммерческой тайны.

— Вряд ли это отношение современного ученого к его открытиям и его работе, — сухо заметил Вульф.

Март пожал плечами:

— Но у меня такое отношение. Итак, теперь вы знаете: основной принцип действия ракеты «Нэгла» полностью незащищен. Он прямо здесь, лежит широко открытым для вас и ваших инженеров. И когда вы его поймете, вы сможете строить воздушные корабли или даже лайнеры на Марс.

Вульф не двинулся с места, но продолжал смотреть через стол в глаза Мартину Нэглу:

— У вас же есть цена. Назовите цену.

— Да, — медленно кивнул Март. — У меня есть цена. Но опять же, к сожалению для вас, она так же нетрадиционна, как и остальная моя позиция в этом вопросе. Бывает так, что не все измеряется деньгами.

Вульф взял свой портфель и резко поднялся на ноги:

— Я не понимаю вас, доктор Нэгл. По-видимому вы слишком переоцениваете собственные способности, а нас считаете всех за дураков. Уверяю вас, что я сделаю так, как вы советуете. Я открою основной принцип, лежащий в основе вашей игрушки, и сделаю лайнер на Марс. Но было бы гораздо более уместно, если бы вы проявили готовность сотрудничать в использовании этого открытия — или, по крайней мере, привели вескую причину для отказа от этого.

Март пожал плечами, провожая гостя до двери:

— Желаю удачи. Это твое детище. Посмотрим, как ты его вырастишь.

Открыв офис вместе с Кеннетом Беркли, Март активизировал свои контакты с коллегами-исследователями и бывшими студентами, которые теперь занимали ответственные должности почти во всех крупных отраслях промышленности. Его контакты вели также в каждую правительственную лабораторию, пусть даже отдаленно связанную с фундаментальными физическими исследованиями. Как и следовало ожидать, из этих различных точек начали поступать любопытные известия. Среди первых было письмо от Дженнингса с Западного побережья. Дженнингс был с ними в проекте «Левитация». Он писал:

Новости о действиях Нэгла и Беркли заставляют меня тосковать по старым добрым временам проекта «Левитация». Я не знал, что может быть что-то настолько безосновательное, как тот проект, когда он начинался, но я считаю, что вы сейчас превзошли его в этом отношении. Здешние парни все время твердят мне, что ты точно сошел с ума, а я все время говорю им, что это не так. И я был бы признателен за некоторые доказательства, подтверждающие мою правоту.

P.S. Да, вот еще что. Ракеты «Нэгла» настолько часто появляются в воздухе над нашими подразделениями здесь, что их столкновения не редки, с последующими претензиями и встречными исками о возмещении ущерба от одной мелкой сошки к другой. У вас есть в связи с этим какие-нибудь юридические рекомендации?

P.P.S. На днях один угол нашей физической лаборатории был взорван. Никто не пострадал, но некоторые ужасно злятся. Есть те, кто хотел бы бросить вас в тюрягу, есть те, кто предлагает вам удалиться в ближайшую психушку, а есть и те, кто клянутся всеми обмотками нашего местного циклотрона, что они собираются выяснить, что именно вы встроили в эти ваши ракеты. А я думаю, что, возможно, это я буду первым, кто решит эту загадку. Хотя у меня была записка от Кейза, в которой он советовал мне держаться подальше от проекта L.

Март усмехнулся, показывая письмо Берку. — Могу себе представить, чего стоило Дженнингсу написать эту записку, — сказал он. — Он уйдет в глубокий штопор, если не решит проблему в ближайшее время. Я полагаю, что из всех тех, кого мы разбудили, он, скорее всего, добьется успеха.

— А как насчет того молодого парня из «Апекс Эйркрафт»? — спросил Берк. — Ты говорил, что он довольно сообразительный.

— Он инженер. Дает ли это ему больше или меньше возможностей для решения проблемы, чем физику-теоретику, я не знаю. Однако я подозреваю, что мы так или иначе снова услышим о доне Вульфе.

Благодаря своим связям, этому «сарафанному радио», Март узнал, что к концу шестой недели продаж ракет «Нэгла» образец был препарирован почти в каждой университетской лаборатории и в каждой корпорации, которая тратила более пятисот долларов в год на фундаментальные исследования. Он также узнал, что Сэм Марвенштейн получил заказ непосредственно от Бюро стандартов Соединенных Штатов на дюжину ракет «Нэгла». Он был еще более доволен, когда по слухам появилась информация, что они на самом деле предназначались для транспортировки в лабораторию AEC[3], а для себя  Бюро купило ракеты в местных магазинах.

Письма и телефонные звонки сообщали о безумии, нарастающем во всех этих лабораториях, когда ученые возились с маленьким устройством, пытаясь выяснить основу его работы и масштабировать его до полезного размера нагрузки. Он не слишком много узнал из лабораторий AEC, но был почти уверен, что персонал там также участвовал в сводящем с ума разочаровании, о котором сообщалось из Бюро стандартов и других организаций.

С тревогой он также ждал сообщений о травмах, полученных в результате неосторожного подхода к проблеме. Но после распространившихся новостей о небольших бедствиях на Западном побережье были приняты меры предосторожности. И происходили лишь случайные вспышки и разрушение неподконтрольного оборудования — вот и все, что сообщало его «сарафанное радио».

К Рождеству продажи ракеты «Нэгла» и вызванное ею научное разочарование достигли пика. Джо Бэрд продолжал время от времени в своих передачах бросать мрачные намеки на огромные, зловещие деяния планируемые создателем игрушки. Сэм Марвенштейн удвоил размеры своего завода и не один, а два раза. За два дня до Рождества он отправлял ракеты грузовиками, вагонами.

А потом все закончилось. С окончанием рождественского сезона безумное производство остановилось. Через офисы Санта-Клауса и Сэма Марвенштейна практически каждый потенциальный покупатель ракеты «Нэгл» удовлетворил свои желания. Спрос упал.

На следующий день после Нового года Март пригласил Сэма в офис «Консультации по фундаментальным исследованиям». Когда фабрикант сел за стол, Март протянул ему сферическую проволочную штуковину около пятнадцати сантиметров в диаметре.

— Преемник ракеты «Нэгла», сказал Март.

Сэм выглядел озадаченным. Он пару раз перевернул устройство в руках так, чтобы свет из окна падал через промежутки между проволоками, чтобы было лучше видно.

— Полагаю, это действительно очень умно, — вздохнул Сэм. — Но что именно он делает?

— Мы условно называем это «Телепортом», — сказал Март. — Я полагаю, вы можете придумать имя с бо́льшей привлекательностью для продаж. Возможно, вы помните, что читали о телепортации в научно-фантастическом журнале, который вы упомянули, когда мы впервые встретились.

Лицо Сэма просветлело:

— Конечно… Теперь я вспомнил! Это история, в которой парень посылает свою девушку через всю страну по радио…

— Примерно так там и было, — подтвердил Март. — Но только приблизительно. Итак, вот что делает гаджет. Вы видите, что этот алюминиевый диск внутри делит проволочную сферу пополам и что стержень проходит через центр диска. С одной стороны на стержне есть бусинка. Теперь я нажимаю кнопку на одном полюсе сферы, где проволочные ребра соединяются со стержнем посередине. — И бусина оказывается на другой стороне диска.

Он вернул устройство Сэму:

— Попробуйте сами. Нажмите маленькую кнопку на полюсе сферы.

Сэм снова взял сферу, на его лице отразилось разочарование, граничащее с отвращением. — Я не понимаю, — сказал он. — В этом нет ничего особенного. Проталкивание бусины вдоль стержня, который проходит через отверстие в куске металла…

— Посмотрите внимательно и нажмите на кнопку.

Сэм так и сделал, снова поместив устройство в луч солнечного света и прищурившись сквозь ребра клетки. Он нажал большим пальцем. В тот же миг бусинка на стержне исчезла с одной стороны диска и появилась с другой.

— Я все еще не понимаю, — разочарованно сказал Сэм. Затем он остановился. — Эй, подожди минутку! Как эта бусина туда попала? Там нет дыры, через которую она мог бы пройти. Вокруг стержня нет отверстия!

Март благосклонно кивнул:

— Правильно. Как ты думаешь, этот гаджет может иметь успех, он заинтересует малышню — а, возможно, и их старших братьев и сестер — на сумму в пару сотен тысяч экземпляров?

— Да, я думаю, может быть, это будет продаваться, — пробормотал Сэм, продолжая смотреть на проволочный каркас, нажимая кнопку сначала на одном полюсе, а затем на другом. — Но в диске должна быть дыра! Должно же быть объяснение как бусина прошла. Ты должен мне сказать!

III

Не ожидалось, что Телепортация будет иметь такой же успех, каким пользовалась ракета. Они рекламировали новую игрушку, оценив ее по доллару за штуку, размещая короткие объявления в разделах заказов по почте в журналах домовладельцев и механиков, а также в комиксах. Результаты оказались лучше, чем ожидалось.

Март был бы доволен парой хорошо размещенных продаж. И «сарафанное радио» сообщило ему, что заказы на игрушку уже сделаны лабораториями, теми же что исследовали ракету.

Как только Март убедился, что вторая игрушка изучается и исследуется нужными людьми, он оставил все заботы по ее производству и продажам Сэму Марвенштейну и занялся третьим проектом.

Они с Берком были готовы начать профессиональную карьеру в азартных играх.

Так они последнее время только этим и занимаются, — заявила им Каролина Нэгл во время их бесконечных обеденных обсуждений проекта.

Еще одному игорному дому было трудно усилить блеск ночи в Лас-Вегасе, клуб «Вулкан» и не пытался —  во всяком случае, не очень старался. На крыше здания неоновая вывеска среднего размера изображала последний день Помпеи, с неоновыми волнами лавы, стекающими с темнеющего конуса, и кусочками огня, выскакивающими, как вулканические бомбы, из жерла вулкана. Это было впечатляющая картина, но она слабо выделялась в вездесущем сиянии, которое,  как туманные надежды игрока, готового в последний раз сразиться с однорукими бандитами, висело над городом. Клуб находился в конце Бандитской Аллеи  в старом здании, в котором раньше размещалась аптека. До центра города было далековато.

Марк и Берг стояли на тротуаре перед своим почти пустым клубом, наблюдая за танцующими манящими огнями в центре города. В конце первых двух недель они были искренне разочарованы.

 — Все дело в месте, — мрачно сказал Берк. — Я говорил тебе, что мы должны занять место поближе к центру. Новое заведение на окраине — это почти безнадежно. Игроки — это толпа. А толпа —это центр.

— Давай продержимся еще несколько дней, сказал Март. — Если к тому времени дела не пойдут на лад, мы что-нибудь изменим. Может быть, наймем более красивых дам. — Он взглянул внутрь, на девушек, принимавших ставки у немногочисленных клиентов. — Хотя по-моему они и так хороши. — Давай отойдем от двери. Похоже, это может быть клиент.

Они с легким удовлетворением наблюдали, как приближающийся незнакомец остановился, на мгновение взглянул на вывеску, висящую над ним, а затем вошел в клуб. Их удовлетворение исчезло, когда он мгновением позже вышел. Вышедший огляделся и, казалось, заметил их с некоторым трудом.

— Мистер Нэгл? — спросил он, направляясь к ним.

— Да, — сказал Март. Теперь было очевидно, что мужчина немного выпил и в отличном настроении.

— Я хочу знать, как эта штука работает. Ты расскажешь мне, как он работает?

— Конечно, с удовольствием, — сказал Март. Он вздохнул и взял мужчину под руку.

Внутри они двинулись в обход «Вулкана», чтобы не заслонять обзор клиентам, сидящим вокруг игорного устройства.

Свет в комнате был тусклым, бо́льшая его часть поступала из прозрачного, полого внутри, пластикового конуса «Вулкана». Его размеры были такими, как три или четыре музыкальных автомата, а выглядел он гораздо привлекательнее. Волны света пробегали по бокам конуса, а внутри дюжина ярко окрашенных шаров бешено танцевала на диафрагме поперек жерла «Вулкана».

— Первое и единственное в мире абсолютно честное игровое устройство, — сказал Март. Внезапно один из шаров появился снаружи конуса и покатился вниз, где лязгнул о металлический обод. Номер шара и его цвет вспыхнули на панели позади них. Один из клиентов выглядел довольным и помахал листком для ставок ближайшей девушке-служащей.

— Все абсолютно честно, — сказал Март. — Появление шара из конуса абсолютно и полностью случайно.

Мужчина пристальнее вгляделся в шары, которые возобновили свой танец на диафрагме:

— Это как? Что заставляет их подпрыгивать вверх и вниз?

— Маленький мотор вибрирует резиновую диафрагму, а вес шарика всего одна тысячная миллиграмма.

— Это точно? Ты гарантируешь, что игра честная?

— Точно, — уверил его Март.

— Думаю, я попробую. Где я могу купить фишки?

— Просто присаживайтесь, где хотите. Одна из девушек предоставит вам лист для ставок, и вы отметите свой выбор с помощью устройства, расположенного на подлокотнике кресла. Дежурный покажет вам, как это сделать. Игра идет непрерывно.

— Спасибо, мистер. Ставка в два доллара достаточно высока, чтобы начать?

— Вы можете начать с доллара, если хотите.

— Послушайте, мистер, я хочу, чтобы игра была честной, но я хочу, чтобы вы знали, что я не мелочусь.  Пол Джентри меньше двух долларов не ставит. Но вы уверены, что эта игра честная…

Март вышел на ночной воздух и присоединился к Берку. — Этот парень-репортер, сказал он. — О нас напишут в газетах. Если это не поправит нам бизнес, то ничто не поправит.

Но известность им принесли не газеты. Джо Бэрд с большим интересом узнал о закрытии их нью-йоркского офиса и с раздражением, которое также было значительным, он в течение последующих недель старался узнать куда они пропали. Прошло две недели после открытия клуба «Вулкан», прежде чем Бэрду сообщили об этом. Так что реклама была не в газетах, а в телевизионной программе Джо Бэрда на следующий вечер:

Два известных ученых ранее работавшие на правительство сейчас управляют игорным заведением в Лас-Вегасе, штат Невада. Почему? Это вопрос на миллион долларов, на который многие их коллеги и правительственные чиновники захотят получить ответ. Вы помните, что сначала у них была ракета «Нэгла», которая произвела такой фурор во время рождественского сезона. Далее шел идиотский механизм с исчезающей бусинкой, действие которого, по слухам, основано на еще более важных научных открытиях, чем игрушка-ракета. Теперь у них есть самое фантастическое устройство из всех — игровой автомат нового типа. Очевидно, что жалоба доктора Нэгла на низкие государственные зарплаты была для него серьезной, поскольку теперь он выступает в роли профессионального игрока, чтобы привести в порядок свое личное состояние. Это увлекательное устройство, полностью гипнотическое по своему воздействию на наркоманов, которые в него играют. Мы уверены, что «Вулкан» будет таким же успешным, как и предыдущие предприятия Нэгла и Беркли, но мы выражаем наше сожаление и сожаление нации о том, что такой остро необходимый стране гений погряз в тускло освещенных закоулках едва ли легальной коммерции.

 Далее Бэрд дал пространное описание игрового автомата  «Вулкан», очевидно, основанное на наблюдениях псевдопьяницы, которому Март показал машину. 

Март и Берк пропустили передачу, будучи на дежурстве в клубе, но они прочитали отчет о выступлении, который был воспроизведен почти дословно в утренней газете. Март ухмыльнулся, передавая газету через тарелки с едой Берку:

— Если это не привлечет народ, то я съем свою шляпу. Сегодня вечером будет аншлаг.

Его предсказание было более чем точным. Задолго до полудня любопытные потянулись к темному зданию клуба «Вулкан». К середине дня в зале не осталось ни одного свободного места.

Даже Март вынужден был признать, что было что-то гипнотическое в этой штуке. Он стоял сзади, наблюдая, как игроки подались вперед со своих кресел, уставившись, затаив дыхание, на разноцветный световой поток и прыгающие, светящиеся шары.

Девушки в униформе постоянно двигались по проходам, принимая ставки и штампуя листки с именами победителей. Оплата производилась в кассе. А потом, ближе к вечеру, Март и Берк стали узнавать некоторых входящих. Иные из них занимали места, другие стояли сзади, наблюдая с холодными профессиональными лицами. Это были руководители и собственники других более традиционных клубов города.

— Кажется, дело пошло, — прошептал Март Берку. — Через неделю наш «Вулкан» будет в половине клубов Лас-Вегаса!

Он был слишком оптимистичен. Прошло почти три недели, прежде чем была куплена первая лицензия на «Вулкан». Он смог выполнить заказ в течение двух дней, и не успел грузовик, доставивший посылку, вернуться на склад (так показалось Марту), как раздался телефонный звонок. Март узнал голос заказчика с которым он заключил свою первую сделку. Тот говорил не выпуская изо рта сигару:

— Что за машину ты поставил? Она не работает, все шарики через десять минут оказываются снаружи. Они не остаются внутри!