Помоги проекту - поделись книгой:
Кстати, как ей все это удалось, она так и не рассказала. «У каждого фокусника свои секреты» — вот и все, что удалось из нее выбить. Тот еще малолетний крепкий орешек.
Эх…
Самое интересное, что даже сейчас, когда ее нет рядом, она все так же, как и всегда, придает мне сил двигаться дальше. Она — моя цель. Не приоритетная, не единственная, но, безусловно, — важная. Ведь подписываясь на Ковчег, мы планировали Вечность, в которой будем рядом друг с другом.
Она должна была закатывать глаза на всех моих очередных дам и периодически причитать, воздев руки к небу: «Ну когда ты уже хоть что-то нормальное в дом приведешь?!». А я же, в свою очередь, не замечать ее ухажёров, которым она и сама будет давать от ворот поворот, а после, когда она определится с жертвой, жалеть несчастного.
Уверен, все это будет. Не сегодня и не завтра, но будет. Обязательно.
— Вакс, ты тут? Вакс?
— Здесь, здесь. Задумался немного, — ответил я, выныривая из омута мыслей. — Ты готов?
— Ага. Уже пару минут как готов, — продемонстрировал Сергей арматурину и импровизированный вещевой мешок, сделанный на скорую руку Одри из куска брезента, проволоки и нескольких полос кожи, что некогда были курткой. — Я тут подумал… может, не будем Машу здесь одну оставлять? Мало ли что… А с нами она в безопасности.
— Серег, не страдай ерундой, — фыркнул я, подхватывая пустую спортивную сумку и закидывая ее на плечи. — Здесь для нее самое безопасное место практически при любом раскладе. Во-первых, скоро вернется Курт, и она будет не одна. И если ты забыл, то английский она знает явно лучше тебя и сможет объяснить нашему блохастому другу что к чему. Во-вторых, если на лагерь кто и выйдет в наше отсутствие, то убивать ее точно не станут. Она милашка. С такой говорить будут, а не кулаками махать. А если нет, то ребята с острова Погибшего Корабля точно успеют доплыть и либо прибить обидчика, либо спугнуть.
— А почему тогда сразу здесь кого-то не оставить? Тонни с арбалетом, например? — не успокаивался Сергей.
— Потому что там им оружие будет нужнее. Кто знает, что появилось в воде? Может, теперь там плавают акулы или дельфины-убийцы? И в таком случае лучше иметь возможность пристрелить их до того, как они доберутся к лодке, чем потом отбиваться штырями и веслами.
— Не знаю, Вакс, может, ты и прав, — покачал головой Сергей. — Но ты так быстро поменял планы после ухода тех ребят…
— Это жизнь, дружище. И она во все вносит свои поправки, уж поверь. Так что — ноги в руки и пошли. У нас на сегодня куча работы. Нужно обшаришь свою часть острова, и желательно начать с самого конца.
— Стойте! — Раздался тоненький голосок Маши. Подбежав к своему парню, она повисла у него на шее и, чмокнув в губы прошептала: — Береги себя только, ладно? И ты его береги! — добавила она мне, грозно помахав мальчиком, на что я кивнул, едва сдерживая улыбку.
Любовь… Как же им повезло оказаться рядом друг с другом при переносе. Интересно, они сами хоть понимают, насколько широко улыбнулась им госпожа Удача?
— Не волнуйся. Доставлю твоего ненаглядного живым и голодным. Ну а ты обеспечишь нам ужин, идет? Потому что голодным будет не только он.
— А целым и невредимым? — свела бровки в кучку милое создание. — Это почему не обещаешь?!
— Ну мало ли. Вдруг твоего благоверного снова потянет к каким-то сорнякам за острыми ощущениями? Иглотерапия там, кислотные ванны или массаж бочков зелеными челюстями…
— А-а-а-а… — Глаза девушки округлились, а личико начало омрачаться испугом.
— И тогда я его приведу живым и отдохнувшим. А не просто живым, — успокоил я начинающую паниковать девушку. — После лесного SPA и процедур. Так что не вешай нос, а начинай разбирать наш хлам, именуемый пожитками, и ни о чем не волнуйся.
— Все, идите уже, — смущенно улыбнулась девушка и, еще раз чмокнув Сергея в щечку, мягко подтолкнула его в сторону деревьев.
Затем Маша погрозила мне пальчиком, развернулась и пошла в сторону наваленной у шатра кучи всякой всячины, что вчера ребята привезли с острова. Мы ее так и не разобрали толком. Пополнение, купол под водой, крабики… в общем — не до того было. А сейчас нужно потихоньку начинать сортировать добро, чтобы понимать, что у нас есть и чего нет. Да и не копаться в груде хлама ища кусок проволоки или подходящую под размер футболку.
— Постарайся не отставать от меня и чаще смотри по сторонам, — начал инструктировать я напарника, едва мы зашли в лес. — Да и под ноги тоже. Про верх не говорю — сам догадаешься. Заметишь любое движение или шорох — сразу говори мне. Не игнорируй, даже если это окажется ветром или бликом на солнце. Тут лучше перебдеть, чем недобдеть.
— Ой, Вакс, — ты теперь это каждый раз повторять будешь? Ты же вчера нам то же самое с Машей говорил, когда мы с поляны в лагерь шли.
— Говорил, — легко согласился я, хлестким ударом прута обрубив пару листьев с прохода. — Повторял. И больше тебе скажу — и буду каждый раз говорить и повторять, пока вам всем это в подкорку не въестся. А потом и еще глубже, чтобы делали все это не задумываясь. И поверь — не смогу привить вам это с помощью слов, буду прививать другими методами. Пожестче. Я не хочу потерять кого-то из отряда только потому, что он проворонил очередной хищный цветок или свалившегося ему на голову зверя.
— Все, все! Понял! — запнувшись, выставил перед собой руки Сергей. — Бдеть. Смотреть. Не зевать. И идти за нашим бравым лидером. Да, кстати, а куда мы идем?
— Тебе понравится! — туманно ответил я, пряча улыбку.
И не ошибся. Первой нашей остановкой была памятная поляна с тремя цветками-людоедами, при виде которых Сергей сперва немного стушевался. Ну да… разок его уже съели. Второй раз быть едой еды вегетарианцев ему не хотелось.
При нашем появлении хищные растения оживились, потянули к нам лиственные пасти и принялись ощупывать воздух своими усиками. Чуяли, сорняки, что по их душу пришли.
Серегина сатисфакция за слегка пожеванные бока заняла у нас примерно час. Именно столько потребовалось, чтобы сперва забросать цветки валунами, а после, набросав поверх их еле шевелящихся тел хвороста, развести огонь. Спасибо заготовленному труту из тряпок и стеклянному донышку бутылки, что я носил с собой в кармане.
За ликвидацию трех любителей человечины Система накинула нам по уровню. И если так будет и впредь, то я всерьез задумаюсь о том, чтобы начать разводить их на убой. Ну а что? Засадил себе пару грядок и знай только «выпалывай» их время от времени да опыт получай. Главное, чтобы они к морской диете терпимы были.
Дождавшись, пока спадет огонь, мы обшарили кострища, но кроме обгорелых останков самих растений ничего не обнаружили.
Обидно… Честно говоря, я надеялся получить с убийства этих сорняков еще хоть что-то, помимо опыта. Семена, например. В подобных игрушках «дроп» с монстров был обычной вещью. А здесь — фиг! И тут у меня сразу напрашивается несколько вариантов — либо мы не в игре, либо растения — не монстры. А может и еще что, бог его знает. Точнее, разработчики и Система, которая по моему скромному мнению больше походит на обыкновенную девчонку. Ну а как еще объяснить такой рандом в получаемых характеристиках?
Тщательный осмотр полянки и тех мест, где раньше росли сорняки, почти ничего нам не принес. Так, по мелочи. Половинку насквозь проржавевшего ящика, пяток гвоздей, пару гаек без болтов, пластиковую ложку и аж одну дверную скобу.
Все находки мы бережно сложили в останки ящика и припрятали с краю поляны, у приметного кряжистого дерева, прикидав листьями. Потом вернемся за ними. Не пропадать же добру? Тем более что кроме нас здесь есть и другие люди. Не наши.
— Ну, что? За твои пожеванные бока мы отомстили, теперь давай и делом займемся, — сказал я Сергею, когда мы немного отдохнули. — План минимум — заходим как можно дальше в глубь острова и методично прочесываем его на предмет интересного.
— А план максимум?
— Ищем двери, — легко ответил я, — и, упреждая твой вопрос — я без понятия, как они выглядят и есть ли вообще. Но, надеюсь, есть. А то совсем все грустно выйдет.
— Ты ведь про тот тоннель сейчас говоришь, да? Что ведет к подводному куполу, что нашла Одри? — спросил Сергей и, дождавшись моего кивка, продолжил: — Тогда почему грустно? Мы же всегда можем пойти с конца? Ты же сам говорил, что проход, ведущий из купола, открыт.
— Угу, — не стал спорить я, — открыт. Но все не так просто. Пока у нас нет фонарей или других не огненных источников света, идти по туннелю не представляется возможным. Кто знает, что там в темноте и как долго нужно будет идти? И это вторая проблема. Первая — океан ожил. Теперь в нем есть подводные обитатели, и могу поспорить, что одними крабиками и мелкими рыбешками дело не ограничилось.
— Хищные дельфины? — понимающе хмыкнул Сергей, вставая с земли и потягиваясь.
— Как вариант. Но на дне нам и агрессивной стайки планктона за глаза хватит. Так что давай отыгрывать сперва наилучший для нас вариант. А к запасному мы всегда вернуться успеем.
Еще раз проверив надежность захоронки, мы с Сергеем закинули на плечи свои сумки и пошли дальше, направляясь к центру острова.
Идти по смешанному тропическому лесу было приятно. Густые кроны деревьев защищали нас от лучей палящего солнца, даря прохладу. Интересное смешение древесных культур каждый раз поражало меня своей невозможностью. К примеру, только что мы прошли небольшую хвойную рощу, сплошь состоящую из могучих сосен, окруженную тисами и буками, оплетёнными лианами. Парочка тропических «канатов» даже перекинулась на ближайшие сосенки, отчего переход между двумя ареалами культур становился максимально незаметным.
Единственное, что напрягало, — так это неполноценность лесных звуков. Не было слышно ни пения птиц, ни воя или рычания диких зверей. Только шум листвы, словно ты находишься не на странном острове посреди океана смешанного мира, а гуляешь зимним парком.
Пройдя около километра, мы вышли на просторную поляну. Неровный овал, метров семьдесят на двадцать, если брать самые большие его диагонали, был полностью устлан зеленой травой, с редкими проблесками фиолетовых цветов. Слева, частично уходя в лес, расположилась небольшая прямоугольная бетонная площадка с развалинами не то сарая, не то будки, от которой остались только стены. Единственные двери, как и крыша, отсутствовали, позволяя нам рассмотреть голые стены.
— Знаешь, Серег, даже если мы сегодня ничего больше не найдем, то сходили не зря. Хорошее место. Странно, что никто его до нас не занял.
— Может, просто не нашли? — предположил напарник, шагая рядом. — Или она им не понравилась. А ты к чему это? Хочешь переехать?
— Да. И пока это — самое нормальное место.
— Что-то я не понимаю, — пробормотал Сергей, — это чем она тебя так зацепила? От берега далеко, вокруг лес, которого ты так боишься. Да и к роднику непонятно куда топать.
— Ну начнем с того, что я не боюсь, а опасаюсь, — слегка отстраненно ответил я, неспешно подходя к развалинам. — Да и не леса вовсе, а того, что в этом лесу может прятаться. Сейчас мы знаем только о парочке придурков и сорняках категории «кошмар садовника», но что-то мне подсказывает, что на этом сюрпризы Ковчега не кончаются, а только начинаются. И появившаяся в воде рыба косвенно это подтверждает.
— Ну хорошо. Допустим. Но как все это объясняет твое решение уйти с берега? Нам что, туда-сюда лодку прикажешь таскать?!
— Как вариант, — согласился я, проводя рукой по кладке. Крепкая. Кирпичики хорошо подогнаны друг к другу. Крышу кинуть — и вот тебе готовая спальня для нескольких человек. Хотя если потесниться, то и все мы сюда влезем. Впритык, но влезем. — Но лучше потратить лишний час на дорогу и чуть-чуть напрячь мышцы и жить в безопасности, чем без напряга ждать беду.
— Вакс, ты меня сейчас совсем запутал… То ты говоришь, что лес опасный, а теперь, что мы переезжаем в самое его сердце. До этого, что на пляже хорошо… Я вообще ничего не понял.
— Да все просто, Серег. — Я наклонился и сорвал травинку. Вертя ее в пальцах, я придирчиво осматривал поляну, прикидывая плюсы и минусы своего почти спонтанного решения. — Мы на острове. На сраном острове посреди океана. Небольшом клочке суши, что, как я понял, стоит в начале целого архипелага, и это еще фиговей.
— Почему? — спросил Сергей, когда я замолчал.
— Сезон дождей и штормов. Вспомни, ТАМ, на нашей умирающей Земле жители тропических островов, которые не могли позволить себе корректировку погоды, по несколько месяцев в году отсиживались в своих домах. Буйство стихии не давало и нос за дверь высунуть. Вот что-то такое ждет и нас. Я уверен. Не знаю, когда, но точно ждет, так что если мы построим лагерь на берегу, то будет он одноразовым. Ровно до первого серьезного шторма — или волной накроет, или ветром разметает. А мы останемся ни с чем. Потому и нужно уходить вглубь острова. И эта поляна нам подходит.
— Думаешь?
— Уверен! Кстати, — нахмурился я, — не расслабляйся и смотри по сторонам. Так, на всякий случай. А то мы сейчас как на ладони. Если на нас выйдут недружелюбные ребята с дальнобойным оружием, то будет нам нехорошо.
— Ага, — машинально ответил Сергей и, подойдя ближе, остановился, вглядываясь в зеленый ковер поляны. — Я вот смотрю на все это и ужасаюсь, сколько же работы нам предстоит. Даже не представляю, с чего начинать.
— О, друг мой! Это-то как раз самое простое, — ответил я и, взглянув на недоуменное лицо Сергея, пояснил: — Начинать всегда нужно с самого начала. А потом идти до конца. И так всегда. Да и, наверное, во всем.
— Универсальное правило?
— Что-то вроде него. Кстати, ты бы вещички свои подобрал. А то больше растеряем, чем домой принесем, — заметил я Сергею, указав на валяющуюся чуть в стороне от постройки бутылку. — Да и мусорить не стоит.
— А это не моя, — заметил парень, наклоняясь и поднимая пустую тару, — да и не было у нас сливовых лимонадов вроде.
— Хм… ты прав, не было, — ответил я, подходя ближе и стреляя глазами по сторонам. Что-то мне не давало покоя. Вот уже пару минут как внутри меня взвелась пружина, и причины этому я пока не видел.
— Кстати, Вакс, а ты не знаешь, в тропических лесах есть дятлы?
— Чего?! — опешил я, отвлекаясь на Сергея. — Умней ничего не мог спросить?
— Да там стучит что-то, — махнул он рукой в сторону леса, — вот я и подумал, что это дятел. В лесу мы или где?
— В Караганде! — прикрикнул я на парня, смещаясь ближе к нему, перехватывая поудобней прут. Из-за деревьев раздавался не только стук.
Глава 11
Осторожно пробираясь сквозь лесную чащу, мы с Сергеем шли на стук, приглушенные крики боли и заливистый хохот. Голосов было много. Чуть меньше десятка или около того, и это… напрягало. Как и то, что во многих из них звучали откровенные мольбы о помощи и просьбы пощадить. И почти все они шли из женских уст.
Идти пришлось не так далеко. Уже через пару сотен метров голоса стали громче, так что с легкостью можно было разобрать слова и даже звуки ударов. Дав знак напрягшемуся напарнику остаться на месте и не шуметь, я скинул с себя сумку и, поудобней перехватив арматурину, скользнул вперед, к виднеющемуся сквозь деревья просвету, который вел на небольшую полянку.
— Руки… руки убрал, живо! Куда закрываешься, животное?! Н-на! Еще по яйцам прописать?! Руки от рожи убрал! — распалялся недавний знакомец в военных штанах и ботинках перед субтильным мужичком с глубокими залысинами, который лежал возле него и одной рукой держался за ушибленный пах, а второй закрывал лицо, стараясь защититься от побоев.
— П-пожалуйста, н-не надо… — жалобно протянул избиваемый, отползая назад в попытке убежать подальше от бритоголового урода, пока не уперся спиной в дерево. — Н-не убивайте… н-нам н-нельзя умирать… п-пожалуйста…
— Да мне класть на то, что тебе можно, а что нет, понял? Так что не беси меня, падла, а то прям сейчас сдохнешь! — выплюнул нависнувший над сжавшимся мужичком Санек и пнул того под дых так, что от удара бедолага чуть не потерял сознание.
— Господи… за что мне это? Где я так нагрешила? Почему все это со мной происходит?.. — не останавливаясь бормотала очень молодая девушка со следами побоев, распластавшаяся на траве и вперившая отсутствующий взгляд в небо. Из ее глаз текли слезы, которые она, судя по всему, даже не замечала.
Рядом с ней сидели или лежали еще четверо девушек и двое парней, что валялись в полубессознательном состоянии. Разновозрастные, грязные, избитые. Сломленные. В их заплаканных глазах отчетливо читались безнадега и покорность. Они уже смирились со своей судьбой. Даже собственная нагота их больше не заботила — никто из девушек даже не пытался прикрыться.
На дальней от меня стороне полянки находилась небольшая постройка, напоминающая старые погреба, которые я часто видел в небольших деревушках. Такой себе холмик с дверью и покатыми склонами. Причем конкретно этом случае дверь была очень даже непростой и больше походила на металлическую плиту с ручкой и коробкой небольшого электронного замка, который был выдран с корнем и небрежно откинут в сторонку.
Двое чумазых голых мужиков пытались вскрыть дверь. Для этого они вооружились камнями и планомерно стучали по местам, где, по их мнению, должны располагаться петли. Судя по их уставшему виду, заняты они этим были не первый час.
Неподалеку от них, привалившись спинами к кряжистому старому дереву, сидела пара наших старых знакомцев, которых Тонни недавно отправил на перерождение, и с ленцой наблюдала за людьми. Уроды были при одежде и оружии, которое представляло собой куски труб, лежащие от них в пределах вытянутой руки. На уродах были надеты камуфляжные штаны и зеленые хлопковые футболки. Рядом лежала пара кителей, накрывших собой небольшую груду одежды и обуви.
Татуированный панк с желтым хаером что-то вертел в руках, не забывая то и дело бросать внимательные взгляды как на группу плачущих в центре поляны людей, так и на парочку рабочих. Присмотревшись, я увидел, что в руках он вертел барабан от разобранного револьвера, запчасти которого лежали рядом с ним на расстеленной футболке.
Судя по зажатой в другой руке тряпке, он отчищал оружие от грязи, приводя его хоть в какой-то порядок.
По правую руку от него с приспущенными штанами сидел друг Сани, имя которого за предыдущие две встречи я так и не запомнил. Гвоздь, вроде бы, или как-то так, — слишком быстро тот умирал. К своему паху он прижимал голову хрупкой блондинки, которая, глотая слезы и всхлипывая, делала ему минет.
Уроды… как есть уроды…
Вот как им удается так быстро собраться после перерождения, да еще и находить очередных жертв для своих зверств? Баланс мироздания? Удача в обмен на мозги и мораль? Или таким, как они, благоволит сама Система? Надеюсь, что это не так, потому что в противном случае перспективы вовсе не радужные.
Увиденная картина измывательств троих подонков над людьми породила внутри меня волну гнева. Избитые до полусмерти парни, которые точно пытались дать отпор. Избитые и сломленные девушки…
Перед глазами встал момент перед моей смертью, когда Бас недвусмысленно намекал на посланных за моей сестрой бойцов и то, что они должны были с ней сделать.
Уроды…
Тихо, Вакс, тихо… Держи себя в руках.
Мотнув головой, выкидывая из нее неприятное видение, я пару раз глубоко вдохнул и медленно выдохнул, успокаивая внутренний огонь.
Сейчас не время поддаваться эмоциям — они ослепляют.
Я еще раз пробежался взглядом по поляне, стараясь подметить как больше мелочей. И особенно меня интересовал огнестрел в руках панка, ведь если у них есть один револьвер, то где гарантии, что нет и другого? Тем более, должно же что-то сдерживать взламывающих дверь ребят? Пару раз я замечал, как они бросали настороженные взгляды в сторону своих надсмотрщиков. Они их явно опасались. Вопрос в том, почему? Потому что они сильнее физически или потому, что у них есть и другое оружие, помимо кусков труб? Непонятно…
Дверь…
Даже с такого расстояния было понятно, что за ней вряд ли скрывается обыкновенный погреб с консервами. Разве что с очень дорогими консервами. Но это маловероятно, потому что все мое чутье вопило — это он, вход в тоннель. И в связи с этим, вопрос об убийстве подонков перешел в разряд «особо важных» и «немедленных», ведь если у них выйдет вскрыть дверь и проникнуть внутрь, то кто знает, что они там найдут. И хорошо, если это будут просто вещи. А если оружие? Тогда отбить у них это место будет в разы трудней.
— Как же ты меня бесишь, соплежуй сраный! Н-на! — Санек склонился над скрутившимся в бублик мужичком и методично наносил тому удары по голове, кроя его при этом последними словами.
Да-а-а… с нервами у него сильно не все в порядке. Такое лечить нужно. Радикальными методами.
Приложив свою жертву локтем, бритоголовый урод дернулся и завалился на траву, потому что мужичок под ним истаял в тусклой вспышке. Ударив от злости кулаком в траву, Саня встал и направился к группе людей в центре поляны, плотоядно высматривая себе новую жертву.
— Оставь их, чудило! — крикнул его друг, перехватывая волосы блондинки другой рукой и наматывая на кулак, — кто нам жратву тягать будет, если ты всех завалишь? Бабы?
— Да похер! Еще наловим. Их тут и так толпы бегают, а если еще пару черепушек не проломлю — не успокоюсь!
— Да забей ты болт уже, Саня! Ну попали мы с тобой хрен знает куда с голыми жопами, и что? Админы не дураки и быстро все поправят. Так что оставь мясо — пусть живет. По крайней мере, пока. А то вальнешь еще всех за раз, и что? На баб перейдешь? Их и так мало.
Поделиться книгой: