Нерождённый 7

Да, у меня нет времени быть добрым.

Сердце вдруг хватает стальными тисками — Гото! Я потерял его! Если прошло две недели, кузнец, скорее всего, уже мёртв — голод не щадит никого.

Плохая новость! Очень плохая — добыть лучшего кузнеца Ода и так обидно потерять его! Проклятый приступ, он ломает все мои планы!

Значит, первым делом на фамильный корабль Ода, вдруг кузнец жив, он выглядит крепким, кажется, в нём много сил.

Итак, сначала Гото, затем Сейджи, затем Вада, а потом…

Потом я нахожу Юто — надеюсь, он жив. У меня появилась идея, как дать Юто ранг Охотника… очень рискованная идея. Если получится, я приведу его в Семью как своего младшего брата. Убивать Ода мы будем вдвоём — изнутри и снаружи. И расправиться с теми, кто захватил наши земли, станет намного проще. Юто отчаян, смел и, кажется — ничего не боится… он отличный помощник. И он надёжен — это важно.

А когда я закончу всё это сегодня — я вернусь сюда.

Да, эта башня даже после того, что случилось с руинами, остаётся лучшим убежищем для меня. Ода вряд ли сунутся сюда — им сначала нужно понять, что произошло здесь. Представляю, как они удивятся, увидев всех этих людей, технологии… да, сначала им нужно понять, что случилось здесь. Они же дикие, они же даже автомата, пусть и древнего, в глаза не видели.

Думаю, ближайший совет будет посвящён этому, ведь с появлением Москвы, охота на Призраков теперь станет намного сложнее. Одно дело разгуливать по руинам, в которых нет никого опаснее хидо или комори, и совсем другое — по городу набитому военными и техникой.

— Мне пора, — прощаюсь я с Лерой, которая так и ждёт рядом, не сводя с меня своих красивых карих глаз. — Я вернусь к ночи и будут готов до утра отвечать на любые твои вопросы, а пока… пока береги себя.

Я уже хочу улетать, уже заранее представляя, в какой шок приведу девушку, когда просто поднимусь в воздух, а минутой позже пролечу мимо на огромной виверне — виверне из дерева и металла… это вам не какой-то там вертолёт.

Так вот, я уже хочу улетать, но останавливаюсь, делаю шаг к девушке, касаюсь её руки. Не вздрогнула, не отстранилась — отлично. Значит, страх уже прошёл, значит я не пугаю её.

— Ты же поможешь мне? — спрашиваю, глядя ей в глаза. — В этом городе есть девочка… маленькая девочка, её зовут Эрика… мы с ней друзья… большие друзья. Мне нужно найти её… просто помоги мне найти её. В городе теперь опасно — не хочу, чтобы с ней случилось что-то плохое.

Глава 3

Едва вылетаю, посылаю вестника Иса с приказом взять виверну и встретить меня где-то на полпути между руинами Мо и столицей. Иса оставался в Небесном Утёсе — он должен знать, что там произошло. Даже если Карата отпустила его, как только появилась там.

Ответ от Иса приходит неожиданный — он уже в столице, но готов встретить меня.

В столице?!

Что он там делает?

Пусть недалёкий, виверна подо мной быстрая — раньше чем успеваю обдумать всё это, вижу на горизонте огромную птицу… птицу на спине которой сидит всадник.

Крохотный всадник! Карликов в этих местах немного, а карликов верхом на виверне и того меньше.

Иса?

Проходит всего несколько минут и вот уже рядом бьёт крыльями чёрная виверна, а на спине её — удивлённый и обрадованный Иса.

Он разглядывает меня с изумлением, словно не веря своим глазам, а потом кричит сквозь ветер:

— Вы живы, господин. Это точно вы?!

— Похоронил? — хмуро интересуюсь я. Настроение дерьмовое: если Гото мёртв — моё оружие останется без арклитовой стали, а, значит, убивать Охотников Ода станет в разы сложнее… почти невозможно, если вспомнить о том, сколько у них жизней.

— Нет, — улыбается он — неужели и правда рад меня видеть, рад тому, что я жив?

— Я всем говорил, что вы живы, господин! — кричит он, стараясь лететь как можно ближе, с риском сломать крылья нашим вивернам и рухнуть вниз.

— Всем?! — удивляюсь я.

Кому он там мог говорить? Где он вообще провёл эти две недели, пока я валялся почти мёртвым на вершине башни?

— Карата торжественно, вместе со всей своей свитой и наложницами, появилась в Небесном Утёсе, — рассказывает Иса между порывами ветра. — И она прогнала меня.

Прогнала?!

— Я сказал ей, что вы приняли меня на службу управляющим, — кричит Иса и в его глазах я вижу озорной блеск. — Она удивилась, а потом отправила меня в столицу. Сказала — вам выделены покои и ждать вас следует там. И вот теперь я живу там, и всем говорю, что вы живы и скоро вернётесь. Мне никто не верил — Сейджи, кажется, похоронил вас. Он решил, будто вас прикончил Керо… и это смешно, господин.

Да, это и правда смешно.

— Карата, — я задаю самый важный вопрос сейчас. — Она казнила всех в Небесному Утёсе?

Я вижу, как мрачнеет лицо Иса.

— Не всех, но многих. К ней приводили по одному. Госпожа задавала вопрос. Один и тот же вопрос.

— Где я?

— Да. Она задавала этот вопрос и отпускала. А Слуги казнили. Некоторых она щадила. Сильных, выносливых мужчин — их сразу отправляли в шахту. И красивых девушек она тоже пощадила, некоторых даже взяла себе в наложницы.

— А дети? Их казнили?

Я бы убил Карату, жаль не могу. Она не виновата, это не её приказ и не её желание, но я бы всё равно убил её.

— Нет, господин. Она пощадила детей.

Хотя бы так.

— Она просила передать вам, что не забыла ваше обещание и с нетерпением ждёт в гости. У вас роман с госпожой?

Он подлетает её ближе, почти столкнувшись — так сильно ему хочется услышать ответ.

— Не твоё дело, — обрезаю я. — Есть еще новости?

— Только плохие, господин, — Иса выглядит разочарованным, не получив ответа. — Семья устроила две больших охоты в руинах. Две больших и очень успешных охоты. Они добыли много новых жизней.

Я чувствую как по коже ползёт неприятный холодок — как много времени я потерял, валяясь без сознания!

— У Сейджи теперь тринадцать жизней, у госпожи — девять. Другие тоже стали сильнее, хоть и не все. Эйта потерял одну жизнь — он теперь лёгкая добыча, господин.

Иса с сочувствием смотрит на меня.

У Сейджи тринадцать жизней?! У Караты девять?! Проклятье, как я смогу расправиться с ними?!

— Но и у вас четыре, — подмигивает Иса, показывая пальцем на мою шею.

Как я и ожидал — всё плохо. Ода набирают жизни быстрее, чем я смогу отнимать их… если только я не придумаю что-нибудь.

И я придумал уже, но для этого мне нужен Тринити.

Закрываясь за шеей виверны от ветра, стараясь чтобы он не вырвал у меня листок из рук, пишу:

«Ты можешь прятаться и дальше, но так никому не помочь. Ты нужен мне. Ты нужен всем».

И отправляю. Вестник вырывается из рук, кувыркается отброшенный ветром, но потом справляется со стихией и разворачивается в сторону, где находится та самая пещера закрытая печатью, в которой спрятался Тринити. Это может означать только одно — он еще там… и если в нём осталась хоть капля смелости — он ответит.

* * *

Подлетев к столице, отправляю Иса во дворец — пусть обрадует всех новостью о том, что я жив. А сам поднимаюсь выше и выше над облаками. Впереди сложная задача — найти невидимый корабль, брошенный мною в небе пару недель назад.

Талисман равновесия, который я навесил на судно не всесилен… и я уже готов к тому, что великолепный фамильный корабль Ода так и будет вечно скитаться невидимкой среди облаков, возможно столетиями, пока стихии не разрушат и источат его.

Долетаю ровно до той точки, где оставил его прошлый раз — как ориентир выступает одна из башен дворца внизу — и оглядываюсь, пытаясь найти хотя бы намёк на огромное судно.

Крохотный шанс для меня остался в том, что талисман невидимости не скрывает полностью, скорее он превращает в прозрачного призрака, очертания которого, если присмотреться, можно уловить. Вот только, когда ты выше облаков, когда вокруг только воздух — даже призрака не заметить.

Я успеваю сделать пару кругов, меняя высоту, когда прилетает вестник от Сейджи. Он уже знает о том, что я жив и зовёт… в руины Мо.

Вот сюрприз — я только оттуда.

Интересно, почему, после того, как я очнулся — не нашёл послания от Сейджи или Караты? Ода не искали меня? Не может такого быть.

Унесло ветром?

Я был жив, вестник мог помочь им найти моё тело, но они не пришли за мной. Не решились? Увидели то, что происходит с руинами и не решились туда лезть?

Загадка. Надо будет спросить у Сейджи.

Уже почти отказываюсь от безнадёжных поисков, когда моя виверна влетает во что-то невидимое, но очень большое и с громким скрежетом почти ломает себе шею… заставив меня возрадоваться — я всё-таки нашёл то, что искал!

* * *

Кувыркнувшись пару раз в воздухе и почти выпав из седла, взлетаю а потом опускаюсь на палубу, невидимую палубу.

Приходится потратить еще немного времени, пока не отыскиваю на палубе талисман невидимости и не рву его в клочья. В то же мгновение корабль Ода появляется, снова поражая меня своими размерами и великолепием. Его серьёзно так отнесло к востоку и мне приходится вернуть судно на место, иначе Гото мне там, куда я его засунул, не найти.

Захожу в тень, уже готовый увидеть на красном песке бездыханное тело кузнеца… и не вижу его. Не вижу ни живого, ни мёртвого.

И даже намёка не следы — ветер стёр их.

— Он жив?! — задаю я вопрос, который мог бы задать еще пару часов назад.

— Да, — откликается И-себа.

Отличная новость! Я начинаю оглядываться, в поисках потерявшегося кузнеца… что если он нырнул в один из порталов? Такое вполне могло случится, если вспомнить о том, что бедолаге пришлось здесь просидеть не одну неделю.

И тогда… это всё равно что смерть, я ведь не собираюсь искать его в каких-то других местах и временах.

Я всё же дохожу до ближайшего из порталов… а потом вижу сидящего на песке человека. И я не узнаю его, это точно не Гото.

Тот был лет сорока, не больше, с чёрными как смоль волосами, а этот… старик?! Он сидит ко мне спиной и лица я его увидеть не могу, но вот волосы — они седые, словно посыпанные пеплом.

Подхожу, бесшумно — песок прячет мои шаги — и присаживаюсь рядом.

Это Гото, но узнать его сейчас трудно. И дело даже не в седине — его лицо, он словно постарел на двадцать лет.

— Ты поседел, — касаюсь его волос. Вряд ли он знает об этом, ведь зеркал здесь нет.

И воды — тоже.

Я не знаю как он не умер от жажды здесь… а потом вижу рядом на песке пустой сосуд. Он был на поясе у кузнеца, когда я притащил сюда? Да, наверное. Представляю, как по каплям берёг воду Гото, не зная что его ждёт впереди.

Гото слышит шорох, поднимает голову и смотрит на меня.

— Где я? — спрашивает он, глядя на меня слезящимися красными глазами.

Кажется, этот вопрос и сводил его с ума все эти бесконечные две недели, кажется, этот вопрос и поменял свет его волос.

— Тебе лучше не знать об этом, — усмехаюсь я. — Это место откуда можно уйти только если я захочу этого. Это где-то совсем близко от ада.

— Кто ты? — он смотрит на меня в упор, не мигая.

Я вдруг вижу рану на его запястье. Свежую рану и кровь, которая течёт из неё и соскальзывает на красный песок.

Рана? У него не было ножа!

Вижу отпечатки зубов на разорванной коже и всё понимаю — он пытался убить себя. Нашел единственный способ — перегрызть себе вены.

Я пришёл вовремя.

— Я тот, кому принадлежат эти земли. И я не отступлюсь.

Он кивает, словно получив ответ, который объяснил всё.

— Что тебе нужно от меня? — спрашивает он, не сводя с меня своего тяжелого взгляда.

— Арклитовая сталь.

И снова кивает, получив важный ответ.