Помоги проекту - поделись книгой:
Капитан крикнул с мостика:
— Приготовить шлюпки, занять места!
Стрелки и матросы разделились на партии и сели в три шлюпки. Шхуна уменьшила ход и остановилась среди льда. С мостика раздалась новая команда:
— Шлюпки на воду!
Затрещали блоки и канаты, и шлюпки с людьми медленно спустились на воду.
Всюду на льдинах лежали тюлени. Тихий ветер дул с востока. Шлюпки одна за другой поплыли влево, в сторону от «Магдалены». Они ловко обходили льдины. Руал греб изо всей силы. Вполголоса он спросил у соседа по веслу:
— Зачем мы уходим так далеко?
— Нужно подплыть с подветренной стороны. Иначе тюлень почует человека и уйдет, — ответил матрос.
Шлюпки прошли далеко в лед и разделились. Рулевой первой шлюпки скомандовал:
— Стоп!
Шлюпка пристала к большой льдине, и стрелки один за другим вылезли прямо на лед. Их было пятеро. Крепкие и ловкие, они побежали по льдинам. Тюлени беспокойно поднимали головы. Один заворочался и пополз к краю. Он полз медленно, поминутно останавливался, вытягивая шею. За ним пополз другой, третий, четвертый. Вот-вот они нырнут в воду. Вдруг стрелки и матросы дико заревели. Удивленные ревом, тюлени, остановились. «Что такое? Какой зверь так ревет?» Стрелки с ревом бежали прямо к ним. Передний стрелок подбросил винтовку к плечу. Ахнул выстрел, и крайний тюлень уронил голову на лед. Тотчас затрещали еще выстрелы, тюлени заметались, поползли в разные стороны. Но меткие выстрелы их укладывали на месте. Матросы вылезли на лед, чтобы подобрать убитых зверей.
Руал привязывал к ластам веревку и волоком тащил добычу к шлюпке. Через два часа шлюпка была так полна, что ее борта поднимались над водой только на четверть фута.
Промысел начался удачно.
Шхуна продвигалась все дальше и дальше к востоку вдоль кромки льда, выискивая новые лежбища тюленей. Круглые сутки сиял ясный день. Бесконечные ледяные поля простирались за горизонт. Лед все время двигался. Глыбы льда громоздились по краям полей, падали, опять вздымались, а отдельные льдины, оторвавшиеся от полей, уносились по вольной воде вдаль к западу и югу. Они были похожи на лебедей, важно и неторопливо плывущих по морю. И, глядя на эти льдины, Руал вспомнил, что где-то в этих же широтах такие льдины удивили Баренца.
«Мы видим бесконечные стада белых лебедей», — записал он в своем дневнике.
Тысячи чаек и кайр носились над бело-зелеными волнами. Иногда пролетал черный поморник — северный морской разбойник, отнимающий у чаек их добычу. Шхуна уходила все дальше и дальше к востоку.
Время от времени на ее пути встречались громадные ледяные горы — айсберги. У них были изумительно причудливые формы: одни походили на дворец, другие — на храм, третьи — на гигантского белого льва… Вода и солнце вырыли в айсбергах пещеры. Их наполнял нежный синий свет. А сам айсберг сверкал золотыми, голубыми, зелеными огнями.
Сказочная картина! Вот он, волшебный полярный край, о котором так долго мечтал Амундсен. Придет время — и он пустится на завоевание этого края. По льдам он пройдет далеко-далеко и… может быть, побывает на полюсе.
А сейчас он матрос. Он еще только проходит начальную морскую грамоту.
После трех месяцев охоты «Магдалена», перегруженная добычей, вернулась в Норвегию. Амундсен решил перейти на другое судно — на барк «Вальборг», уходивший в Канаду. Капитан «Магдалены» убеждал Амундсена остаться на шхуне. Но Руала тянуло в новые страны, к новым морям. Ему хотелось поучиться работать и у других капитанов.
На барк «Вальборг» он пришел уже как настоящий матрос. Ему поручили выпечку хлеба для всей команды. С обычным усердием Амундсен принялся за изучение профессии пекаря.
До этого он никогда не имел дела с кухней, не умел даже сварить себе кофе, а сейчас стал помощником кока. На первый взгляд кажется странным, что человек, поставивший перед собой такие великие задачи, радовался, что ему поручили печь хлеб и помогать коку.
За несколько месяцев работы на «Вальборге» он отлично научился печь хлеб, булки и крендели. А много лет спустя, в годы своих великих путешествий, он угощал в праздничные дни спутников великолепными булочками, печеньем и тортами.
Весной 1895 года Амундсен покинул «Вальборг» и на деньги, полученные при расчете, отправился в путешествие по Франции, чтобы посмотреть страну и лучше изучить французский язык. Он уже убедился, что знание иностранных языков очень важно для путешественника.
Амундсен проехал всю Францию с севера на юг на велосипеде, ночуя в гостиницах маленьких городков, завтракая и обедая в придорожных кабачках.
Из Франции он поехал в Испанию и здесь нанялся на норвежский барк «Оскар». Капитаном его был старый знакомый Юст Скрадер, служивший некогда на верфи у отца Амундсена. Барк шел на остров Святого Фомы, а затем в порт Пенсакола. Капитан Скрадер охотно принял сына покойного Амундсена, однако платить ему жалованье не мог. Амундсен согласился работать «за стол» — так хотелось ему скорее научиться управлять парусником.
Капитану Скрадеру было известно, что Амундсен учился в университете. И вскоре все на барке узнали об этом. Само собой, команду интересовало, как будет вести себя молодой Амундсен в должности матроса, работающего только «за стол». Но новый матрос работал, не жалея сил и не щадя себя. А после вахты, чуть отдохнув, уже сидел за книгами, изучал иностранные языки или теорию судовождения.
Книги о полярных путешествиях продолжали оставаться любимыми его книгами. Знание языков давало ему возможность читать обширную литературу о полярниках Англии, Франции, Америки, Германии и других стран.
На «Оскаре» Амундсен побывал в Мексике, потом в Англии и затем вернулся в Норвегию. Один из его братьев — Густав — в это время был уже штурманом на большом пароходе «Хюльдра». Зная, что Руал готовится к экзамену на штурмана, Густав взял брата к себе на пароход матросом, чтобы в свободное от вахт время заниматься с ним всеми теми науками, которые Руал должен был сдавать на экзаменах в морское училище.
К магнитному полюсу
Однажды в каком-то порту на пароход «Хюльдра» попали свежие газеты, и в одной из них Амундсен прочел:
«Лейтенант бельгийского флота де Герлах организует научно-исследовательскую экспедицию в Антарктику, к магнитному полюсу».
Сообщение взволновало Руала.
— Как бы я хотел попасть в эту экспедицию! — сказал он брату.
— Так в чем же дело? Попытайся, — засмеялся тот.
— А как это сделать?
— Узнай, кто такой де Герлах, съезди к нему, поговори. Теперь ты мог бы пойти на корабль не только матросом, но и штурманом.
Оказалось, де Герлах был достаточно известен в Норвегии. Судно для своей антарктической экспедиции он купил на норвежской верфи в Саннефиорде. Это была трехмачтовая зверобойная шхуна водоизмещением в двести пятьдесят тонн, рассчитанная на плавание во льдах. Он дал ей новое имя — «Бельгика». Шхуна стояла еще в Саннефиорде, де Герлах жил в Бельгии, а на верфи находился его представитель. Руал и Густав побывали у него и попросили написать рекомендательное письмо к де Герлаху. Наведенные о братьях справки были благоприятные: все знали Амундсенов как отличных работников.
Захватив с собой письмо к де Герлаху, братья уехали в Антверпен, где жил владелец «Бельгики».
Де Герлах отнесся к Руалу очень благосклонно.
— Я буду рад, если вы займете место штурмана. В экспедицию мы пойдем через год — надеюсь, вы к этому времени сдадите экзамен.
Для Руала это было исполнением заветной мечты. Наконец-то он пойдет в полярные страны!
С новым рвением готовился он к экзамену.
Для экзаменов на штурмана надо было иметь трехлетний стаж плавания на различных судах. Амундсену не хватало нескольких месяцев до полного стажа. Тогда он нанялся на зверобойное судно «Язон» и пошел на нем в Ледовитый океан на тюленьи промыслы. Это было то самое судно, на котором когда-то Нансен отправился в свое знаменитое путешествие через Гренландию.
В этом рейсе Амундсен выполнял уже обязанности шкипера.
На «Язоне» было несколько матросов, плававших еще в то время, когда судно перешло Атлантический океан и высадило Нансена и его пятерых спутников на лед у берегов Гренландии. Они нередко вспоминали смелого земляка-полярника, три года назад ушедшего на «Фраме» к Северному полюсу. С тех пор о Нансене не было никаких известий, и многие считали, что он погиб со всеми своими спутниками.
Осенью 1896 года Амундсен вернулся в Христианию и блестяще сдал экзамен на штурмана. Первая ступень была пройдена. Теперь он мог быть штурманом «Бельгики».
«Если человек сильно захочет, то добьется своего…» Ему было тогда двадцать четыре года.
В июне 1897 года молодой штурман Амундсен вошел в состав команды «Бельгики».
Шхуна находилась еще в Саннефиорде, где снаряжалась в дальнее плавание.
Амундсен энергично взялся за работу. Вот где он, наконец, сможет применить свои знания и свой опыт!
И как раз в эти же дни, когда заканчивалось снаряжение «Бельгики», в Норвегии произошло крупное событие: из полярного плавания вернулся сначала Нансен со своим спутником Иогансеном, а затем и «Фрам» под командой Свердрупа. Их возвращение праздновала не только Норвегия, но и многие другие страны.
«Фрам», как и рассчитывал Нансен, продрейфовал со льдами от берегов Сибири до открытого моря севернее Шпицбергена. Но льды протащили его на значительном расстоянии от полюса. На 84° северной широты Нансен покинул судно, надеясь достичь полюса пешком. С ним пошел его молодой спутник лейтенант Иогансен. У них были два каяка, поставленные на двое саней в собачьей упряжке. Нансен достиг 86°15′ северной широты. До полюса оставалось еще около четырехсот километров. Но близилась зима, провизия вся вышла, дорога была чрезвычайно тяжелая. Нансен решил повернуть назад, к югу. С огромным трудом достигли они Земли Франца Иосифа и перезимовали здесь в каменной пещере, а весной отправились на один из южных островов Земли Франца Иосифа, где встретились с зимовавшим здесь полярным исследователем Джексоном. Летом сюда прибыл корабль, доставивший Джексону продовольствие. С этим кораблем Нансен и Иогансен вернулись в Норвегию. А «Фрам» после ухода Нансена продолжал дрейфовать вместе со льдами и, наконец, выйдя из ледяного плена, вернулся в Норвегию через несколько дней после приезда Нансена.
Незадолго до отплытия «Бельгики» на судно неожиданно пришли три гостя. Сам де Герлах встретил гостей у трапа. Амундсен сразу узнал их; это были Фритьоф Нансен — герой его юношеских мечтаний, капитан «Фрама» Свердруп и Иогансен.
Вот они, люди, овеянные великой славой! Вот они поднимаются по трапу на капитанский мостик. Де Герлах представил им штурмана «Бельгики» Амундсена. Нансен спросил Руала, плавал ли он в полярных льдах.
— Да, плавал: на «Магдалене» и «Язоне».
— На «Язоне»? — оживленно спросил Нансен.
Видимо, воспоминание о первом походе было для него очень приятно.
— Команда «Язона» гордится тем, что когда-то доставила вас к берегам Гренландии, — сказал Амундсен.
Лицо Нансена потеплело, глаза засветились. Амундсен назвал несколько имен. Нансен помнил их.
Де Герлах рассказывал Нансену о планах экспедиции: «Бельгика» произведет научные исследования в районе Южного магнитного полюса, оставит на зимовку четырех научных работников, вернется в Рио-де-Жанейро, а когда наступит весна в южном полушарии, приедет за зимовщиками.
— А кто же останется на зимовку? — спросил Нансен.
— Пока еще не решено, — сказал де Герлах. — При снаряжении экспедиции мы закупили для зимовки все необходимое: специальную одежду, палатки и небольшой домик.
«На зимовку останусь я», — решил было вмешаться Амундсен. Но промолчал. Это успеется. А сейчас его интересовали важные детали; какое должно быть у зимовщиков снаряжение? Какая обувь? Нансену понравились горячие расспросы молодого штурмана. Он охотно отвечал ему. Эти минуты были началом сближения прославленного уже на весь мир путешественника Нансена и безвестного молодого штурмана Амундсена.
«Бельгика» простояла в Норвегии несколько дней, и почти каждый день Нансен и его два спутника бывали на судне. Нансен подарил карты из своих коллекций, кое-какие книги для судовой библиотеки и приборы для научных исследований.
Наконец «Бельгика» подняла якорь. Провожали ее торжественно. Среди провожающих были Нансен, Свердруп, Иогансен и другие члены команды знаменитого «Фрама». На «Бельгике», кроме Амундсена, было еще пять норвежцев-матросов, опытных, закаленных людей, привыкших к плаваниям во льдах. Ничто, казалось, не могло их испугать.
Амундсен был счастлив — в этот день он делал самый большой шаг на пути к своей цели. Пока «Бельгика» шла из Норвегии в Антверпен, он почти не покидал капитанского мостика. Рейс был легким. Летом Северное море обычно тихое. Но Амундсен относился к этому рейсу очень серьезно — ведь он впервые самостоятельно вел корабль.
В Антверпене собрались все члены экспедиции: ее начальник Андриен де Герлах, его помощник и капитан корабля лейтенант Лекуант, бельгийский ученый Данко, который должен был вести магнитные наблюдения, поляк Арктовский — химик, геолог и метеоролог, румын Раковица — натуралист, поляк Добровольский — метеоролог, два механика и девять матросов, из них четверо — бельгийцы.
«Бельгике» недоставало только врача, но за несколько дней до выхода в море де Герлах получил телеграмму из Америки от известного полярного путешественника доктора Кука с просьбой включить его в экспедицию. Де Герлах тут же телеграфировал Куку, чтобы тот выезжал в Рио-де-Жанейро, куда направлялась «Бельгика».
16 августа 1897 года корабль экспедиции под гром пушек покинул Антверпенский порт и, выйдя в Атлантический океан, повернул на юг.
Магнитный полюс лежит в Антарктике к югу от Австралии, и корабль должен был идти мимо Африки и Австралии. Но уже в первые дни после выхода в океан для всех стало ясно, что капитан ведет корабль совсем по иному пути: не на юг, а на юго-запад Южной Америки. Это открытие взволновало Амундсена: «Куда идет корабль?»
Но никто не мог спросить об этом ни капитана, ни начальника экспедиции. Суровая корабельная дисциплина запрещала такие вопросы. Наконец разговоры эти дошли до Герлаха, и как-то за обедом в кают-компании он сказал:
— Я заметил, что вас волнует вопрос о маршруте. Мы идем к мысу Горн. У нас достаточно времени для того, чтобы обогнуть Огненную Землю и пройти к магнитному полюсу с востока. Лето в здешних широтах только начинается.
«Плохо дело! — про себя заметил Амундсен. — Пожалуй, мы завязнем!»
По пути «Бельгика» зашла в Рио-де-Жанейро, взяла на борт доктора Кука и в начале декабря достигла Магелланова пролива. Здесь был самый разгар лета. Пройдя пролив, «Бельгика» повернула к югу, вдоль берегов Огненной Земли. В те годы Огненная Земля была еще мало исследована, и де Герлах мечтал сделать здесь много новых открытий, поэтому он не спешил к своей основной цели — магнитному полюсу.
Прошло много недель. Наконец «Бельгика» миновала Шетландские острова, и вдали показалась ледяная полоса, блестящая в лучах незаходящего солнца.
Это была арктическая земля, внутри которой, где-то далеко за льдами и снегами, лежал Южный полюс.
Огромные глетчеры сползали с земли в океан. Прежние исследователи назвали эту местность Землей Грахама. Здесь мало бывало кораблей, карты местности были сделаны неправильно, и начальник экспедиции опять увлекся работой по съемке карты. На эту работу потребовалось еще шесть недель. «Бельгика» медленно прошла вдоль берегов Земли Грахама и вышла в широкий пролив.
Зима уже приближалась. С Южного полюса подули холодные ветры, на пути чаще попадались плавучие ледяные горы, птицы летели с юга на север в теплые страны. Между тем перед кораблем еще был долгий путь к магнитному полюсу. Две недели подряд «Бельгика» шла вдоль кромки плавучих льдов, лавируя между ледяными горами.
В ловушке
Однажды вечером, когда Амундсен стоял на вахте, он увидел, что с севера, с открытого океана, надвигается буря. Темные облака низко неслись над самой водой. Ветер гнал ледяные горы к кромке вечных льдов. Капитан поднялся на мостик. Амундсен сказал ему:
— Нам предстоит выдержать хорошую бурю. Вероятно, будет снег и град.
— Так что же? Нам не впервые, — буркнул капитан и указал на большую ледяную гору. — Держитесь к этому айсбергу. За ним, как за стеной, можно идти, спасаясь от ветра и волн.
Все четыре часа вахты Амундсен вел корабль вдоль ледяной горы. За горой ветер был тише, и волны едва покачивали судно.
Но вот на баке пробили склянки, пришел новый вах-темный, второй штурман. Амундсен показал ему на ледяную гору и сказал:
— Держите вдоль этой горы, чтобы спасаться от ветра и волн, — так приказал капитан.
Засыпая, Амундсен слышал, как наверху выл ветер, корабль сильно качало, волны глухо били о борта, винт корабля рокотал ритмично.
Утром, проснувшись, Амундсен не услышал ни шума, ни грохота, ни свиста — кругом мертвая тишина. Корабль стоял.
Амундсен быстро оделся, выскочил на палубу. Вокруг корабля высокими стенами поднимались ледяные горы; корабль был заключен между горами, как в тюрьме. Амундсен подошел ко второму штурману.
— Что случилось?
Штурман смущенно ответил:
— Ночью был такой ветер, что я в темноте не заметил, как нас оторвало от айсберга и бросило сюда. Мы спаслись чудом.
Капитан, начальник экспедиции, механик, матросы уже стояли на палубе. У всех на лицах была тревога. Однако нужно было найти выход из плена. Был дан приказ развести пары. И винт заработал снова.
Капитан сам повел корабль вдоль ледяных гор.
А за горами продолжала бушевать буря. Ледяные горы медленно покачивались, иногда с них срывались огромные глыбы льда и с грохотом падали в воду. Каждую минуту они могли свалиться на корабль и разбить его в щепки. Вот впереди капитан заметил небольшую щель и направил туда корабль. Издали щель казалась очень узкой, но когда подошли ближе и примерились, то обнаружилось, что через нее можно пройти в океан.
«Бельгика» благополучно проскользнула между ледяными горами и вышла в открытое море. Страшная опасность миновала. Но океан еще продолжал бушевать. «Бельгика» пошла вдоль кромки на запад. Огромные волны катились с севера, прижимая корабль ко льдам. Амундсен стоял у штурвала. Волны все сильней и сильней били в борт. Еще удар, и корабль столкнется с льдиной. Амундсен повернул штурвал, чтобы уйти к северу, дальше от опасных льдин.
— Зачем меняете курс? Держите вдоль кромки! — закричал капитан.
— Нас ударит о льдину.
Поделиться книгой: