Абигейл победно улыбается. У нее почти текут слюнки.
– Тогда иди за своим мужиком, – говорит она, грациозным движением указывая назад.
Я закусываю губу и повинуюсь этой тонкой руке, а вскоре замечаю Конора у стола для пиво-понга [3] в столовой.
Мать твою, он высокий. И у него невероятно широкие плечи. Мне не видно его глаз, но я ясно различаю его точеный профиль и длинные светлые волосы, зачесанные назад. Таких красавцев впору запрещать на законодательном уровне.
Глубоко вдохнув, я беру себя в руки и иду к ничего не подозревающему Конору Эдвардсу.
2. Конор
У парней сегодня сорвало крышу. Мы пришли на эту вечеринку в сестринстве всего двадцать минут назад, а Гэвин и Алек уже разодрали на себе рубашки и теперь расхаживают вокруг стола для пиво-понга, как пара варваров. Но, должен признать, после того, как мы выиграли матч в плей-оффе [4], я и сам чувствую себя первобытным. Еще две победы, и мы в Замороженной Четверке [5]. Хоть никто и не скажет это вслух из боязни сглазить, но я чувствую, что это наш год.
– Кон, двигай сюда, засранец, – зовет меня Хантер с другого конца комнаты, где они с парнями выстроили ряды рюмок. – Возьми этих двоих олухов с собой.
Мы собираемся вместе с нашими товарищами по команде, краснолицыми и накачанными адреналином. Каждый из нас поднимает рюмку, пока наш капитан, Хантер Дэвенпорт, произносит речь. Ему даже не приходится кричать, потому что минут десять назад музыка заглохла. Я то и дело вижу паникующих девушек из сестринства, снующих вокруг динамиков в гостиной.
Хантер обводит всех взглядом.
– Хочу сказать, что чертовски горжусь. В этом сезоне наша команда показала небывалое упорство. Мы поддерживали друг друга, и каждый выложился на максимум. Еще два матча, парни. Еще два, и мы на охоте. Поэтому повеселитесь сегодня. Давайте оторвемся по полной. А потом вернемся для решающего рывка.
Я до сих пор не могу до конца поверить в реальность происходящего. В то, что моя бунтарская задница попала в школу Лиги плюща, к благовоспитанным сыновьям и дочерям аристократов и отцов-основателей. Даже когда я иду с моими пацанами, самыми близкими и родными мне людьми, не считая мамы, я нет-нет да и оглядываюсь через плечо. Как будто во мне вот-вот раскусят самозванца.
После крика «хоккей Брайара!» мы закидываемся шотами. Баки сглатывает и издает гортанный боевой клич, от которого все пугаются, а потом заливаются смехом.
– Полегче, громила. На арене оторвешься, – говорю я ему.
Баки пофиг. Даром что хорошенечко поднабрался. Баки юн, туп, а сегодня еще и полон сомнительных планов. Он очень осчастливит какую-нибудь юную леди, я уверен.
К слову о леди, они быстро окружают стол для пиво-понга, как только мы возобновляем игру. На этот раз Хантер и его девушка Деми играют против меня и Фостера. И девушка Хантера играет грязно. Она стянула с себя худи и осталась только в тонком белом топе поверх черного бюстгальтера, который она использует в качестве стратегического оружия для того, чтобы тыкать своими сиськами нам в лицо и этим нас отвлекать. И это охрененно работает. Фостер до того ослеплен этим зрелищем, что промахивается мимо стола.
– Мать твою, Деми, – ворчу я, – убери их.
– Кого – их? – Она берется за грудь руками и поднимает ее к самой шее, при этом совсем неубедительно притворяясь невинной.
Шарик Хантера легко приземляется в одном из наших стаканов.
Деми мне подмигивает.
– Жаль, но мне не жаль.
– Если твоя девушка захочет снять свой топ, то я сразу же признаю поражение, – говорит Фостер, пытаясь разозлить Хантера.
И это удается ему слишком легко. Включив режим пещерного человека, Хантер стягивает с себя футболку и надевает ее на Деми, на которой она выглядит как мешковатое платье.
– Глаза на стаканы, кретин.
Я сдерживаю смех, решая не отмечать, что Деми Дэвис выглядела бы горячо даже в холщовом мешке. Было время, когда я был бы не против с ней замутить, но еще до того, как Хантер сам это понял, мы видели, что капитан нашей команды уже сходит по ней с ума. Просто эти двое не сразу все уловили.
У меня на сегодня пока что не особо прекрасные перспективы. Да, шикарные девушки. Брюнетка пытается забраться на меня и поцеловать в шею, когда я попадаю в один из стаканов Хантера и Деми. Но от этих телок так и веет голодом, и пока что ни одна меня не зацепила.
Сказать по правде, женщины уже начинают путаться у меня в голове. Я переспал много с кем с тех пор, как перевелся в Брайар прошлой осенью. Переворачивать мир женщины с ног на голову, заставлять ее чувствовать себя особенной – это мой навык. Но – меня засмеют, если я признаюсь в этом парням, – ни одна из телок, с которой я мучу, не заботится тем, чтобы и у меня было чувство, что я особенный. Некоторые притворяются, что хотят узнать меня получше, но по большей части я для них желанный трофей, сверкающий приз, которым можно помахать перед завистливыми лицами подруг. В половине случаев они даже не пытаются завести разговор. Они просто засовывают язык мне в горло, а руки – мне в штаны.
Купи хотя бы мужчине цветы. Или, черт возьми, начни с хорошей шутки. Но, видимо, что есть, то есть.
К тому же я не то чтобы в поиске отношений. Я могу развлекать женщин ночь, неделю или даже месяц, но обе стороны полностью понимают, что я не долгосрочный вариант. И это нормально. Я быстро начинаю скучать, а отношения – это воплощение скуки.
Но сегодня мне так же наскучивает и парад телок, которые проходят мимо стола для пиво-понга, улыбаясь по-одинаковому застенчиво и не особо невинно касаясь моей руки своими сиськами. Да, ни одна из этих девушек меня не цепляет. Я устал от этого старого брачного ритуала, который всегда заканчивается одинаково. Мне даже больше не надо самому за ними охотиться, хотя в этом чуть ли не все веселье.
В доме раздаются радостные крики, когда возобновляется музыка. Одна телка пытается этим воспользоваться, приглашая меня потанцевать, но я качаю головой и пытаюсь снова сосредоточиться на игре. Но это нелегко, потому что теперь какая-то суматоха на переднем газоне привлекла всеобщее внимание к эркеру. Отвлекшийся Фостер полностью проваливает свой бросок, и я уже готов его отчитать, когда вдруг замечаю краем глаза какое-то движение.
Я поворачиваюсь к гостиной и вижу напуганную, почти паникующую блондинку, несущуюся к нам. Словно кролик, который мчится в свою безопасную нору, заметив голодную лису. Сначала я думаю, что она бежит к окну, чтобы посмотреть, какого черта происходит на улице, но потом случается кое-что по-настоящему странное.
Оно подходит прямо ко мне, берет меня за руку и тянет вниз, чтобы достать до моего уха.
– Мне очень жаль, и ты наверняка подумаешь, что я совсем поехавшая, но мне нужна твоя помощь, поэтому, пожалуйста, подыграй, – бормочет она так быстро, что я с трудом улавливаю суть. – Мне надо, чтобы ты пошел со мной наверх и притворился, что мы хотим переспать, но ты не подумай, на самом деле я не хочу трогать твой член и всякое такое.
Или всякое такое?
– Это глупый вызов, и я буду твоей большой должницей, если ты окажешь мне эту услугу, – быстро шепчет она. – Обещаю, что никаких фокусов выкидывать не буду.
Должен признаться, я заинтригован.
– То есть, если я правильно тебя услышал, ты не хочешь со мной переспать? – шепчу я в ответ, не в силах скрыть свое удивление.
– Не хочу. Я хочу притвориться, что мы это сделаем.
Что ж. От скуки не осталось и следа.
Присмотревшись к ней, я отмечаю, что у нее милое лицо. Не такое сногсшибательное, как у Деми, но симпатичное. А вот тело… Вау. Она словно пинап-модель. Под безразмерным свитером, спадающем с плеча, скрываются сиськи, в которые я бы хоть всю ночь напролет членом тыкался. Я гляжу украдкой на ее зад и невольно представляю, как заваливаю ее в постель.
Но все это испаряется, когда я вижу, как она смотрит на меня с мольбой этими своими бирюзовыми глазами, и мое сердце мгновенно тает. Я буду форменным козлиной, если повернусь спиной к девушке, которая отчаянно нуждается в спасении.
– Алек, – зову я, не отводя взгляда от пинап-девушки.
– Чего? – отвечает мой товарищ по команде.
– Замени меня. Надери за меня задницу капитану и его демонице.
– Так точно.
Я не упускаю понимающее хмыканье Хантера и Фостера и громкое фырканье Деми.
Блондинка бросает неуверенный взгляд за мое плечо на стол для пиво-понга, где мое место занял Алек.
– Это «да»? – тихо спрашивает она.
В ответ я заправляю несколько прядок ей за ухо и касаюсь губами ее кожи, чтобы ответить. Потому что тот, кто мучает эту бедняжку, сейчас точно за нами наблюдает, так что пусть он нажрется дерьма.
– Веди меня, малышка.
Ее глаза становятся огромными, и на мгновение мне кажется, что ее жесткий диск сдох. Такое в моем присутствии случается не впервые. Поэтому я беру ее за руку и, вызывая на нашем пути несколько шокированных вздохов, веду ее через лабиринт тел, петляя по дому. Просто я довольно хорошо ориентируюсь в этом здании.
Пока мы поднимаемся по лестнице, я чувствую, как за нами следят. Она немного сильнее сжимает мою руку, пока ее мозг перезагружается. На втором этаже она тянет меня в комнату, в которой я еще не был, и запирает за нами дверь.
– Спасибо, – выдыхает она, как только мы оказываемся одни.
– Без проблем. Не против, если я расположусь поудобнее?
– Эм, да. В смысле, нет. Не против. Садись, если хочешь. Или… ого, ничего себе, ты лечь решил.
Я усмехаюсь от ее явной нервозности. Это мило. Пока я растягиваю свою фигуру длиной метр девяносто посреди плюшевых животных и декоративных игрушек, она, точно перепуганный кролик, тяжело дышит и жмется к двери.
– Буду с тобой откровенен, – говорю я ей, сцепляя ладони за головой. – Впервые вижу девушку, которая в ужасе от того, что мы с ней заперлись в спальне.
Это производит должный эффект: она расслабленно опускает плечи и даже смущенно улыбается.
– Не сомневаюсь.
– Я Конор, кстати.
Она закатывает глаза.
– Да, я знаю.
– К чему этот взгляд? – спрашиваю я, притворяясь обиженным.
– Нет, прости, я ничего такого не имела в виду. Просто я знаю, кто ты такой. Ты, ну, знаменит на кампусе.
Чем больше я смотрю на нее, стоящую у двери с вытянутыми по швам руками – нога согнута в колене – и на ее светлые, медового оттенка волосы, слегка растрепанные и лежащие на одном плече, тем отчетливее представляю, как держу ее руки над головой, пока изучаю ее тело своим ртом. Такую кожу так и хочется покрыть поцелуями.
– Тейлор Марш, – выпаливает она, и я ловлю себя на том, что не знаю, как долго мы молчали.
Я сдвигаюсь на дальнюю сторону кровати и кладу подушку рядом с собой как разделитель.
– Ну же. Если мы тут надолго, давай хотя бы подружимся.
Тейлор хихикает, и ее напряжение немного спадает. У нее милая улыбка. Яркая, теплая. Но чтобы она оказалась на кровати, нужно проявить настойчивость.
– Это не подкат, – говорит она мне, раскладывая плюшевых животных-охранников, чтобы они патрулировали стену из подушки между нами. – Я не какая-то шизанутая, которая затаскивает мужиков в постель и к ним пристает.
– Конечно. – Я киваю с притворной серьезностью. – Но немного поприставать можно.
– Нет. – Она качает головой со слишком большим оживлением, и мне кажется, что я вот-вот пробью ее защиту. – Никаких приставаний. Я буду паинькой.
– Тогда расскажи мне, зачем тому, кто является твоим другом, втягивать тебя в эту жуткую историю?
Тейлор тяжело вздыхает. Она берет плюшевую черепаху и прижимает ее к груди.
– Потому что Абигейл – та еще стерва. Терпеть ее не могу.
– Почему? Что у вас произошло?
Она с сомнением на меня смотрит, явно обдумывая, доверять ли мне.
– Клянусь тебе, – говорю я. – Бояться нечего.
Она закатывает глаза и игриво улыбается.
– Это было в прошлом году. На вечеринке типа этой. Моим вызовом было подойти к случайному парню и поцеловаться с ним.
Я хмыкаю.
– Вижу закономерность.
– Ну да, но тогда во мне было не больше энтузиазма, чем сейчас. Это их фишка. Сестер. Они знают, что у меня бзик по поводу подкатов к парням, поэтому с радостью тычут в мои комплексы. По крайней мере, самые стервозные из них.
– Девушки охренеть какие жестокие.
– Ты даже не представляешь насколько.
Я сдвигаюсь на кровати, чтобы полностью повернуться к ней.
– Ладно, продолжай. Тебе надо поцеловаться с парнем.
– Да, дело в том, что… – Она играет с маленьким пластиковым глазом черепахи, крутя его между пальцами. – Я подошла к первому попавшемуся парню потрезвее, чтобы он на меня не блеванул или еще что похуже. Обхватила его лицо и… ну, сам понимаешь, закрыла глаза и занялась делом.
– Как это обычно и происходит.
– Когда я отстранилась, рядом была Абигейл. Она выглядела так, словно я обрезала ей волосы, пока она спала. Прям сверлила меня злобным взглядом. Как оказалось, парень, на которого я накинулась, встречался с ней.
– Черт, Ти. Вот это дерьмо.
Она моргает своими несчастными, бирюзовыми глазами, горестно надув губки. Пока я наблюдал, как она говорит, я успел влюбиться в ее родинку на правой щеке – как у Мэрилин Монро.
– Я не знала! Абигейл меняет парней, как коробки с овсяными хлопьями. Я не следила за ее личной жизнью.
– То есть она плохо это восприняла, – говорю я.
– Это был апокалипсис. Она закатила страшный скандал на вечеринке. Не говорила со мной неделями, а потом только и делала что сыпала колкостями и оскорблениями. С тех пор мы почти что заклятые враги, и она не упускает возможности меня унизить. Отсюда и сегодняшнее непристойное предложение. Она рассчитывала на то, что ты зрелищно мне откажешь.
Черт. Мне жаль эту девушку. Парни – козлы, и даже в команде мы строим друг дружке козни, но это все забавы ради. А эта телка Абигейл – это что-то с чем-то. Заставлять Тейлор подкатить к незнакомому парню в надежде, что она получит грубый отказ и опозорится перед всей толпой… Хуже не придумаешь.
У меня внутри начинает пульсировать иррациональное желание встать на ее защиту. Я не так хорошо ее знаю, но Тейлор не кажется мне девушкой, которая так безжалостно предала бы подругу.
– Хуже всего то, что до этого мы даже дружили. Она была моей ближайшей союзницей во время недели вступления в сестринство на первом курсе. Я раз десять хотела все бросить, но ее поддержка помогла не сдаться. Вот только после того как я съехала с кампуса, мы отдалились.
Поделиться книгой: