Тернии Великого Разлома

— Спасибо, но лучше давайте мы как-нибудь сами, — я резанул воздух жестом отрицания с открытой ладонью.

— Тогда Алайси вам в помощь, твоя любимая богиня, кстати, — Потёмкина вставила-таки последнюю фразу, и мы с Тимохой вышли.

Зайдя к себе, я сразу приступил к делу.

— Тимка, к тебе есть отдельное, самое важное поручение, — я понизил голос, чтобы придать разговору больше таинственности и значимости.

В глазах пацанёнка такой ход многое значит. Парень почувствует себя причастным к действительно важным делам, приравнивающимся к делам взрослых людей. Естественно, возрастёт и ответственность молодого человека к исполнению любого поручения.

А говоря о бывшем ватажнике беспризорников… Э-ээ… Так он, вместе со своей вечно голодной малышнёй, такого может наделать ради исполнения поставленной цели, что страшно и думать. Одно слово — ой!

Тем более, что задача моя действительно важная, дающая шанс на успех всего затеянного мероприятия под кодовым названием «проникновение».

— Да, баре, слухаю я, — Тимоха подобрался и сконцентрировал внимание до предела.

Вроде как побелел даже, или мне просто так показалось?

— Мне понадобятся все твои пацаны и девчата, свободные от дел на строительствах, — озадачил я парня. — Есть такие?

— Дай-ка покумекать малёха, — Тимка запустил пятерню в волосы на затылке. — Найдутся, а чего делать-то нужно?

— Значит так, — я приблизился к парню. — Запоминай! Ты должен разнести на весь Ставрополь о странном мероприятии магов… — я начал ставить непростую задачу. — В Поволжье наметилась тенденция…

— Кто? — Тимка среагировал на незнакомое определение.

— Не суть, — я мотнул головой, ругая себя почём зря. — Созрела необходимость собрания самых великих травников, Рунных Вольных Магов, которые не очень хотят популярности, но желают поделиться богатейшим опытом, — выразился я более доходчиво, это если судить о событии по собственному восприятию, естественно. — Предыстория необходимости этого слёта такая… Э-ээ, — я прикрыл глаза и помассировал виски пальцами, думая над сногсшибательной формулировкой симпозиума колдунов и колдуний. — Не секрет, что река Волга имеет огромную протяжённость по территории Великой Империи Руссии, так ведь? — я решил осторожненько, наводящим вопросом, прозондировать степень понимания сути моей мысли Тимофеем.

— Ну да, барин, всем это ясно, — он подтвердил мои ожидания. — Длиннющая она, Волга-то наша, родненькая…

— Всё правильно, Тимка, всё правильно ты рассуждаешь, — я похвалил пацана, но совершенно серьёзно, по-взрослому. — Так вот, исходя из огромной протяжённости, берега у реки тоже разные. Не только левый и правый, а ещё и лесные, луговые, степные, песчаные, каменистые местами… На них произрастает богатейшие разновидности травок и ягод. Они бывают настолько разными, что ум за разум задевает, — я сделал перерывчик, контролируя невообразимое внимание к своему повествованию со стороны парня — ему действительно интересно. — И лечебные свойства у всего этого берегового великолепия — разнятся умопомрачительно.

— Ну да! — восхитился мой слушатель. — Ой как замысловато и верно ты вещаешь, баре, ой…

— Поэтому-то великие травники и решили собраться вместе, — я перешёл непосредственно к сути. — Они захотели поделиться знаниями друг с другом, наладить связи и организовать обмен редкими ингредиентами, то бишь травками.

— А где они собираются, а, баре? — такой постановкой вопроса он меня озадачил.

Я тут, видишь-ли, до одури легенду сочиняю, а Тимка уже думает, как попасть на этот слёт! Или, как и кому задвинуть повыгоднее эту важную информацию, чтобы и деньжат слегка подзаработать. М-да…

— М-мм, Тимоха, а теперь самое главное! — я подготовил парня к откровению, перейдя на шёпот. — Так вот, симпозиум этот, то есть собрание, или слёт, будет прямо вот там, — я указал на торговый зал антикварной лавки. — Прямо тут, под крышей дома Артура.

— Фух-ты! О-ого-о! — пробормотал осчастливленный Тимоха. — И что делать-то? Баре, какое ко мне поручение? — наконец-то я услышал ту самую неподдельную истину в его вопросе, и обрадовался.

— Ты осторожно донесёшь до каждого жителя о секретном собрании, — я приступил к непосредственному инструктажу своего засланца в массы, — Объяснишь, что будет сильнейшая охрана, воздвигнутая самыми сильными боевыми Магами-Вольниками. Никого лишнего пускать не будут, а сразу сразят засранцев непрошенных магическими коромыслами, громом и магической Рунной Молнией! — я нагнал ужаса.

Ту-к тук! Тук!

— Феликс? — из-за двери раздался призыв Василисы. — Пришла Прасковья и Дед Ермак.

— Иду! — крикнул я, оторвавшись от беседы, и сразу повернулся опять лицом к Тимохе. — Ну, ты всё понял? Если да — то вперёд! — я махнул в сторону выхода своей уютной спаленки.

— А-то!? Спрашиваешь, баре! — козырнул бывший ватажник беспризорников. — Всё обставлю по уму! — выдал он и первым выскочил за дверь, чуть не снеся с ног Василису.

Я не спеша поднялся и улыбнулся обалдевшей девчонке.

— Ой, господин Феликс, — смутилась красавица. — А-а-а? А куда так Тимка ускакал? — она не смогла удержаться от вполне правомерного вопроса.

— У него дело наметилось на стройке, — выдал я и подмигнул Василисе.

Она сразу смекнула, что я резанул отговорку. Да и провести эту девушку очень сложно. Она обладает чем-то таким… Но! Но об этом я поговорю с нею позже.

— Ты всё правильно поняла, — я подбодрил молодую барышню, будущую графиню Распутину. — Просто так получается, что пока это строжайшая тайна, но и тебя коснётся она. Твоё участие практически самое главное. Я смогу рассчитывать на твою всеобъемлющую помощь, а? Помощь — на всю катушку, — я обратился к девушке очень серьёзно и с максимально возможной честностью.

— Я никогда не смогу отказать вам, господин Феликс, — задумчиво проговорила красавица, не отводя от меня своего умного взгляда. — А сейчас, после вашего прошения, честного — я помогу всей душой, — тут она улыбнулась. — Пойдёмте пожалуйста, вас все ждут…

Глава 4. Виват делегатам первого съезда величайших травников!

Моего появления в общей комнате бойцы отряда отъявленных заговорщиков ждали с нескрываемым нетерпением.

Прасковья, на минуточку, вообще ничего не понимает, поэтому смущённо топчется, почти в уголочке, и смотрит на дворян испуганными глазёнками, как на явление спасителя.

Посему, я решительно занялся разрядкой атмосферы всеобщей нервозности, сопряжённой с неопределённостью и неуверенностью за успех будущего мероприятия с проникновением в Рунную Академию….

— Господа и дамы, — проникновенно изрёк я, только-только переступив порог. — Мы переходим к самому главному! Сейчас эта милейшая женщина, — я указал небрежным жестом на смущённую Прасковью, — Эта уважаемая дама, сделает из вас абсолютно правдоподобных и нормальных бабушек, заведующих лечебными снадобьями на травках, и хранительниц тайных рецептур зелье-варения! — громогласно заявил я и сел на стул, поближе к бутербродам.

Народ моментально проникся и почти все закопошились…

Точнее, заговорщики обрадовались такой постановке первоочередных дел, относящихся к плану ближайших занятий по преображению внешностей.

Прасковья выпустила из рук коромысло, которое прихватила с собой, и аккуратно поставила его в дальний угол, от греха. Скорее всего это Дед Ермак попросил даму взять его с собой. То ли для антуража, то ли из-за моего необдуманного упоминания о Прасковье, как о профессионалке, коромысловичке-затейнице.

— Феликс, есть маленькая проблема! — Годунов младший подал голос, слегка смущённо и нерешительно. — Я не могу разоблачаться перед… Э-ээ… — тут он явно замешкался перед перефразировкой слова «простушка безродная».

Я его прекрасно понял, поэтому поспешил прийти на помощь будущему наследнику Имперского Трона Руссии.

— Скажи, высочество, а у тебя была кормилица? — я задал прямолинейный вопрос, исходя из интернетовских познаний о старинных династиях монархической принадлежности. — А?

— М-м-м, — Годунов младший призадумался. — Конечно! Алевтина Матвеевна, моя любимая няня и кормилица… — выражение печали проскользнуло по лицу Ивана. — Я очень люблю её и посей день, правда… — он сник. — Правда, она рано ушла от нас…

— Так! Высочество, хватит ныть, словно маленький мальчик, коленочку поцарапавший! — резанул я так грубо, что Годунов выпрямился в струнку, впрочем, как и все остальные. — Я пытаюсь донести лишь одно — нет никакой необходимости стесняться Прасковью… Прасковью… — я посмотрел на статную женщину. — А как ваше отчество?

— ? — немой вопрос от женщины не стал для меня неожиданностью.

— Прасковья, а как вашего батюшку звали? — я перефразировал свой вопрос, придав голосу отеческий тон.

— Филаретом нарекли, — скромно произнесла сильная женщина, поникнув, словно я задел что-то сокровенное в её душе. — Не взыщи барин… — скупая слеза пробежала по её побледневшей щеке и упала на пол.

* * *

Тишина послужила усилителем звука, как катализатор для химической реакции, и удар скорбной влаги об дощатый пол, вырвавшийся из сердца сильной женщины, услышал каждый, кто явился свидетелем разговора.

Люди задумались о своём, а я вдруг подумал о том, что у меня нету отца…

Боль ударила меня в грудь калёным железом. Проколола насквозь — а и пусть, может я заслужил именно это? Чувство бессилия перед забвением? Где же черпать мне вдохновение? А?

Это риторика просто…

Но почему мне несносно смотреть на ту жизнь, что кружиться в людской темноте.

А я где? Я везде, и нигде.

Толку нет от стенаний и плача.

Я хочу прокричать — я неудачник, что пронзает копьём ту пустоту, наречённую ветром. Как мне больно. Спасибо всем, и даже за это…

Я ору в пустоту, а безмолвие шепчет — ты есть то, что что ты есть, будь же «кто», стань наконец человеком, а на месте твоём — я смирился бы с этим!

Жизнь сложна — но ты сможешь. Ты всё то, что, и как ты захочешь…

* * *

На меня накатила непонятная волна философствований, но я не показал этого никоим образом. Внешне, по крайней мере.

Встрепенувшись, словно собака после нежелательного купания, я решительно взял себя в руки и продолжил воплощать грандиозные планы. Точнее, я сконцентрировался на посильной помощи Ивану, нашему высочеству, у которого жизнь перевернулась от нахлынувших эмоций. Эти не совсем обычные люди практически побороли свою аристократическую натуру и начали поворачиваться лицом к народным массам, чему я несказанно рад. Честное слово!

Для этого нужно проявить жёсткость характера, став узурпатором чужих желаний, и поработителем масс, полностью раскрывая потаённые уголки своей харизмы победителя и везунчика, по жизни! Вперёд!

— Прасковья Филаретовна, — я резко вскинул подбородок. — Ещё раз обратите внимание на этих дам и господ, — мой профиль отразил полную уверенность в своём деле. — Приступайте к приведению их образов к правильным нормативам бабушек-знахарок!

Женщина робко глянула в требуемом направлении и смутилась. Ну что ты будешь делать? Ладно, я просто не стану обращать на это никакого внимания. Глядишь, а она и осмелеет, плотнее пообщавшись с молодыми господами, и старшим товарищем Артуром.

Уж к нему-то она должна была уже и привыкнуть.

И началась процедура переодевания. Зашуршали вновь разбираемые и сортируемые вещи, многие из которых Прасковья сразу забраковала. Собственно, женщине-то явно виднее, ведь в её поселении, почитай, что все бабоньки являлись знахарками в той или иной степени.

Я тоже доверил себя этой женщине, и даже стал первым из всех, начав избавляться от мужской одежды. Не полностью, конечно же, а именно таким образом, чтобы ничего не выглядывало из-под всяких там рюшечек, завязочек, юбочек и платочков с фартучками и жилетками.

Василису использовали в качестве посыльной, когда в арсенале Прасковье не находилось той или другой необходимой вещи. Или, когда размеры не совпадали с желаемыми.

Дед Ермак принёс нереально огромное зеркало, нашедшееся в заброшенной кладовке вотчины Артура. Антиквариат, скорее всего. Типичный и невостребованный для продажи образчик, пялящийся в богатых Шереметьевских закромах родины. Размер этого шедевра старины позволил нам рассматривать себя в полный рост, чтобы по достоинству оценить результаты преображения.

— Ну-у, Прасковья! — восхищённо провозгласил я, довольно рассматривая своё отражение. — Ты — великая кудесница, — я сделал комплимент женщине, ни грамма не кривя душой. — Как вам я? — обратился я к остальным свидетелям победы в делах маскировки.

— М-м… — задумчиво изрёк Артур. — Это смелое решение! Пожалуй, я буду следующим, если никто не против?

— Кхе-х, кх-м, — Дед Ермак привлёк наше внимание. — Феликс Игоревич, в вашем образе не хватает малюсенького штриха, — сделал он замечание и вдруг вышел.

Я даже не успел задать наводящих вопросов. Посему пришлось ждать его, продолжая любоваться детищем творения рук статной женщины.

— Х-м? И чего не понравилось? — пробормотал я, разгадывая ребус с необходимым штрихом, требующимся для окончательного завершения своего внешнего изменения.

Через несколько долгих минут в комнату вошёл Дед Ермак. В его руках находится плетёное лукошко, прикрытое расшитым полотенцем.

Я, как впрочем и все, затаился, ожидая появления из недр его ноши всего чего угодно, так как Ермак не является обыкновенным дедушкой.

— Василисушка, пособи-ка мне, внученька, — Дед передал лукошко девушке и ловко сдёрнул цветастое полотенце. — Оп-па! — выдохнул Ермак с нескрываемой гордостью за себя, вот эдакого, мудрого и прозорливого старейшину из лесного народа.

Ну, или к какому там народу он себя сам относит… Треугольник этот ещё, маячит на лбу в районе его переносицы.

Меж тем все присутствующие оценивающе уставились на лукошко, из которого Дед вытащил целую горсть разномастных амулетов, висящих на скромных и очень потёртых верёвочках.

— К-х, — Ермак кашлянул, дабы помассировать голосовые связки перед продолжением. — Эти вещицы внесут поправочку в ваши новые образы! Кх-м, ведь чересчур молодые лица неподобающе смотрятся с горбами. Кхе-х, да и с платьями мужские лики не сочетаются, — он взял один из артефактов и сделал шаг ко мне. — Позволь-ка, Феликс Игоревич, я враз устраню этот недостаточек.

— С превеликим удовольствием, — воодушевился я, и даже чуть-чуть наклонил голову, для удобства водружения амулета на шею.

— А сейчас, Господин Феликс, посмотритесь-ка в зеркало, — подытожил Дед с нескрываемым удовлетворением, и развернул меня в правильном направлении.

— Ну-ка, ну-ка!? — Сэр Рафаэль не удержался. — Давайте посмотрим! — он потёр руки предвкушая массу новых впечатлений от содеянного Дедом.

А оно и правильно. Тёмный маг правомерно интересуется любыми проявлениями старой магии. Тем более, что она, эта самая магия Деда Ермака, отчасти темна, как и сущность Варлода.

Я взглянул и обалдел от неожиданного эффекта. В отражении я встретился взглядом со старой, сгорбленной бабкой. На крючковатом носу красуется крупная родинка…

— Эта отметина, что так красуется на вашем правильном профиле — важнейшая часть, — Дед Ермак затеял своевременные пояснение некоторых исключительных деталей моего нового лика. — Теперича, господин Феликс, любой из ваших будущих собеседников будет смотреть лишь на неё, — верно подметил мудрый дедушка.

— А брови не слишком пышноваты? — проявила заботу Полина. — У всех такие будут? — обеспокоилась моя суженная, словно примерила мой образ на себя.

Девушка даже свои брови потрогала, чем подала пример и Роксане, и Марфе и даже амазонка Скарлет брезгливо наморщилась.

— Нет, ну что за натура девичья? Мы тут, понимаешь ли, изо всех сил маскируемся, а они о своей красоте только думают! — эмоционально выразился я, попеняв дамочкам на неправильность хода мыслей. — Если потребуется, то вы как миленькие окажетесь с такими бровями! Дед Ермак, организуй им личики посимпатичнее. И бородавок побольше вместе с прыщами наставь!

— Всё-всё-всё! — Полина сразу сдалась. — Феликс, это я так… Просто вырвалось, — пошла она на попятную.

— Хорошо, коли так, — я прекратил сеанс критики. — Вы тут заканчивайте, а я подготовлю для нас актовый зал. Артур, мне понадобятся ещё стулья.

— Раз нужны, значит будут, — кивнул антиквар. — А что это за зал такой, «актовый»? — он проявил правомерный интерес. — Феликс, ты же не собираешься разносить мою лавку по камешкам? — он забеспокоился за сохранность недвижимости и выставочных образцов редкого антиквариата. — Помнится, ты своими смелыми экспериментами неоднократно обращал в обломки с трухой мой задний двор, вместе с колодцем, хозяйственными постройками и насаждениями…

Ну вот, я опять сумничал, применив непонятное выражение.