Помоги проекту - поделись книгой:
— Интересно… — протянул Константин. — Если говорить про себя, то через пару недель взвыл бы. И заметь, это я в этом году в отпуске ещё не был, так что реальный срок меньше.
— Вот и я о том же, тем более нам есть чем занять ребят в виртуале.
— Да? Просвети меня, — Константин слегка оживился.
— Возможно, ты слабо представляешь тот размах, что приобрёл этот мир. Парочка фактов. Двадцать миллионов человек ежедневно заходят в Эллирию, в том числе и три миллиона россиян. Причём темпы роста поражают, думаю, через пару лет количество людей утроится. Великий турнир собирает больше зрителей, чем Олимпийские игры и чемпионат мира по футболу вместе взятые. Кланы игроков, мощь которых постепенно перехлёстывает из вирта в реальный мир. Даже криминал всё больше перебирается в игру. И неужели ты считаешь, что всё это можно пускать на самотёк?
В кабинете повисло молчание.
— Неужели всё так серьёзно? — спросил Константин, делая глоток чая.
— Я, скорее, преуменьшил. Вот будет время — почитай. Специально для тебя готовил, — Алексей передал Константину папку с двумя десятками листов.
— Обязательно прочитаю. Как раз в выходные и обсудим. Договорились?
— Хорошо. Буду.
Глава 4
Меню создания персонажа мигнуло и пропало, оставив меня в кромешной тьме. Ни звуков, ни запахов, ни опоры под ногами. Бестелесным духом я висел посреди пустоты. Десяток секунд ничего не происходило. По воображаемой спине прошёлся неприятный холодок. Что если так и зависну здесь на несколько лет? Витая в пустоте, наедине со своими мыслями. Так можно и умом тронуться.
На грани слышимости появились звуки. Сначала едва уловимые, мне даже показалось, что разыгралось воображение. Но нет. Я отчётливо стал различать пение птиц, шелест листвы и журчание воды.
Пришли ощущения. Нечто, опускаясь сверху вниз, пощекотало щёку. Я рефлекторно выбросил руку вверх, схватил. Лист, обычный лист с дерева, слегка шершавый по краям и гладкий посредине. Растёр его в руке и вдохнул аромат леса.
Стоп. Рука!
У меня появилось тело. Я чуть не заорал от восторга. Захотелось бежать, прыгать, мчаться вперёд. Тело молодое, сильное и, главное, здоровое. Под ногами появилась опора, я больше не висел в пустоте, а стоял на чём-то твёрдом. Попробовал сделать шаг, но запнулся о какую-то корягу и чуть не рухнул. Рывком вернулось зрение.
— Вот это да-а-а! — невольно вырвалось у меня.
Вокруг шумел лес. Могучие дубы взмывали высоко в небо, раскидывая ветви на десятки метров. Густой ковёр опавших листьев укрывал землю и слегка пружинил под ногами. Справа, в паре метров, пронёсся испуганный моим появлением заяц. По земле скользнула тень орла, парящего в небе.
Чтобы проверить то, что написано на форумах, ущипнул себя за руку. Больно! Кожа слегка покраснела. Как я узнал, изначально боли в Эллирии не было, но как обычно вмешалась человеческая глупость. Люди, привыкшие к перерождению и отсутствию болевых ощущений, стали переносить привычки из игры в реал.
Кто-то засунул руку в кипяток, кто-то спрыгнул с пятиметровой высоты и поломал ноги, а кто-то отправился в одних трусах на мороз, считая, что магу льда трёхсотого уровня настоящий холод не страшен. Многие поплатились жизнями.
Устав от постоянных исков в суд, травли в интернете и давления политиков, компания-разработчик добавила в игру боль. Сначала всего ничего — десять процентов. Но за прошедшие шесть лет с выхода Эллирии в свет, уровень болевых ощущений довели до пятидесяти процентов, при этом заблокировав пиковые значения, так чтобы замучить кого-либо в игре стало невозможно.
Закрывая обзор, появилось системное уведомление:
Всё понятно, локация для нубов или, если говорить красиво — место прохождения первоначального обучения. Давай, дружище, привыкай к новому миру, телу, обустраивайся и только после этого выходи в большой мир к злым соплеменникам. Огляделся. А куда идти? В какую сторону ни посмотри — лес.
Подготовка дала свой результат. Я знал, что делать дальше. Подумал о карте, и тут же перед глазами появилось полотно с местностью. Большую часть покрывал жёлтый туман, словно страница старой книги. Лишь небольшой пятачок сто на сто метров оказался открыт. А что? Удобно. Проигрался с масштабом то приближая, то отдаляя.
Также мысленно свернул карту и перепрыгнул в журнал заданий, в котором уже сиротливо висело единственное доступное.
Вот и начало пути. Сделал глубокий вдох, настраивая себя на первый шаг. Закрыл сообщение, и тут же передо мной на землю спланировала небольшая пёстрая птица, отдалённо похожая на снегиря-переростка. Она внимательно посмотрела на меня и призывно закричала.
— Чёрт с тобой, золотая рыбка.
Я двинулся следом. Других кандидатов в проводники всё равно не наблюдалось.
Идти было чертовски приятно: запах леса, грибов, пение птиц, лучи солнца, пробивающиеся сквозь кроны деревьев. За месяцы, проведённые в инвалидной коляске, я ужасно соскучился по прогулкам, теплу солнца и всему тому, о чём не особо задумываешься, пока живёшь обычной жизнью.
Десять минут неспешной прогулки за выписывающей виражи птицей, и я оказался на берегу небольшой речки. С обеих сторон зажата лесом. Берега поросли высоким, в человеческий рост, камышом. Сквозь чистейшую воду прекрасно видно дно и мельтешащих рыб.
Решил не рваться вперёд, а, устроившись на берегу, открыл меню персонажа. Птица, кажется, уловила моё желание сделать привал, и устроилась на ветке, ожидая, пока я встану.
Одежонка не радовала: простые холщовые штаны, да такая же рубаха. На ногах нечто, напоминающее лапти. Никаких дополнительных характеристик. Чистенько и бедненько.
Открыл вкладку с основными характеристиками.
Пробежимся по характеристикам.
Телосложение — здесь всё понятно: чем больше очков вкладываешь, тем более крепкая у тебя тушка и выше сопротивляемость физическому урону. Каждое вложенное очко добавляет десять пунктов к здоровью. Сразу вкладываем десять очков. Количество здоровья важно, но и перебарщивать не стоит.
Сила — увеличивает урон холодным оружием на полпроцента за каждый вложенный пункт. Увеличивает переносимый вес. Дополнительно повышает количество очков жизни на две единицы. Вкладываем столько же, сколько и в телосложение.
Ловкость — отвечает за гибкость и скорость персонажа, вероятность нанести критический удар и точность стрельбы из лука. Качать определённо стоит, но с оглядкой на перк мобильность. Вкладываем пять пунктов.
Интеллект — влияет на количество маны и вероятность критического урона от заклинаний. Идём мимо. Надеюсь, не стану блеять, словно козёл при общении с местными.
Дух — хорошая характеристика. Увеличивает регенерацию маны и очков жизни на один процент за уровень навыка. К сожалению, чтобы добиться хороших значений в регенерации, нужно вложить не менее пары сотен очков, что для моего персонажа неприемлемо, а жаль.
Взглянул на то, что вышло.
Вроде неплохо получилось. Словно почувствовав мою готовность, птица вспорхнула с ветки и полетела в сторону водной глади. Закрыл окно и осмотрел реку. Выглядит глубокой. Лезть в воду категорически не хотелось, но других вариантов всё равно нет.
Растолкал камыши сторону и погрузился в воду. Она оказалась неприятно холодной. Тело тут же покрылось мурашками. Пара сильных гребков, и илистое дно ушло из-под ног. Настырная птица-проводник зачем-то застыла в десятке сантиметров от лица. Махнул рукой, отгоняя, чтобы не мешала. Минута интенсивных взмахов руками и мои ноги коснулись дна противоположного берега.
Я оказался в густых, труднопроходимых зарослях камыша. Чуть дальше, в пяти метрах, виднелся покрытый низкой травой берег. Туда мне и нужно. Я начал пробираться вперёд, руками и ногами расталкивая толстые камышовые стебли. Один особо упорный никак не хотел сгибаться, пришлось упереться в него ногой и надавить. Мокрый камыш оказался удивительно скользким. Нога соскользнула и резко пошла вниз, ударившись о нечто тёплое и мохнатое.
Послышался раздражённый визг. Что за?.. Из зарослей на меня выпрыгнуло нечто, коричневого цвета, по размерам напоминающее овчарку, и вцепилось в ногу.
Отмахнулся от сообщения. Прочитал описание противника.
Со всей скоростью бросился вперёд. В камышах не повоюешь, ноги вязнут в илистом дне, густые заросли мешают осмотреться. Рванул вперёд и на последнем шаге, отделявшем меня от ровной поляны, рухнул на землю, зацепившись за корень, так некстати появившийся на пути. Пока барахтался, пытаясь встать, мне на спину с победным воплем запрыгнул бобёр.
— В-и-и-и, — яростно заголосил он и вгрызся мне в плечо.
— Чёртова мочалка! — прорычал я.
Высвободил ногу и, наконец, встал. Бобёр не отпускал. Спина и плечо, располосованные зубами, разрывались от боли. Извернулся и скинул с себя противника, отбросив того на пару метров.
Бросил взгляд в поисках палки или камня, хоть чего-нибудь, что можно использовать в качестве оружия. Как назло, ничего подходящего не увидел.
Бобёр явно не собирался отступать: глаза налились кровью, шерсть вздыбилась, из глотки доносился злой рык. Он стремительно приближался. И когда до меня оставалось меньше метра, прыгнул, намереваясь вцепиться мне в горло. Да что ж здесь за бобры такие с повадками и размерами бультерьеров? Чудом увернулся от мохнатого снаряда. И вместо того, чтобы ударить рефлекторно, схватил супостата за хвост.
— В-р-и-а-а-а, — в этот раз в визге слышалось возмущение.
Раскрутился волчком, не допуская обезумевшего хомяка-переростка к телу. Так дело не пойдёт, пора огрызаться, а то в пацифисты запишут, ну или в зелёные, не приведи Господи. Раскрутил мохнатого насколько мог и разжал пальцы. Бобёр расставил лапы в стороны и с воем взлетающего кукурузника взмыл ввысь.
— Хорошо пошёл, — хохотнул я, смотря вслед улетающему вдаль пушистому берсерку. Бобёр скрылся за кустами.
Поделиться книгой: