Хомякус советикус-1.2

– Работает, завтра проверю. Пока говорим на одном языке.

Потом дала расклад по новым поставщикам. Главное – отсутствие лимитов, упаковка в мешках. Будущее их развитие в смысле ассортимента при прежних ценах. Теперь Федорыч должен определиться с объемами заказа. Доложила, что с двадцатого числа в усадьбе будут работать уже три отделения, снимать мощные брусья перекрытий и остальное всё. Пусть ищут места складирования.

– Сейчас разбирают камины, там есть шамотные кирпичи, может оборудовать коптильню цивильную?

– Знаю, ныряешь туда иногда, я разрешил. Рыбу оплачиваешь из своих, а стараешься для всех.

Это меня что, похвалили что – ли? Рыбой не торгую, семьи здесь нет, значит, на дело. В принципе, он прав. Направляясь к себе, почувствовала вызов от Палыча. Через полчаса надо к нему. Дала сигнал, что буду. Совсем из головы выпала, что там уже холодрыга. Ушла к себе, брюки, джемпер, ветровка. Здесь в этом жарковато, что там у него случилось?

Стою перед дверью, жму на звонок. Палыч в прихожей предупреждает:

– Там Коля ждёт, волнуется.

– Палыч, ты мне кофейка сделай, а то сегодня вся в бегах.

В гостиной в кресле расположился седой стройный мужчина в хорошем твидовом пиджаке.

– Меня зовут Мара, здравствуйте. Константин Павлович передавал, что вы просили о встрече. Я пришла. Спрашивайте, на что смогу, отвечу.

– Меня зовут Николай Петрович, я старинный друг Кости. Я врач и хотел бы прояснить для себя кое-что.

– Проясняйте, слушаю.

С улыбкой смотрела на пожилого мужчину, он не готов был к разговору с девушкой, настраивался на более зрелого собеседника. Вовремя появился Палыч с чашкой кофе, теперь я попивала кофе и наше молчание не выглядело мучительным. Кофе я допила, это сигнал для начала разговора. Продолжившееся молчание решила прервать:

– Для чего вы желали встречи?

– Хотел понять…

– С какой целью вы хотели понять?

– Когда я что-то не понимаю, я задаю вопросы, чтобы понять.

– Вы видите самолет, вот он в воздухе, вот совершил посадку, вы потрогали его, вы задаёте вопрос как он летит? Или вам достаточно знания, что есть такая подъёмная сила, которая позволяет столь тяжелому предмету подняться в небо. А, может вы хотите узнать весь механизм распределения потоков воздуха во всех средах? Поняв, вы хотите строить аналогичные аппараты или вам надо перелететь из пункта А в пунктБ и ваш интерес объясняется обычной безопасностью полета.

Он продолжал молчать, пришлось продолжить:

– Как я понимаю, вы ещё не готовы к разговору. Мы не занимаемся демонстрациями своих возможностей. Проект секретный и коммерческий. Вы предоставляете безнадежно больных людей, способных оплатить наши услуги, а мы можем позволить присутствовать вам при исцелении. Если вас устраивает такой вариант – мы готовы к сотрудничеству. Константин Павлович введет вас в курс относительно стоимости наших услуг. Повторить и широко внедрить наши методы пока невозможно. Наше исцеление – это ноу-хау, по сути секрет. Подумайте, есть ли у вас подходящие нашим требованиям желающие стать здоровыми и молодыми.

Этот доктор совсем не дружит с реальностью. Привык общаться с подчиненными, считал, что всё ему покажут и расскажут, а он миру принесет спасение и его заслуг не забудут.

Дверь хлопнула, а мы с Палычем занялись своими делами. Бабы Палыча рвали, он просил еще женские наборы, а мужчины пока были осторожными и жаловались на отдельные неполадки организма. В гостиной я выложила последние все шестнадцать женских наборов, а мужикам к понедельнику доставлю средства от их болезней. Доллары за женские наборы забрала, теперь у меня уже 60.0 т.$ в рюкзаке.

День заканчивался, оставался один рабочий день недели. В пятницу без предупреждений и оповещений мне напомнили о принадлежности к женщинам. Цикл слишком длинный, но без предварительных неприятных ощущений, переживем.

Пятница началась с хорошими новостями от новой бухгалтерши, Валентина с кладовщиком разобралась быстро, все задания выполнила и продолжила доводить всё до конца. До обеда навестила солдат в усадьбе, сержант сообщил о прибытии родственников в воскресение и подготавливал для них материал по моему разрешению. Майор приезжал и всё ещё раз осматривал, нам оставалось только ожидать подкрепления.

Делать мне в усадьбе нечего, перешла на свой участок, надо подготовить домик для проживания. С помощью сына Фёдорыча вынесли всю мебель из комнатушек, кроме двух металлических кроватей. Домик внутри плохо пережил годы одиночества. Начала уборку с пристройки, где обнаружился древний унитаз с верхним бачком и загаженной цепочкой. Старую металлическую раковину мыли очень давно. Из крана лилась ржавая вода тонкой струйкой. На улице обследовала все коммуникации, колодцы ответвлений и запустила очистку труб от магистрали до моего краника, а канализации от колодца до сливных труб внутри домика. Теперь зачистку запустила внутри домика и только успевала уплотнять слои грязи со стен и предметов. Собрав пласты грязи с пола, в очищенном домике только печка портила весь вид. В закутке между комнатами обнаружилась газовая плитка на металлическом столике, значит, удобствами я Жеку обеспечу. Пришедшего сынка Фёдорыча заставила всю собранную грязь закопать в яму и теперь он работал землекопом. Когда с мусором покончили, он принес ведро извести и побелил печку. Я в это время из кухонных столов вывалила всю утварь и опять запустила очистку. Все наслоения грязи с мебели осыпались на землю, а посуду я отряхивала от пыльной грязи. Чистенький чайник ополоснула в струе уже чистой воды и поставила для проверки на плитку. Всю очищенную посуду подняла с земли на столешницы столов, завтра всё разложу. Беленькая чистенькая печка подсыхала, а мы разбирали всё тряпьё из домика. Ещё годные для использования развешивали для проветривания, а негодные, в том числе матрасы с подушками отложили на выброс.

Осталось довести всё до ума, и можно Жеку поселять. После ударного совместного труда в беседке неспешно чаевничали. Приехавший на обед Фёдорович проверил и одобрил наши успехи, дал задание сыну достать запасные матрасы с подушками и проветрить их на солнышке. В самый разгар нашей беседы, поступил сигнал от Палыча, я подтвердила своё прибытие вскоре. Вчера только виделись, чего ещё случилось? До завтра распрощалась с Фёдорычем и перешла к входной двери Палыча. В гостиной опять находился доктор, он сильно нервничал, даже не присел. Я же спокойно расположилась в кресле и ждала чего ещё может сообщить мне этот товарищ.

– Ко мне в отделение сегодня доставили из онкологии больного, он неудачно сломал лодыжку, у него рак третьей степени, он умирает. Просит помочь.

– Вы сообщили ему наши условия?

– Да, я сказал, но он не верит в чудо.

– Сколько он готов заплатить за свою жизнь? Кто он?

– Это очень уважаемый человек, духовный, у него очень высокий сан.

– Понятно, эти люди сами привыкли демонстрировать чудеса, с попами работаем только по предоплате. Так во сколько он свою жизнь оценивает? Озвучьте.

– Я сообщил ему про исцеление спортсмена, он согласен.

Мне стало весело:

– Так он платит только за ногу?

– Он просит об исцелении.

– Так уточните у него, сколько точно он готов заплатить, “бог подаст” нас не устроит.

Доктор выбежал из квартиры, а мы с Палычем отправились на кухню.

– Мара, я прежде за Колей не замечал такой твердолобости, ведь вроде всегда был умным мужиком, а сейчас не узнаю его. Я всё ему рассказал ещё вчера, а он словно ничего и слышал.

– Палыч, это просто возрастная косность, когда новую информацию человек не может переосмыслить. Ты прежде тоже был таким, а сейчас у тебя всё восприятие поменялось, ты стал молодым со всем багажом своих знаний.

– Да, я заметил, я стал вспоминать цитаты из прочитанного ещё в юности, работаю сейчас легко, за мной молодежь не поспевает.

– Опыт, знания и молодость. Это сила.

Звонок телефона нас прервал. Трубку взяла я:

– Слушаю.

– Мара, ему плохо, будем колоть наркотики.

– Так в чем дело то, колите, он пока ещё ваш пациент.

– Он готов заплатить сто тысяч…

– Пока не колите, скоро буду, ждите.

У Палыча в гостиной на стене фотографии, на одной из них молодой доктор в окружении ровесников, среди которых был Палыч, стоял у дверей над которой висела вывеска Больница.

– Палыч, подскажи, а где это вы стоите все?

– Колю назначили заведующим и мы пришли его поздравить у дверей его больницы.

– Принеси мне водички, пожалуйста.

Палыч вышел, а я вгляделась в фото. Рамка фото раздвинулась и в стороне был густой кустарник, куда я перешла в невидимости. С группой студентов-медиков вошла в здание и по указателю отправилась к отделению доктора на лифте. У одной из палат в отделении стояла группа мужчин в рясах. Двое в цивильном держали в руках чемоданчики. Быстрым шагом к ним направлялся доктор, я пристроилась за его плечом и вместе с ним вошла в палату. Чемоданчики заняли место на полу у стены, а мужчины вышли. Дверь прикрыла пологом и вышла из за ширмы:

– Здравствуйте.

На кровати лежал крупный мужчина, испытывающий сильную боль. Отключила боль и сразу окутала туманом. Пояснила доктору, что займусь клиентом только после клятвы, которую он принесет мне. Он послушно повторил слова клятвы, Леди обошлась без шоу, но тихо захихикала.

Доктора отправила за утками и пеленками для обтиранием, смежная комната была процедурной при этой палате. Он вышел, а я, ускорившись, быстро переложила деньги из чемоданов в свой рюкзак. Вроде бы действительно сто тысяч. Могли бы и в одном их чемодане разместить.

Вернулся доктор, а я уже начала смотреть. У служителя бога была лимфома, метастазы в грудном и поясничном отделе позвоночника, рак простаты – это основное, и куча мелочей, нажитых непосильным трудом и стрессами. Всё это озвучила доктору. С основным диагнозом он был согласен. Приступаю: купирую распостранение метастаз. А запущу я зачистку, чистка водопровода прошла успешно, может, получится? Запустила, включила подсветку для наглядности, чтобы не пропустить чего нибудь. Позвоночник начал уже очищаться от черных пятен, тут же следовало восстанавливать разрушенные отростки, позвоночник вернул себе первозданную чистоту и форму, избавив попа от радикулита, пошла атака на деформированные лимфоузлы, слишком много черноты там скопилось, все переродившиеся клетки выжигались и выводились, медленно, а лимфоузлы восстанавливались и выводили продукты распада.

Стимуляция узлов способствовала ускорению очистки лимфы. Очистка творила чудеса, печень, с измененной архитектурой стала принимать свою естественную форму, простата подверглась предварительно атаке от лучей с ладони, а очистка процесс закончила. Приходилась увеличивать ускорение, чтобы вовремя провести прижигания и заживления. Зачистка шла волнами: сначала как бы черновая от черепа до кончиков пальцев на ногах и руках, где исчезали подагрические изменения, я только успевала сращивать кости и их восстанавливать, потом очистка всех внутренностей, где очаги воспалений горели красными огнями, их требовалось выжигать, кишечник грозился начать очищаться немедленно. Пришлось теперь суетиться доктору и вместе мы подсунули под больного судно. За ароматы из кишечника буду брать дополнительно. Кишечник простился с полипами и гемороем, пришлось прижигать и заживлять. Пока очистку приостановила, надо весь ливер просмотреть на предмет лишних накоплений. Подсветка показывала отсутствие воспалений, но в почках обнаружились непредусмотренные полости, которые исчезали под моими ладонями, мочевой пузырь, избавленный от камней несколько был увеличен. Так что над каждым органом пришлось поработать вручную. На сердце поправить клапана и простимулировать его. Поднималась выше и бронхи расправлялись, а выше, попик часто простывал, все воспаления ушли, а вручную надо приводить их в нормальное состояние. Теперь у попика будет острый слух и хорошее зрение, сетчатка стала отслаиваться.

Простимулировала кровеснабжение головы, все сосуды имели хорошее наполнение, никаких отклонений не выявила и запустила тонкую очистку. В это время успели поменять судно, которое к окончанию процесса вновь заполнилось.

– Доктор, пациент потерял в весе, кожа после моего вмешательства ещё больше провисла, будем излишки убирать или оставить?

– Сейчас уточню. Батюшка, как быть с лишней кожей?

Раздался сочный бас:

– Я всё слышал, пусть убирает.

Увеличила плотность тумана, раскрутила его и теперь всё тело попика было внутри вращающегося светящегося тумана. Пока доктор вылупился на это шоу, мне пришлось освобождать полную утку из под попа. Недолго подержала ладошки над лицом клиента для стимуляции лицевых мышц. Лежащее тело было здоровым, доводить его фигуру до образца не хотелось. Он здоров. Сняла туман и доктор чуть в обморок не упал, вся старая кожа иссохшими клочками свисала с лица попа. Он ещё не видит, что под простыней творится.

– Доктор, проводите клиента в душ.

Он помог приподняться с кровати попу и повел в соседнюю дверь. Я в это время взялась перестилать постель, сбрасывая на пол грязное белье к чемоданам. Доктор вскоре вернулся и вдвоём мы закончили с постелью. Клиент вернулся сам с влажными волосами и бородой в чистом банном халате, который был ему великоват. Мы уложили его вновь на кровать. Лицо над бородой было чистым, с вредностью порадовалась, ему ещё бороду вычесывать долго от старой кожи.

– Запускаю сейчас процесс реабилитации, вы довольны результатом исцеления?

– Да, но пока не верю в такое чудо.

– Доктор, процесс закончится через десять минут, я отлучусь.

Рукой показала на санузел. Доктор согласно махнул рукой, вглядываясь в лицо попика. Я поставила редкий туман, который пропадет через десять минут, сняла полог с входной двери и убрала у попика воспоминания о себе. Шагнула в открытую дверь, чтобы в невидимости выйти на Горького. В Елисеевский магазин входила уже во плоти, где с удовольствием выпила чашечку кофе с пироженым. Мельком глянула на магазинные часы и слегка ошалела. День был в разгаре, всего три часа. Вот это ускорение у меня было. Надо бы прогуляться. Погода была солнечная, дошла до сквера Пушкина и в отдалении увидела телефоны-автоматы.

На память пришел знакомый Мони из банка, которому я немедленно позвонила, не зря запоминала телефоны. Соединили сразу, узнав где я нахожусь, обещался быть в течение получаса. Время до встречи провела на солнечной лавочке, наблюдая за прохожими. Вскоре подсел ко мне пожилой мужчина, с интересом меня разглядывающий. Я произнесла условную фразу и показала визитку.

– Мне надо купить доллары на сто тысяч рублей.

Дядя сразу сменил выражение лица, появилось некоторое уважение и деловитость:

– Завтра в это же время, здесь же. Обмен произведем в моём автомобиле, отъедем в тихое место.

– В целях безопасности требую от вас клятву.

– Надеюсь, не на крови?

– Нет, послушайте текст.

Произнесла клятву, он обдумал текст и согласился. После произнесения им клятвы только я слышала опять хихиканье Леди, мысленно поблагодарив её. С важным господином распрощалась, к завтрашнему обмену следует подготовиться. В свою комнату вошла уже усталой, ко мне пришел откат от ускорения. В этот раз он был гораздо слабее. С этими часовыми поясами можно совсем запутаться. По моим часам сейчас только начало четвертого.

Из рюкзака достала все банковские упаковки денег от попика. Теперь понятно, почему было два чемодана. В одном были упаковки по 50 руб., а в другом по 100 руб., в каждом по 50000 руб.

Краешком, не нарушая банковской ленты, просмотрела все пачки. Кукол не было. Связала веревочкой упаковки, получила три брикета, так брикетами и буду отдавать. Вновь спрятала во внутренний карман рюкзака. Завтра с утра полно дел: порядок в моем домике надо довести до конца. Сразу отложила новый общаговский комплект белья и второй уже мной пользованный и чистый, несколько полотенец, кухонных салфеток и пару лишних прихваток, влезла в коробку косметики ещё из Белграда и выбрала мужскую, выделила один плед и два покрывала. Узел получился приличным, потом добавлю, если не хватит. День был в разгаре, до вечера решила отдохнуть у моря. Перешла на свой берег и прогуливалась по берегу. Ещё можно загорать, но лезть в воду и загорать я не решилась. Выискивала красивые камушки и ракушки, гнала от себя все мысли, но они упорно лезли.

Вернулась уже в сумерках, после душа осмотрела весь свой гардероб – жалкое зрелище. Почти все ещё домашние вещи сложила в сумку отдать матери или выкинуть, летние вещи, которые оставляла, очистила и убрала в пакеты. В шкафу остались висеть лишь пара финских платьев, брюки, бриджи и пара плотных юбок из дома. Спортивный велюровый костюм висел отдельно. На полке оставила несколько джемперов и водолазок. В самом углу шкафа – легкое твидовое пальто и ветровка. Маловато, однако. С мыслями о пополнении гардероба отошла ко сну. Во сне пришла Леди и мы гуляли по цветущему лугу, болтали ни о чем, пока Леди не произнесла:

– Недавно наблюдала за тобой в тот момент, когда ты тужилась от тяжести мужика у себя за спиной. Это такая новая игра? Расскажи, что за условия этой игры. Мне так было весело наблюдать за вами.

– Леди, мне надо вынести этого человека из возможно опасного места.

– О, так это целый ритуал, именно на плечах, вы как в прошлом, хотите провести реконструкцию старой истории, когда дамам осажденной крепости позволили вынести на плечах, что им дорого из этой крепости и они вынесли своих мужей?

– Нет, не реконструкция, я просто попытаюсь спасти его от возможной опасности и перенести в этом случае в безопасность.

– Мара, ты когда переходишь с сумками в руках, эти сумки разве закидываешь себе на спину?

– Нет, просто перехожу. Так я его тоже за руку смогу перевести?

– Конечно, всё, до чего касаешься.

– Значит, я и путешествовать смогу не одна?

– Разумеется, а теперь давай займемся обучением.

Утром я поняла, что теперь мне нет необходимости делать отвары и настаивать их. Достаточно травы залить жидкостью, и все активные вещества трав без потерь переходят в растворы, значительно усиливая свойства растворов. Необходимость в наговорах также отпадает, под моим взглядом эти растворы приобретают волшебную силу в именно мне необходимом направлении. Для приготовления лекарства для сына Фёдорыча я так и поступила.

Сделала опять полную бутылку средства и подхватив узел с барахлом, перешла на участок. В домике на кроватях уже лежали матрасы и подушки от Федорыча, я их почистила. Одну кровать полностью заправила, закрыла покрывалом, вторую просто закрыла покрывалом и выложила банные полотенца и новый комплект с пледом. Собрала всю грязь и перешла во вторую комнатушку. На навесные полки постелила яркие салфетки. С улицы внесла чистые тарелки и кружки, разместив их на этих салфетках. В санузле на полочке расставила косметику, в мыльнице моё мыло и на крючках пару банных полотенец. На улице ещё раз очистила вывешенные тряпки, из которых выбрала ставшими яркими занавески, которые заняли свои прежние места. Остальные очищенные вещи свернула, среди них обнаружилась вышитая скатерть, теперь ею можно застелить стол, а пока всё это тряпье укрепила и спрятала в тумбочку. На кухонных столах оставшуюся посуду почистила ещё раз и убрала внутрь этого стола, в выдвижной ящик на кухонном полотенце разложила ложки, вилки и ножи. Осталось только занести всю мебель в домик. На часах было начало восьмого, когда подошли Федорович с сыном. Все вместе мы быстро внесли всё в дом. Стол я накрыла вышитой скатертью, а в одну пустую тумбочку сложила все оставшиеся постельные вещи и полотенца. Дом готов для проживания. Осталось подвезти только продукты. Все вместе отправились завтракать в беседку. Мой пузырь с лекарством приняли уже как должное. После завтрака проведала ребят в усадьбе, сегодня они заполняют только мою палатку. Вчерашние мысли о гардеробе меня озадачили сильно и до встречи с банкиром решила погулять по магазинам Москвы.

Вышла на Кузнецком мосту и пошла в ЦУМ. Люди толпились в очередях за обувью, меня же интересовала одежда и ткани. Женских брюк в продаже не было вообще. Люди кидались за кримпленом, который меня не интересовал. Рассматривала стойки с пальтовыми тканями, подходящего ничего не находила. Ко мне подошла немолодая продавщица, она наблюдала за покупателями внутри отдела. Видя, что я ничего не подобрала, решила мне помочь. Я пояснила, что хочу пошить теплый сарафан расклешенного силуэта из плотной ткани, типа диагонали, драпы мне не подходят.

– Тебе же на сарафан хватит полутора метров?

– Наверное.

– У нас есть стойка для остатков тканей, пойдем, я провожу.

Эту стойку без её помощи просто не найти. Куски были разными, меньше двух метров, причем ткани были замечательными. В чуть заметный рубчик шикарная плотная ткань-диагональ. Я выбрала её, её цена приятно удивила: как остаток, ткань уценялась почти в два раза, так за тридцать рублей я получила нужный мне отрез в полтора метра. На холодные зимние дни рабочей одеждой я себя обеспечу. Спускаясь на первый этаж, прямо на лестнице продавали теплые калготки, две упаковки которых я уносила из магазина. По дороге к пассажу на углу Кузнецкого моста купила два автоматических зонтика для непогоды. В пассаже ничего интересного для себя не нашла. Мне захотелось попасть в дом ткани на Ленинском проспекте, и с Театральной с двумя пересадками я добралась до места. Выход из метро был перегорожен заборами, тут же торговали на выносных столах, по задворкам вышла к тысяче мелочей, запоминая окрестности и, наконец подошла к тканям. Прошла весь магазин, теперь сюда без проблем смогу наведываться. Теперь я вертела головой, запоминая соседние здания и сам магазин. Мне уже стало интересно, насколько я помню прежние маршруты своих шоппингов. Шустро перешла через дорогу, тут торговали обувью. Заинтересовали массивные высокие импортные ботинки под стеклом.

Мечта будущей молодежи, сегодня никого не интересовала. Не удержалась и примерила. Класс, колодка удобная, толстая подошва-протекторы с кучей железок, шнуровка – мечта байкера. Продавщицы смотрели на меня с неудоумением, эти ботинки были пыльными, вряд ли их мерили до меня. Цена была подходящая, всего 34 руб., и я купила их. От коробки отказалась, но попросила протереть. Оглядывая мои бриджи и кроссовки с высокими цветными носками в их глазах мелькнуло понимание, уже завтра ботинки разойдутся по своим. Рядом должен быть магазин с болгарскими товарами. Названия магазина я не помнила, но отсюда мы везли шампуни и другую болгарскую косметику. Я заново открывала для себя этот магазин. Здесь в продаже были брюки, причем нескольких моделей. Брюками почти никто не интересовался. Когда подошла моя очередь, я попросила показать все подходящие мне по размеру модели. Продавщица стала отбирать модели, светлые я попросила исключить. Из четырех моделей я выбрала две, одна модель из непонятной ткани, но слегка тянущейся, с двумя карманами на попе. Снаружи ткань была трикотажной плащевкой, а внутри приятно бархатистой. Вторые брюки были классическими расклешенными. У продавщицы, довольной моими покупками тихонько поинтересовалась джинсами, она с сожалением ответила, что уже нет. Я уже засовывала брюки в рюкзак, когда она тихонько прошептала, что остались неходовые джинсы, может подойдут мне.

В примерочной мне сунули пакет с джинсами, я их одела и влюбилась в них. Это были широченные штаны с множеством карманов и резинками на талии и у щиколоток. Тонкий поясок завязывался поверх собранного резинкой места талии. Спрятав джинсы в пакет продавщица сразу прошла к кассе и стала выбивать чек. Прогулка по магазину окончилась приобретением нескольких бутылочек с розовым маслом и двух джемперов, одним объемным крупной вязки, а другим кашемировым, очень теплым. Кажется, за один день я закрыла проблему одежды. По магазинам я прогулялась здорово, хорошо посмотрела на часы в магазине, до моей встречи оставалось всего полчаса.

Прямо из двери магазина шагнула в Елисеевский, где слопала пару слоенных пирожков, запив их сладким кофе. До сквера дошла быстро и пока ещё было время, переложила мощные ботинки из внутреннего кармана во внешний, увеличивая тем самым внешние размеры рюкзака. Пусть банкир увидит раздувшийся рюкзак, предполагая там денежки. А вот и он появился, я пристроилась за ним и вскоре он уже открывал для меня дверцу авто. Он немного покрутил по переулкам и въехал в тень какого то сквера. Вокруг было пустынно. Из под своего сидения он достал сумку. Теперь мы сидели каждый со своей сумкой на коленях и вытаскивали оттуда упакованные свертки. По очереди мы обменивались свертками. Последний его сверток был немного меньше предыдущих. Я поняла, там было сорок тысяч. Каждый мой сверток уже в своей сумке он освобождал от бумаги и просматривал банковские упаковки. В конце обмена он протянул мне сто двадцать рублей и повернувшись ко мне проговорил: