Оковы прошлого. Книга 2 (ЛП)

Глубина его слов вызывает томление внутри меня. И когда он проводит ладонью по моей щеке, осторожно скользя шершавыми подушечками пальцев по моему лицу, я жалею, что не могу дать ему это обещание.

Между нами пропасть, которая растет с каждой секундой. Когда он, наконец, узнает правду обо мне и то, на что я способна и что сделала... не я буду испытывать боль, но я надеюсь, что смогу с этим справиться.

Прежде чем я поддаюсь соблазну коснуться губами его губ, он отстраняется.

- Давай получим ту информацию, в которой нуждаемся, а затем сложим в единую картину.

Я киваю, проводя ладонями по его рубашке, расправляя измятую ткань. Скоро я буду не в состоянии уберечь Куинна от своих секретов. Эти секреты разрушат наши и без того хрупкие чувства, уничтожив не только нас, но и его веру в закон.

И это знание убивает меня.

Я не хочу быть той, кто уничтожит его убеждения и веру в справедливость.

Пока мы идем по коридору, замечаю, что люминесцентные лампы над нашими головами светят до резкости ярко, и меня охватывает ощущение, будто я зависаю в пограничном состоянии между сном и реальностью. Меня поглощает усталость. Голова тяжелеет, такое чувство что меня вот-вот стошнит.

Однако бороться с надвигающимся состоянием бесполезно. Оно уже захватило мое сознание и тело. День, когда я согласилась помочь избавиться от Прайса Вэллса, моего похитителя, был днем, когда я приняла все это с распростертыми объятьями.

Саймон - не единственный, кто осквернил это место.

Когда я толкаю вращающиеся двери, чтобы войти внутрь, ко мне поворачиваются головы с широко открытыми глазами, откровенно пялясь на меня. Мои лаборанты замирают на месте. Я вижу бесконечную череду вопросов на их шокированных лицах. Почему я здесь? Насколько сильно я пострадала в этот раз? И одно подавляющее чувство страха, отражающееся в их глазах: кто следующий?

- Ты хочешь, чтобы я… - начинает Куинн.

- Нет, - резко останавливаю его. - Я справлюсь.

Вернуться в первый раз было чертовски сложно. В этот раз я не начинаю все по новой. Не надо снова пытаться войти в режим, оставив пережитое позади.

Меня охватывает выбивающая из колеи паника и проносится через всю комнату, предупреждая, что это лишь начало.

- Натали, - я подхожу к интерну, и она начинает тараторить в попытках меня успокоить, прежде чем я успеваю дать ей инструкции.

- Доктор Джонсон. Мой Бог, мы так беспокоились о Вас. Вы в порядке? - ее большие темные глаза умоляют солгать, сказать хоть что-нибудь. Желательно то, что сможет подавить ее беспокойство.

Я натянуто улыбаюсь.

- Я в порядке. Спасибо. Я не в праве обсуждать детали... - бросаю взгляд на Куинна, и он одобрительно кивает. - Но важно, чтобы мы сделали несколько вещей. Отчет о вскрытии должен быть исправлен, и мне нужно, чтобы вы сообщали мне о любых уликах и находках.

Пока я инструктировала лаборантов касательно двух жертв и корректировала судмедэкспертизу, Куинн ответил на звонок Сэди. Я едва могла сосредоточится, пытаясь подслушать. В эту самую секунду Сэди находится в том месте, где раньше работал мой похититель. Сидел ли Вэллс за столом, планируя свои преступления? Выбирал способ и представлял само действо, параллельно разговаривая с клиентами? Как Сэди вообще набралась смелости и вошла в эту юридическую фирму?

Мою руку на клавиатуре свело от напряжения, и я поспешила расслабить пальцы.

- Доктор Джонсон?

Я дергаю ладонью.

- Лорен Картер, - начинаю я, привлекая внимание Натали к отчету. - Была привезена вчера, но все еще требуется надлежащая идентификация. Мне нужно полное вскрытие и токсикология. Я хочу, чтобы отчеты были выполнены самым тщательным образом, но предоставьте их мне как можно скорее.

Куинн переместился в угол лаборатории, разговаривая гневным и низким голосом. Я прислушиваюсь к нему, позволяя этим удерживать себя в реальности. Это помогает мне сфокусироваться на том, что я сейчас делаю.

Я все еще чувствую холодную сталь пистолета. Мои ноги дрожат, когда я позволяю жестоким воспоминаниям всплыть в моем сознании, вместо того чтобы сосредоточиться на мониторе.

- Я рада, что Вы взяли отпуск, - мое внимание вновь привлекает Натали.

Я едва не засмеялась. Звучит так, словно я только что вернулась с отпуска. Возможно, Куинн прав, и перевод моего департамента на другой этаж, ближе к отделу полиции, не такая уж и плохая идея.

- Мой отпуск будет недолгим, - заверяю я. - Пожалуйста, держи меня в курсе всего, что происходит.

Дверь моего кабинета не заперта, и когда я вхожу, внутри меня все сжимается от напряжения. Вещи лежат на тех же местах, что и вчера, но вся окружающая действительность ощущается как-то иначе. Словно этот кабинет больше не принадлежит мне.

- Тебе нужна помощь? - Куинн появляется в проходе.

Откинув волосы назад, я поворачиваюсь к столу.

- Мне нужны лишь ноутбук и несколько файлов. Практически все, что мне необходимо, хранится на моем домашнем компьютере.

- Его мы тоже заберем. А также все, что тебе понадобится

В замешательстве я свожу брови вместе и смотрю на него, не понимая, о чем он говорит.

- Забираем мои вещи... куда?

Смущение не идет Куинну. Его поза, руки в карманах брюк. Взгляд, смотрящий прямо на меня, губы, сжатые в тонкую линию.

- Ты останешься у меня.

От шока мой рот открывается, я не верю в услышанное.

- В твоем доме небезопасно, - продолжает он, вынимая руки из карманов и скрестив их на своей широкой груди, язык его тела говорит об уверенности и нежелании слушать какие-либо аргументы.

Я также заняла оборонительную позицию, уперев свои кулаки в бедра.

- Сейчас ты переходишь черту, Куинн. Извини, но я не настолько... беспомощна. Мой дом - это единственное место, где... - я замолкаю, стараясь подобрать нужные слова. - Это мой дом. Это единственное место, которое у меня осталось, где темнота до меня не доберется.

Все его тело напрягается, ноздри раздуваются. И в тот момент, когда его жесткая натура отступает, я вижу проблеск боли в его непоколебимой оболочке.

Черт. С таким же успехом я могла бы влепить ему пощечину. Я пытаюсь что-то сказать, дать ему понять, что я не это имела в виду... Черт, я не знаю, что я имела в виду. Да, с Куинном я чувствую себя в безопасности. Но я не хочу чувствовать себя зависимой от этого. Быть зависимой от него.

Ночи, которые он провел со мной, держа мою руку, пока я урывками спала на той больничной койке, вновь всплывают в моей памяти, внезапно и я чувствую себя подавленной. Где бы я ни была, он - моя гавань.

И он меня хочет.

- У меня должно быть что-то свое, - я пытаюсь обратить свои мысли в слова, что только усугубляет ситуацию. Господи, да что такое со мной? - Ты ведь понимаешь это?

Он делает шаг вперед и с громким щелчком захлопывает за собой дверь.

- Ты понимаешь, что люди, которые похитители тебя вчера, знают, кто ты такая. Как бы мне ни было больно это говорить, но ты должна услышать эти слова, Эйвери. У них не было намерения тебя отпускать. Ты знаешь слишком много, и они не дадут тебе просто...

- Остаться в живых?

Вырывается тяжелый вдох.

- Именно. Но я обещаю, мы решим эту проблему и поставим точку, чтобы ты смогла оставить все в прошлом.

Мне хочется закричать. Может, даже разрыдаться. Еще одна вещь, которую нужно оставить позади. Когда же это кончится? А что если бы я не стала изменять наркотик? «Трифекта» - так человек в маске назвал его. Если бы я просто стояла на своем и отказала ему в этом, он бы убил меня, и все было бы уже кончено. Не было бы нужды бежать. Не нужно было бы бояться.

Больше никаких секретов и никакой лжи.

Правда вертится у меня на языке, мне просто надо исповедаться в своих грехах. Куинн должен знать. Я должна рассказать ему все в надежде, что он сможет найти хоть одну зацепку, чтобы остановить это безумие.

Тем не менее, как и происходит в моей бесконечно ироничной жизни, зазвонил телефон, вытаскивая меня из глубин паники. Я делаю глубокий вдох, чтобы расправить легкие, и смотрю на телефон. На экране вспыхивает имя детектива Карсона.

- Джонсон, - отвечаю я, поднимая глаза на Куинна.

- Слышал, ты взяла отпуск, - говорит Карсон. - Это правда?

Я потираю лоб, мысли путаются.

- Эм, да. Это так. А что такое?

Несколько секунд тишины, а затем раздается его встревоженный голос: - Черт. Тогда мне нужно знать, с кем контактировать, - говорит Карсон. - Было найдено еще одно тело. Жертва, которую надо осмотреть...

- Выезжаю, - я все еще прижимаю телефон к уху, направляясь к своему шкафчику.

- Но я думал, ты в отпуске? Эйвери, ты можешь передать это...

- Карсон, - рявкаю я, а затем на мгновение закрываю глаза, пытаясь скрыть раздражение в голосе. - Я сказала, что выезжаю. На ней есть отметка? На бедре жертвы?

Пока Карсон продолжает говорить о том, что его только что вызвали из юридической фирмы, в поле моего зрения появляется Куинн.

- Дай мне телефон.

Я колеблюсь.

- Зачем?

- Я скажу Карсону, что ты никуда не едешь.

Я стойко выдерживаю тяжелый взгляд Куинна.

- Карсон, пожалуйста, захвати для меня кофе, встретимся через пять минут, - я заканчиваю разговор и поворачиваюсь к шкафчику, чтобы вытащить халат и брюки. - Я не хочу ничего слышать, Куинн. Дело не в тебе или во мне, мне просто нужно идти.

Он прижимает ладонь к деревянной дверце шкафчика, словно загоняя меня в ловушку.

- Я знаю, - поворачиваюсь к нему, чтобы встретиться с ним взглядом. - Я знаю, что ты чувствуешь. Просто... Черт.

Он ударяет ладонью по дверце, и я вздрагиваю. Дело не только в его желании защитить меня - ему нужно быть там и делать свою работу, а он не может.

- Тебя не проинформировали о новом теле.

Он бросает взгляд на молчащий телефон, пристегнутый к ремню.

- Я отстранен от дела, помнишь? - грустная, натянутая улыбка отразилась на его лице. – Итак, еще одна жертва. Еще одна женщина. Вероятно, еще одна проститутка, - Куинн опускает руку, ускользая от моего прикосновения, и я снова тянусь к своему медицинскому халату.

- Думаю, не имеет смысла напоминать, что это может быть очередная попытка выманить тебя.

На самом деле, я вообще об этом не подумала.

- Я буду в безопасности, - я стягиваю юбку, чтобы переодеться в штаны. Куинн отводит глаза, как и всегда, оставаясь джентльменом.

- Ничего такого, чего ты не видел раньше. Совсем недавно, на самом деле. - Мои слова заставляют его посмотреть на меня, и я подмигиваю.

- Есть правильное время и место, но сейчас не оно, - он приблизился, пока я натягивала брюки на бедра. - Но это не значит, что я не думаю о тебе постоянно с самого утра, - он хватается за завязки моих брюк и притягивает к себе, его губы оказываются в опасной близости от моих - слишком близко, когда он дергает за них, туго стягивая на талии.

У меня перехватывает дыхание, все тело замирает в напряжении, ожидания прикосновение его губ.

Он кладет ладони на мои бедра и прижимается губами к моему уху.

- Я хочу получать новости каждый час, и твоя команда будет с тобой, куда бы ты ни пошла. Это не обсуждается.

Я моргаю. Мое дыхание сбилось, вторя учащенному сердцебиению.

- С этим я справлюсь.

Он склоняет голову набок, блуждая взглядом по моему лицу.

- Хорошо, - и затем его рука зарывается в мои волосы, и он нежно целует меня в лоб. Он отстраняется, оставляя меня наедине с бушующим пламенем внизу живота. - Я буду там через секунду, если понадоблюсь.

На моих губах появляется легкая улыбка.

- Я знаю. Спасибо.

У Куинна могут быть трудности с самовыражением, когда речь заходит о делах сердечных... я не могу его в этом винить. Мы оба неумело обходим то, что между нами. Но когда речь заходит о его работе, он весь в ней.

- Вот здесь, - говорю я, направляясь к своему столу. Вырвав лист бумаги из тетради, я записываю свои логин и пароли. - Это даст тебе доступ к даркнету под моим аккаунтом, - я протягиваю ему листок. - Пока я устанавливаю личность новой жертвы, может быть, ты сможешь вычислить, каким образом эти ублюдки нашли меня.

Он сжимает бумажку, когда вкладываю ее в его ладонь. Меж его бровей появляется складка.

- Вот так просто ты даешь мне доступ?

Я пожимаю плечами.

- Я доверяю тебе.

Наши глаза остаются прикованными друг к другу, пока вся сила моего признания повисает в воздухе между нами.

- И я верю, что ты знаешь, как работать с этим интерфейсом, - добавляю я, поворачиваясь, чтобы взять сумку. - Ты говорил, что однажды работал над делом, где тебе необходимо было освоить немного больше, чем простые основы, так что не думаю, что ты все испортишь. Это было бы слишком.

Он усмехается, и это резко контрастирует с нашей текущей ситуацией. Свидетельство того, как много мы уже пережили.