Unknown

Подруга что-то недовольно пробурчала ей из ванной, но Марьяна ничего не расслышала за шумом воды. Она, как и всегда, по-хозяйски прошла на небольшую кухню, поставила чайник и огляделась вокруг. В её воображении примерно так же скромно она бы сама жила, если бы ей не удалось удачно выйти замуж.

– А вот и я, – присоединилась к ней Ева, ничуть не напоминая своим цветущим видом всклоченного домовёнка, встретившего её пару минут назад.

– Вот это совсем другое дело, розовый тебе к лицу, – похвалила Марьяна её спортивный комплект.

– Ещё бы, ты же мне и подарила эту розовую жуть, в люди в нём не выйдешь, приходится дома ходить, – едко поддела Марьяну подруга, но, заметив слетевшую с её ярких губ улыбку, ловко вывернулась из назревающего конфликта: – Ты же знаешь, что я предельно честный человек, ведь юрист, как проповедник, должен говорить только правду.

– Знаем мы вас, правдолюбцев, – звонко захихикала Марьяна, удобно усаживаясь на высоком табурете.

– Чего пожаловала-то? Только не говори, что соскучилась, не поверю, – снова уколола её Ева. – Ведь две недели с последней встречи ещё не прошло.

– Ты так говоришь, будто я с тобой дружу по расписанию. Я, наверное, зря к тебе приехала. Думала, что ты подобреешь за отпуск, а ты новыми иголками обросла.

Театрально вздохнув, Марьяна сделала вид, что собирается немедля уйти, но хрипловатый голос подруги вернул её на место.

– Рославцева, – произнесла она, – актриса из тебя никакая, не усердствуй. А добреть мне не с чего, из трёх недель так называемого отпуска я десять дней доделывала то, что не успела доделать перед отпуском, – грустно подытожила Ева.

Её признание заставило Марьяну почувствовать себя своеобразной спасительницей, и она уже вовсю формулировала заманчивое для подруги предложение.

– Евик, так у меня для тебя есть сюрприз – лекарство от грусти и повод сменить обстановку. Когда мы вот так с тобой выбирались за город? – соблазнительно вещала Марьяна, но споткнулась о недоверчивый взгляд подруги.

– Куда ехать? Какой «за город»?

– Ты же ничего не знаешь: пару часов назад я вступила в законное наследство, мне от прабабушки достался дом в деревне «Новая жизнь».

Ева деловито пригладила блестящие русые волосы, переходящие в классический хвостик, и серьезно на неё посмотрела.

– Марьяна, а ты уверена, что это не какой-нибудь лохотрон? Документы на руках имеются?

– Уверена, я как-то от мамы слышала про эту деревню, – отмахнулась она. – Это родственница со стороны моего нерадивого родителя. С документами тоже всё в порядке, и мне жуть как хочется посмотреть на это «имение».

– И что ты там хочешь увидеть? По идее, тебе надо бы найти толкового риелтора, оценить всё это хозяйство да нанять кого-то следить за домом, а то за полгода там камня на камне не останется, – со знанием дела отчеканила Ева.

– Так я и хочу для начала съездить с тобой, чтобы понять, что там к чему, – уговаривала её Марьяна. – Но и заодно пару видосиков на природе снять. Это нынче в тренде…

– Видосики? Со мной? А как же твой Шура? Или он всё ещё в обмороке от такой новости? – не переставала сыпать остротами Ева.

– Он в командировку сегодня отчаливает со своей Замоедкой, – нехотя поведала она, отпивая горячий кофе. – Слушай, чем это у тебя пахнет? Такой необычный запах… Будто сушеной травой.

Марьяне уже второй раз за день мерещился этот аромат, и ей очень хотелось получить разумное объяснение этому феномену.

– Ты же знаешь, что я кофеманка, никаких трав у меня нет, – Ева приподняла руку, понюхав сгиб локтя. – И гель для душа не травяной, ваниль.

– Да и ладно, почудилось, наверное, от волнения. Так ты готова сегодня выдвигаться в путь?

– А у меня есть выбор? – обреченно процедила подруга, скептически наблюдая за тем, как Марьяна энергично заёрзала на сидении.

– Никакого. Через два часа я за тобой заеду, – промурлыкала Марьяна, с довольным видом поднялась с места, но, пройдя несколько шагов, резко обернулась: – Ты что-то сказала?

Ева отрицательно замотала головой.

– Мне тоже нужен отдых, а то совсем замоталась со своим каналом, – посетовала она.

 

***

 

У Марьяны было весьма смутное представление об особенностях деревенской жизни, поэтому деревня прабабушки виделась ей чем-то сказочным, диковинным, напоминающим антураж любимых советских сказок.

– Рославцева, ну, ладно ты… Но как я могла подписаться на такую авантюру? – недовольно сказала Ева, когда поудобней устраивалась в машине. – Ехать на ночь глядя невесть куда. Мы ведь даже не знаем, при каких обстоятельствах умерла твоя щедрая родственница.

Её слова вмиг рассеяли волшебную дымку предвкушения, оставив только горьковатый привкус откуда-то всплывших в памяти обрывков криминальных новостей из жизни сельских жителей.

– Солнце моё, на крайний случай мы снимем у кого-нибудь комнатку, уверена, что местные будут рады, – попыталась успокоить подругу Марьяна.

Чем дальше они удалялись от города, тем больше она сама поддавалась страху неизвестности. Однако ничто не заставило бы её признаться об этом вслух, потому что Ева наверняка нашла бы сто и один довод в пользу их скорейшего возвращения. В очередной раз сверившись с навигатором, Марьяна медленно съехала с трассы на грунтовку и подбодрила Конькову:

– Сейчас мы свернём на проселочную дорогу, потом ещё восемь километров, и будем на месте.

– Кстати, Сусанин, ты прогноз погоды на завтра не смотрела? – поинтересовалась Ева, копошась в сумочке.

– Нет, но предполагаю, что, как и сегодня, будет жарко и солнечно. Вообще меня удивляет твой пессимизм. А как же журналисты ездят по нашей необъятной родине, снимая репортажи? И, заметь, всё с ними в порядке.

– Убедила, теперь я предельно спокойна, – отрезала Ева, сурово смотря на навигатор. – Следи за дорогой.

Марьяна крепче сжала ладонями руль, стараясь как можно точнее вписываться в повороты и гадая, для чего был выстлан такой замысловатый путь к деревне. Но её мучениям скоро пришёл конец, когда вдали показались немногочисленные дома, а дорога выпрямилась в идеальную линию.

Девушки легко отыскали нужный им дом и нетерпеливо вышли из машины, с любопытством рассматривая его фасад. Это был обычный дом-теремок из бруса, разделённый максимум на две-три комнаты – именно так представила себе внутреннее убранство Марьяна, завороженно глядя на закрытые ставни. И пока она внимательно изучала местные постройки, Ева сразу перешла к действиям. Конькова подошла к воротам и осторожно повернула ручку калитки, но та оказалась запертой на замок. Пожав плечами, она снова присоединилась к Марьяне.

– Нужно выяснить, у кого из соседей есть ключ, – деловито произнесла Ева, с сомнением посмотрев на два соседских дома.

С одной стороны раскинулся довольно современный образчик архитектуры, на крыше которого красовалась спутниковая антенна, а второй дом был чуть получше прабабушкиного.

– Тут и думать нечего: надо идти туда, где нет никаких благ цивилизации, – самодовольно цокнула Марьяна.

Она нырнула в машину за своей миниатюрной сумочкой, которая едва сочеталась с её нынешним внешним видом. В отличие от Евы, предпочитающей комфортную и практичную одежду, Марьяна на первое место всегда ставила стиль, поэтому её джинсы-скини, укороченная футболка, кеды и большие солнечные очки на голове не очень вписывались в местный колорит.

– Похоже на то, – согласилась подруга и непроизвольно зевнула, выдавая полное равнодушие к происходящему.

Марьяна скорчила недовольную мордашку, про себя отчитав Конькову за то, что она совершенно не авантюрный человек, решительно двинулась к соседскому дому и тихонько постучала в скрипучую калитку, затем ещё раз и ещё раз, пока откуда-то из ограды не послышался грубый мужской голос:

– Ну кто там ещё?

От такого «радушного» приветствия Марьяна сильно нахмурилась, но не сдвинулась с места, ожидая, когда ей откроют. Наконец калитка отворилась, являя перед ней крепкого мужчину средних лет.

– Здрасьте, – буркнул он, откровенно её рассматривая.

Она как можно дружелюбней ему улыбнулась и, вместо того чтобы внятно сформулировать цель своего визита, принялась по пунктам прокручивать в голове, как можно превратить представшего перед ней помятого деревенского аборигена в ухоженного брутала.

– Добрый вечер, – сладко отозвалась Марьяна, строя глазки своему «подопытному».

– Вы к кому? – незнакомец сначала опасливо обернулся в сторону крыльца, но потом ответил ей не менее широкой улыбкой.

– Я правнучка Марфы Федоровны, Марьяна, и хотела бы попасть в её дом, – торопливо сказала Марьяна, тут же добавив: – Он теперь мой.

– А-а-а, так мы, значит, соседи, – излишне рьяно обрадовался мужчина, отчего она непроизвольно шагнула назад, увеличивая расстояние между ними. – Забыл представиться, Николай.

Он обтер правую ладонь об футболку, по всей видимости, собираясь предоставить её для приветствия, но передумал и спрятал в кармане спортивных штанов.

– Приятно познакомиться, – неуверенно ответила Марьяна, крепко сомневаясь, стоит ли радоваться наличию румяного амбала по соседству.

– Мать, – неожиданно прокричал он. – Тут… Это… Ключи от дома бабы Марфы просят.

– Иду, – послышался из огорода недовольный старушечий голос, а скоро появилась сама хозяйка.

– Здравствуйте, – любезно поприветствовала её Марьяна, на что женщина ответила лишь небрежным кивком.

По Марьяниным меркам соседка была едва ли намного моложе её прабабушки, по крайней мере сгорбленная спина, по-старушечьи повязанный платок и испещренное морщинами лицо были косвенными тому доказательствами.

– Вы кто Марфе-то будете? – строго спросила она, сверля Марьяну недоверчивым прищуром.

– Правнучка.

Марьяна открыла было рот, чтобы подробно рассказать о том, как они с Евой решились на спонтанный визит и какие у них имелись планы на ближайшие несколько дней, но суровый вид старушки отбил всякое желание с ней общаться.

– Паспорт покажи, – велела она, водружая на нос неизвестно откуда взявшиеся очки в роговой оправе.

– Минутку… – разочарованно ответила Марьяна, дернула собачку на молнии и погрузилась в микрохаос своей минималистичной сумки, пытаясь быстро отыскать требуемый документ. – Права подойдут?

Женщина проворно выхватила их у неё из ладони, внимательно изучила и сунула обратно Марьяне. Потом она ни слова не говоря развернулась и ушла, чтобы через несколько минут появиться вновь.

– Пойдем, – отчеканила соседка, бесцеремонно сдвигая девушек с прохода.

Марьяна пожала плечами и кивнула Еве, чтобы шла за ней.

– Как к вам можно обращаться? – не выдержала всеобщего молчания Конькова.

– Баба Галя, – всё так же без настроения ответила старушка, нервно перебирая связку ключей.

Одно неловкое движение, и они с характерным звоном упали на крыльцо дома. Марьяна проворно наклонилась и протянула ей ключи, но баба Галя махнула рукой:

– Сами во всём разберетесь, – проворчала она, – а мне надо идти, ещё корова не доена стоит.

Когда за ней гулко захлопнулась калитка, подруги растерянно переглянулись.

– Странная она какая-то, – беззаботно подметила Марьяна, подбирая ключ к двери, ведущей на веранду. – Добро пожаловать.

Не сговариваясь, обе девушки застыли на пороге, вглядываясь в темноту.

– Интересно, здесь есть свет? – тонким голосом спросила Ева, что было совсем на неё не похоже.

– Надеюсь, что ещё не все лампочки Ильича перегорели, – смешливо сказала Марьяна, рукой нащупывая выключатель. – Бинго.

На веранде загорелся тусклый свет, но его было вполне достаточно, чтобы рассмотреть нехитрое убранство.

– Очуметь, ты это видишь? – взволнованно воскликнула она. – Всё, я здесь точно зависла на неделю, таких видосиков у меня ещё не было.

Марьяна остановилась возле стеллажа, который будто нарочно скомпоновали для фотосессии в деревенском стиле, сгребла несколько пучков сухих трав и уткнулась в них носом, вдыхая непривычный аромат. Затем она бегло пробежалась взглядом по пыльным глиняным горшочкам и банкам с непонятным содержимым.

– Срочно дай мне телефон, – требовательно попросила Марьяна, не в силах оторвать взгляд от занятной обстановки. – А то мой уже почти разрядился.

Вооружившись смартфоном Евы, она встала плотнее к стеллажам, но стоило ей замереть в «правильной» позе для селфи, как лампочка на потолке ярко вспыхнула и погасла. В тесной комнате наступила пугающая тишина, разбавляемая только их шумным дыханием.

– Ничего страшного, – оптимистично сказала Марьяна. – Бегло осмотрим дом и нагрянем в ближайший магазин за всем необходимым, время ещё позволяет.

 

ГЛАВА 3

 

Подруги вошли в дом и с интересом огляделись по сторонам. В отличие от веранды с её весьма специфическим антуражем, просторная комната, в которую они попали, была довольно уютной, с выбеленными известкой белоснежными стенами, с дощатым полом непривычно яркого цвета и немногочисленной мебелью из дерева.

– А здесь очень мило, – скептически проговорила Ева. – Даже не верится, что старушка девяноста лет поддерживала такую чистоту.

Она достала из пакета резиновые тапочки и переобулась перед тем, как пройти дальше.

– Конькова, не устаю удивляться твоей предусмотрительности, – протянула Марьяна, которая ничего подобного в свой гламурный блестящий чемодан не положила.

– Я и тебе взяла, – любезно сообщила Ева, бросив на пол второй комплект тапочек. – Пойдём посмотрим, что здесь вообще есть.

Как и предполагала Марьяна, в доме было всего три комнаты: светлая общая комната, спальня и небольшая кухня.

– Кажется, что здесь ещё и летняя кухня есть, – задумчиво сказала она и тут же осеклась, не понимая, с чего она это взяла.

– Нам пока достаточно и зимнего варианта, – буркнула Ева, осматривая кухню. – Знаешь, у меня такое ощущение, что в доме совсем недавно сделали ремонт.

– И кому бы это могло понадобиться? – заговорщицки сощурилась Марьяна, исследуя содержимое шкафа. – Ой, конфетки, сто лет такие не ела.

Она достала «Красный мак» и медленно прокрутила в руках.

– Рославцева, я что-то тебя не узнаю, ты хоть представляешь, сколько лет может быть этим конфетам? – сурово отчеканила Ева, отбирая у неё лакомство, на которое та успела покуситься.

– Ты за кого меня считаешь? Я же пошутила, – фыркнула Марьяна. – Нам надо непременно купить картошечку, смотри, грибы к ней уже имеются.

Она мотнула перед Евой банкой с опятами и громко рассмеялась.