Я не твоя вещь

Она рассказала ему о визите Роберта и Синтии Белл и своей встрече с Кендрой.

— Я потратила большую часть дня, заново читая материалы по этому делу. Тон всех статей, в которых говорилось о ней, был уничтожающим, я не смогла отыскать ни одной, где бы о жене Мартина Белла говорилось с сочувствием. Но я также не нашла никаких данных от Полицейского департамента, которые свидетельствовали бы о том, что ее в самом деле в чем-то подозревали.

— Дай угадаю — Полицейский департамент Нью-Йорка также не делал никаких заявлений, направленных на то, чтобы восстановить ее доброе имя.

Лори покачала головой.

— Не ссылайся на меня, но позволь мне подсказать тебе, как нужно читать между строк. Дело об убийстве Мартина Белла было из тех, интерес к которым подогревали сами газеты.

— Иными словами, полиции не было нужды устраивать пресс-конференции или делать что-то еще в этом же духе, — следуя его логике, продолжила Лори.

— Вот именно, и дело тут не столько в количестве статей, сколько в том, под каким углом зрения их писали. Когда я работал в отделе по расследованию убийств, у нас было одно кошмарное дело об убийстве детей. — Он нахмурился. Служа в полиции, Лео любил свою работу, но Лори помнила, что некоторые преступления действовали на ее всегда такого жизнерадостного отца сокрушительно и начисто стирали улыбку с его лица. — Так вот, один из репортеров вбил себе в голову, что ребятишек убила их няня. Якобы из зависти, поскольку сама она не могла иметь детей. Но нам было известно, что у нее имелось железное алиби, и мы видели своими собственными глазами, как она горюет по этим детям. И мы сделали заявление о том, что полиция считает няню вторичной жертвой этого преступления. Это положило всему негативу о ней в прессе конец — причем сразу. — Он щелкнул пальцами, чтобы подчеркнуть свою мысль.

— Но Полицейский департамент не стал делать аналогичного заявления относительно Кендры Белл, — заметила Лори.

— Вот именно.

— Значит, они ее подозревали.

Он пожал плечами.

— В то время я кое-что слышал на этот счет.

— Например что?

— Помнишь, как пресса называла ее наркоманкой? — спросил Лео.

Как бы публика ни была уверена в том, что Мартина Белла убила его жена, эти сенсационные утверждения, похоже, не были подкреплены ни одним конкретным фактом. Суть всех статей сводилась к одному — Мартин Белл был знаменитым врачом, сделавшим блестящую публичную карьеру, однако он был женат на затворнице, которая не реализовала тот потенциал, который в ней когда-то разглядел ее муж. Рассказывали, что в тех редких случаях, когда она появлялась с ним на светских мероприятиях в месяцы, предшествовавшие его убийству, она находилась под воздействием каких-то опьяняющих средств. А пара анонимных источников утверждала, что она будто бы брала с их общего с мужем сберегательного счета такие суммы наличных, которые превосходили потребности домохозяйки. Но ничего похожего на доказательства ее вины в убийстве Лори не нашла.

— «Мамаша-наркоша», — сказала она, вспомнив один из тогдашних заголовков. — Кто-то из соседей — разумеется, оставшийся анонимным, — заявил, что иногда Кендра бывала «не в себе». Другие же предполагали, что она, скорее всего, перебирает со спиртным. Возможно, если она была пьяницей, временами у нее бывало похмелье.

— Думаю, этим дело не ограничивалось, — сказал Лео, устремив взгляд на потолок. — В прессу об этом не сообщали, но по департаменту ходили кое-какие слухи. В тот вечер, когда произошло убийство, она вела себя более чем странно. Она словно находилась в трансе. Полицейские, которые опрашивали ее, даже не были уверены в том, что она понимает, в чем дело. Короче говоря, они спросили ее, нельзя ли взять у нее кровь на анализ, чтобы убедиться, что она не находится под воздействием наркотических веществ. И что же? Ее мужа только что хладнокровно застрелили, а она устраивает сцену, не желая сдавать кровь на анализ без соответствующего ордера судьи.

— Желание защитить свое личное пространство еще не делает человека убийцей, — напомнила ему Лори.

— Да, но после этого полиция начала изучать ее финансы.

— Да, она снимала наличные, — сказала Лори. — Кендра часто снимала в банкомате наличность с их с Мартином совместного сберегательного счета. Интересно, дала ли полиция соответствующую утечку в прессу?

— Речь шла не только о снятии наличных, — продолжил Лео, у которого словно открылось второе дыхание. — После убийства Мартина полиция получила информацию о том, что Кендра часто бывает в одном дешевом баре в Ист-Виллидж.

— Полагаю, если она увлекалась спиртным, это выглядело логичным. Правда, по-моему, она не из тех, кто стал бы посещать дешевый бар.

— Вот именно. Вот и встает вопрос — зачем она туда ходила? Оказалось, что в дни, предшествовавшие гибели Мартина, Кендра три или четыре раза встречалась с каким-то громилой, причем в одном и том же месте. И, что еще более подозрительно, после того, как ее муж был застрелен, ни этот громила, ни она больше в этом заведении не появлялись.

— А кем был этот громила?

Лео покачал головой.

— Его не смогли отследить. Как и Кендра, он всегда расплачивался наличными. И, как мне говорили, Кендра совсем не стремилась к сотрудничеству, когда полицейские начали расспрашивать ее о нем.

Лори нахмурилась, переваривая эту новую информацию. В момент убийства Кендра лежала в постели, так что совершить его сама она не могла. Ее недоброжелатели высказывали предположение, что она сняла в банкоматах достаточно наличных, чтобы заплатить наемному убийце. Если Лори сможет доказать, что перед убийством Кендра встречалась с каким-то неизвестным мужчиной, то для шоу у нее будет нечто большее, чем просто домыслы и догадки. — А ты не помнишь, как назывался тот бар?

— Я не уверен, что когда-либо знал его название. Но уверен, что я смогу его узнать.

— Еще бы, — отозвалась Лори. После убийства Грега Лео Фарли вышел в отставку, чтобы помогать дочери воспитывать Тимми, но и сейчас, несколько лет спустя, при его появлении невольно выпрямлялись даже полицейские-новички. В прошлом году он принял предложение поработать на неполную ставку в спецподразделении по борьбе с терроризмом. Так что в департаменте у него и теперь были широкие связи.

Лори проводила своего отца до двери и обняла его на прощание.

— Ты поняла, что я имел в виду, когда сказал, что надо учиться читать между строк?

— Да, поняла. Спасибо за консультацию, профессор. Возможно, главный судья Южного округа Нью-Йорка сочтет, что ей было бы интересно обсудить эту тему за ужином.

— Не выдумывай. Но я говорю серьезно — хотя Кендру никогда и не называли подозреваемой в этом деле, весь Полицейский департамент считает, что она виновна. — В его голосе внезапно зазвучала тревога. — Ее муж был убит, когда у нее были маленькие дети, так что ты, естественно, можешь почувствовать, будто тебя что-то связывает с ней. Но вполне вероятно, что она убийца. А потому будь осторожна.

Глава 12

Чувствуя себя измотанной после долгого дня, Лори чуть-чуть приоткрыла дверь в комнату Тимми. В темноте она едва могла различить на кровати его силуэт. Ее малышу уже не нужен свет ночника. Пожалуй, его даже уже нельзя было назвать малышом, но сейчас ей хотелось думать о нем именно так.

Улегшись в свою собственную кровать, она достала телефон, который был выключен на время ужина, и отправила Шарлотте короткое сообщение.

У меня по-прежнему все болит после этого велотренажера. Почему ты меня не предупредила?

Войдя в свое меню эмодзи, она добавила к сообщению крошечное изображение велосипеда и веселый смайлик с рожками.

Шарлотта тут же ответила, прислав два эмодзи: один с напряженным увеличенным бицепсом и второй со значком поцелуя — после чего следовало Zzzz, призванное означать сон.

Лори все еще улыбалась забавным эмодзи, когда на экране ее телефона появилось новое оповещение голосовой почты. Номер телефона показался ей смутно знакомым, но она не могла сказать, кому он принадлежит.

— Миз Моран, это Кендра Белл. Сегодня в доме вы застигли меня врасплох. У меня даже не было возможности рассказать вам мою версию событий. Я сверилась с графиком приема пациентов у себя на работе, и оказалось, что я могу уйти немного раньше. Как насчет того, чтобы встретиться в три часа? И, пожалуйста, выполните свое обещание не впутывать в это дело моих детей. — Голос Кендры дрожал.

Лори проиграла голосовое сообщение еще раз, чтобы убедиться, что дело не в том, что у нее разыгралось воображение.

Нет, ей это не почудилось. В их сегодняшнем разговоре Кендра достаточно ясно объяснила свои опасения, но сейчас ее голос звучал иначе. Она не просто нервничала, она была напугана. Потрясена. В ее тоне слышался ужас. И все же она соглашалась принять участие в шоу.

Почему ты так боишься? — подумала Лори. Что я, по-твоему, могу откопать?

Глава 13

Поутру, явившись на работу, Лори обнаружила Грейс в кабинете Джерри. Оба они смотрели на экран телефона, который держала Грейс.

— Он терпеть не может собак? — сказал Джерри.

— Что же он за человек такой, если он терпеть не может собак? Что с ним не так? Значит, надо свайпнуть влево[4]. — Послышался тихий писк, когда Грейс провела аккуратно наманикюренным указательным пальцем по экрану своего телефона.

— Опять ищешь себе в интернете парня? — спросила Лори, прервав их поиск пары для Грейс. Самой ей никогда не приходилось знакомиться онлайн, что теперь было общепринятой практикой, но она знала, что «свайп влево» — это в виртуальном мире равносильно захлопыванию двери перед кем-то. Лори удивлялась беззаботному отношению Грейс к знакомствам с мужчинами. Она была абсолютно довольна своим статусом одинокой женщины, но ей явно нравился и трепет в груди, сопровождающий знакомства с новыми людьми.

Грейс смущенно сунула телефон в карман своего приталенного черного блейзера.

— Извини. Сегодня мы оба явились на работу рано, но, наверное, сейчас уже начался рабочий день.

Лори взмахнула рукой.

— Не бери в голову. — Хотя она и считала Грейс и Джерри своей «рабочей семьей», ей было ясно, что по большому счету они также видят в ней и своего босса.

— Не всем же так везет, как тебе и Алексу, — сказала Грейс. — Ты встретила своего мужчину прямо на работе. Меж тем как мне приходится целовать всех этих бесчисленных лягушек, водящихся в интернете.

— А как же Райан? — спросил Джерри. — Когда он еще только начинал тут работать, ты мне все уши прожужжала про то, какой он замечательный.

— Да, а потом я узнала его получше. — Грейс картинно закатила глаза. — Кстати, говоря о неизменно самоуверенном мистере Николсе, — несколько минут назад он заходил в твой кабинет, Лори. И спросил, явится ли Кендра Белл на первичную беседу. Извини, что я лезу не в свое дело, но иногда мне кажется, что этот малый забывает, кто именно руководит нашим шоу.

— Справедливости ради надо отметить, — сказала Лори, — что вчера я сама попросила его съездить со мной в дом Кендры.

— Ну и как все прошло? — поинтересовался Джерри.

— Неплохо. — Лори достала из своего дипломата экземпляр соглашения об участии, подписанный Кендрой. — Она согласилась участвовать в нашем шоу. Но странное дело, потом, после того, как мы уехали из ее дома, она позвонила мне, и впечатление было такое, словно ее парализовал страх.

Джерри задумчиво сложил руки на груди.

— Ну, ты же поставила ее между молотом и наковальней. Либо она согласится на участие в шоу, либо ты расскажешь родителям ее покойного мужа, что работу над ним тормозила она сама.

Лори кивнула.

— Все так, но это было ясно уже тогда, когда мы уезжали из ее дома. Когда она позвонила, голос у нее был совершенно иной — как будто после нашей встречи произошло нечто такое, что перепугало ее донельзя.

— Возможно, она изучила наш послужной список, — предположила Грейс. — До настоящего времени шоу «Под подозрением» удавалось распутывать все дела, за которые оно бралось.

— Может быть, и так, — сказала Лори, снова подумав о том неизвестном мужчине, с которым Кендра якобы встречалась в некоем дешевом баре незадолго до убийства. Если она в самом деле наняла киллера, чтобы тот убил Мартина, то ей надо бояться не только шоу Лори. Человек, нажимавший на спусковой крючок, наверняка не хочет, чтобы она разговаривала с телевизионным продюсером. Лори вспомнила вчерашнее предостережение своего отца и невольно подумала: «Куда же меня заведет это дело»?

* * *

Райана Лори обнаружила в его кабинете, где он упражнялся в игре в гольф, загоняя мяч в лунку на полоске искусственного газона. Он как раз собирался стукнуть по мячу, когда Лори заговорила:

— Грейс сообщила мне, что ты искал меня.

Мяч покатился вправо и застрял в ворсе офисного ковра.

— Извини, — сказала она.

— Хорошо, что этот мяч не считался. — Он протянул ей клюшку, чтобы и она попыталась загнать мяч в лунку, но она отказалась.

— Поверь мне, ударь по нему я, он бы непременно разбил твое окно. — Она рассказала ему о звонке Кендры Белл и о том, что та была сама не своя от страха. — Она может уйти с работы пораньше только сегодня, так что мы встретимся в три. Полагаю, из-за детей она не захочет, чтобы мы приезжали к ней в дом, так что я попробую узнать, не согласится ли она приехать к нам сюда.

— В три я не могу — у меня назначена встреча с моим тренером.

— Я расскажу тебе, как все пройдет. Мне будет интересно выслушать те альтернативные теории по поводу убийства ее мужа, которые, возможно, есть у нее. До сих пор все догадки в прессе касались только ее самой.

— А ты не хочешь перенести эту встречу на другое время?

— Нет. Она работает полный рабочий день, у нее двое детей и сегодня в три — это единственное время, которое у нее есть. Желаю тебе хорошо потренироваться.

* * *

Лори успела внимательно изучить сведения о половине квартир в перечне, который Рода вчера оставила у нее дома, когда риелторша позвонила на ее мобильный телефон.

— Давай, говори, не заставляй меня ждать, — сказала она. — Какие из квартир ты хочешь посмотреть непременно? Мне нужно это знать, чтобы договориться о просмотрах.

Лори пролистнула папку и вдруг осознала, что уголки она загнула только у двух из содержащихся в ней листков. Эти две квартиры были просто потрясающими — двух мнений тут быть не могло — и такими дорогими, что купить какую-то из них на свои собственные средства она бы не смогла. Но все они были так… холодны. От них веяло почти чрезмерной безупречностью. Лори не могла представить себя и Тимми ни в одной из них.

— По расположению нам подошла бы квартира на пересечении Восемьдесят шестой улицы и Лексингтон-авеню, — без всякого энтузиазма сказала она, гадая про себя, почему в описании есть только две фотографии. — А в квартире на Девяностой улице хорошая планировка — у Рамона там была бы своя собственная жилая зона, отдельная от нашей, но эта квартира слишком уж удалена на восток.

— Ну, не забывай о новой линии метро, проходящей под Второй авеню, — прощебетала Рода. — То, что раньше было задворками, теперь превратилось в недвижимость класса люкс.

— Самое главное для меня — это жить недалеко от школы и квартиры моего отца.

— Честное слово, Лори, иногда мне начинает казаться, что ты вообще не хочешь переезжать. — Рода вроде бы выросла в Квинсе, но, кажется, в ее речи ощущался легкий южный акцент.

И ты права, сказала себе Лори. Я хочу выйти замуж за Алекса, но не хочу переворачивать всю мою жизнь вверх дном.

— Возможно, мы сможем с помощью денег уговорить наших соседей Холландеров переехать, чтобы соединить две наши квартиры в одну, — предположила она.

— Что ж, желаю тебе удачи с получением согласия от твоего жилищного кооператива. Но тогда где же ты собираешься жить в тот год, когда будет происходить реконструкция этих двух квартир? — выпустила Рода воздух из пробного шара Лори. — Квартира, расположенная на углу Восемьдесят шестой улицы и Лексингтон-авеню, будет оставаться на рынке недолго. Давай, вы посмотрите ее прямо сегодня. Как насчет того, чтобы вы приехали туда в полдень?

Лори вздохнула. У нее было время для того, чтобы посмотреть квартиру сегодня в полдень, и у Алекса, наверное, тоже.

— Конечно, договаривайся о просмотре, — сказала она. Что ж, как бы то ни было, у нее, по крайней мере, появился предлог для того, чтобы увидеться с Алексом в середине дня.

Глава 14

Лифт был полон аромата Роды Кармайкл — смеси запахов лилий и детской присыпки. В правой руке Рода держала свой неизменный мобильный телефон, а в левой — сумку размером с маленького ребенка.

Алекс смотрел на Лори с улыбкой в глазах, пока на табло мелькали этажи. Она знала, что сейчас он думает о том же, о чем и она. Рода сразу же захочет, чтобы мы подписали договор.

Первые звоночки прозвенели для Лори еще до того, как Рода вставила ключи в замки входной двери. Она заговорила о «частичном виде из окна», что на языке риелторов могло означать только одно — кирпичную стену прямо перед окном и лишь небольшой кусочек неба. Слова «старое солидное здание» означали, что квартира устарела, либо у нее завышенная цена, либо разом и то и другое. А последним смертельным ударом стала формулировка «у этой квартиры такой чудесный потенциал» — это все равно что говорить про людей «зато он человек хороший».

Ходя по квартире вместе с Алексом, Лори пыталась представить себе, как они трое будут тут жить. Тимми с энтузиазмом учился играть на трубе, так что квартира должна была иметь толстые стены, чтобы защитить покой соседей. И Лори, и Алекс время от времени работали на удаленке, так что непременным требованием к их совместному жилью было наличие в нем хотя бы одного кабинета. И, разумеется, у Рамона должны быть его собственная жилая зона, а также кухня, достойная его поварского искусства.

Не прошло и нескольких минут, как они уже говорили о том, что здесь нужно передвинуть стены и заново оборудовать ванные и кухни. Уже сама мысль об этом утомляла. Нет, эта квартира им явно не подойдет.

— Сделке мешает местонахождение твоего отца? — спросила Рода.

Лори заморгала, не поняв вопроса.

— Я говорю о расположении его квартиры, — пояснила Рода. — Ты очень привередлива в том, что касается местоположения вашего будущего жилья. Оно может находиться только между школой твоего сына и квартирой твоего отца. Сейчас я исхожу из радиуса, составляющего шесть кварталов. Если бы я могла расширить географию поисков, уверена, что мне удалось бы подыскать для вас идеальное жилье.

— У нас имеется кое-какое пространство для маневра, но у моего сына есть его школа. А у моего отца есть его жизнь. И это изменить нельзя, — ответила Лори.

— Да, я понимаю. Но я тут подумала, что у вас же есть Рамон, который, похоже, умеет делать все и мог бы возить твоего сына из дома в школу и из школы домой. Так что, если бы твой отец жил рядом с вами — или даже вместе с вами, — вы могли бы купить квартиру в любой части Манхэттена, а Тимми мог бы все также легко добираться до школы и возвращаться домой.