Ребекка

- Моей жене пора отдыхать, Альберт, – раздался над головой голос Черного волка. – А тебе не мешало бы вспомнить об обязанностях и проверить лошадей.

- Да, милорд! – поднявшись с места, кивнул слуга. Но я не услышала ни испуга, ни даже должного почтения, словно Берт выполнял просьбу доброго друга, а не своего господина.

- Миледи, – вспомнил о моем присутствии супруг. Выглядел он слегка встревоженно, немного напряженно. Любопытно, это очередное недовольство нашими посиделками или дурные вести от градоначальника? – Я провожу вас в комнату.

- И снова сбежите спать к лошадям, подчеркнув в который раз, как вам неприятна молодая жена, – обронила я, оставив на столе кружку, поднялась со стула и даже удивиться не успела тому, как неожиданно земля качнулась под ногами.

- Вам следует быть поосторожней с хмельными напитками, – поймав меня под локоть и не позволив опозориться на глазах своих людей, заметил лорд Нейт. – Они коварны.

- Кажется, я начинаю привыкать к тому, что все, что меня окружает, не лишено некоторой доли коварства, – попыталась я высвободить руку, но добилась только того, что лорд Амора одним неуловимым движением подхватил меня на руки и под удивленными взглядами завсегдатаев таверны буквально взлетел по ступеням на второй этаж.

От неожиданности у меня закружилась голова и едва не вылетело сердце. Скорее от испуга я вцепилась в его плечи, опасаясь, что он меня сейчас или уронит, или того хуже – просто бросит на пол. Но даже слегка охмелевшая, моя голова отказывалась верить, что Черный волк может так со мной поступить. Почему-то хотелось верить, что несмотря на то, что он явно вел какую-то свою игру, со мной воевать он не станет.

Дверь он открыл столь сильным толчком, что я, опасаясь, как бы та дверь не слетела с петель, невольно вжала голову в плечи.

- Благодарю, мой лорд! – уже оказавшись ногами на твёрдой земле, а точнее, на полу, пробормотала я, все еще ощущая жар его рук у себя на талии.

Вся смелость и острые замечания выветрились из головы, как и хмель. Наедине с этим человеком я чувствовала себя маленькой, глупой и совершенно беззащитной.

Я сжала руки в кулаки, напрягшись, словно тетива. Он сейчас уйдет прочь, как поступил в охотничьем домике и потом в постоялом двое Кренхола. Вот сейчас…

Но лорд Нейт Амора не двигался с места, а я, не выдержав напряжения, вскинула взгляд, посмотрев прямо в его синие глаза. Мне показалось, они потемнели. Или это неважное освещение играло со мной дурную шутку. Не знаю, но под этим его взглядом мне стало невыносимо жарко. А едва его ладони скользнули вверх по моей спине, наоборот – прокатилась легкая дрожь, с которой я не смогла совладать.

Неужели он хочет?.. Здесь?! Сейчас? Я не была готова, а когда одна его рука переместилась со спины на живот и медленно поползла вверх, выдержка меня подвела. Я дернулась и уперлась в его грудь руками.

- Пожалуйста, – жалобно пробормотала я.

Но ответом мне была уже такая знакомая, кривоватая холодная улыбка.

- В следующий раз будьте готовы пожинать плоды своих неосторожно брошенных укоров, – подавшись вперед, прошептал мне на ухо супруг.

А после совершенно спокойно отпустил меня и, покинув комнату, плотно прикрыл за собой дверь.

У меня едва хватило сил добрести до ложа. Я упала на жесткую кровать, зарывшись лицом в подушку.

Почему-то на душе было тяжело, а в голове отчетливо барабанило – я с треском проиграла… Даже не бой, а так… мелкую драку.

И как мне заставить себя уважать и с собой считаться, если я даже не способна совладать с собственным страхом?

Глава 8

Утро выдалось пасмурным. Поднялся северный ветер, словно нес новости из дома моим спутникам. Заснежило, а вместе с тем стало зябко.

- В мороз такого холода не было, как сейчас, – лениво ворчала, качаясь в седле и кутаясь в теплый плащ, моя служанка.

Кажется, она даже жаловаться устала и лишь иногда нехотя напоминала, что все еще жива и способна чувствовать. Но даже ее ворчанию я была рада. Альберта отправили вперед во главе маленького отряда из четырех воинов, и теперь я отчаянно скучала в компании двух хмурых молчаливых воинов – один постарше, второй совсем молодой, но оба суровы до ужаса.

Лорд Нейт Амора не изменил себе – все так же угрюмо молчал, только теперь я даже взгляды на себе перестала ловить. Словно после вчерашнего перестала существовать для него.

И хорошо! Потому что мне на него смотреть... Тоже, в общем, не было никакого желания. Я снова и снова прокручивала в голове события прошлого вечера и… додумывала совершенно другие продолжения. И в своих продуманных действиях я была смелой, решительной и сильной. Жаль, что только в мыслях. В реальности мой муж меня пугал до дрожи и ничего не получалось с этим сделать.

Хотелось бы знать, что в его голове. Что он вообще за человек? Почему то защищает меня, то окатывает холодным презрением, то носит на руках, то брезгливо морщится?! Догадывается ли он о просьбе короля? Или знает о ней наверняка? Потому его отношение – такое? Или потому, что все время сравнивает меня с той, что любил и потерял? А может, он просто и был таким – гордым, холодным, бесчувственным?

У меня голова шла кругом от этих мыслей. И может, и хорошо, что супруг не пытался даже заговорить со мной и даже не пожелал доброго утра в этот день. Ведь я была в смятении и не понимала, как себя вести. А так… было время собраться и тоже начать изображать из себя ледяную глыбу.

Признаться, меня порядком утомило такое ко мне отношение как мужа, так и его людей. Но выход был разве что игнорировать их так же, как они поступали со мной.

А хуже всего было то, что чем ближе становился Северный предел, тем отчетливей я понимала – там меня ничего хорошего не ждет. Там я буду точно такой же чужачкой, покусившейся на их лорда, и послушания мне ждать не стоило. Его придется отвоевывать.

Погруженная в собственные мысли, я и не заметила, как вороной жеребец лорда Аморы поравнялся с моей гнедой кобылой. И только когда воины, стойко исполняющие свои обязанности по моей охране, поддали пятками и вырвались немного вперед, уделила внимание мужу.

- Вы не устали, миледи? – буквально ошарашил меня вопросом супруг.

Его голос был лишен каких-либо ярко выраженных эмоций, потому прозвучало это как просто начало светской беседы. Я искоса взглянула на супруга, раздумывая над ответом. Может, пришло время быть немного смелой, немного той самой ледяной глыбой, которой он был со мной?

- Не припомню, чтобы за несколько дней нашего с вами пути вас волновало мое благополучие, – справившись с легким потрясением, отметила я. – Неужели нас впереди ждет что-то такое, что вы опасаетесь за мое здоровье?

- С чего вы взяли?

- Вы ни разу не уступали обязанности предводителя за время нашей поездки. И не особо интересовались моим здоровьем. Вчера вы долгое время провели в доме градоправителя, а вернулись не в лучшем настроении. Хотя, признаться, я уже не уверена, что вы вообще бываете в хорошем настроении, – улыбнулась я, нервно теребя поводья. – Вы отправили разведчиков вперед, отряд больше не растягивается, как ранее, почти на сотню шагов. А воины все время напряжены и рыскают взглядами по кустам. Из чего следует, что вчера в доме управляющего вы получили не самое хорошее известие, а сегодня – ожидаете нападения. Но мне хотелось бы думать, что вы просто обеспокоились моим самочувствием.

На лице моего супруга отразилось нечто среднее между удивлением и… уважением. Да, лорд Амора, я тоже умею видеть, слышать и – немножко – делать выводы. Увы, с вами у меня ничего подобного не получается.

- Я действительно обеспокоен вашим здоровьем, – проигнорировав большую и важнейшую часть моей тирады, наконец заговорил Волк, поглядывая куда-то вперед. Но выглядело это скорее как попытка избежать прямого взгляда мне в глаза. – Мне показалось, что вчера вам нездоровилось.

- О! Вы можете не беспокоиться. Не зря местный эль так хвалят – он валит с ног с первой кружки, но совершенно не оставляет по себе следов поутру. Как и воспоминаний, – немного лжи нам совершенно не помешает. Не хотелось объясняться за все, что мы вчера друг другу наговорили. – Это хорошо. Не приходится краснеть за все, что наговорил или сделал. Мой отец говорил в подобных случаях: «Не помню, значит, не было!»

- Мы все знаем, куда это его привело! – поморщился явно недовольный моим ответом супруг.

Пусть так, но у меня не было желания обсуждать произошедшее, а у лорда Аморы, слава альвам, хватило воспитания не пересказывать мне все случившееся.

- Лорд Ньер не умеет вести дела, – пожала я плечами. – И это не секрет ни для кого. Но он мастерски умудряется беречь свои нервы, перекладывать обязанность переживать из-за него и искать потом выход из сложившихся ситуаций на всех окружающих. И нужно признать, вот это у него получается отменно.

- На вас, к примеру?

- И на вас!

- Считаете?

- Ну вы же не видите здесь сундуков с приданым, полученных в ответ на ваши дары? – криво улыбнулась я, переняв эту привычку у своего супруга. – Значит, у него все получилось именно так, как он того хотел! Мы с вами помогли ему. И ладно я, а вы? Вы тоже страдаете добросердечием и желанием оказывать помощь лордам, оказавшимся в беде?

- А похоже на то?

- Нет! Но мне на ум пока не пришло более ни одной достойной причины вашего поступка, – позволив себе улыбку, пожала я плечами.

Но лорд Северных пределов почему-то моего веселья не разделял. Наоборот, он посуровел, между бровей залегла глубокая складка, а на щеках заходили желваки. М-да… Что так злит тебя, супруг мой? Зачем было тащиться в Ньеркел за супругой, чтобы потом так раздражаться от одного ее вида? Что ему обещали вместе с моей рукой? И получил ли он обещанное?

Может, просто спросить?

Но не сложилось!

Едва я открыла рот, как лорд Амора напрягся, всматриваясь куда-то вперед, а после, бросив на ходу указания моим охранникам, рванул с места.

Моя кобыла от неожиданности шарахнулась, но один из воинов, который очень вовремя снова оказался рядом, перехватил поводья, придержав испуганное животное.

- Все будет хорошо, миледи, – пообещал он неожиданно доброжелательным тоном. А я нахмурилась, осознав, что почему-то не могу даже имени его вспомнить.

Я более внимательно взглянула на воина – он был, кажется, самым старшим из всего отряда. Короткие волосы и длинную бороду посеребрило время, а в глазах читалось участие, которым меня не баловали люди Севера.

Это было немного неправдоподобно, учитывая холодность, которой меня одаривали. Но я на всякий случай согласно кивнула, пытаясь разглядеть, что там творится.

Схватка. Это точно. Звон металла, ржание лошадей, короткие команды. И предсмертные крики – нечеловеческие, леденящие душу. Я пыталась хоть что-то разглядеть, но воин все время закрывал мне обзор, кружил прямо у меня перед носом.

- Я хочу посмотреть, что там происходит! – не выдержав этого гарцевания, вскрикнула я.

- Это не для женских глаз, миледи, – все так же непреклонно, хоть и с должным почтением, отказал мне охранник. – У нас есть примета – если нерожавшая женщина видела много смертей, ее лоно не сможет понести ребенка.

У меня от этой несуразицы брови полезли вверх.

- Глупости! Альберт мне говорил, что женщина может даже защищать свой дом, если ее мужчины нет рядом.

Второй мой охранник хмыкнул и поморщился, за что заработал суровый взгляд от старшего.

- В доме духи-покровители ее защитят от темного и злого. Ни одно проклятье не коснется человека, защищающего свой дом и своих родных. А вот бои и казни – не для женских глаз.

У меня почему-то от его слов по спине пополз мороз. Если верить словам воина – то мое лоно опустело навечно благодаря стараниям моего отца. Но это ведь всего лишь суеверия.

Именно об этом я и хотела сообщить мужчине, но он бросил взгляд туда, где случилась схватка, кивнул и отпустил поводья моей лошади.

- Я же говорил, что не о чем беспокоиться! Этот участок дороги кишит разбойниками, но это не воины, а всего лишь оголодавшие крестьяне.

Я лишь рассеянно кивнула. Быстро так… даже не успела испугаться, можно сказать.

- О святые и просветленные! – вскрикнула Рози, и я проследила за ее взглядом.

К нам, едва держась в седле, ехал Альберт – бледный, перепачканный кровью, но все еще пытающийся удержать улыбку на лице. И только когда он приблизился достаточно, я заметила и рассеченный рукав куртки, и довольно глубокую рану, и капающую с кончиков пальцев кровь.

Вскрик Рози разрезал тишину, словно гром.

- Даже не думай впадать в истерику! – предупредила ее я. – Неси мою шкатулку со снадобьями. А вы помогите ему спешиться! Рану необходимо обработать и перевязать. Еще мне нужна вода… – и заметив, с какой нерешительностью они переглядывались, вспомнила, что мне нельзя отдавать приказы людям моего супруга. И почему-то именно сейчас меня это разозлило больше всего. – Вы так печетесь о чести, что позволите другу истекать кровью?! Тогда я сама ему помогу, – спрыгнув на землю, процедила я сквозь зубы.

- Что вы, миледи! – мотнул головой старший воин. – Мы сделаем все, что будет нужно.

Вот так-то лучше. И я бы обязательно порадовалась своей маленькой победе, если бы не беспокоилась за жизнь Альберта.

Глава 9

Альберт оказался на редкость покорным, но в то же время упрямым больным. Он стойко и молча вытерпел и промывание, и зашивание раны, и перевязку с довольно жгучей мазью, но в то же время и слушать ничего не хотел о волокушах и уже скоро снова сидел в седле. И все, что мне удалось – уговорить его беречь руку.

Лорд Нейт молча наблюдал за всем, что я делала. А я… волновалась. Не потому, что боялась что-то сделать не так. И меня не пугало то, что кто-то из воинов сделает замечание, усомнившись в моих знаниях. Я просто до ужаса боялась выдать нашу с сестрами тайну. А в сложившейся ситуации это было слишком просто. И тогда у совершенно незнакомых мне людей могло появиться оружие против меня. Потому… да. Я жутко волновалась. Благо это списали на мою нежную девичью натуру. И до самых северных земель поглядывали на меня с уважением и какой-то… не то тревогой, не то жалостью. Одно хорошо, хоть не шарахались от меня все время.

- До Северного предела осталось совсем немного, – поделился седовласый воин, охранявший меня по время схватки.

Я и так это чувствовала. Неким внутренним чутьем. Знаки были везде – горные хребты, тянущиеся куда-то, словно за край земли, снег становился все глубже, мороз – все кусачей. Леса редели, а сами деревья походили на скрученную огнем солому – черные и корявые. И только воины все больше веселели.

- Уже к вечеру мы поднимем кружку крепкого пива и согреемся у родного очага, – расплылся в мечтательной улыбке второй мой охранник.

- Да ладно! – откликнулся третий воин. – Помнится, тебя хорошенько согревал такой светловолосый и очень улыбчивый очаг. Если Кренур узнает, то ты еще долго греться не сможешь!

Воины в отряде рассмеялись, отпустив еще пару шуточек, медленно, но верно расслабляясь. Они чувствовали приближение дома, а я… Я готовилась к бою. Почему-то  казалось, что стоит мне приблизиться к замку супруга, и на меня нападут все его обитатели, обвиняя в самых ужасных преступлениях. Потому, когда стены моего нового дома показались на горизонте, готова была с голыми руками против тролля выступать.

Но этого никто не заметил. Воины усилием воли сдерживались, чтобы не пустить лошадей в галоп. И я не могла их за это осуждать. Там был их дом, жены, дети, матери…

Лорд Нейт не спешил развеять мои страхи, он не выглядел счастливым. Скорее напряженным, немного расстроенным и сверх привычного молчаливым. Хотя, казалось, куда уж больше?

- Уверен, его одолели воспоминания, – поравнявшись со мной, обронил Берт. – Дайте ему время. После Сирены он не впускал ни одной женщины ни в свой дом, ни в свою жизнь, ни в свое сердце. Он разучился это делать. И вам придется искать путь одной. К сердцу так уж точно.

Кажется, он верил, что я способна найти этот путь, но вот я сама не представляла даже, откуда начинать искать.

- Как твоя рука? – сменила я болезненную тему, все же отстав от основного отряда ровно настолько, чтобы говорить не особо скрываясь. – Ты бледен.

- Всё просто превосходно, миледи, – сверкнул улыбкой Берт, явно пытаясь убедить в этом не только меня, но и себя самого. Я-то видела, как трудно ему дается дорога и во что обходится упрямство. – А станет еще лучше, как только я доберусь до бочки матушки Хильды! Не стоит обо мне волноваться.

Если бы все было так просто. Волнение об Альберте было той отдушиной, через которую получалось вдохнуть хоть что-то, кроме страха перед будущим.

Северный предел оказался совершенно не таким, как я его представляла. Хотя, признаться, представляла я что-то ужасное, темное и мрачное, а на деле – это был огромный форт. С мощными высокими стенами, железными коваными решетками, с бойницами и шпилями. За такими стенами точно не страшен ни один враг. Но в тот момент они казались мне ловушкой. Люди стекались к воротам, приветствовали своих воинов, своего лорда. Мне же доставались настороженные взгляды, вежливые поклоны. Впрочем, я и не ожидала, что меня встречать с цветами и песнями будут.

- Позволите, миледи? – спросил Амора, уже устроив руки у меня на талии, чтобы помочь спешиться.

- Как будет угодно моему лорду, – вежливо и бесцветно ответила я, стараясь поймать его взгляд. Но не получалось.

Выдернув из седла, как пушинку, он спустил меня на землю,  взял за руку и повел в свой дом. Но в этом был… ритуал, долг, но ни капли его личного желания. И это я чувствовала кожей. И не только я, похоже.

Слуги, жители замка, воины – все он шептались, даже не пытаясь скрываться. Их взгляды жгли, пока мы поднимались под руку с их лордом по широким ступеням к входной двери. Или я сама это все выдумала?

- Милорд! – склонив голову, приветствовала Амору старушка, едва мы вступили в замок. Ее худые, словно обтянутые коричневым пергаментом руки сжимали кубок с пенным напитком. Из-под белого платка выбились седые космы волос, представляю, какая здесь была суматоха, когда нас заметили со стен. А тусклые серые глаза лучились теплом и радостью, словно эта женщина ждала сына, а не лорда.