Наруто - Паутина теней

— Се-сенсей… ха-ха… мы больше… ха… не можем! — простонали Хоши с Асани, пробежав на полкруга больше рухнувшей Суридзавы.

— Мда, какое тут тайдзюцу, — разочарованно покачал я головой, — сперва вам следует подтянуть форму, а затем уже браться за все остальное. Решено! Со следующего дня сперва делаем миссию, а затем интенсивные физические тренировки до тех пор, пока не сможете пробежать тридцать кругов и не запыхаться, а ближе к обеду займемся контролем чакры и наращиванием ее количества.

— Почему… фух… бег, сенсей? — спросила Хоши, с трудом принимая сидячее положение.

— Очень просто — это для генина наиболее важный навык для выживания в начале карьеры, к тому же, до нормального комплекса упражнений на общее развитие тела вы еще слишком хилые, так что будем нарабатывать выносливость, — пояснил ученице, — естественно, без использования чакры, — добавил, вызвав дружный хор стонов от подопечных.

— Раз можете стонать, значит уже отдохнули, — заключил в ответ, — пробежите еще пару кружков и вас подлечу, но только тех, кто сможет эти два круга преодолеть.

Под аккомпанемент ругательств, жалоб и обвинений в садизме, троица куноичи поднялась и принялась ковылять со скоростью беременных черепах вокруг тренировочного полигона.

— Ну же, перебираем ножками, перебираем, от врага вы тоже будете с такой скоростью убегать? — поторопил я их. — Навык удирания особенно актуален для молоденьких куноичи — их чаще всего берут в плен, а что делают с пленницами вам должны были говорить еще в академии, так что сейчас вы тренируетесь именно удирать.

Такая конкретная аргументация заставила учениц здорово прибавить ходу, несмотря на жалобные стоны. Как говорится, мышка плакала и кололась, но продолжала есть кактус. Подождав, пока девочки на последнем дыхании доплетутся до обозначенной черты и повалятся на землю, я создал пару клонов и быстро подлечил их, после чего снял печати. Жалобные стоны быстро сменили тональность, на что я лишь усмехнулся — уж то чувство, когда сильно натруженные мышцы перестают болеть, а по почти пустой кейракукей распространяется чакра, лишь немного не дотягивают до высшей планки блаженства.

— Пять минут на отдых и займемся тренировкой контроля, — обломал я вознамерившихся так и валяться учениц, — в академии вам давали хождение по вертикальным поверхностям?

— Нет, сенсей, — пропыхтела Суридзава, медленно поднимаясь на ноги, — только упражнение с листиком.

— Отлично, тогда смотрим и слушаем, — объяснить принцип упражнения много времени не заняло и уже через пару минут девочки лежали на земле и пытались закрепить ноги на стволе своего дерева.

Ерунду с разбегом я решил не давать, поскольку количество чакры у них пока небольшое и гораздо продуктивнее будет приноровиться без геройских наскоков, отрегулировав необходимое количество подачи чакры из стоп.

— Как только получится удержаться, пробуем ходить, а затем и бегать до почти полного истощения запасов, — продолжал вещать я, приучая учениц не только сосредотачиваться на тренировке, но и воспринимать доводимую в это время информацию, — после чего Суридзава может быть свободна, а вы продолжите бегать до полного изнеможения.

— Эм, сенсей, а почему я могу быть свободна? — помявшись, робко спросила упомянутая.

— Потому что основная нагрузка в команде пойдет на этих двоих, а ты будешь в поддержке — мне гораздо проще подтянуть тебя на эту роль и четвертую степень ирьенина, вполне досточной для получения следующего звания, чем требовать выкладываться на уровне напарниц, — пояснил я девочке, присаживаясь на траву и доставая свиток с незаконченными расчетами для техники, — по запросам и требования. Хоши с Асани я буду гонять до седьмого пота, ставя крепкую базу для дальнейшего планомерного развития, а с тебя будет достаточно и части тренировок. Зачем тратить лишние силы и время, когда полученный результат все равно окажется невостребованным уже по истечении ближайших двух-трех лет?

Отстраненно кивнув, маленькая куноичи вернулась к попытке приклеиться чакрой. Вот и ладушки — когда каждый в команде знает свое место, шансы на возникновение конфликтов намного уменьшаются. Будущая лавочница получит необходимый по моим меркам минимум, а я тем временем сосредоточусь на более амбициозных и готовых вкалывать сиротах, от чего все только выиграют.

Обладая примерно равными запасами, ученицы выдохлись почти одновременно через пару часов, но все же смогли выполнить поставленную задачу, уверенно гуляя по стволу вниз-вверх. Для полноценного бега по вертикальным поверхностям и передвижению верхними путями еще рано, но прогресс вполне неплохой.

— Так, девочки, результатом я доволен и откровенно говоря, ожидал худшего, молодцы! — похвалил утомленных подопечных, отдыхавших на траве.

С выбранным подходом к упражнению, падали они довольно редко и даже не требовали лечения для продолжения тренироки, так что я отпустил Суридзаву домой с напоминание собраться на этом полигоне в семь утра (сегодня была небольшая поблажка выпускникам) и обратился к оставшимся куноичи.

— Сейчас без десяти два, так что до трех часов вам задача просто бегать, — озвучил план занятий и пояснил, — без надрыва, поддерживая ровный и спокойный темп, после чего мы отправимся на обед.

— Хай, сенсей!

Получив по печати, девчушки рысцой потрусили вокруг полигона, а я скинул плащ и хорошенько размявшись, погонял по мышцам уже давно выполняемой на автомате медицинской техникой, принявшись за отработку лично разработанного комплекса упражнений под увеличенным воздействием печатей и подавленным источником чакры. Как ирьенин, я обладал достаточным контролем для подобного фокуса, давно избавившись от необходимости применять фуин. Конечно, необходимая норма для поддержания себя в тонусе выполнена еще утром, но данная демонстрация под буквально прикипевшими ко мне взглядами учениц не только служит демонстрацией возможностей сенсея, но и задает планку, к которой следует стремиться. К тому же, ничто так не демотивирует, как отдых человека, заставляющего тебя трудиться. Но верна и обратная ситуация — личный пример здорово вдохновляет.

Так вдохновляет, что вконец вымотанных и засыпающих на ходу учениц пришлось тащить на обед в охапке! Нет, они не перенапряглись (за этим я следил особенно пристально), а просто вымотались с непривычки после столь интенсивного дня. Правда, почувствовав слюнопускающие запахи заведения Акамичи, ожили ученицы очень быстро и принялись метать еду с тарелок даже быстрее вчерашнего. В этот раз я не стал снимать кабинку, так что мы пристроились в уголке зала, чтобы никто не мешал. Пока девочки насыщались, я сходил и приобрел два годовых абонемента на их имена (с непременным указанием возраста и физических данных), уплатив кругленькую сумму за подготовку интенсивного питания.

Только составляя наметки плана обучения команды, я предварительно консультировался с союзниками на тему подбора меню, призванного не только поддержать организм растущего и развивающегося ребенка, но и устранить последствия недостаточного питания ранних годов, что очень даже необходимо сиротам. С применением соответствующих медицинских техник и питания, примерный срок — месяц-полтора, после чего можно будет взяться за тренировки как следует без опаски, что могут не выдержать заданного темпа.

Отдав абонементы ученицам и оповестив о важности посещения каждого приема пищи или запечатывания достаточного запаса заранее, если мы идем на миссию (в стоимость это так же включено), я и сам отдал должное кулинарному искусству здоровяков.

— Что дальше, Рью-сенсей? — спросила Хоши, отваливаясь от опустевшего стола и тяжело отдуваясь.

— А дальше, мои милые ученицы, я создам пару клонов и до шести часов вы будете под их контролем тренироваться в тайдзюцу с применением оружия и без, — оповестил девочек, довольно ковыряясь зубочисткой между зубов, — я же займусь другими делами.

— Клонами? — с сомнением переглянулись девочки.

А, ну да, я настолько сроднился с использованием клонов, что по привычке считаю, что все о ней знают, даже свежие генины.

— Клонами-клонами, Каге Буншин но Дзюцу позволяет создавать из чакры полную копию пользователя, имеющую самостоятельное сознание для автономного действия на протяжении довольно длительного времени, зависящего от затраченного на технику количества чакры, а при прекращении работы вместе с ин-чакрой возвращаются воспоминания.

— Ого! — впечатлились техникой воспитанницы приюта.

— Да, очень полезная вещь, особенно когда необходимо быть в нескольких местах разом, так что в будущем, все ваши занятия, в большинстве случаев, будут вести клоны, — ухмыльнулся я, наблюдая конфликтные выражения лиц мелких — с одной стороны полная копия меня для каждой, а с другой — все же копия.

Немного повеселившись, я вернул разговор в конструктивное русло.

— Подобный прошедшему распорядок дня будет практически неизменен за исключением нескольких часов на выполнение миссий Д-ранга с самого утра, после чего уже начнется непосредственно тренировка, — сообщил генинам и добавил, — и будьте готовы к тому, что через пару месяцев мы переместимся с общественного полигона на мой личный в клановом квартале.

— Зачем? — удивленно вскинула брови Хоши.

— Затем, что пока идет элементарная физическая подготовка и тому подобные простые вещи, это приемлимый вариант, но когда придет время обучению вас лично мной разработанного комплекса упражнений, это уже такие вещи, что демонстрировать любому любопытному прохожему будет только идиот, — терпеливо пояснил ученицам, — это такие знания, за которые шиноби и убивать не гнушаются.

— И кто-то может следить за нами? — все еще не веря в серьезность ситуации, изумилась Хоши.

— А ты думаешь, клановые и личные площадки для тренировок просто так появились? Да тем же Учиха достаточно одного взгляда активированным шаринганом, чтобы запомнить весь комплекс от начала и до конца, Хьюга же вообще могут наблюдать за несколько километров от интересующего места.

— Э? Я никогда об этом не задумывалась, — отвесила челюсть Асани.

— Потому что кланы не стремятся распространять информацию о своих возможностях даже среди союзников, — невесело хмыкнул я, — и они не одни такие — любой умный шиноби старается скрывать свои истинные возможности или хотя бы особые приемы, чтобы в трудных ситуациях всегда иметь козыть в рукаве.

— И вы тоже, Рью-сенсей? — хитро прищурившись поинтересовалась длинноволосая девчушка.

— Побольше, чем у многих, — усмехнулся в ответ, принимая у официантки поднос с напитками и раздавая ученицам, — и если оправдаете мои ожидания, то некоторые из этих секретов станут и вашими.

— Да, сенсей! Мы не подведем! — выпрямились куноичи, широко раскрыв глаза и буквально светясь готовностью бежать и оправдывать.

Вот прямо сейчас.

— Тогда вперед тренировать тайдзюцу, — направил я неожиданно воспрянувших подопечных и решил подстегнуть энтузиазм, — и если в течение месяца вы наберете форму для начала тренировки моего комплекса, то вас будет ждать довольно значимая награда.

— Крутое и убойное дзюцу? — радостно спросила Асуна, буквально просияв.

— Почти, — уклончиво, ответил я, про себя усмехаясь, — ничего действительно убойного вы пока не потяните по запасам чакры, но что не окажетесь разочарованы — зуб даю! А теперь бегом тренироваться!

Создав пару клонов, я отправил их с обнадеженными ученицами и с немного усталым вздохом откинулся на спинку лавки, медленно цедя уже немного остывший, ароматный чай.

— Твои? — приземлившаяся рядом туша Чезы не стала неожиданностью — выучить оттенок чакры напарника двоюродного брата возможность была не один раз.

— Ну а чьи же еще? — насмешливо вздернул я бровь на уже перегнавшего меня в размерах шиноби.

Если раньше мы еще могли померяться между собой, то теперь безусловное лидерство было за толстяком с его двумя полными метрами и это для Акамичи далеко не предел — видел я не раз и двух с половиной метровых мужиков, шире меня раза в два и кило на сто тяжелее.

— Слышал, тебе подкинули самых бездарных? — сочувственно покосился наследник Акамичи.

— Скорее, которых просто не стали как следует обучать, ввиду бесперспективности этой затеи, — меланхолично поправил я приятеля, — преподавай в академии по-прежнему Сенджу и даже из таких очень средненьких куноичи сделали бы крепких генинов с приличными шансами лет через пять получить повышение, а так, это придется делать мне.

— Почему не хочешь отказаться от команды? — спросил Чоза, согласно хмыкнув на мое замечание.

— Шутишь? Потом неизвестно сколько ждать следующей — сам ведь знаешь практику по этому поводу, — скривился я, — еще хорошо, что две девочки готовы пахать до полного изнеможения, лишь бы получить шанс на лучшую жизнь, чем смазки для вражеского куная во время очередной заварушки.

— Подумаешь, подождать еще годика четыре — тебе как раз будет за двадцать и самое время для обучения команды, нежели сейчас, — пожал плечами сосед, — я вот лично собираюсь заняться воспитанием генинов не раньше, чем года через три.

— Нет, не подходит, — отрицательно покачал головой и пояснил на вопросительный взгляд, — разрешение на личного ученика без предварительно обученной команды получить почти невозможно, а я такую талантливую малышку из потомственных раскопал, что просто жаба душит ее отдавать в академию.

— Ну-ка, ну-ка, это ты о ком сейчас? — дружески пихнул меня в плечо Акамичи.

— Хо-хо, так я тебе все и выложил! — ехидно усмехнулся ему в ответ. — Вот подрастет немного, тогда и узнаешь. А пока буду нарабатывать опыт с тем, что досталось. Зато представь, как утрутся все недоброжелатели, когда из говна я сотворю настоящую конфетку!

— А ты сотворишь? — усомнился Чоза, состроив хитрую физиономию.

— Естественно! — оскорбленно фыркнул я и тут же пояснил. — В этом возрасте как раз идет рост и формирование тела, так что опытный ирьенин без лишних вмешательств может здорово помочь в естественном процессе, получив в резутате намного более лучший результат. Прибавить к этому грамотно подобранные методики индивидуальных тренировок и на выходе получится потенциальный джонин при откровенно второсортном материале.

— Ну так и тренировал бы своих клановых, а не тратил время, деньги и силы на безродных, — пожал мощными плечами толстяк и потянул на себя блюдо, оперативно доставленное персоналом, с одуряюще пахнущей курицей и аппетитно захрустев золотистой корочкой крылышек.

— Не смеши — и так найдется, кому этим делом заняться, еще и получше меня, — помахал рукой в сторону приятеля, — по сути, это предоставление кланового обучения бесклановым детям под наблюдением высококлассного ирьенина и ничего особенного в моем способе нет, кроме готовности подопечных тренироваться до кровавого пота. Вот и весь рецепт успеха.

Про лично разработанный комплекс упражнений, в котором использовался весь наработанный опыт ирьенина для получения наилучшего результата без каких-либо побочных эффектов, я говорить не стал. Союзники союзниками, а некоторые вещи лучше держать только для личного пользования. Тот факт, что я им поделился только с Саей и женой, не включив в этот короткий список даже женщин Узумаки, говорит сам за себя. Ученицам я предоставлю сильно урезанную, хоть и довольно результативную версию, да и хватит с них.

— Это да, обычным Нара сильно не хватает мотивации, особенно по сравнению с тобой, — добродушно усмехнулся Чоза.

— А ты думаешь, почему меня главой не назначили — боятся, — коротко рассмеялся я и хлопнув здоровяка по плечу, поднялся из-за стола, — ладно, Чоза-сан, пора мне — дела ждать не будут.

— Давай, Рью, заглядывай, — кивнул Акамичи, не отрываясь от небольшого перекуса, — а то закопаешься в работу и месяцами тебя не видно.

— Постараюсь, — прищурил глаза в ответной улыбке и положив на стол оплату за обед, быстрым шагом покинул ресторан.

Небольшое напряжение ног и вот я уже несусь по крышам в сторону кланового квартала. В момент очередного прыжка с дома на дом пришла волна информации от развеявшегося клона, которую я совершенно машинально пропустил, почти не обратив внимание на довольно серьезный срок жизни каге буншина с соответствующим объемом полученной памяти.

Учитывая солидное количество дел, висящих только на мне и невозможность делегировать их кому-нибудь другому в клане — по причине недостаточной квалификации или просто необходимости соблюдать секретность, мне неизбежно пришлось увеличивать количество постоянно действующих клонов. На первый взгляд, ничего страшного — уж если в течение многих лет практиковал эту технику, то что сделают еще три-четыре клона сверх обычного? Да собственно, ничего, кроме обычного свойства человеческой памяти — забывание ненужных воспоминаний под большим количеством новой.

Прошло довольно много времени, прежде чем я осознал, что начинаю окончательно забывать не только мелкие детали прошлой жизни, но и довольно ощутимые фрагменты — вроде имен и лиц очень близких друзей, даты рождения сыновей и тому подобные вещь, которые не получалось восстановить даже при глубокой медитации. Я пытался бороться с подобным стимуляцией участков головного мозга отвечающих за память с помощью чакры, а так же специально предназначенных для подобного ирьенинских техник, улучшающих общую работу, но это лишь в какой-то мере замедлило процесс — и так отличная, память еще больше улучшилась, позволяя вспомнить даже мелкие детали прожитой здесь жизни, вот только «старая память» потихоньку исчезала. После проведения нескольких небольших экспериментов, я вынужден был признать, что при новом рождении, имевшиеся у меня воспоминания оказались записаны не в мозги младенца, не способные на переработку такого огромного количества информации, а на совсем другом носителе, не имевшем отношения к телу — чакре. Тем более, возможность подобного была доказана в этом мире — Яманака как раз специалисты по работе с сознанием. Собственно, определив причины, я пошел на поклон к блондинистым мозголомам. Даже несмотря на статус союзника и отличные отношения в тройном союзе, мне пришлось хорошенько выложиться за необходимую технику и не столько деньгами, хотя и их отвалил пять миллионов ре, сколько услугами — ирьенины первой степени, если не по корочке, то по возможностям уж точно, на дороге не валяются и товар штучный и очень редкий по нынешним временам. А ведь дзюцу работы с памятью даже не являлась клановым хидзюцу, пусть и числясь Б-ранговой, но глава Яманака уперся. Согласиться я согласился, поскольку альтернативы не имелось, но зарубочку на память сделал.

Кроме незначительного улучшения мыслительных процессов, упорядочивания и структурирования памяти на основе ин-составляющей чакры, не имевшая даже названия техника, позволила мне освоить «загрузку» памяти развеянных клонов мимо сознания. Достаточно было потом упорядочить полученное в конце дня, выбирая полезные знания и избавляясь от всего остального. Это здорово облегчало усвоение приходящей информации и снижало нагрузку на сознание, так же убирая риск заминки во время опасных ситуаций при развеивании долго живущего каге буншина. Жаль только, раньше не начал заниматься этой проблемой — некоторая часть знаний, уникальных для этого мира, оказалась потеряна или стала отрывочна. Ну и история манги Наруто здорово подзабылась, хотя основные события я продолжал помнить и даже записал не так давно на всякий случай.

Глава 1

— Ну и как наши дела? — улыбнувшись, спросил я у Тсуме, сидевшей в широком кресле, заходя в комнату вслед за отошедшей от дел матриархом Инузука.

— Да как обычно последние месяцы, — со вздохом отозвалась куноичи, сложив руки на здорово округлившемся животе, — здравствуй, Рью.

— Привет, Тсуме-чан, — хмыкнул в ответ, — все терроризируешь своих?

Когда я первый раз услышал, что подруга и напарница по команде залетела, то оказался порядком удивлен, а затем отреагировал довольно оригинально. До сих пор воспоминание о лице Тсуме, увидевшей меня с мечом в одной руке и с лопатой в другой, с вопросом «кого закапывать?», греет сердце и поднимает настроение. Правда, отсутствие шрамов после этого — целиком заслуга клановых техник, спасших от взбешенной Инузуки. Невинная привычка подтрунивать над девушкой, подхваченная от ее же матери, оказалась воспринята слишком серьезно, добавить сюда скачки настроения во время беременности и получим имевшийся результат. Только потом я смутно вспомнил, что примерно в это время у нее и должна была появиться дочка. Как выяснилось, от какого-то симпатичного чунина. Глубоко копать я не стал, но судя по всему, номинального отца оповещать о радостном событии никто не стал, и уж тем более — заводить речь о введении в клан.

Тем не менее, такая неожиданная промашка, легко опознаваемая среди имеющих неплохое обоняние клановцев Тсуме, поколебала ее положение как следующего главы. Начались брожения среди Инузук, что стали заметны даже постороннему вроде меня и закономерно оживились претенденты на власть. Все же, столько времени проводя рядом с животными, люди много переняли от них — в стае правит сильнейший вожак и если текущий дал слабину, неминуемо появятся желающие занять его место. К несчастью для них, подруга всегда отличалась взрывным темпераментом, а уж изменение гормонального баланса это только ухудшили. Поэтому, когда наиболее наглый соклановец, претендующий на власть, позволил себе высказаться далеко не положительно о молодой главе в ее зоне слышимости, то нарвался на взбешенную куноичи, буквально порвавшую его на лоскутки в «тренировочной» схватке. Занимаясь со мной и стараясь держать планку, Тсуме и раньше была сильной даже по сравнению со другими сверстниками Инузука, а с возрастом только приобрела опыт и стала более опасной, так что результат оказался вполне предсказуем, разом заткнув почти всех недовольных, не желающих подобной трепки. Тех, кто был способен достойно ей противостоять, можно было пересчитать по пальцам одной руки — в основном, это участвовшие еще в первой МВШ ветераны, вот только был еще один очень серьезный фактор, позволивший подруге уверенно держать власть в руках — Куромару. У Инузука вызов кидается не только шиноби, но и его партнеру, вот только желающих наехать еще и на Куромару, по своим размерам приближающегося к размеру небольшой лошади, среди других псов клана что-то не оказалось. Учитывая, что во время войны я немного над ним поработал, увеличивая физические характеристики, трудно ожидать иного. Клановцы еще около месяца поворчали, но смирились, да и мое частое появление (лечил порванного идиота и обследовал плод) в желании поддержать, помогло — Инузука, благодаря напарнице, оказались осведомлены насчет моих боевых возможностей немного больше остальных, да и животные напарники могли определять степень опасности личности намного лучше человека. Вообще, чем больше шел срок, тем старательней соклановцы избегали лишний раз попадаться раздраженной предводительнице на глаза — если в обычном состоянии Тсуме обладала тяжелым характером и была скора на расправу, то в беременном состоянии оказалась способна затерроризировать всю округу. Исключением стали лишь Цебами по понятным причинам и я — благодаря теням, способным зафиксировать будущую мамашу не причиняя вреда. Даже Куромару предпочитал лишний раз не соваться в дом, отсиживаясь в псарне.

— Ничего, им полезно лишний раз получить взбучку, — фыркнула куноичи.

— Знаешь, чакра чакрой, но на седьмом месяце лучше не прибегать к интенсивным физическим нагрузкам, — нахмурившись, покачал головой, не одобряя такое легкомысленное отношение.

Привычным усилием активировав основную технику ирьенинов, я присел на колено перед беременной девушкой и приложил руку к выпиравшему животу, оценивая состояние ребенка. Тщательное сканирование показало хорошо растущую девочку без всяких отклонений и повреждений, позволив облегченно вздохнуть. Иногда мне кажется, что за состояние Тсуме я переживаю больше, чем должна она сама.

— К счастью, все нормально, но Тсуме, никаких прыжков по крышам в таком состоянии, Куромару уже успел нажаловаться, — или ты хочешь, чтобы я запечатал тебе контроль чакры, раз уж источник трогать нельзя? Я ведь могу! — став, я грозно посмотрел на подругу, уперев руки в бока и при полной поддержке старшей куноичи. — Тебе сейчас в первую очередь надо думать о здоровье ребенка и своем.

— Ладно, не начинай, — вздохнула Инузука, отмахнувшись, — твои лекции я уже наизусть пересказать могу.

Весьма подвижной и не способной надолго усидеть на месте куноичи, вынужденные ограничения давались довольно тяжело.

— Но не спешишь исполнять, — покачав головой, я повернулся к Цебами, молча за нами наблюдавшей. — Если Тсуме будет продолжать в том же духе, то велик риск преждевременных родов, что для здоровья ребенка будет не хорошо.

— Я знаю, Рью-кун, вот только она никого не слушает, — вздохнула женщина, — а следить за каждым шагом даже у меня не получается.

— Тогда поставить надсмотрщиком Куромару, когда тебя не будет рядом, — пожал я плечами, — не все ж ему отдыхать.

— Без хорошего стимула этот паршивец даже приближаться к беременной Тсуме не хочет, — покачала головой матриарх Инузука.

— Эй, я все еще тут! — возмущенно влезла обсуждаемая особа и попыталась меня пнуть.

Уже привыкший к такому, я спокойно уклонился и отошел за пределы досягаемости.

— Инстинкт самосохранения, полагаю, — хмыкнул я и на всякий случай отошел еще больше.

Беременная куноичи оскалилась, но подниматься с кресла не стала — понимала, что все равно спеленаю быстрее, чем достанет.

— Ладно, мне пора, надо еще забежать к Ротаро и проверить его пацана — после войны, прямо волна беременностей прошла — методичка у вас есть и постарайтесь следовать рекомендациям в ней, — устало вздохнул я, смотря на скорчившую рожицу напарницу, — осталось перед родами всего пара месяцев, так что постарайся удержаться от своих обычных выходок, если не ради себя, то ради ребенка, хорошо?

— Хорошо, я постараюсь, — недовольно поджала губы девушка.

— Мда, я знаю, кого малышка будет называть папой, — внезапно хмыкнула Цебами, заставив дочь покраснеть.

— Ка-чан! О чем ты говоришь?!

— Ну так Рью беспокоится о здоровье ребенка даже больше тебя, — подколола старшая куноичи, подмигивая мне.

— Как ирьенин, это мой долг — заботиться о здоровье подопечных, — пожал я плечами, ни капельки не смутившись, — да и как по-другому, если Тсуме об этом не думает?

— Ну так у Линли ты тоже сперва был лишь ирьенином, а потом вдруг перешел в категорию мужа, — насмешливо хмыкнула Инузука, показав прекрасное знакомство с циркулирующими по деревне слухами.

На это возразить мне уже было нечего, лишь пожать плечами и поспешно удалиться, чтобы избежать подколок Цебами. Теперь осталось заглянуть к Ротаро и проверить его жену, после чего забежать к Учихам — Кушина сосватала мне свою подругу Микото, когда услышала, что наблюдаю беременность Тсуме. Эх, как будто у меня и так недостаточно дел.