Заплутали мишки, заплутали…
Ты скучаешь — вата валит с неба, По неделям вьюги и метели. У дороги домики под снегом Будто белые медведи. Заплутали мишки, заплутали! Заблудились в паутинках улиц И Большой медведице как маме В брюхо звездное уткнулись. Молоком течет по снегу ветер Обдувая сгорбленные крыши, Будто белых маленьких медведей Мама языком шершавым лижет. Заплутали мишки, заплутали! Заблудились в паутинках улиц И Большой медведице как маме В брюхо звездное уткнулись. Не грусти — сбываются надежды, Хоть деревья в зимних одеяньях, Будто мишки в шубах белоснежных, Кружатся под Северным Сияньем. Заплутали мишки, заплутали! Заблудились в паутинках улиц И Большой медведице как маме В брюхо звездное уткнулись. Ты скучаешь — вата валит с неба, Всю неделю вьюги и метели. У дороги домики под снегом, Будто белые медведи. Заплутали мишки, заплутали! Заблудились в паутинках улиц И Большой медведице как маме В брюхо звездное уткнулись. Л. Фадеев
Я вспоминаю
В январских снегах Замерзают рассветы, На белых дорогах Колдует пурга. И видится мне Раскалённое лето, И рыжее солнце На жёлтых стогах. Я вспоминаю, Тебя вспоминаю, А радость шальная Взошла, как заря. Летящей походкой Ты вышла из мая И скрылась из глаз В пелене января. Шесть месяцев были На небыль похожи, Пришли ниоткуда, Ушли в никуда. Пускай мы во многом С тобою не схожи, Но в главном мы были Едины всегда. Я вспоминаю, Тебя вспоминаю, А радость шальная Взошла, как заря. Летящей походкой Ты вышла из мая И скрылась из глаз В пелене января. А может быть ты Перелётная птица, И холод зимы Убивает тебя. И хочется верить — Весной возвратится Всё то, чем так горд И так счастлив был я. Я вспоминаю, Тебя вспоминаю, А радость шальная Взошла, как заря. Летящей походкой Ты вышла из мая И скрылась из глаз В пелене января. В. Харитонов
Мой адрес — Советский Союз
Колеса диктуют вагонные, Где срочно увидеться нам. Мои номера телефонные Разбросаны по городам. Заботится сердце, сердце волнуется, Почтовый пакуется груз… Мой адрес не дом и не улица, Мой адрес — Советский Союз! Вы, точки-тире телеграфные, Ищите на стройках меня. Сегодня не личное главное, А сводки рабочего дня. Заботится сердце, сердце волнуется, Почтовый пакуется груз… Мой адрес не дом и не улица, Мой адрес — Советский Союз! Я там, где ребята толковые, Я там, где плакаты: «Вперед!» Где песни рабочие, новые, Страна трудовая поет. Заботится сердце, сердце волнуется, Почтовый пакуется груз… Мой адрес не дом и не улица, Мой адрес — Советский Союз! А. Чуркин
Вечер на рейде
Споемте, друзья, ведь завтра в поход — Уйдем в предрассветный туман. Споем веселей, пусть нам подпоет Седой боевой капитан. Прощай, любимый город! Уходим завтра в море. И ранней порой мелькнет за кормой Знакомый платок голубой. А вечер опять хороший такой, Что песен не петь нам нельзя. О дружбе большой, о службе морской Подтянем дружнее, друзья! Прощай, любимый город! Уходим завтра в море. И ранней порой мелькнет за кормой Знакомый платок голубой. На рейде большом легла тишина, А море окутал туман. И берег родной целует волна, И тихо доносит баян: Прощай, любимый город! Уходим завтра в море. И ранней порой мелькнет за кормой Знакомый платок голубой. А. Шаганов
Конь
Выйду ночью в поле с конём, Ночкой тёмной тихо пойдём. Мы пойдём с конём по полю́ вдвоём, Мы пойдём с конём по по́лю вдвоём. Ночью в поле звёзд благодать… В поле никого не видать. Только мы с конём по полю идём, Только мы с конём по полю идём. Сяду я верхом на коня, Ты неси по полю меня. По бескрайнему полю моему, По бескрайнему полю моему. Дай-ка я разок посмотрю — Где рождает поле зарю. Аль брусничный цвет, алый да рассвет, Али есть то место, али его нет. Полюшко моё, родники, Дальних деревень огоньки, Золотая рожь да кудрявый лён — Я влюблён в тебя, Россия, влюблён. Будет добрым год-хлебород, Было всяко, всяко пройдёт. Пой, златая рожь, пой кудрявый лён, Пой о том, как я в Россию влюблён! Позови меня
Позови меня тихо по имени, Ключевой водой напои меня. Отзовется ли сердце безбрежное, Несказанное, глупое, нежное? Снова сумерки входят бессонные, Снова застят мне стекла оконные. Там кивают сирень и смородина. Позови меня, тихая родина. Позови меня на закате дня. Позови меня, грусть, печаль моя, Позови меня. Знаю, сбудется наше свидание, Затянулось с тобой расставание. Синий месяц за городом прячется, Не тоскуется мне и не плачется. Колокольчик ли, дальнее эхо ли, Только мимо с тобой мы проехали. Напылили кругом, накопытили, Даже толком дороги не видели. Позови меня на закате дня. Позови меня, грусть, печаль моя, Позови меня. Позови меня тихо по имени, Ключевой водой напои меня. Знаю, сбудется наше свидание: Я вернусь, я сдержу обещание. А. Шмульян
Дружба
Когда простым и нежным взором Ласкаешь ты меня, мой друг, Необычайным, цветным узором Земля и небо вспыхивают вдруг. Веселья час и боль разлуки Хочу делить с тобой всегда. Давай пожмём друг другу руки И в дальний путь на долгие года. Мы так близки, что слов не нужно Чтоб повторять друг другу вновь, Что наша нежность и наша дружба Сильнее страсти, больше чем любовь. Веселья час и боль разлуки Хочу делить с тобой всегда. Давай пожмём друг другу руки И в дальний путь на долгие года. Веселья час придёт к нам снова Вернёшься ты и вот тогда, Тогда дадим друг другу слово, Что будем вместе, вместе навсегда. Веселья час и боль разлуки Хочу делить с тобой всегда. Давай пожмём друг другу руки И в дальний путь на долгие года. Ю. Энтин
Учкудук
Горячее солнце. Горячий песок. Горячие губы — воды бы глоток. В горячей пустыне не видно следа… Скажи, караванщик, когда же вода? Учкудук — три колодца, Защити, защити нас от солнца! Ты в пустыне — спасительный круг, Учкудук! Вдруг дерево жизни — таинственный страж. А может быть, это лишь только мираж… А может быть, это — усталости бред, И нет Учкудука, спасения нет… Учкудук — три колодца, Защити, защити нас от солнца! Ты в пустыне — спасительный круг, Учкудук! Любой в Учкудуке расскажет старик, Как город-красавец в пустыне возник, Как в синее небо взметнулись дома И как удивилась природа сама… Учкудук — три колодца, Пусть над ним, пусть над ним светит солнце! Ты в пустыне — спасительный круг, Учкудук! Русский рок
А. Макаревич
За тех, кто в море
Ты помнишь, как все начиналось. Все было впервые и вновь. Как строили лодки, и лодки звались Вера, Надежда, Любовь. Как дружно рубили канаты, И вдаль уходила земля. И волны нам пели, и каждый пятый, Как правило, был у руля. Я пью до дна За тех, кто в море, За тех, кого любит волна, За тех, кому повезет. И если цель одна И в радости, и в горе, То тот, кто не струсил И весел не бросил, Тот землю свою найдет. Напрасно нас бури пугали. Вам скажет любой моряк, Что бури бояться вам стоит едва ли, В сущности, буря — пустяк. В бури лишь крепче руки, И парус поможет идти. Гораздо трудней не свихнуться со скуки И выдержать полный штиль. Я пью до дна За тех, кто в море, За тех, кого любит волна, За тех, кому повезет. И если цель одна И в радости, и в горе, То тот, кто не струсил И весел не бросил, Тот землю свою найдет. Марионетки
Лица стерты, краски тусклы — То ли люди, то ли куклы, Взгляд похож на взгляд, а тень на тень. И я устал и, отдыхая, В балаган вас приглашаю, Где куклы так похожи на людей. Арлекины и пираты, Циркачи и акробаты, И злодей, чей вид внушает страх, Волк и заяц, тигры в клетке — Все они марионетки В ловких и натруженных руках. Кукол дергают за нитки: На лице у них улыбки, И играет клоун на трубе. И в процессе представленья Создается впечатленье, Что куклы пляшут сами по себе. Ах, до чего ж порой обидно, Что хозяина не видно, — Вверх и в темноту уходит нить. А куклы так ему послушны, И мы верим простодушно В то, что кукла может говорить. Но вот хозяин гасит свечи — Кончен бал и кончен вечер, Засияет месяц в облаках. И кукол снимут с нитки длинной И, засыпав нафталином, В виде тряпок сложат в сундуках. Не стоит прогибаться под изменчивый мир
Вот море молодых колышет супербасы, Мне триста лет, я выполз из тьмы. Они торчат под рейв и чем-то пудрят носы, Они не такие, как мы. И я не горю желаньем лезть в чужой монастырь: Я видел эту жизнь без прикрас, Не стоит прогибаться под изменчивый мир — Пусть лучше он прогнется под нас, Однажды он прогнется под нас Один мой друг, он стоил двух, он ждать не привык; Был каждый день последним из дней. Он пробовал на прочность этот мир каждый миг — Мир оказался прочней. Ну что же, спи спокойно, позабытый кумир, Ты брал свои вершины не раз, Не стоит прогибаться под изменчивый мир — Пусть лучше он прогнется под нас, Однажды он прогнется под нас. Другой держался русла и течение ловил Подальше от крутых берегов. Он был как все и плыл как все, и вот он приплыл: Ни дома, ни друзей, ни врагов. И жизнь его похожа на фруктовый кефир, Видал я и такое не раз. Не стоит прогибаться под изменчивый мир — Пусть лучше он прогнется под нас, Однажды он прогнется под нас. Пусть старая джинса́ давно затерта до дыр, Пускай хрипит раздолбанный бас. Не стоит прогибаться под изменчивый мир — Пусть лучше он прогнется под нас, Однажды мир прогнется под нас. Поворот
Мы себе давали слово Не сходить с пути прямого, Но так уж суждено. О-о-о! И уж если откровенно — Всех пугают перемены, Но тут уж всё равно. О-о-о! Вот новый поворот И мотор ревёт, Что он нам несёт Пропасть или взлёт, Омут или брод И не разберёшь, Пока не повернёшь За поворот. Новый поворот И мотор ревёт, Что он нам несёт Пропасть или взлёт, Омут или брод И не разберёшь, Пока не повернёшь. И пугаться нет причины, Если вы ещё мужчины, Вы кое в чём сильны. О-о-о! Выезжайте за ворота И не бойтесь поворота, Пусть добрым будет путь. О-о-о! Вот новый поворот И мотор ревёт, Что он нам несёт Пропасть или взлёт, Омут или брод И не разберёшь, Пока не повернёшь За поворот. Новый поворот И мотор ревёт, Что он нам несёт Пропасть или взлёт, Омут или брод И не разберёшь, Пока не повернёшь. Пока не повернёшь. Пока горит свеча
Бывают дни, когда опустишь руки, И нет ни слов, ни музыки, ни сил. В такие дни я был с собой в разлуке И никого помочь мне не просил. И я хотел идти куда попало, Закрыть свой дом и не найти ключа. Но верил я — не все еще пропало, Пока не меркнет свет, пока горит свеча. И спеть меня никто не мог заставить, Молчание — начало всех начал. Но если плечи песней мне расправить — Как трудно будет сделать так, чтоб я молчал. И пусть сегодня дней осталось мало, И выпал снег, и кровь не горяча. Я в сотый раз опять начну сначала, Пока не меркнет свет, пока горит свеча. Е. Маргулис
Мой друг
Поднят ворот, пуст карман. Он не молод и вечно пьян. Он на взводе — не подходи. Он уходит всегда один. Но зато мой друг Лучше всех играет блюз. Круче всех вокруг Он один играет блюз. Он не знает умных слов. Он считает вас за козлов. Даже в морге он будет играть На восторги ему плевать. Но зато мой друг Лучше всех играет блюз. Круче всех вокруг Он один играет блюз. Ночь на выдох — день на вдох. Кто не выжил — тот и сдох. Обреченно летит душа. От саксофона до ножа. Но зато мой друг Лучше всех играет блюз. Круче всех вокруг Он один играет блюз. Поднят ворот, пуст карман. Он не молод и вечно пьян. Обреченно летит душа От саксофона до ножа. Но зато мой друг Лучше всех играет блюз. Круче всех вокруг Он один играет блюз. Ф. Чистяков
Иду. Курю
Возвращаюсь раз под вечер, Накурившись гашиша. Жизнь становится прекрасна И безумно хороша. Иду. Курю. Иду. Курю. И в ушах звон шелестит листвой, И стоит туман над рекой Невой. А над рекой Невой стоит туман, Над дурман-травой стоит туман, Над рекой Невой стоит дурман, Над дурман-травой Пам-парам-пам. А я иду. А-а-а Курю. А-а-а Иду. Курю. Пройдусь по Абрикосовой, сверну на Виноградную И на Тенистой улице я постою в тени. Иду. Курю. Иду. Курю. Настоящему индейцу
Настоящему индейцу надо только одного Да и этого немного, да почти что ничего. Если ты, чувак, индеец — ты найдешь себе оттяг. Настоящему индейцу завсегда везде ништяк! Эх, трава-травушка, травушка-муравушка Эх, грибочки-ягодки да цветочки-лютики Эх, березки-елочки, шишечки-иголочки Эх, да птички-уточки, прибаутки-шуточки… Ну, а если наш индеец вдруг немного загрустит Он достанет папиросу и покурит посидит Посидит, подумает, что-нибудь придумает Ну, а если грустно станет так он песню запоет Эх, трава-травушка, травушка-муравушка Эх, березки-елочки, шишечки-иголочки Эх, цветочки-лютики да грибочки-ягодки Эх, да птички-уточки, прибаутки-шуточки… А под вечер все индейцы соберутся у стола, Заколотят трубку мира — прояснится голова. И про прерии простор поведут свой разговор Где ж вы кони наши кони что несут во весь опор?! Эх, трава-травушка, травушка-муравушка Эх, березки-елочки, шишечки-иголочки Эх, цветочки-лютики да грибочки-ягодки Эх, да птички-уточки, прибаутки-шуточки… Человек и кошка
Человек и кошка плачут у окошка Серый дождик каплет прямо на стекло. К человеку с кошкой едет неотложка, Человеку бедному мозг больной свело. Доктор едет, едет сквозь снежную равнину. Порошок целебный людям он везет. Человек и кошка порошок тот примут, И печаль отступит, и тоска пройдет. Человек и кошка дни с трудом считают, Вместо неба синего серый потолок. Человек и кошка по ночам летают, Только сон невещий крыльев не дает. Доктор едет, едет сквозь снежную равнину. Порошок целебный людям он везет. Человек и кошка порошок тот примут, И печаль отступит, и тоска пройдет. Где ты, где ты, где ты, белая карета? В стенах туалета человек кричит. Но не слышат стены, трубы словно вены, И бачок сливной, как сердце, бешено стучит Доктор едет, едет сквозь снежную равнину. Порошок целебный людям он везет. Человек и кошка порошок тот примут, И печаль отступит, и тоска пройдет. В. Цой
Группа крови
Теплое место, но улицы ждут отпечатков наших ног. Звездная пыль — на сапогах. Мягкое кресло, клетчатый плед, не нажатый вовремя курок. Солнечный день — в ослепительных снах. Группа крови — на рукаве, Мой порядковый номер — на рукаве, Пожелай мне удачи в бою, пожелай мне: Не остаться в этой траве, Не остаться в этой траве. Пожелай мне удачи, пожелай мне удачи! И есть чем платить, но я не хочу победы любой ценой. Я никому не хочу ставить ногу на грудь. Я хотел бы остаться с тобой, просто остаться с тобой, Но высокая в небе звезда зовет меня в путь. Группа крови — на рукаве, Мой порядковый номер — на рукаве, Пожелай мне удачи в бою, пожелай мне: Не остаться в этой траве, Не остаться в этой траве. Пожелай мне удачи, пожелай мне удачи! Звезда по имени Солнце
Белый снег, серый лед, На растрескавшейся земле. Одеялом лоскутным на ней — Город в дорожной петле. А над городом плывут облака, Закрывая небесный свет. А над городом — желтый дым, Городу две тысячи лет, Прожитых под светом Звезды По имени Солнце… И две тысячи лет — война, Война без особых причин. Война — дело молодых, Лекарство против морщин. Красная, красная кровь — Через час уже просто земля, Через два на ней цветы и трава, Через три она снова жива И согрета лучами Звезды По имени Солнце… И мы знаем, что так было всегда, Что Судьбою больше любим, Кто живет по законам другим И кому умирать молодым. Он не помнит слово «да» и слово «нет», Он не помнит ни чинов, ни имен. И способен дотянуться до звезд, Не считая, что это сон, И упасть, опаленным Звездой По имени Солнце… Кукушка
Песен еще ненаписанных, сколько? Скажи, кукушка, Пропой. В городе мне жить или на выселках, Камнем лежать или гореть звездой? Звездой. Солнце мое — взгляни на меня, Моя ладонь превратилась в кулак, И если есть порох — дай огня. Вот так… Кто пойдет по следу одинокому? Сильные да смелые Головы сложили в поле в бою. Мало кто остался в светлой памяти, В трезвом уме да с твердой рукой в строю, В строю. Солнце мое — взгляни на меня, Моя ладонь превратилась в кулак, И если есть порох — дай огня. Вот так… Где же ты теперь, воля вольная? С кем же ты сейчас Ласковый рассвет встречаешь? Ответь. Хорошо с тобой, да плохо без тебя, Голову да плечи терпеливые под плеть, Под плеть. Солнце мое — взгляни на меня, Моя ладонь превратилась в кулак, И если есть порох — дай огня. Вот так… Э. Шклярский
Весна
Был я в школе герой, я учился на пять, Я знакомые буквы любил повторять, Я разгадывал книги как шифр, пытался узнать Что такое весна. Отыскал я на карте серебряный пруд, Где деревья ночами о листьях поют, Они тоже могут забыть от долгого сна, Что такое весна. Рисовал я птиц на белых листах, Я учил их петь, я учил летать, Я учил их летать. Кто тетрадь исписал миллионами слов, Кто часами смотрел не мигая в окно, А я снова мечтал о своем, я не мог больше ждать, Когда будет весна. Вот уж стало темно, дал учитель звонок, И к деревьям своим я бежал со всех ног. Они скоро могут забыть от долгого сна. Что такое весна. Рисовал я птиц на белых листах, Я учил их петь, я учил летать, Я учил их летать. Вечер
Подкрался сзади вечер, весь город им укрыт, И надо бы развлечься, как нам быть? Я знаю ты услышишь — откликнешься на зов, Я позвоню — ты будь готов. Зажав в руке последний рубль, уйдем туда, уйдем туда, Где нам нальют стакан иллюзий и бросят льда, и бросят льда. И снова будет целый вечер глушить толпу гитары звон, Дым табака укроет плечи, и будет плавиться капрон. О-о-о! О-о-о! Как мне легко! Как мне легко! Что можно выпорхнуть в окно. О-о-о! О-о-о! Певец терзает голос, мигает в зале свет, Но нас не раздражает, нет. И мы еще закажем, монет не хватит пусть, Ведь я платить не тороплюсь. Давай дадим друг другу руки, ведь этот вечер не для сна, И лихо спляшем буги-вуги, а что еще осталось нам? Пусть чей-то взгляд опять обманет, пусть в танце станет горячо. Эй, музыкант! Бей в барабаны, давай еще! Давай еще! О-о-о! О-о-о! Как мне легко! Как мне легко! Что можно выпорхнуть в окно! О-о-о! О-о-о! Давай еще! Давай еще! Давай еще! Я почти итальянец
Ты думал — мы дети белого холода, Ты думал — мы больше не сделаем шаг, И новые ветры вернутся не раньше, Чем ты досчитаешь до ста. Ты думал — дыхание наше глубоко, Ты думал — наверно, мы скованы сном. А мы открыли двери и окна настежь, А иначе зачем это все. Мне опять захотелось тепла и я жду, Вот сейчас мое сердце расплавится, Я почти итальянец… Я почти итальянец… Вот и то, что я ждал, уже началось, И я кружусь в фантастическом танце. Я почти итальянец… Я почти итальянец… Ты думал — огонь в нашем доме погашен, Ты думал — мы спорим опять ни о чем, А мы открыли двери и окна настежь, А иначе зачем это все. Мне опять захотелось тепла и я жду, Вот сейчас мое сердце расплавится, Я почти итальянец… Я почти итальянец… Вот и то, что я ждал, уже началось, И я кружусь в фантастическом танце. Я почти итальянец… Я почти итальянец… Песни-пародии и стилизации
Автор неизвестен
Кинь бабе лом
Стилизация под песню Битлз «Can't Buy Me Love» Она одна всегда войдет В горящую избу, Она одна всегда коня Остановит на скаку, Она не споря с мужиком, Лишь попросит об одном: — Кинь бабе лом, лом, Лом, лом… Кинь бабе лом, лом, Лом, лом, лом, лом! Она всегда хмельного мужа Дотянет до дверей, Она с утра похмелит пивом, Если скажет он: «Налей!» Она не споря с мужиком, Лишь попросит об одном: — Кинь бабе лом, лом, Лом, лом… Кинь бабе лом, лом, Лом, лом, лом, лом! И пускай идут года — Она не бросит никогда Своего дурного, Но родного мужика. Вот ты знаешь что почем — Просто кинь бабе лом! Кинь бабе лом, лом, Лом, лом… Кинь бабе лом, лом, Ло-о-ом! Пародия на песню «Жизнь цыганская»[16]
На степи молдаванские Пролился свет костров, А где шатры цыганские, Не видимо шатров, Цыган не вижу в стане я — Ночной покину стан. Одни воспоминания Остались от цыган Ничего стою не пэ-ни-мэ И не могу сказать ни бэ, ни мэ, Ай нэ нэ нэ нэ нэ, ай нэ нэ, Ай нэ нэ нэ нэ нэ, ай нэ нэ, Две гитары за стеной Жалобно не ныли, В финский домик из шатров Цыган переселили, Эх, цыган уже дорос — Вместо табора колхоз, Лучший сорок совнархозов, Чем цыганский наш обоз. Эх, цыганы, да молодыя, Честные, не подлыя — Раньше были кочевые, А теперь оседлыя. Эх, раз, ай да пан — Стал колхозником цыган, Лучший сорок музансамблей, Чем один цыганский стан. От чего, ты дай ответ, На глазах слезинки, Ведь в ансамбле черных нет, А лишь одни блондинки. Эх, цыган уже дорос, Вместо табора колхоз, Лучший сорок совнархозов, Чем цыганский наш обоз. Хочешь, сокол, мысли угадаю: Где и как проводишь вечера? А вот про Вольфа Мессинга я знаю, Он погадает, как я в таборе вчера. Ты не ищи в своей красотке счастья, Ведь у нее другой король в груди, Ты не смотри на даму светлой масти, Ты на цыганку, сокол, посмотри. 1962? Пародия на песню «Темная ночь» из к/ф «Два бойца»[17]
Тёмная ночь, тишина полегла над Невой. В парк уходит последний трамвай, звуки радио льются. Темная ночь. Всех испортила женщин война… И теперь вот такие слова в этой песне поются. Танцы, кино, маскировкой закрыто окно, Но в квартире военных полно — от сержанта и выше. Ты меня ждешь, а сама с капитаном живешь. И от детской кроватки тайком ты в кино убегаешь. Ты не ждала́ — я случайно попал в Ленинград И у детской кроватки тебя не застал, не увидел. В доме застал я висячий замок на двери, А кроватка, где сын мой лежал, опустела навеки. Годы пройдут, будет тихая мирная жизнь… Знаю, встречусь с любовью моей, но уж к ней не вернуся. Я не вернусь, где бы стены встречали меня; Больше ты не увидишь меня, что б со мной ни случилось. Пародия на песню Ю. Кукина «За туманом»
Что-то странное твориться между нами. Только я один, похоже, не чудак. Я гоняюсь за деньгами, за деньгами И со мною вам справиться никак. Люди пьяные дурманом, Люди едут за туманом, Люди полные фантазий и тоски, А я еду, а я еду за деньгами — За туманом едут только дураки. Понимаете, как глупо и неостро От проблемы постоянно убегать, Поселяться в глухомань или на остров, В робинзоны по-ребячески играть, Собирать неперестанно В путь-дорогу чемоданы, От себя себя пытаться увести. А я еду, а я еду за деньгами — За туманом едут только дураки. Начитался ты романов, и, наверно, Тебе хочется любовь свою найти. Затеряешься в тумане безразмерно, Постоянно спотыкаясь на пути. Выкинь дурь из своих планов, Не гоняйся за туманом, Свой покой и свой рассудок сохрани, И со мною отправляйся за деньгами — За туманом едут только дураки. А. Кортнев
Зачем Герасим утопил Муму
Стилизация под песню из к/ф «Генералы песчаных карьеров»[18] Зачем Герасим утопил Муму, Я не пойму, я не пойму. В каком бреду он был, в каком дыму? Ведь не к добру, не по уму. Что он за чувства чувствовал внутри, Пока она пускала пузыри? Они брели по берегу вдвоём, Уже была близка беда. Муму манил прохладный водоём, И вот тогда, и вот тогда Он привязал к Муме два кирпича Глаза садиста, руки палача. Мума могла бы ещё долго жить, Растить щенков, гонять гусей. Зачем Герасим стал её топить В пруду, к стыду России всей? С тех пор в любой порядочной семье Всегда жива легенда о Муме. Живи, но помни, что однажды в дом К тебе судьба войдёт с метлой, Тогда скули себе, виляй хвостом Судьба глуха, как тот немой. Не зарекайтесь, люди, от чумы, Сумы, тюрьмы и участи Мумы… Ю. Кукин
Пародия на А. Городницкого
Когда на сердце тяжесть и плохо в животе, Спешите к Эрмитажу, пусть даже в темноте, Где без питья и хлеба — тюремного пайка, Атланты держат небо на каменных руках. Держать его махину — не мёд и не шашлык, Особенно кто хилый и с детства не привык. А рядом бабы ходят, с друзьями водку пьют… А им колени сводит — им смены не дают. Стоят они, ребята — точёные тела, Поставлены когда-то в чём мама родила. И вдруг, на эти штуки ужастно разозлясь, Они отпустят руки, и небо с неба — хрясь! И даже над Канадой не будет синевы. «Не надо, ох, не надо!» — так закричите Вы. Надежда сохранится до той поры пока Подержит Городницкий на собственных руках. М. Ножкин
Если зуб разболелся вдруг…
Пародия на «Песню о друге» В. Высоцкого Если зуб разболелся вдруг, Если боль невтерпеж, так что ж, Ты тогда не кричи — лечи Существуют врачи. Ты к врачу на прием бегом, Прямо в кресло садись — держись, В общем как на себя самого Положись на него. Если врач не мастак, а так. Понимает в зубах, не ах. Если сразу не разберешь, Плох он или хорош! Ты не сразу за дверь, проверь. Не бросай одного его. Пусть он даже не в зуб ногой — Будешь знать кто такой. Ты врачей не брани, они Хоть кричи не кричи — врачи. Ты не знаешь с каким трудом Получают диплом! Но бывает средь них иной Пусть хоть стаж не ахти какой, Но такому, как он палачу Зуб любой по плечу. И когда ты к нему больной, Пусть он был и хмельной и злой, И твой зуб из последних сил Материл, но тащил! И неважно, что был он груб, И что вырвал здоровый зуб. Ты не сразу поймешь, не вдруг — Это истинный друг. С. Стребков (Stribog)
Беги через джунгли
Стилизация под песню «Run Through The Jungle» группы «Creedance» М-16 бьется За моей спиной Если я остановлюсь — Ждет меня Ханой. И я бегу через джунгли, Я бегу через джунгли, Я бегу через джунгли — Бегу от партизан! Вот мой приятель Билли На моем горбу — Не хочу, чтоб он вернулся В цинковом гробу. И я бегу через джунгли, Я бегу через джунгли, Я бегу через джунгли — Бегу от партизан! Для чего нам нужно Было в петлю лезть? Ты ответь нам, Дядя Сэм, Почему мы здесь? Мы бежим через джунгли, Мы бежим через джунгли, Мы бежим через джунгли — Бежим от партизан! Напалм и «Рейджен Орендж» Нам не помогли. Из Вьетнама еле-еле Ноги унесли! Там бегут через джунгли, Там бегут через джунгли, Там бегут через джунгли, Бегут от партизан! Если ты остался — Не успел уйти — Брось винтовку и что может Помешать в пути. И беги через джунгли, Ты беги через джунгли, Ты беги через джунгли, Беги от партизан.
