Главная палочка Нью-Йорка (СИ)

Прогулка с Рикардой прошла более-менее. Она по моей просьбе показала мне несколько интересных мест, магазинов и кафе, где часто делают скидки и проводят акции с распродажами, позволяющими существенно сэкономить. Заметил, что её удивила моя просьба, но к чести девушки замечу, что она постаралась это скрыть и никак не акцентировала на этом внимание. Побывали в небольшом парке, прошлись по набережной в восточной части района. С помощью спутницы я подобрал себе постельное бельё, химию для стирки вещей и кое-какие мелочи для дома. Даже купил прибор для «выжигания» следящей аппаратуры. Он, правда, не разбирал и палил всю электронику в ограниченном радиусе. Так что, работать с им придётся осторожно, чтобы не отправиться потом за новым холодильником и прочим бытовым добром.

Вела Рикарда себя очень прилично, к месту шутила, вовремя замолкала, чтобы выслушать меня, общалась спокойно, без ужимок и пошлых намёков. Но когда я предложил сходить в кафе, сказав, что, мол, она мне так помогла, что я просто обязан ей столик со всякими вкусностями, её поведение несколько изменилось. А вскоре после этого она торопливо попрощалась и ушла, сославшись на срочные дела. Лишь позже я понял, что приглашать в кафе должна была она. Наверное, моё поведение для неё показалось, м-м, мягко говоря, странным, может даже неприличным. Впрочем, уже на следующий день я забыл про этот эпизод, который оказался вытеснен другим, бывшим на порядок более значительным — во мне пробудился Дар!

Дар, понимаете? Я стал суперчеловеком!!!

Всё случилось во сне. Списываю разблокировку на подсознание, которое помогло разобраться, как пользоваться открывшимися способностями. К слову сказать, такие открытия во сне и в прошлой жизни меня иногда посещали. Вот, бывало, бьёшься над проблемой, голову ломаешь, часами в интернете сидишь, журналы и справочники перелистываешь и всё без толку. А через несколько дней во сне приходит озарение вместе с решением проблемы.

Так случилось и сейчас. Да, я говорил, что был момент в моей жизни, когда увлекался Поттерианой? Так вот, возможно то далёкое увлечение в первой жизни сыграло свою роль в, эм-м, даже не знаю, как будет правильно сказать-то, наверное, так — стилизации внешнего проявления моей способности. Мой Дар в мире суперлюдей выглядел в виде волшебной палочки и произношения заклинания, с одновременным взмахом той. Палочка, кстати, выглядела призрачной — слегка светилась и была полупрозрачной. Но при этом в руке ощущалась полностью материальной. Наверное, кто-то мог её принять за отлитую из прозрачной эпоксидки с добавлением флуоресцентной краски.

Разумеется, я первым делом попытался проверить работоспособность киношно-книжных заклинаний, которые вспомнил. Забрался в ванную, занавесил там всё простынями и одеялом на тот случай, если моя паранойя правду нашёптывает насчёт слежки, перед этим поводил по стенам, потолку и полу антишпионским прибором. И, как того следовало ожидать, ничего не получилось. Все эти «ступефаи», «бомбарды» и прочие «энклозио» да «конарус» были просто звуками.

— Ну, что ж, попытаться всё равно стоило, — пожал я плечами, ничуть (почти) не расстроившись провалом.

Во сне я сам создавал свои заклинания по тому же типу, которым воспользовалась приснопамятная Роулинг. Имею в виду исковерканную латынь. Для этого я скачал из интернета англо-латинский словарь и голосовой переводчик с текста, позже добавил программу транслитерации. Необходимые для занятия магией на дому чистые листы бумаги заменил большой ежедневник, который я ранее приобрёл вместе с разными мелочами. Последним предметом, который я утащил в санузел, был маленький кухонный нож с керамическим лезвием такой остроты, что оно с лёгкостью срезало редкие волоски на моей тонкой ручонке. Острым — куда там иголке — кончиком ножа я проколол подушечку на левом мизинце и стал водить им по бумаге, рисуя слово «свет» на латинском. Далее несколько раз послушал, как это будет звучать в переводе, раз десять повторил и, наконец, приступил к самому важному. Если верить знаниям из сна, то мне нужно коснуться кончиком палочки надписи и чётко произнести слово-заклинание.

— Люк… ай, мать! — стоило приступить к магии, как палочка слегка обожгла ладонь. В итоге создание заклинания сорвалось. Самое интересное, слово, написанное кровью, сначала расплылось бурой кляксой, а потом сгорело, оставив неровную прожжённую дыру в бумаге. При этом соседние листы в ежедневнике ничуть не пострадали, даже не запачкались от пепла.

Следующую попытку я повторил минуту спустя. Теперь я знал, чего мне ожидать от процесса. Опять пришлось колоть палец и водить им по странице. Опять прикладывать кончик волшебной палочки к кровавому рисунку и отчётливо произносить:

— Люкс!

На этот раз я был готов к боли и спокойно перетерпел её. Даже показалось, что во второй раз она оказалось заметно слабее. Слово стянулось сначала в кляксу, потом собралось в кровавую каплю, которая втянулась в палочку. Страница же мгновенно превратилась в чёрный пепел.

— А теперь проверка работоспособности, — тихо пробормотал я, поднял палочку к потолку и повторил. — Люкс!

На её кончике резко вспыхнула ярчайшая искра, заставив сильно прищуриться. По мощности заклинание было на уровне лампочки ватт в сорок. Вполне себе неплохо. Никакого неприятного чувства в момент активации я не ощутил, ни боли, ни слабости. Из этого следует, что тяжело мне только при создании заклинаний.

— Люкс! Люкс! Люкс!

После каждого слова к первой искре на палочке присоединялась ещё одна, делая свечение ещё ярче. Наверное, предел усиления заклинания есть, но к тому времени я могу освещать всё вокруг не хуже прожектора. Отключить чары удалось мыслью, пожелав убрать свет.

Следующим изученным заклинанием стал шар света. При его создании палочка причиняла боль немногим сильнее, но вполне терпимо.

«Представляю, что придётся пережить, когда возьмусь за непростительные», — покачал я мысленно головой, разминая ноющую правую ладонь после того, как очередная красная капля поместилась в волшебной палочке, а страница ежедневника превратилась в прах.

— Глёбус люкс!

С острого кончика палочки сорвался ослепительный белый шар света, поднялся к самому потолку и… потух, оставив после себя в глазах зелёные «зайчики».

— Не понял? — нахмурился я.

Озарение пришло очень быстро. Я предположил, что нужно указать время в заклинании. Так родились три заклинания: глёбус люкс минутис, глёбус люкс дэцэм минутис и глёбус люкс диу. Минута, десять минут и длительный. После создания заклинаний, я сделал себе перерыв, так как рука стала жутко ныть и гореть, словно плеснул на неё кружку горячего чая. На целый час я сунул её в холодную воду. Когда болезненные ощущения прошли, я вернулся в ванную и продолжил эксперименты с секундомером. Часы показали, что световой шар работает ровно столько, сколько «разрешает» ему заклинание. Не удалось проверить время лишь у последнего заклинания. Забегая вперёд, скажу, что энергии в «диу» хватило почти на сутки.

— Я теперь смогу не платить за электричество по вечерам, хватит двух «диу», — развеселился я, придумав заклинаниям реальное применение в быту.

Новыми заклинаниями, которые выучил за остаток дня, были: сомнус (спать), йэйуниум сомно (крепко спать), infirmitate (слабость), calcitrare (пинок) и calcitrare aucti (сильный, мощный пинок), pugnus (кулак он же удар кулаком), и pugnus aucti. Эти заклинания я посчитал за условно боевые. За по-настоящему опасные чары решил взяться в ближайшие дни со свежими силами и без ноющих рук. Последние заклинания я изучал палочкой, зажатой в левой руке, и теперь держал обе кисти в тазике с водой и льдом, чтобы унять жжение.

На следующий день в книгу заклинаний попали ещё новые чары: глёбус игнис (огненный шар), фульгур (молния), глёбус фульгур (шаровая молния), глёбус фульгур аукти (мощная шаровая молния), скутум (щит). Последнее заклинание я сумел проверить в ванной, так как оно не несло разрушений. После активации с кончика палочки сорвался луч света, который на расстоянии полуметра от нее расширился в полупрозрачный голубой диск, диаметром около метра, который не пропускал сквозь себя ничего. Может быть, даже сумеет сдержать пулю. На всякий случай я изучил ещё и скутум аукти, чтобы гарантированно защитить себя при попадании под обстрел. Последним защитным заклинанием стало глёбус скутум аукти. Если я успею его активировать, то, пожалуй, выживу и во время буйства Халки, когда та всё крушит на своём пути. В защитной сфере мне будет ни по чём ни её кулаки, ни обломки зданий, ни случайные пули, снаряды и осколки из оружия, из которого обычно рано или поздно начинают обстреливать эту зелёную бешеную бабу. И ведь знают, что это не поможет, только больше злит и делает сильнее великаншу. Но, блин, стреляют.

Следующий день я решил посвятить отдыху, чтению новостей и заживлению исколотых пальцев. И только на третий я выбрался на улицу. В недорогом магазинчике в своём районе я купил толстовку с капюшоном, плотные штаны и высокие ботинками. В хозяйственном приобрёл прочные резиновые перчатки, респиратор с фильтром от запахов, верёвку. Ещё взял немного продуктов, еду, которую ненужно готовить и можно есть всухомятку, воду, рюкзачок, баллончик со светящейся краской, раскладной трёхногий табурет. Переодевшись в примерочной, я спрятался под капюшоном от женских взглядов, накинул на плечи рюкзак с купленным добром и поплёлся на поиски спуска в канализацию в тихом безлюдном месте. В обычной бесформенной одежде, нагруженный, как ишак и в капюшоне я стал невидимкой для толпы. Никто во мне не видел мужчину.

Спустя полчаса я нашёл пустой тупик с канализационным люком за мусорными бачками. Пришлось немного повозиться, чтобы поднять и сдвинуть в сторону неподъёмную крышку. Для моего нынешнего хилого тела это было тем ещё подвигом.

— Мать иху, нужно было выучить заклятие на силу, а не на слабость, и применить его на себя, — отдуваясь, произнёс я, сидя на краю колодца свесив ноги вниз. — Уф, тяжко-то как.

Канализация была самым подходящим местом, где я бы мог проверить боевые и опасные заклинания в Нью-Йорке. И вроде бы самым безопасным. По крайней мере, я не мог припомнить масштабных происшествий под землёй. Плюс, вроде бы никто тут не живёт из опасных тварей. Черепашки? Кажется, они из другой вселенной. Но даже если и попали они в марвеловскую, как Чудо-женщина с Гигантой, то эти мутанты к людям лояльны, ещё и помогут при случае. Ещё вроде как у Карательницы под землёй база, где она хранит аж целый мотоцикл. Ну, так я не преступник и тем более мужчина, она как минимум меня проигнорирует. А других персонажей-подземников я не припоминаю. В крайнем случае, если нарвусь на каких-нибудь неизвестных мутантов, то отобьюсь от них магией. Имеющийся набор у меня на все случаи жизни. Почти на все.

Отдышавшись, я достал респиратор и натянул его на лицо, чтобы не страдать от миазмов канализации во время своего путешествия под землёй в поисках подходящего места для тренировки. Поначалу пришлось идти среди потоков жидкости, которую водой нельзя было назвать даже с натяжкой. Но вскоре повезло наткнуться на боковой проход с железной дверью. За ней оказалось совсем другое подземелье. Сырое, куда уж без этого под землёй, но зато без вони отходов жизнедеятельности человека. Свой путь я отмечал краской на стене, чтобы на обратной дороге не плутать.

Наконец, я вышел в просторный зал, из которого вели в разные стороны несколько коридоров. Здесь-то я и решил опробовать свои чары, которые опасался активировать в квартире. Первым делом я подвесил под потолком в углах четыре «диу». Их было достаточно, чтобы всё видеть и не щуриться от яркого света. Для отработки боевых заклинания я выбрал стену, где не было никаких коммуникаций: труб и проводов. А её бетон, надеюсь, достаточно прочный и толстый, чтобы выдержать магические удары.

— Ну-с, приступим, — пробормотал я.

— Интересно, к чему, милый мальчик? — от прозвучавшего за моей спиной чужого женского голоса у меня волосы встали дыбом по всему телу. — Примешь в свою компанию?

Я прыгнул вперёд, не удержался на ногах и покатился по грязному и сырому бетонному полу под женский смех. Когда я встал на ноги и обернулся, то увидел трёх бледнокожих красавиц, чьи глаза поблескивали красными огоньками.

«Вампиры?! Бли-ин!», — взвыл я про себя, затем выставил палочку и предупредил. — Не подходите, а то…

— А то? — повторила одна из них, улыбнулась и наклонила голову набок. — Что?

А у меня в голове билась мысль: смогу я пережить укус вампира без последствий или стану таким же кровососущим гадом? Подстёгнутый адреналином мозг неожиданно выдал воспоминание про вселенную-ответвление, где Логана укусил Дракула и тот обратился в упыря, став Росомахой-лордом вампиров. То есть, мой Дар совсем не панацея и лучше не доводить до укуса.

Я отвёл палочку немного в сторону и опустил её, после чего одними губами, чтобы не давать ненужной информации врагам, произнёс:

— Пугнус аукти!

Мощный удар невидимого кулака выбил бетонную крошку и снёс слой грязи рядом с тем местом, где стояла крайняя слева вампирша. Этой демонстрации хватило, чтобы те порскнули в стороны и разбежались по залу, взяв меня в полукольцо. Я взмахнул палочкой, выбрав одну из вампиров, что подобралась ближе всех.

— Пуг… — договорить мне не дал чудовищной силы удар по руке и в правый бок, который отбросил меня на несколько метров.

Дыхание перехватило, рука заболела так, что хотелось по-щенячьи выть, так ещё и лицом приложился о пол, который стесал мне кожу на лбу, как наждачка.

— Расслабились, неженки? Не понятно, что от паранорма можно всего ожидать? — я услышал новый женский голос, полный злости и презрения.

— Он же мужчина, Мирта. И медленный совсем, мы за ним десять минут шли, так он едва плёлся и дышал, как больной, — заискивающе ответила той вампирша, которая первая начала общение со мной.

— Он паранорм, дура! Они и парализованные могут быть опасны. Их сила не в теле.

— Я…

— Заткнись. Ищите, куда улетел его жезл.

— Хорошо, Старшая, мы сейчас, мы быстро.

Пока троица искала несуществующую палочку, Мирта подошла ко мне и подняла в воздух на шкирку, как котёнка. Я только-только стал возвращать контроль над пострадавшим телом, как опять от такой бесцеремонности то отозвалось жуткой вспышкой боли, парализовав не только руки-ноги, но и сами мысли. Кажется, я обзавёлся парочкой переломов рёбер, а не только отделался одной рукой.

— Вкусно пахнешь, — усмехнулась мне прямо в лицо здоровенная негритянка, ростом под два метра с короткой причёской и волосами, чей цвет вызвал в моей голове мысль «пергидрольные какие-то». Симпатичное лицо портили крупные клыки, выступающие из-под верхней губы и злое выражение. Одета она была в красный спортивный костюм. Его верхнюю часть туго натягивали такие шары, что с трудом верилось в натуральность таких сисек. После этих слов она провела языком по моему расцарапанному лбу. — И на вкус неплох.

Вот тут меня проняло до печёнок. Моя кровь и её слюна только что смешались. Шок, злость и отчаяние смешались, получилась гремучая смесь, которая на время убрала боль в теле. Я махнул левой рукой, цепляясь за натянутую ткань спортивной куртки.

— Не спеши, тебе ещё пару часов нужно потерпеть, пока не станешь сильным, — хмыкнула она. — Не люблю мужчин слабаков, знаешь л…

На этот раз роли поменялись, и уже я её прервал на полуслове.

— Кальцитраре аукте! — прошипел я, создав палочку в левой руке. Сильнейшее ударное заклинание в моём арсенале, созданное вплотную к телу негритянки, отшвырнуло ту до самой стены. А это метров восемь! Правда, выпустила вампирша меня не сразу. И от рывка у меня чуть позвоночник не сломался. Ещё повезло, что дешёвая одежда не выдержала такой нагрузки и порвалась. А ведь мог лететь вместе с Миртой до бетонной стены. — Фульгур!

Голубая ломаная струя бело-голубого света ударила в стену рядом с поверженной Старшей. Мимо, блин!

— Фульгур! Фульгур!

С третьей попытки у меня получилось попасть точно в грудь твари. К слову, вместо шаров там сейчас было нечто аморфное, раздавленное в хлам и вдавленное вместе с рёбрами в грудную клетку. И при этом вампирша была жива и, кажется, боли особо-то и не чувствовала, если судить по той злости в её глазах, с которой она смотрела на меня.

Отвлёкшись на главную обидчицу, я забыл про ещё трёх кровососок и поплатился за это. Сильный удар в живот чуть не заставил выплюнуть кишки.

— На, гадёныш!

Следом был удар подошвой кроссовка по ладони.

— На ещё, чёртов мутант!

— Не убей его, Ирга, Старшая сама хочет с ним поквитаться, — донёсся до меня голос одной из молодых вампирш, как сквозь подушку. После этого избиение прекратилось.

«Эта тварь ещё жива? — удивился я про себя, услышав про Мирту. — Чем же её убить?!».

Я почувствовал, как меня ногой переворачивают на живот, заводят искалеченные руки за спину и чем-то связывают. И, конечно, всем было плевать на мои стоны боли, которую мне причиняли их действия. Потом меня подтащили к стене и прислонили к ней, недалеко от Мирты, которая выглядела страшно после ударов магии, но оставалась в сознании и была живёхонька. Уставившись на меня красными глазами, она зашевелила губами. Но то ли не смогла даже прошептать, то ли я оглох после побоев, но так ничего и не услышал. На её грудь старался не смотреть. Там после магического пинка и разряда молнии был страх и ужас. Не будь мне самому паршиво, то сейчас проблевался бы от омерзения. Убедившись, что самый опасный противник выведен из строя на некоторое время, я повернул голову в сторону той троицы, что, как оказалось, шла за мной по пятам до этого зала.

Все трое были высокими и красивыми девушками атлетического сложения. Впрочем, в этом мире это норма. Как норма — это худые, низкого или среднего роста и болезненного вида мужчины. Генетика, туды её в качель, как приговаривал один дед из моих соседей по дому. Их светлая кожа в свете магических фонарей казалась ещё бледнее, а вот красные огоньки в глазах этим светом подчёркивались, делая красоток мрачными готками. Все трое носили джинсы, кожаные штаны, кроссовки, футболки, а поверх них короткие курточки, сейчас расстёгнутые.

— Что смотришь? — зло сказала одна из них. — Сёстры, может, подтащить его поближе к Мирте и пусть она напьётся его крови?

— Нет, она хочет его сделать птенцом. А в таком состоянии не удержится и выпьет досуха. Нужно немного подождать.

Я опять посмотрел на раненую и увидел, как она на секунду закрыла глаза, подтверждая, что всё так и есть.

— Ну, спасибо за заботу, — с трудом произнёс я. — Ничего, когда я приду в себя, то от вас останутся только уши с зубами. Я из них себе ожерелье сделаю.

— Ты? Мужчинка? — фыркнула одна из трёх. — Не смеши.

— Когда ты пройдёшь обращение, то даже подумать плохо про Старшую будет не в твоих силах, — злорадно сообщила мне, кажется, Ирга. — Станешь ей тапочки носить, ноги облизывать.

— И не только ноги, — добавила следом последняя из их троицы.

«Чёрт, ну, вот откуда здесь вампиры и почему я ничего про них не знаю? Если это мир Мстителей и Людей-Х, то вампиров тут быть не должно, — с тоской подумал я. — Тот, кто сделал эту солянку был тем ещё придурком… или, блин, вампиры в марвеле есть, если вспомнить ту вселенную с Росомахой-лордом? А если я в неё и угодил?!!».

От этой мысли меня прошиб ледяной пот. Жить в мире с вампирами я не хотел, но ещё меньше хотел жить в вампирском мире, где не осталось чистых людей стараниями Логана.

— Что молчишь? — поинтересовалась Ирга.

— С будущими трупами разговаривать? Пфе, вот ещё, — процедил я.

В ответ та зашипела, как натуральная кобра.

То, что мне связали руки, несколько мешало, но оказалось не критичным. Я сумел создать палочку и так. Этот момент остался незамеченным врагами. Сами виноваты, что завернули мне их за спину. Пусть теперь расхлёбывают свои проблемы из-за личной безалаберности.

— Глёбус скутум аукти! — одними губами сказал я, вкладывая дикое желание в то, чтобы заклинание сработало так, как нужно. Секунду спустя вокруг меня появился пузырь с почти прозрачными стенками, по которым иногда пробегали разноцветные всполохи.

— Что?! Но как?! — выкрикнула Ирга, отпрыгнув назад, подальше от защитной сферы. — Ублюдок, как ты это делаешь?

Я проигнорировал её, так как вместе со мной в шаре оказалась и хренова Мирта, которая уже начала шевелиться. Сфера в диаметре оказалась порядка двух метров и самым краешком задела Старшую. И вместо того, чтобы её откинуть или отодвинуть, магия взяла и включила кровососку внутрь себя. Пришлось падать на бок, изворачиваться и направлять палочку на неё.

— Кальцитраре аукте!

Я рассчитывал, что её выбьет наружу, но совсем не того, что кровососку сначала размажет по внутренней стенке сферы, а потом отбросит прямо на меня.

— Кальцитраре аукте!

Второй удар пришёлся Митре точно в голову, сделав там вмятину, как в полуспущенном футбольном мяче. От этого удара у неё вылезли глазные яблоки, и полилась кровь из глазниц, носа и ушей.

— Кальцитраре аукте!

Ещё один удар и на этот раз в живот. Раздался крайне громкий и неприятный звук, следом в воздухе появилась специфическая вонь.

— Да сдохни уже ты! — прорычал я, видя, что тело вампирши никак не хочется обращаться прахом. Или в реальном мире свои законы? — Кальцитраре аукте!

Новый магический удар попал вампирше точно в лицо, размазав там всё в кровавую слизь и окончательно превратив череп негритянки в кусок пластилина, который как следует размяли в руках. После этого я решил сделать передышку. Полагаю, такое количество травм должно на время выключить вампиршу.

В то время, когда я превращал Митру в фарш, её помощницы с рычанием и визгом бились о стенки сферы. Та переливалась всеми цветами радуги и с честью сдерживала вражеские удары. Вампирши до крови сбили кулаки, обломали ногти, но не сдавались.

— Головой побейтесь, да посильнее, уродки, — посоветовал я им. Но те внимания на слова не обратили, зато усилили напор на сферу. Уничтожить её они не смогут, я это чётко видел или, скорее даже, чувствовал. Но вот сколько будет действовать заклинание? К сожалению, я понятия не имел об этом. Так что, пришлось показывать чудеса акробатики и игнорировать боль в избитом теле, чтобы освободиться от пут. За быстрое избавление от них стоило сказать спасибо той вампирше, которая раздробила мне кисть. Косточки легко разошлись в стороны, когда я стал вытягивать руку через петли ремня, которым меня связали. А уж как я выл! Несколько раз останавливался, не в силах терпеть боль. Но вид Мирты рядом, её дёрганье и хрипы, а так же три вампирши всего в метре с небольшим от меня, помогали настроиться на нужный лад, стискивать зубы, хрипеть и стонать с надрывом, но тянуть искалеченную руку из пут.

— Хер вам по всей морде, русские не сдаются, даже если они американцы. Я ещё на ваших могилах станцую, — подбадривал я себя, скрипя зубами и кроша эмаль на них.

Наконец, я освободился.

Первым делом, взяв палочку в правую руку (а ей досталось ещё в самом начале), я наградил Старшую новым магическим пинком особого могущеста, буквально вбивая её в пол:

— Кальцитраре аукте!

А после стал лазать по своим карманам, ища блокнот с карандашом и телефон. К сожалению, связи под землёй не было. Зато имелась недавно закачанная программа транслитирации и англо-латинский словарь. Программа помогала с правильным произношением при отсутствии звукового перевода. Увы, но такую программу для скачивания я не нашёл. Можно было озвучивать только через онлайн.

Чтобы написать новое заклинание, мне не пришлось резать пальцы — мелких кровоточащих ранок и ссадин на мне было больше, чем блох у дворового кота. Перед тем, как коснуться палочкой надписи на листе, вырванного из блокнота, я задрал вверх подол толстовки и сдавил ткань зубами.

— М-м-м! — боль от внедрения заклинания в палочку (а фактически в меня) наложилась на боль от перелома и чуть не свела меня с ума. Толстая ткань почти не помогла, я прокусил её насквозь и почувствовал, как хрустнула эмаль на передних зубах. Наверное, только недавно пережитая боль, когда я вытаскивал искалеченную руку из ремня, помогла мне удержать концентрацию. Тогда мне было куда как больнее. Когда красная искра растворилась внутри палочки, я направил её острый конец на Митру и с ненавистью произнёс:

— Солис радиус!