Помоги проекту - поделись книгой:
Порошил снежок. Руки замёрзли, но Наташа не обращала на это внимания. Саша помахал им с подножки вагона и исчез.
Саша протиснулся к окну, чтобы Наташа его могла увидеть. Поезд тронулся. Он сколько мог, высматривал сестрёнку, которая махала ему рукой. Рядом с ней шёл Илья. Потом он потерял их в толпе.
Они проезжали мимо тех, кто пришёл проводить, так же как и его. Его взгляд упал на высокую женскую фигуру, одиноко стоявшую на крыльце вокзала в длинном тёмно-синем пальто и вязаной шапочке. Снежок припорошил длинные волосы. На секунду ему показалась она до боли знакомой….
«Лена?» — мелькнуло в мыслях, но было слишком далеко и снежно, чтобы он мог в этом убедиться. Но на душе разлилось согревающее чувство.
Я замёрзла до самых костей, пока стояла на ступеньках крыльца и смотрела, как Саша садился в вагон. Это был первый раз, когда я видела его после выпускного. Он изменился. В форме его было совсем не узнать. В нём исчез шаловливый мальчишка, а его место занял серьёзный мужчина.
Я не сказала Наташе, что приеду на вокзал. Но и не прийти не могла! Просто не хотела, чтобы меня заметили, поэтому стояла в стороне. Главное, я его видела, а остальное неважно.
Засунув замершие в перчатках руки в карманы, пошла на вокзал, чтобы хоть немного согреться. Народ постепенно расходился. Поезд уже исчез. Остались только снежинки, танцующие на перроне в своём странном танце.
16
Григорий Андреевич возвращался домой из шахматного клуба, который посещал уже несколько лет. Свет нигде не горел, значит, девочки ещё не вернулись. Он уже настолько к ним привык, что очень скучал, когда Лена и Наташа уезжали домой на выходные. Он открыл дверь. К нему тут же выбежала Василиса и потёрлась о его ноги.
— Привет, проказница! Что скучала одна? А где же твоя хозяйка? Она должна уже быть дома. Ну, пойдём, накормлю тебя.
Но Василиса не побежала, как это всегда делала, за ним на кухню, а направилась в комнату, где жили девочки. Григорий Андреевич пошёл её искать и включил свет. На диване сидела Наташа, уставившись невидящим взглядом в одну точку.
— Наташа! А ты почему сидишь в темноте? — мягко спросил Григорий Андреевич и сел рядом с ней, — ну-ка, рассказывай, что случилось?
Василиса запрыгнула на диван и начала ластиться к хозяйке, но Наташа не обращала на неё никакого внимания. Григорий Андреевич обнял Наташу за плечи.
— Ну, перестань. Вернётся твой брат, никуда он не денется! Вот увидишь! Время пролетит, даже не заметишь.
— Я это понимаю, — тихо сказала Наташа. — Я не понимаю, почему у одних есть всё, а других забирают последнее. Ведь у большинства есть родители, бабушки, дедушки, и они жалуются, что предки их достали и не дают жить. А здесь, остался один брат и тот должен уехать на край света! Это нечестно!
Григорий Андреевич усмехнулся. Вечный вопрос: у кого-то всё, а кому-то крохи. Только на этот раз речь шла не о материальных благах.
— Ну, у тебя остались Василиса, Лена и я, — он похлопал её по плечу. — Понимаешь, рано или поздно, но тебе придётся самой научиться жить. И уж лучше так, когда ты знаешь, что делать, чем по-другому.
— Но почему, именно я? Почему именно у меня нужно было забирать тех, кого я люблю, и кто нужен мне? — с болью спросила Наташа.
— На этот вопрос никто не знает ответа. Может потому, что тебе дадут больше?
Наташа усмехнулась.
— К сожалению, жизнь устроена так, что приходится чем-то жертвовать, чтобы, в конце концов, найти свое счастье.
— Счастье. Что это? — философски заметила Наташа.
— Ну, дорогая моя, это уже тебе решать, в чём твоё счастье. Ведь у каждого человека оно своё, — сказал Григорий Андреевич.
— А у вас? Какое оно ваше счастье? — спросила Наташа.
— Моё? — удивился он. — Для меня, девочка, каждый новый день уже счастье. То, что вы с Леной рядом, тоже счастье. Вот это чудо царапучее, которое не даёт спать по утрам, тоже счастье. Друзья, с которыми встречаюсь и которые ещё живы, это тоже счастье. Просто кому-то нужно деньги и слава, а для кого-то достаточно улыбки родного человека. Каждый выбирает своё. Так что и твоё счастье непременно тебя отыщет. Ведь Василиса нашла же тебя. Думаешь, она просто так оказалась под дверью вашего дома?
Наташа взяла на руки свою любимицу и погладила её. Та, почувствовав, что её любят, громко замурлыкала. Наташа улыбнулась.
— Вот видишь, как мало нужно человеку, чтобы рассеялись тучи, — сказал Григорий Андреевич.
Звук открываемой двери заставил Василису навострить уши и рвануть, узнать, что же там такое.
— Привет, а вы что такие невесёлые сидите?
— Привет, а мы тут размышляем, что такое счастье. Вот у тебя какое счастье? — спросил меня дед.
— У меня? — я на секунду задумалась.
«Дом, семья, Саша рядом и наши дети».
— Не знаю, — ответила. — Наверное, сдать сессию и участие в съёмках. А что?
— А сама подумала о чём? — лукаво спросил дед, от которого не укрылось то, что я опустила глаза и только потом ответила.
— Саша уехал, — сказала Наташа, посмотрев на меня.
Я села рядом с ней.
— С ним всё будет хорошо. Не переживай. Он вернётся, — сказала, чтобы её успокоить.
— Мы с Ильёй его проводили, — упрекнула меня Наташа.
«Я знаю».
— Прости.
— Да, ладно. Просто опять же, почему так: два самых дорогих мне человека, и вдруг не могут просто нормально общаться?! Вот почему всё это достаётся только мне? — воскликнула Наташа.
Я опустила глаза.
— В каком плане «не могут просто нормально общаться»? — спросил меня дед. — Вы же выросли вместе!
Наташа вздохнула и тоже посмотрела на меня.
— Вот как-то так, — сказала Наташа, — они уже пять месяцев не разговаривают.
— Та-ак, а я почему ничего не знаю? — спросил дед.
— Деда, какое это, вообще, имеет значение? — вздохнула. Вот совсем не хочется, чтобы кто-то обсуждал меня и мои отношения с Наташиным братом, которых, кстати, и не было.
— Всё, что касается тебя, для меня имеет огромное значение! Запомни это, пожалуйста! И тебя! — он посмотрел на Наташу. — Ты всё поняла?
— Да, — послушно ответила Наташа.
— Что значит «да»? — придирчиво спросил дед, пристально глядя на Наташу.
— Что теперь у меня есть самый замечательный дедушка и что надо чаще выглядывать за дверь, вдруг там моё счастье ждёт меня! — сказала Наташа.
— Вот и умница! — похвалил её дед, — а теперь идёмте ужинать, и вы мне всё расскажете.
Я лежал с закрытыми глазами на верхней полке. Не спал, но и не хотел, чтобы меня сейчас тревожили. Пожалуй, впервые за последний год я мог ни о чём не думать, а просто лежать и слушать мерный стук колёс поезда, и весёлую болтовню ребят, с которыми ехал. Но у меня из головы не выходила та девушка, которая стояла на крыльце вокзала. Почему она была там, одна? Эти вопросы не давали мне покоя!
Она была похожа фигурой и ростом на Лену. И потом длинные, прямые волосы. Всё говорило о том, что это была Лена. Или у меня уже начинает разыгрываться нездоровое воображение. Ведь таких девушек, наверное, полгорода! Но я не знал ни одной похожей. Кроме Лены.
И с чего я вдруг решил, что эта девушка пришла на вокзал из-за меня? Полный бред. Я это понимал, но никак не мог избавиться от этих мыслей. И что самое печальное, я никогда не узнаю, кто же это был на самом деле.
Последние пять месяцев я сам изводил себя. Я так и не понял, что же такое случилось со мной на выпускном Наташи. Конечно, все девочки на выпускном выглядят как принцессы. Но что произошло со мной, когда я увидел Лену? Этого понять и, уж тем более, объяснить не мог. Я никогда не смотрел так ни на кого. Испытывая такое непреодолимое сексуальное влечение. Именно это и напугало. И тогда мне казалось, что если я оттолкну её, то смогу справиться со своим желанием. Но этого не произошло. Меня непреодолимо влекло к подруге сестры. И я ничего не мог с этим поделать.
Я её не видел. Но этого и не требовалось. Наташа всегда рассказывала про неё, и я был в курсе всего, что касалось Лены.
Я часто гадал, как бы сложились наши отношения, если бы в тот вечер я не нагрубил бы ей, а просто сделал пару комплиментов. И ничего хорошего из этого не получалось. Я с надеждой ждал того момента, когда уеду из города. Может, это поможет выкинуть из головы девушку, которая всегда была рядом. Которая в одно мгновение перевернула весь мой мир, и которую я сам от себя оттолкнул.
Но кто тогда стоял на вокзале? И всё-таки, а если это Лена?
17
Жизнь вошла в привычное русло. Мы всю неделю были на занятиях, а выходные проводили дома.
Саша звонил каждую неделю, или присылал сообщения. Наташа каждое утро, вскакивая, хватала телефон и вслух читала, что пишет ей брат:
«Привет! У меня всё хорошо! Сегодня днём умудрился даже час поспать!»
«У меня всё хорошо! Ужасно хочу спать!»
«Привет, сестрёнка! Я стал есть гречку….»
«Все хорошо! На КПП заступил сержант, который не хочет, чтобы у меня, был телефон. Вот приходится прятать! Ветер сегодня сильный!»
«Вся рота ноет, не могут меня разбудить!»
«Не смогу писать, потом объясню. Все хорошо! Не переживай!»
«Я выспался!»
«Сержант утопил первый айфон.»
«Уже два месяца прошло, а я и не заметил!»
Все фотографии, которые присылал ей брат, она показывала мне, совсем не догадываясь о том, что я чувствую. А я не знала, насколько у меня хватит сил, чтобы скрывать от Наташи правду. А вот дед, похоже, начал что-то подозревать, потому что я часто ловила на себе его пристальный взгляд.
Илья каждую пятницу заезжал за нами. Я оставила последний день недели без занятий в школе моделей, чтобы меня не приходилось ждать. И поэтому мы, все трое, возвращались домой, в Осипенково. Наташа сначала боялась оставаться одна в доме пусть даже и на пару дней. Дед предложил ей не ездить, но Наташа не согласилась. Всё-таки нужно и цветы полить, и посмотреть, что всё в порядке.
Так совпало, что вместе с отъездом брата Наташи, всю неделю шел снег. И Илье пришлось расчищать узенькую дорожку, чтобы Наташа могла войти в дом.
На следующий день, встав в пять утра, Илья, стараясь никого не разбудить, включил чайник. Но Ирина почти следом вошла на кухню.
— Ты куда в такую рань собрался?
— Мам, ты чего проснулась? — спросил Илья.
— С каких это пор ты отвечаешь вопросом на вопрос? — Ирина посмотрела на сына.
— Так же, как и ты, — улыбнулся Илья. — Снег пойду уберу.
— Ты же вчера все раскидал! — удивилась мать.
— Мне Сашка ключи оставил от ворот, попросил, чтобы помог снег убирать, — нехотя признался Илья.
— А что ж так рано? Ведь можно и днём. Ночь ведь ещё.
— Да раскидаю по-быстрому и свободен, — уклончиво ответил Илья.
— Что-то ты юлишь, сынок? А, ну-ка, выкладывай! — строго сказала Ирина.
— Мам, я не хочу, чтобы Наташа меня видела, — наконец, смог признаться Илья.
Ирина удивленно вскинула брови, так как подумала совсем о другом.
— С чего бы вдруг? — спросила она, глядя на сына.
— Не хочу и всё.
Он вышел из дома. Действительно, стояла ещё ночь, и в субботу утром все спали. Он быстро дошел до дома Кольцовых и, открыв ворота, вошел во двор. Вчера он оставил лопату возле ворот, где она сейчас и стояла. Свет в доме не горел, но двор был хорошо освещен. И Илья без особого труда расчистил территорию от снега.
Наташа проснулась и долго просто лежала в кровати, не желая вставать. Василису она оставила у Григория. Кошечка очень плохо переносила дорогу. Так что будить Наташу было некому. Но вспомнив, что сегодня нужно многое сделать, Наташа заставила себя подняться, и пошла умываться. Ей очень не хотелось одеваться и идти на улицу, но делать нечего, если она сегодня не уберет снег со двора, то за неделю его будет ещё больше. Каково же было её удивление, когда, выйдя на улицу, она увидела чистый двор. Лопата так и стояла возле ворот, где её ещё вчера поставил Илья.
— И что это? Точнее кто? — спросила Наташа саму себя.
Она прошла к воротам, решив, что забыла вчера их запереть. Но замок был закрыт.
«Ладно. Мне, конечно, интересно, кто? Но еще более интересно, КАК?»
Поделиться книгой: