Дом, в котором нет тебя

– Делаю, что хочу.

– Так вам не нужна помощь?

Я презрительно расхохоталась.

– Мне не нужна помощь! Тем более, от такого, как ты. Ты знаешь, кто я?

Я так и не попросила у тебя прощения за то, как вела себя в ту ночь.

В твоих глазах читалась не обида, а сочувствие. Ты понимал, что я говорю как глубоко несчастный человек

– Не знаю. Но какая разница, кто вы. Что-то плохое может произойти с кем угодно.

– Не со мной.

– Ладно. Тогда я пойду.

Ты развернулся, чтобы уйти, а я вдруг поняла, что не хочу оставаться в парке одна. И еще больше я не хотела, чтобы ты уходил.

– Я хочу вина, – крикнула я тебе в спину.

– Сходить в магазин?

– Нет. Мне здесь надоело.

– Проводить вас в бар? – ты оглядел меня с головы до ног и добавил, – В хороший бар.

– Ты женат?

– Нет.

– Девушка?

Ты отрицательно покачал головой.

– Парень?

Ты усмехнулся.

– Нет. Я один.

– Прямо как я.

– Глядя на вас, я бы предположил, что вам редко удается побыть одной. Но для одиночества это не помеха.

Я презрительно фыркнула на это твое умное замечание.

– Психолог хренов. Поехали к тебе.

Ты поперхнулся от удивления.

– Простите?

– Отвези меня к себе.

– Уверены?

– Хочешь, чтобы я попросила трижды?

Ты обернулся, словно ища свидетелей происходящему. Или думая, что я обращаюсь к кому-то другому.

– Вообще-то я шел… – ты споткнулся о мой требовательный, в то же время молящий взгляд, – Да, конечно. Поехали. Я поймаю такси.

В машине я сдвинула волосы на лицо, чтобы водитель меня не узнал. Но через пару кварталов убедилась, что плевать он на нас хотел. Я стала разглядывать тебя.

На первый взгляд в тебе не было ничего особенного. Крепко-сложенная фигура, высокий рост. Русые волосы, серо-голубые глаза. Тонковатые на мой вкус губы. Зато над верхней губой, в паре миллиметров от контура красовалась родинка. Она манила меня, я наклонилась к тебе и облизнула ее. Ты вздрогнул, уставился на меня как на сумасшедшую, а я рассмеялась. Теперь ты смотрел иначе. Заворожено.

В квартиру ты первой пропустил меня.

– Извини за беспорядок, не ждал гостей.

– По хрен. Где спальня?

Снимая куртку, ты молча указал направление. Я прошла в комнату, огляделась. С ногами забралась на кровать, спустила бретели платья, оголяя плечи и грудь. В этот момент ты появился в проходе. От удивления встал как вкопанный, но быстро отвернулся.

– Что ты делаешь?

– Давай, раздевайся.

– Зачем?

– Для секса, зачем же еще.

– Что за безумие?

– Я тебе не нравлюсь?

– Нравишься. Но…

– Не хочешь в спальне? А где? Ах да! Вам нравится на столе, так? О’кей, идем на стол.

Толкнув тебя плечом, наполовину оголенная, я влетела на кухню, уселась на высокий стол, напоминающий барную стойку, и стала задирать подол платья. Ты встал напротив, устало наблюдал за моими дергаными, истерическими движениями. Наконец, мягко сжал мои запястья, призывая остановиться.

– Хватит.

– Что? Такая, как я, не годится? Может, мне надеть костюм горничной?

Ты нежно поднял бретели и прикрыл мою грудь. Затем внимательно посмотрел мне в глаза, давай понять, что тебе знакома эта боль.

– В данном случае клин клином не вышибают. Он не усвоит этот урок. А ты лишь испачкаешься в грязи. Будь выше этого. Ты лучше него.

Я будто протрезвела. Ты казался мне странным.

– Можно в душ? – мой голос стал тише и ниже.

– Конечно. Я принесу полотенце и что-нибудь переодеться.

– Хочу эту футболку.

Я сжала пальцами ворот майки, что была на тебе.

– Я провел в ней целый день.

– Тем более.

Ты послушно снял футболку и отдал ее мне. Я бесцеремонно разглядывала твой торс. Вытянув руку, погладила пресс, явно приобретенный не в спортзале.

– Недурно.

Я позволила тебе помочь мне спуститься со стола. Опираясь на стену, добрела до ванной комнаты.

– Схожу за полотенцем.

Я посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Все многочасовые старания стилистов пошли прахом. Но хуже всего – это была не я. Восковая кукла с размазанной тушью, пластиковые волосы, которые зафиксированы так крепко, что вовсе не двигаются. Я врубила кипяток, встала под душ, схватила мыло и стала неистово тереть им лицо и голову.

– Ты что, спятила?

Ты попытался вытащить меня из душевой кабины, но я завизжала, как резаная.

– Отвали! Я должна смыть это! Должна смыть!

– Ты же пьяна! Хотя бы сделай холоднее. Не то сердце вылетит.

– У меня нет сердца. Я ненастоящая.

– Раз так, тогда пожалей платье.

– Черт с ним. Куплю себе сотню таких платьев. А потом еще сотню лучше, чем это.

Я повернулась спиной к тебе.

– Развяжи.

Ты послушно стал освобождать меня из плена шнуровки. Я стянула платье, оно упало к моим ногам.

– Выброси.

Ты подобрал мокрую тряпку из деликатной ткани и бросил ее в корзину с бельем. Ты терпеливо ждал, пока я смывала макияж, губкой пытаясь отмыть с себя грязь мужа, это оскорбление и позор.

Когда я закончила, ты расправил большое мягкое полотенце и заботливо укутал меня в него. Я прильнула к твоей груди, желая почувствовать тепло, участие. Твои руки обвили меня и крепче прижали к тебе.

Вода с волос капала прямо на пол, твой запах сводил меня с ума. Я подняла глаза и встретила в твоем взгляде то, что чего раньше не встречала. Желание оберегать.

Я была пьяна, обижена, мне хотелось своего собственного суда, где виновным отрежут кое-что и скормят псам. Мне хотелось сатисфакции.

Встав на цыпочки, я впилась в твои губы, ворвалась языком в твой рот. Ты замер от неожиданности, и на какие-то мгновения искушение взяло верх. Ты ответил на поцелуи, одну руку запустил мне в волосы, другой сжал мою ягодицу.

Я застонала от желания, сбросила полотенце, подтолкнула и прижала тебя к стене. Жар между нами разгорался, я переставала контролировать ситуацию, мне были нужны твои, именно твои поцелуи. Я начала расстегивать ремень на грубых джинсах, и тут ты резко перехватил мои руки. Ты был сильнее. Всегда и во всем.

– Я не могу так с тобой поступить. Лучше отдохни. Утром, если ты по-прежнему будешь этого хотеть, мы продолжим.

Я вспыхнула от унижения.

– Не ты решаешь, будет у нас секс или нет. Ясно? Я решаю.

– Конечно. Вот завтра и решишь.

Далее ты сделал нечто неожиданное. Ты поднес мои руки к губам и поцеловал подушечки пальцев. Затем поднял с пола футболку и надел на меня.

– Вина у меня нет. Может, чай?

Я кивнула, обескураженная твоим поведением.

Держась за руки, мы вернулись в кухню. Ты стал возиться с заварником. Я наблюдала за тобой, минимум наполовину протрезвевшая, начинающая осознавать происходящее.

– Презираешь меня?

– Нет, – спокойно ответил ты, – Сам вел себя так же.

– Тебе тоже попалась девушка, которая убедила тебя в том, что секс с первым встречным – не выход?

– К сожалению, меня в этом убедило только то, что выход не нашелся ни после десятка девушек, ни после еще одного десятка.

– То есть, мне с тобой повезло?

Ты промолчал, но потом спросил:

– Хочешь поговорить об этом?

– Нет, – отрезала я. – Не о чем говорить. Этого следовало ожидать. Просто я настолько вошла в роль жены, что совсем забыла – мы лишь картинки в журнале. Сама поверила в собственную ложь.

Ты поставил передо мной чашку с ароматным чаем. Пахло лавандой и жасмином.

– Пей. Поможет расслабиться и уснуть. И облегчит завтрашнее похмелье.

Я взяла кружку, изучающе посмотрела на тебя.

– Ты странный.