Приключение

– Доктор, наш гость не при смерти, у него нет тяжелых ранений и инфаркта. Он недавно довольно сильно ударился головой о землю и получил кулаком по лицу. Мне бы хотелось знать, нет ли у него сотрясения мозга и не поврежден ли у него глаз. Удар, как я поняла, пришелся в бровь.

Услышав эти слова, Шурик поднялся и сел на диване, ему было страшно неудобно лежать на таком красивом диване в унтах. Он посмотрел на то место, где его положили с ногами, вроде обивку он не испачкал.

До женщины, которая мерила Горелова пульс, дошли слова Куприяновой. Видно поняв, что немного переборщила, она отпустила руку Шурика и осторожно потрогала место удара на его лице. Потом посмотрела глаза и показав свой палец велела на него смотреть, чему Шурик подчинился, потом врач ощупала ему голову, попросила встать и закрыть глаза, задала несколько вопросов.

– Ну что доктор, – спросила Куприянова,– как он?

– Ничего страшного первичный осмотр показал, что сотрясения мозга нет, глаз то же не пострадал, бровь не разбита. Видно удар был не сильный. Синяк под глазом, конечно, будет, но мы оставим специальную мазь, помажете, он быстрее пройдет и будет меньше болеть. Кроме того, надо хорошо выспаться, что бы снять стресс.

– Спасибо, доктор. Мы вас больше не задерживаем!

Бригада скорой помощи, ушла к своему автомобилю, забрав носилки и чемодан, из которого достали и дали Шурику тюбик с какой-то мазью, рассказав как ей пользоваться.

Как только медики ушли, Куприянова, видно успокоившись за здоровье Шурика, попросила Сергей Сергеевича помочь Горелову добраться до его комнаты и распрощалась с московскими банкирами. Обещав подъехать к ним завтра в районе обеда.

– Обнимай меня за плечи командир, и пойдем в наши номера, – сказал Королев, как только Куприянова ушла. – Врач сказал, что тебе надо стресс снять. Сейчас мы его коньячком и снимем.

– Какой коньяк Серега, время второй час ночи. У меня болит голова, меня качает как на палубе корабля, у меня половина лица болит.

– Ну не хочешь, как хочешь. Тогда ложись спать, утром протрезвеешь, шатать перестанет, но глаз болеть будет больше. Можешь мне поверить.

Добравшись с помощью Королева до своего номера, Шурик сразу же направился в спальню, где разделся, лег в кровать и сразу уснул.

Как всегда в Октябрьске, Шурику снились сны, причем какие-то сумбурные, бессмысленные. Но все они, почему то строились по мотивам, то ли мексиканского, то ли бразильского сериала «Просто Мария», который совсем недавно смотрела вся страна. При этом Горелов отчетливо понимал, что главная героиня его сна не знойная мексиканская красотка, а Маша Куприянова, и он имеет полное право так ее называть, несмотря на вечные козни отрицательных героев сериала. К отрицательным героям относился и вчерашний «бомбила», который пытался отнять у Шурика Машу и куда то увезти ее на своей вонючей машине.

Глава 8. Октябрьск. День пятый.

Проснулся Шурик от боли в лице. Перед глазами сразу пронеслись вчерашние приключения и заставили его, поморщившись, подойти к зеркалу. Оттуда на него взглянула помятая, взлохмаченная физиономия с поцарапанной бровью и синяком средних размеров на правом глазу. На московского банкира Горелов сейчас явно не тянул. Общее самочувствие также показывало, что вчера было выпито не мало, в голове шумело, во рту был неприятный сухой осадок. Все как всегда в славном городе Октябрьске, за исключением синяка конечно.

Надо было приходить в себя. Попив импортной водички из бара, Шурик направился в ванную, где за полчаса с помощью душа немного пришел в себя, побрился, почистил зубы. Потом, более менее презентабельный, позвонил Королеву и пригласил к себе в гости, если возможно с косметикой для макияжа синяка.

Семен Семенович пришел через пару минут, побритый, благоухающий какой-то импортной туалетной водой, но сверкая синяком под левым глазом. Посмотрев на Горелова, он внезапно улыбнулся и блеснул знанием старых еврейских анекдотов:

– Мы с тобой командир как Моше Даян и Моше Кутузов. Не помню, у кого из них конкретно отсутствовал правый, а у кого левый глаз. Но, самое главное, свои раны мы, как и они получили при служении правому делу. Я бы на месте нашего начальства выдал бы нам повышенные премии за поездку в командировку с риском нанесения ущерба здоровью.

– А косметики у меня нет. Я вчера свою сумку с ней и одеждой забыл в машине Куприяновой, не до нее было, тебя спасал. Вспомнил только сегодня утром. Но ничего, не украдут же они мою сумку. Люди они богатые им такого добра как наши шмотки, даром не надо. В лучшем случае помажем боевые раны той мазью, что тебе дали врачи из скорой. Так что, пусть теперь Мария Алексеевна любуется нами, такими как есть.

– Да и любоваться нами недолго осталось, я вчера из города позвонил своему шефу. Он мне сказал, что вроде бы банк договорился с руководством Октябрьской нефти о регистрации обременения акций в понедельник. Так, что если ничего не случится, послезавтра во второй половине дня будем в Москве. Давай свою мазь, а потом пойдем, покушаем, не то завтра уедем, где нас еще так покормят.

После смазывания «боевых ран», Королев опять напомнил о необходимости позавтракать. Видно было, что такая мелочь как синяк и вчерашняя пьянка не могла испортить ему настроение.

Но Шурику было не до завтрака, видно вчера он действительно сильно перепил. Есть не хотелось, хотелось только пить.

– Нет Сергей, сейчас не хочу есть, душа не принимает. Ты сходи, поешь один. Я пока полежу немного и водички попью.

– Ты не прав, командир. Первое средство с похмелья это с утра выпить грамм сто хорошего напитка, лучше всего коньячка, и плотно позавтракать горячим. Ты что «Мастера и Маргариту» не читал, там Воланд очень подробно объясняет Степе то ли Лихолетову, то ли Лиходееву как правильно похмеляться. Эх, потеряли мы культуру опохмела! – Сокрушился Семен Семенович и продолжал:

– Тебе еще сегодня надо будет проводить время с госпожой Куприяновой, что же ты такую красивую женщину встретишь, не опохмелившись и с плохим настроением?

– Почему я один с ней буду время проводить, а ты куда денешься?

– Я же командир парень холостой одинокий, встретил молодую красивую девушку, к тому же хорошо воспитанную и образованную. Может я влюбился по самые уши, может это моя судьба. А ты хочешь, что бы я, заметь в свое свободное время, вместо того, что бы наслаждаться каждой свободной минутой с любимой, составил тебе компанию на протокольном мероприятии.

– Конечно, там будет очень красивая женщина, но явно не нашего круга. Как только мы оформим обременение акций через пять минут она будет вспоминать о нас не больше чем об официанте, который обслуживал нас вчера вечером в Молодежном.

– О ней пишут в Профиле и Коммерсанте, она является владелицей двенадцати процентов акций одной из крупнейших нефтяных компаний, а мы с тобой банковские клерки, даже не руководящего звена. О чем она прекрасно знает. Даже мой шеф, человек весьма известный в бизнес кругах Москвы, с ней лично не знаком, она общается только с владельцами нашего банка.

– Ты, как руководитель нашей маленькой группы, конечно, обязан представить здесь наш любимый банк. К тому же потом ты сможешь честно сказать, что тусил с самой Куприяновой. Но я выбираю Милу. А Марии Алексеевне абсолютно безразлично буду я с вами или нет.

– По сути она встречает не представителей коммерческого банка «Возрождение России», а отдает дань уважения одному очень влиятельному человеку, которому фактически и принадлежит наш банк. И развлекает нас, пока мы действуем в его интересах. Она умный человек и богатый, но не из элиты России, ни политической ни финансовой. Она из Сибири, родилась и выросла в Октябрьске, училась в Ленинграде и никогда до последнего времени, не тусовалась в высших кругах Москвы, где принимаются решения, в том числе и судьбоносные для ее бизнеса. Сейчас она просто баловень судьбы, вознесенная волей небес, этакая новая русская, которую несколько лет назад знали только в Октябрьске.

– Однако, Куприянова отлично понимает, что для сохранения своего влияния в Октябрьской нефти и своего капитал обязательно должна быть поддержка центра, иначе рано или поздно все отнимут. Поэтому надо дружить с олигархической элитой России, а еще лучше стать одной из них, для чего надо оказать услугу этому человеку.

– Поэтому я лучше после завтрака поеду к Миле. Ты за меня не беспокойся, я буду под надзором. Назад меня обещали привезти ее родители.

– Ну ты даешь Серега, -только и смог сказать Шурик, – знаешь девушку всего два дня и уже ее родители тебя возят на машине. Смотри, не то прямо тут в Октябрьске тебя и женят.

– Там видно будет, – философски ответил Королев, – вообще я произвожу очень хорошее впечатление на родителей моих подружек. Даже с подбитым глазом, – подумав, добавил он, и продолжил:

– Так я тебя уговорил, пойдем опохмелимся? Тебе будет проще общаться с нашей хозяйкой.

– Ладно, мне будет проще, а ты поедешь к девушке с запахом спиртного. Это тебя не смущает?

– Мелочи все это. Мила знает, что я в командировке и в конце концов, не могу же я отказаться от выпивки с самой Куприяновой.

– Так, тебя пока Куприянова и не приглашает выпить, да и приедет она не раньше чем через пару часов. Мы же с тобой вдвоем пойдем завтракать.

– Но ведь Мила об этом не знает, а то, что я запросто тусуюсь с Куприяновой повышает мой рейтинг небожителя. Когда вчера ночью мы передали привет от нее, родители сразу предложили мне свои услуги по доставке.

За этими разговорами Шурику вроде стало легче и он решил сходить на завтрак. Немного поесть и чуть-чуть опохмелиться.

По уже знакомому пути москвичи пришли в ресторан и сели за столик. Олег подошел практически сразу. Шурик не успел рот открыть, как Королев взял инициативу в свои руки и попросил Олега, что-нибудь, для грамотной опохмелки:

– Мы вчера маленько перебрали и попали в небольшое приключения в городе, нам бы сейчас здоровье поправить и стресс снять, не более – пояснил он.

Олег понятливо кивнул головой и направился на кухню. Впрочем, отсутствовал он не долго и вернулся с подносом на котором стоял небольшой запотевший графинчик с водкой, пару бутылок минеральной воды, тарелки с солеными огурцами и солеными зелеными помидорами, свежим зеленым луком и ярко красным редисом. Отдельно на свежем бородинском хлебе лежала жирная разделанная килька, обильно украшенная сочным красным луком, порезанным кольцами.

Все это смотрелось очень душевно и понятно для чего предназначалось. Олег налил своим гостям водку в маленькие рюмки и посоветовал первую рюмку закусить жирной килечкой. Вторую – овощами, третью выпить под горячую рыбную солянку, которую он принесет минут через пятнадцать.

– Профессионалов надо слушать, – сказал Семен Семенович, и лихо опрокинул в себя первую рюмку. Шурику ничего не оставалось, как последовать его примеру. Закуску действительно готовил мастер. Шурик никогда не думал, что обычная килька может быть такой вкусной.

После второй рюмки у обоих москвичей проснулся аппетит, а после жирной, сытной рыбной солянки и допитого графинчика водки самочувствие и настроение улучшилось и потянуло ко сну.

На выпитом графинчике коллеги решили остановиться, несмотря на развернувшуюся уже душу, которая как говорил один киногерой, уже требовала «продолжения банкета».

Поблагодарив Олега за отлично организованный завтрак, Горелов и Королев разошлись по своим номерам, где Семен Семенович, переоделся, заказал машину и поехал к своей подруге.

Придя в комнату Шурик, чувствуя приятную усталость, решил немного отдохнуть и посмотреть телевизор. Думая о Куприяновой и предстоящей с ней встрече он незаметно для себя задремал, уютно устроившись в удобном кресле.

Проснулся Шурик от стука в дверь. Быстро встав, побежал открывать, даже не спросив, кто пришел. Впрочем, чего тут спрашивать, он и так знал, что за дверью его ждет Маша Куприянова. Каково же было его удивление, когда вместо красивой женщины он увидел за дверью здоровенного уже немолодого мужика лет под шестьдесят в джинсах и грубо связанном свитере с клетчатой китайской сумкой в руках.

Мужик, молча внимательно осмотрел Горелова, особенно синяк под глазом, и заметив недоумение Шурика внезапно расплылся в улыбке, сделавшей его лицо каким то добрым и домашним. Наверно это была фирменная Октябрьская улыбка, сразу располагающая к себе, ибо именно такая улыбка была и у летчика Николая Семеновича, на которого по стати походил мужик у двери.

Между тем улыбающийся мужик у двери протянул прямо через порог руку Шурику и приятным басом представился:

– Меня зовут Олег Леонидович, я начальник службы безопасности славной компании Октябрьская нефть. По поручению Марии Алексеевны Куприяновой прибыл за вами, чтобы доставить вас с Сергеем Сергеевичем на Горячий ключ. Я могу войти?

– Да, конечно – только и смог сказать Шурик, отступая в сторону от двери и пропуская в номер гостя. Гость хозяйски уселся в кресло, где перед этим дремал Шурик, поставив свою сумку на ковер рядом с ним.

– Мне твой номер Саша нравится в этом доме больше всех. Здесь лучше всех на мой взгляд подобраны цвета интерьера. Все оттенки красного смотрятся очень оригинально в отделке. Ты пока одевайся, а я позвоню твоему коллеге, что бы он тоже приготовился к поездке и зашел за своей сумкой, он вчера ее забыл в машине Марии Алексеевны. Ничего, что я называю тебя по имени и на ты? У нас в Сибире гостей принято встречать по-домашнему, как друзей. А друзей зовут просто на ты.

– Нормально, – ответил Шурик. – А мой друг сегодня с нами не поедет. Он уехал в Октябрьск, хочет что-нибудь купить на память о Сибире.

– Зря, мы сегодня поедем в уникальное место, на горячие лечебные источники. Такое редко где можно увидеть. Здорово попробовать искупаться на открытом воздухе при минусовой температуре. Когда в наших местах начали искать нефть, пробурили очень много скважин, но нефть долгое время найти не могли. Зато нашли несколько источников с термальной минеральной водой, из скважин забила горячая вода, насыщенная разными полезными минералами. Вот на один из таких источников мы и поедем. Там уже много лет отдыхают жители Октябрьска, нашей компанией построен санаторий для рабочих и мы не жалеем средств на его содержание.

– Но, если нет человека, то нет и проблемы – пошутил Олег Леонидович – поедем без него, хотя я повторяю, твой коллега много потерял. А что он хотел купить на память о наших краях?

– К сожалению, я не в курсе, – ответил Шурик, которому не нравился разговор про Королева о похождениях которого, наверное, знала вся компания Октябрьская нефть. – Сегодня воскресенье и Сергей Сергеевич имеет полное право поступать как ему захочется. Подскажите, что мне с собой взять из вещей. Вы сказали, что мы едем купаться, но у меня нет плавок.

– Ничего с собой не надо брать. На месте есть все необходимое. Надевай куртку, теплую обувь и пошли. Сумку я у тебя оставлю, потом сам отдашь Королеву. Я почему про него вспоминаю. Вы же наши гости, и я отвечаю за вашу безопасность. А я уже наслышан о ваших вчерашних приключениях в нашем, в общем-то гостеприимном, городе. Мне не хочется, что бы они повторились с твоим другом.

– Я думаю, Сергей Сергеевич достаточно умен, что бы сделать вывод из вчерашнего инцидента и больше не вляпаться ни во что подобное – ответил Шурик – я готов к нашему путешествию, мне надо только одеться.

– Тогда пошли, – сказал Олег Леонидович, и встав с кресла пошел в прихожую, где Шурик одел сапоги и куртку, после чего они вышли из номера.

Однако, оказалось, что до поездке еще далеко. В холле первого этажа, около дверей, стоял официант Олег с сервировочным столиком на колесиках, накрытым белоснежной салфеткой. Увидев Шурика с начальником службы безопасности, он сдернул эту самую салфетку, и Горелов увидел запотевшую бутылку Абсолюта, пару бутылок минеральной воды, аккуратно порезанные кусочки белого хлеба, масленку с маслом и три небольших салатника до краев наполненных черной, красной и желтой икрой.

Честно сказать, после почти недельного пребывания в городе Октябрьск Шурик даже не удивился такому продолжения знакомства с руководителем службы безопасности, а тот остановился прямо около сервировочного столика, пытливым взглядом оглядел его и жизнерадостно провозгласил:

– По нашей доброй сибирской традиции надо принять на дорожку. Здесь дары наших северных рек, икра осетровая, лососевая и форелевая. Водка, правда не наша, но очень приличная. Ну, давай Саша за удачную дорогу.

Олег тем временем налил в рюмки водку и отошел от столика. Олег Леонидович с удовольствием не торопясь выпил свою рюмку и также не торопясь намазал маслом кусочек хлеба, добавив сверху приличную горку черной икры, со вкусом закусил и с непониманием посмотрел на Шурика, который так и остался стоять с рюмкой в руках.

– Чего ждешь? – по-простому спросил он у Шурика. – У нас мало времени, надо еще до Горячего ключа доехать.

Горелов, выдохнул воздух, то же выпил полную рюмку водки и как Олег Леонидович . Стараясь не торопится, намазал хлеб черной икрой и закусил сделанным бутербродом. К его великому удивлению, водка легла очень мягко, то ли действительно была хорошая, то ли за время, проведенное в Октябрьске, его организм приспособился к употреблению водки в любое время.

– Ну, вот и славненько – соловьем запел Олег Леонидович – сразу же повторно наполняя рюмки. – Теперь Саша попробуй вот эту форелевую икру. Такой икры в Москве нет. Потом всем будешь рассказывать, какой икрой угощали в Октябрьске.

Подождав пока Шурик намажет хлеб маслом и форелевой икрой, он поднял свою рюмку и сказав тост – За богатство нашей сибирской земли – не торопясь, казалось наслаждаясь вкусом, выпил свою рюмку. Однако теперь на закуску намазал хлеб форелевой икрой и держа его в руке вопросительно посмотрел на Шурика.

Шурик взгляд понял как надо и тут же выпил до дна свою рюмку. После чего закусил водку приготовленным бутербродом. По сравнению с черной икрой, форелевая – ему понравилась меньше, показалась жесткой, а водка сделалась еще вкуснее и мягче.

Как Горелову подсказывала логика системного аналитика, сейчас его хозяин вновь нальет водки, а закусывать они будут красной икрой. Логика Шурика не обманула, не успел он до конца доесть свой хлеб с намазанной желтой икрой, как Олег Леонидович вновь наполнил водкой рюмки и сам намазал для Горелова хлеб маслом и красной икрой. Надо заметить, что икры он для дорогого гостя явно не жалел.

– По нашему обычаю третий тост должен быть за женщин, – заметил начальник службы безопасности, – но при их отсутствии, давай выпьем за процветание нашей компании. Шурику ничего не оставалось делать, как поддержать тост. На этот раз водка пошла гораздо хуже, встав комком в горле. Видно к столь частому возлиянию его организм отнесся отрицательно. Пришлось запивать ее минералкой, бутылки которой к счастью были открыты.

Только немного отдышавшись, Шурик взялся за бутерброд, сделанный ему гостеприимным хозяином. Сам же хозяин выпил свою рюмку, как и первые две, наслаждаясь национальным русским напитком, правда сделанным в Швеции, и не торопясь закусил бутербродом с красной икрой.

–Ну вот, теперь можно и ехать на Горячий ключ, – сказал Олег Леонидович после того как Шурик доел свой бутерброд, – когда чуть-чуть выпьешь дорога кажется короче и веселее.

После этого они вышли из дома и сели в поджидающую их Волгу с затонированными стеклами. Хозяин уселся на переднее сиденье рядом с водителем, Шурик вольготно расположился на заднем сиденье. Машина плавно тронулась и не торопясь доехала до выезда с территории гостевого дома. Только проехав ворота, Волга набрала скорость, но в пределах разумного, что опять повергло Шурика к размышлению о манере езды здешних водителей.

– Ехать нам не более полутора часов, между тем ввел в курс дела своего московского гостя Олег Леонидович, сейчас смотреть по дороге практически нечего. Зима еще не началась, хотя везде уже снег лежит, но его еще не много. И нет полного сибирского великолепия, когда снег глубиной больше метра и все деревья им засыпаны. Едешь по дороге в солнечный день, все блестит, и сразу Пушкина вспоминаешь. Помнишь «под голубыми небесами, великолепными коврами блестя на солнце, снег лежит».

– Ну а летом или ранней осенью ехать в Горячий ключ одно наслаждение, дорога идет посреди леса, проезжаешь мимо лесных озер и пару речек. Всегда можно остановиться искупаться, набрать грибов или ягод. В общем, красотища. Ты Саша приезжай сюда летом всей семьей. Отдохнете у нас в санатории, впечатлений наберетесь ни с какой Турцией не сравнить.

– Хорошо, я постараюсь, – только и нашелся, что ответить Шурик.

Волга между тем выехала на шоссе и свернула в сторону от города. В этом направлении Шурик еще не ездил. Чем дальше они удалялись от Октябрьска, тем меньше им попадалось встречных машин, а снега на дороге становилось все больше и больше. Постепенно дорога превратилась в одну наезженную колею, идущую посередине шоссе, все остальное было в утрамбованном снеге, а машины вообще перестали попадаться.

Пейзаж за затемненным стеклом был действительно однообразный, тонировка создавала впечатление, что они ехали не в разгар светового дня, а поздно вечером. Кроме того, выпитая водка видно сделала свое дело, и Шурик незаметно для себя заснул.

Проснулся Шурик оттого, что машина остановилась. Через тонированные стекла был виден большой бревенчатый дом и знакомый Мерседес, припаркованный возле него.

– Подъем, – весело сказал Олег Леонидович, повернувшись с переднего сиденья, – мы приехали. Мария Алексеевна уже нас ждет. – После чего открыв дверь, вышел из машины.

Поняв, что они прибыли по назначению, Шурик вышел из машины следом за своим проводником. Олег Леонидович по хозяйски огляделся и раскинув руки словно хотел обнять всю Сибирь, провозгласил:

– Добро пожаловать в Горячий ключ чудо нашей природы.

Шурик огляделся. Никакого особенного чуда он не увидел. Небольшая заасфальтированная площадка, максимум на пять машин с трех сторон поросшая вековым лесом. С четвертой стороны стоял дом, сложенный из бревен, радиусом наверное сантиметров пятьдесят у двери которого они и остановились.

Видно поняв мысли своего московского гостя, Олег Леонидович пояснил свои слова. Сам бассейн с горячей минеральной водой за домом, его отсюда не видно. А нас ждут в доме, который построен специально для отдыха, как раньше говорили «на водах», а как сейчас говорят буржуи – СПА комплекс. Внутри находится русская парная баня, финская сауна, турецкая баня «хамам», два небольших бассейна с горячей и холодной водой и конечно комнаты отдыха, а также охотничий зал. Все это располагает к спокойному отдыху.

Подойдя к двери, он гостеприимно ее распахнул: – Прошу заходить.

Шурик охотно принял приглашение и оказался внутри большой комнаты. Стены которой были сложены из грубо отделанных бревен. Вдоль стен стояли массивные скамьи и сундуки, на полу лежали самодельные половички, на стенах висели рога, которые очевидно служили вешалками для одежды. Так как на паре рогов висели куртки. Стены и мебель создавали впечатление старины и русской терема в допетровскую эпоху.

– Давай Саша раздевайся. Снимай здесь одежду и сапоги. Я тебе сейчас выдам сланцы. Очень удобная штука, воды не боятся, в них даже купаться можно и ходить по полам удобно. А плавки, полотенце и прочее все у тебя в комнате. Мария Алексеевна нас уже ждет. Пока светло надо сходить помокнуть в бассейн.

Взяв у Шурика куртку, Олег Леонидович, повесил ее на ближайшие к нему рога, открыв один из сундуков, вытащил оттуда красивые пластиковые шлепанцы, на которых белыми буквами было написано название дорогой каждому жители демократической России немецкой фирмы, производящей спортивные товары, дал их Шурику. Удовлетворенно хмыкнул, когда увидел, что эти сланцы подошли по размеру. После этого разделся сам, одев точно такие же сланцы, как и у своего гостя и открыл дверь, ведущую вглубь дома.

Зайдя в следующую комнату, они оказались в большом зале с очень высоким потолком, стенами сложенными из таких же бревен как и предыдущая комната, обставленном массивной деревянной мебелью «А ля Рюсс». Противоположная стена была фактически сделана из стекла. Так много было окон. Справа виднелись три двери, которые очевидно вели в комнаты. Над этими дверьми находился балкон, покоившийся на огромных балках, на который вела деревянная лестница, украшенная вырезанными из дерева голов кабанов и волков. На балконе находился верхний ряд комнат.

Справа, в огромном как в рыцарском замке камине, весело горели дрова, стены были украшены головами лосей, кабанов, медведей, волков и рысей. Там же находилось еще пару дверей, что находилось за ними, Шурик даже не догадывался. Пол зала украшали выделанные шкуры диких зверей.

Но главным украшением этого зала была женщина, сидевшая в кресле около камина и задумчиво глядевшая на огонь или попросту дремавшая. Мария Алексеевна была одета в сногсшибательный спортивный костюм Nike, яркий, как и она сама и казалась какой-то диковинной заморской птицей залетевшей в Сибирь.

Увидев входящих в зал гостей, она поднялась из кресла и направилась им навстречу, приветливо улыбаясь.

– Добрый день Александр Викторович, как ваше самочувствие после вчерашнего приключения?

Услышав в ответ дежурную фразу, что у своего гостя все нормально, Куприянова удовлетворительно кивнула головой и обратилась к сопровождающей Шурика стороне.

– Спасибо дядя Олег, что привез нашего гостя, покажи ему его комнату и все, что ему потребуется. Встречаемся здесь через десять минут, не то скоро стемнеет, а мне бы хотелось поплавать при свете.

– Сейчас сделаем Маша, – ответил начальник службы безопасности, и взяв Горелова за руку повел его к двери правой из трех комнат под балконом.