Россия – США

Напомним, что 1965 год—это преддверие «культурной революции» в КНР и запуска в СССР косыгинских реформ, ориентированных на внедрение хозрасчета, то есть элементов рыночной экономики. В Китае это было воспринято так же болезненно, как и хрущевское разоблачение «культа личности» Сталина. Именно с запуска этих реформ официальный Пекин ввел в пропагандистскую оценку ситуации в СССР такие, признаем, сильные аргументы, как «советский ревизионизм» и «буржуазное перерождение».

Таким образом, 1965 год—это точка, в которой две крупнейшие социалистические страны разошлись окончательно и бесповоротно. Именно в этот момент, когда решался вопрос, по какому дальнейшему пути нам развиваться, Печчеи и его сторонники внутри СССР изо всех сил подталкивали страну именно в том направлении, которое было желательно Западу. А затем, спустя семь лет, воспользовались углубляющимся кризисом в советско-китайских отношениях, предложив Пекину дружбу против Москвы.

Случайно ли Печчеи так нажимал в 1965 году на «невозможность продолжения советской помощи Китаю»? Происходившее вокруг косыгинских реформ все более напоминало генеральную репетицию «перестройки», предпринятую уже не Хрущевым, а после него. Повисает в воздухе и вопрос о роли Л. И. Брежнева, имя которого в связи с перипетиями реформы практически не упоминается. Воцарившееся при этом «первом лице» несвойственное прежде «коллективное руководство» оказалось ширмой, прикрывавшей расширявшуюся вакханалию безвластия и преобразовательного «зуда», помноженную на упразднение существовавшей при В. И. Ленине и И.В. Сталине персональной ответственности за результаты деятельности ответственных должностных лиц.

Поразительно: косыгинские реформы, провозглашавшийся средством борьбы с хрущевским «волюнтаризмом», «субъективизмом» и «прожектерством», на деле привели к их умножению, разбалансировав не только экономическую, но и социальную систему СССР. Одним из их наиболее значимых негативных результатов стал рост цен. Далеко идущие последствия имела и начавшаяся погоня предприятий за прибылью и, как следствие, игнорирование ими технологического развития.

Продолжением сказанного и одновременно доказательством объективности нашего анализа служит тот упор, который делался Печчеи именно на «потребительской» мотивации экономического развития. Отсюда проистекают и политические выводы: коль скоро Советский Союз решит стать на этот путь, то есть окончательно перейти на западный проектный язык, отказавшись от идеологического первородства, то его внешний рынок должен быть переориентирован на западных же партнеров, а внутриполитическая жизнь открыта для идеологических инноваций. Нашей стране приказным тоном буквально навязывался антикоммунизм: это же видно невооруженным глазом!

Расширенный вариант «вызова 70-х годов современному миру» был представлен вышедшей в 1969 году книгой Печчеи «Перед бездной». Она строилась по классической схеме с катастрофическим началом в первой и второй главах – «Раскол по берегам Атлантики» и «Мир в конвульсиях» и «хеппи-эндом» в третьей, озаглавленной «Проект-1969», которая, по многозначительному свидетельству Гвишиани, являлась «полной программой практического осуществления идей А. Печчеи». «Проект-1969», по мысли Печчеи, должен был стать делом всего мира, приложением совместных усилий развитых стран.

Основная мысль проекта проста: западные цели были, есть и будут противоположны советским или российским, ибо направлены на расчленение нашей страны. Для понимания этого, обладая данными спецслужб, разве быть семи пядей во лбу требовалось?

Проследим за руками «наперсточников» – самого Печчеи и его горячего адепта Гвишиани. Итак, мир – это «интегрированная макросистема», элементам которой угрожает «неконтролируемый технологический прогресс». Источник этого «неконтролируемого прогресса» – кто? Если верить предыдущим откровениям, то США, ибо именно они «останутся на гребне волны прогресса, оставив позади все другие страны», в то время как Советский Союз «обречен беречь ресурсы для собственных целей». Так кто должен был становиться объектом «глобального планирования» – мы или они? Вопрос настолько же риторический, насколько и конъюнктурный, привязанный к степени его осмысления теми или иными элитами. На самом деле кто заговорил на чужом проектном языке, тот и обречен был стать объектом. Тот и стал. Однако тех, кто все это устроил (прежде всего Горбачев), последствия их предательства коснулись в последнюю очередь. Они и сегодня на чествования по случаю юбилея сноса Берлинской стены или собственного 80-летия в Берлин и Лондон ездят, скромно признавая, что у себя на Родине памятников им никогда не поставят.

Однако Запад не был бы Западом, если бы относительно «мирные» планы интеграции, то есть подчинения нашей страны «глобальному планированию», рассчитанные на сговорчивость и продажность ее элиты, не подкреплялись более жесткими альтернативами. Мало ли чего ждать от этих русских.

В центр этих планов еще с Версальской конференции (1919— 1920) было поставлено расчленение нашей страны, разработка сценариев которого обрела новое дыхание с превращением Советского Союза в противостоящую Западу, в том числе и в центре Европы, мировую сверхдержаву. Доказательством этого служит целый ряд документов, привести которые полностью или даже частично мы не сможем из-за ограниченности разумного объема любого исследования. Поэтому обратимся к наиболее важным, характерным и знаковым.

Из секретной директивы от 18 августа 1948 года: № 20/1, принятой Советом национальной безопасности (СНБ) США: «Правительство вынуждено в интересах развернувшейся ныне политической войны наметить более определенные и воинственные цели в отношении России. Наша цель – свержение Советской власти. Наше дело – работать и добиться того, чтобы там (в СССР) свершились внутренние события. Речь идет прежде всего о том, чтобы сделать и держать Советский Союз слабым в политическом, военном и психологическом отношениях. Следует со всей силой подчеркнуть, что независимо от идеологической основы любого некоммунистического режима и независимо от того, в какой мере он будет готов на словах воздать хвалу демократии и либерализму, мы должны добиться осуществления наших целей. Мы должны создать автоматические гарантии, обеспечивающие, чтобы даже некоммунистический и номинально дружественный к нам режим:

не имел большой военной мощи;

в экономическом отношении сильно зависел от внешнего мира;

не имел серьезной власти над главными национальными меньшинствами;

не установил ничего похожего на «железный занавес».

В случае если такой режим будет выражать враждебность к коммунистам и дружбу к нам, мы должны позаботиться, чтобы эти условия были навязаны не оскорбительным или унизительным образом».

Поэтому цели, поставленные в 1948 году, как видим, были не только выполнены, но и перевыполнены. Сформировавшийся вследствие «перестройки» и распада Советского Союза «некоммунистический режим» выражает неприкрытую враждебность к советскому периоду отечественной истории и «дружбу к Западу».

Через четыре года после директивы СНБ появился новый, весьма конфиденциальный документ, положенный в основу создания Бильдербергского клуба – неформального института, представляющего собой контролируемое англосаксонским центром Запада объединение наиболее влиятельных представителей североамериканских и европейских элит. В преамбуле соответствующей концепции, адресованной генеральным секретарем проамериканского «Европейского движения» Дж. Реттингером будущему первому директору Бильдербергского клуба голландскому принцу Б. фон Липпе-Бистерфельду, говорилось следующее:

«Англосаксы как раса предназначены для того, чтобы одни расы вытеснить, другие ассимилировать, и так до тех пор, пока все человечество не будет англосаксонизировано. Но прежде всего необходимо установить контроль над сердцевиной земного шара – Россией. Без этого мировое господство англосаксов недостижимо. Для того чтобы овладеть Россией, этой огромной континентальной массой, необходимо выработать стратегию, в соответствии с которой США и их союзники должны, как анаконда, сдавливать Россию со всех сторон: с запада – Еер-мания и Великобритания, с востока – Япония. На южном направлении надо создать государство-вассал про англосаксонского толка, которое, раскинувшись между Каспийским, Черным, Средиземным, Красным морями и Персидским заливом, плотно закрыло бы тот выход, которым Россия пока легко достигает Индийского океана. Такого государства пока не существует, но нет причин, чтобы оно не появилось в будущем.

Рассматривая проблему с геостратегических позиций, необходимо констатировать, что главным и естественным врагом англосаксов на пути к мировой гегемонии является русский народ. Повинуясь законам природы, он неудержимо стремится к югу. Поэтому необходимо немедленно приступить к овладению всею полосой Южной Азии между 30 и 40-м градусами с.ш. и с нее постепенно оттеснять русский народ к северу».

Государство, которое «пока не существует, но нет причин, чтобы оно не появилось в будущем», —это хорошо знакомый нам по деятельности исламских фундаменталистов «проект Халифат», или современный ИГИЛ1. Именно из этого антироссийского проекта, получившего название «Петля анаконды» (автором данного термина является американский геополитик адмирал А. Мэхэн), берут начало как иранская и афганская революции 1970-х годов, так и «революционные» события 2011 года в Северной Африке и на Ближнем Востоке, а также и проект так называемого Исламского государства.

Из приведенных документов и фактов понятно, почему на Западе полураспад нашей страны был воспринят в качестве успешной реализации некоей «программы-минимум», исчерпание которой автоматически поставило в повестку дня вопрос о переходе к решению задач, предусмотренных «программой-мак- симум». Необходимость понять, почему так произошло и что именно зашифровано под понятием «программа-максимум», побуждает нас обратиться к другим источникам и фактам.

Например, к законотворческой деятельности конгресса США, а также разработкам и планам, которые выдвигались некоторыми видными и наиболее непримиримыми к нашей стране представителями американского истеблишмента, особое место среди которых, безусловно, принадлежит Бжезинскому.

Конгрессом США 17 июля 1959 года был принят известный закон «О порабощенных народах» – Public Law (P.L.). Вот выдержка из этого весьма примечательного и далеко идущего по своим замыслам документа: «Политика КПСС привела к порабощению и лишению национальной независимости Литвы, Латвии, Эстонии, Украины, Белоруссии, Армении, Грузии, Азербайджана, Молдавии, Казахстана, Узбекистана, Туркменистана, Киргизии, Таджикистана. Так как эти порабощенные народы видят в США цитадель человеческой свободы, ищут их водительства в деле своего освобождения и обретения независимости и в деле восстановления религиозных свобод христианского, иудейского, мусульманского, буддистского и других вероисповеданий, а также личных свобод и так как для национальной безопасности США жизненно необходима поддержка стремления к свободе и независимости, проявляемого народами покоренных наций, именно нам следует надлежащим официальным образом ясно показать таким народам, что народ США разделяет их чаяния вновь обрести свободу и независимость».

В 1961 году будущий создатель Трехсторонней комиссии и советник президента США Дж. Картера по вопросам национальной безопасности Бжезинский развил этот замысел в книге «Советский блок: единство и конфликт».

Выдвинув предложение расчленить СССР на 22 части, он сформулировал идею, трансформированную в план, явившийся логическим продолжением плана «Петля анаконды». В его рамках РСФСР в том виде, в каком она существовала в составе Советского Союза, предписывалось разделить на семь или восемь частей. В разное время и в разных источниках публиковались территориальные сценарии этого раздела. В связи с этим упоминались Московия, Ингерманландия (северо-запад), юг России, Идель-Урал, Казакия, Западно- и Восточно-Сибирская республики и Дальневосточная республика. Еще одну, 22-ю часть, видимо, предполагалось получить с помощью объединения в самостоятельное квазигосударство Кавказа и Крыма, передав его под протекторат Турции.

Рассказ об исторических перспективах, отводившихся нашей стране после окончания холодной войны и утверждения упомянутого директивой 20/1 «некоммунистического режима», мы начнем с некоторых откровений фигуры, пожалуй, равновеликой, если не превосходящей Бжезинского, причем не только на советском и российском направлениях. Это Киссинджер, которому без труда удалось в первой половине 1990-х годов переложить содержание и стиль директивы СНБ на современный лад: «Реформа в России является определяющим фактором американского мышления в отношении мирового порядка после окончания холодной войны. Американская политика базируется на предположении, что мир может быть обеспечен Россией, закаляющейся в горниле демократии и концентрирующей свою энергию на создании рыночной экономики. В свете этого главной задачей Америки принято считать содействие становлению российских реформ с применением мер, позаимствованных из опыта осуществления «плана Маршалла», а не из традиционных арсеналов внешней политики».

Аппетит, как видим, приходит во время еды. И коль скоро четыре вожделенных пункта из директивы уже выполнены, появилось намерение увидеть нас поверженными окончательно. В дополнение к этим пунктам нашему народу предписывалось еще и «воздать хвалу демократии и либерализму». В зависимость от нашей готовности так и поступить – подчеркнем это – Киссинджер ставил отнюдь не российско-американские отношения, а перспективы всего мирового порядка.

Выступая на совещании Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ) – высшего органа военного планирования и управления США, президент Клинтон 24 октября 1995 года так сформулировал очередные задачи, стоящие перед Америкой: «Последние десять лет наша политика в отношении СССР и его союзников убедительно доказала правильность взятого нами курса на устранение одной из сильнейших держав мира, а также сильнейшего блока. Мы добились того, что собирался сделать президент Трумэн с Советами посредством атомной бомбы. Правда, с одним существенным отличием – мы получили сырьевой придаток, а не разрушенное атомом государство. Да, мы затратили на это многие миллиарды долларов, а они уже сейчас близки к тому, что у русских называется самоокупаемостью. За четыре года мы и наши союзники получили различного стратегического сырья на 15 млрд долларов, сотни тонн золота, серебра, драгоценных камней и т.д. Под несуществующие проекты нам проданы за ничтожно малые суммы свыше 20 тыс. тонн меди, почти 50 тыс. тонн алюминия, 2 тыс. тонн цезия, бериллия, стронция и других редкоземельных металлов.

В ближайшее десятилетие предстоит решение следующих проблем:

расчленение России на мелкие государства путем межрегиональных войн, что были организованы нами в Югославии;

окончательный развал военно-промышленного комплекса и армии России;

установление нужного нам режима в оторвавшихся от России республиках».

Любопытно: Клинтон был членом закрытого, основанного еще С. Дж. Родсом «Общества Круглого стола», история которого, в свою очередь, уходит корнями в созданный в США при непосредственном участии британской разведки в 1854 году, незадолго до Гражданской войны 1861-1865 годов, орден «Рыцари Золотого круга». Членами именно этого ордена было обеспечено распространение идеи сецессии (отделения) южных штатов. Рядом исследователей указывается на присоединение во время Гражданской войны к «рыцарям» президента мятежной конфедерации Дж. Дэвиса, а также убийцы А. Линкольна Дж. У. Бута.

Вот краткая справка по истории этих структур в изложении профессора Дипломатической академии МИД России И. Н. Панарина, автора нашумевшей книги «Первая информационная война. Развал СССР»: «В качестве модели организации и функционирования «Круглого стола» Родс избрал орден иезуитов. Члены общества, в котором выделялись два круга: внутренний («Общество избранных») и внешний («Ассоциация помощников»), были видными политиками, журналистами, деятелями науки и образования.

Общество привлекало на свою сторону людей со способностями и положением и привязывало их к себе посредством либо брачных уз, либо чувства благодарности за продвижение по службе и титулы. И уже с помощью привлеченных оно влияло на государственную политику, главным образом путем занятия членами группы высоких постов, которые максимально защищены от влияния общественности, а иногда и вовсе скрыты от нее. Кстати, будущий посол Британской империи в России Джордж Бьюкенен также являлся членом этого общества.

Тайное общество было саморазвивающейся ветвящейся системой, оказывавшей все возрастающее влияние на британскую политику. После смерти Родса в 1902 году руководителем общества стал лорд Милнер. Елавная установка Альфреда Милнера: расширение и интеграция империи и рост благосостояния общества необходимы, чтобы продолжал существовать британский образ жизни, раскрывающий все лучшие и высшие способности человечества. Одновременно ключевой идеей А. Милнера было создание Лиги Наций, находящейся под влиянием Британской империи.

В 1920-е годы одним из важнейших инструментов управления обществом стал созданный в 1920 году и полностью контролируемый ими Королевский институт международных отношений (КИМО). Здание, где сейчас располагается организация, служило домом для трех премьер-министров, включая графа Чэтема, пока в 1923 году оно не было подарено институту.

Подлинным основателем института стал Джордж Н. Керзон. Начало КИМО было положено на совместной конференции британских и американских экспертов (под руководством Э. Хауса) в парижской гостинице «Маджестик» в 1919 году. Штат института составили совет с председателем и двумя почетными секретарями и небольшая группа сотрудников. Среди последних наиболее значительной фигурой был Арнольд Дж. Тойнби – племянник друга Милнера, автор знаменитого многотомника A Study of History.

КИМО, также известный как Chatem House, – благотворительная организация и один из ведущих мировых институтов, специализирующихся на анализе международных отношений. Доход составляют благотворительные гранты, членские взносы,

пожертвования корпораций и доходы Chatem House Enterprise Ltd., дочерней торговой компании.

Однако кроме системы связей, в том числе и спецсвязей, общие контуры которой мы только что начертили, должна быть и стратегия, изложенная в соответствующих документах, которые, какой бы степенью секретности ни обладали, могли стать известными и быть хотя бы частично обнародованы. Ибо нет того тайного, что рано или поздно не становилось бы явным».

«Гарвардский проект»

В начале 1980-х годов советской разведкой были раздобыты материалы так называемого «Гарвардского проекта», которые включали три основных этапа, изложенных в трех книгах—«Перестройка», «Реформа», «Завершение». Некоторые другие источники причисляют к этому «проекту» еще и четвертую книгу – «Кольцо Сатурна», содержание которой, однако, не раскрывают.

Программа якобы была рассчитана на три пятилетки.

«Перестройка». С 1985 по 1990 год. Предполагала гласность, борьбу за «социализм с человеческим лицом», подготовку реформ и переход от социализма к капитализму. Руководить «перестройкой» должен был генеральный секретарь.

«Реформа». 1990-1995 годы.

Цели:

ликвидация мировой социалистической системы и Варшавского Договора;

ликвидация КПСС;

ликвидация СССР;

ликвидация патриотического социалистического сознания.

При этом руководить процессом должен был уже другой лидер и другая команда.

«Завершение». 1996-2000 годы. Основные этапы:

ликвидация армии;

ликвидация российской государственности;

ликвидация атрибутов социализма – бесплатного обучения, бесплатной медицины;

введение основного принципа капитализма «каждый сам платит за все»;

ликвидация сытой и мирной жизни сначала в провинции, а затем и в столицах (Москве и Ленинграде);

повсеместная ликвидация общественной, государственной собственности и полная замена ее частной;

ликвидация крупных городов и промышленных центров посредством продовольственных проблем, техногенных кризисов и вымораживания;

постройка хороших путей сообщения (дорог, трубопроводов, ЛЭП и т. д.) между местами добычи основных полезных ископаемых и портами, а также непосредственно со странами Запада для оперативного и в максимальном объеме вывоза за границу основных богатств России;

постепенный захват территории России англосаксонским населением (раньше, чем это сделают расы Востока).

Легко убедиться в том, что если задачи первых двух этапов этого гипотетического документа— «Перестройка» и «Реформы» – выполнены практически полностью, то третья—«Завершение» – не выполнена, по меньшей мере, в основной части поставленной ею задачи не «ликвидирована российская государственность».

Еще раз обратим внимание на то, что мы не занимаемся здесь рассуждениями о степени достоверности этих данных, а анализируем их содержание, пытаясь сопоставить его с действительностью. В отличие от некоторых политологов и экспертов, мы также не пытаемся соотнести обсуждаемый «Гарвардский проект» с Гарвардским проектом, который осуществлялся с 1948 года под руководством Дж. Кеннана—шефа группы политического планирования Государственного департамента США в целях оценки психологической уязвимости советского гражданского населения при массированных бомбардировках, аналогичных по масштабам бомбардировкам Германии союзной авиацией в период Второй мировой войны, и, соответственно, их непрямого эффекта. Мы не делаем это, хотя текст, обнаруженный советской разведкой, являлся продолжением варианта, который разрабатывался Кеннаном в Госдепе при поддержке Управления стратегических бомбардировок (УСБ), входившего в структуру предшественника ЦРУ – Управления стратегических служб (УСС) США.

Мы обсуждаем содержательную сторону этого проекта. Обсуждаем, по существу.

Что еще следует из приведенной цитаты? Явный сдвиг сроков реализации «Гарвардского проекта», которые давно прошли и опоздали даже с завершением второго этапа, не говоря уж про гипотетический третий. На этом фоне тот же источник указывает, что еще в августе 1997 года Гарвардский институт международного развития обнародовал информацию о подготовке нового издания проекта, тем самым фактически признав, что предыдущая версия осталась до конца не реализованной.

Значит, любой, кто запускает длинный процесс (а наша «перестройка» и все, что за ней последовало, это, безусловно, длинный процесс), будет опираться и на эти циклы, и на закон ротации неподпитываемых социокультурных систем.

В июне 2001 года был обнародован отрывок из документа, который, как сообщается, циркулировал в конце 2000 года в аппарате вице-президента США Р. Чейни и считался частью заменившего «Гарвардский проект» «Хьюстонского проекта», который, по-видимому, и являлся искомой разработкой Института исследований сложности в Санта-Фе.

Теперь по существу «Хьюстонского проекта».

Объяснив в оскорбительно уничижительной форме происходившую в России деградацию государственных и политических институтов «неспособностью российского менталитета воспринять систему демократических ценностей и цивилизованного образа жизни», американские аналитики приступили к главному: «Одним из требований, предъявляемых к США новым российским вызовам, является отказ от отношения к России как к какому-то целому, каким она больше не является или перестанет являться в обозримом будущем. Необходимо прорабатывать отдельную политику для отдельных регионов, особо выделяя, как это сделано в настоящем обозрении, Калининград, Северный Кавказ, Восточную Сибирь и Дальний Восток, а также Москву и Санкт-Петербург, в которых сосредоточена элита федерального уровня».

Акцент сделан на следующем: следует также всячески стимулировать Японию не только к приобретению четырех спорных островов, но и к освоению всех Курильских островов и острова Сахалин.

Калининград: правовое регулирование

Постепенный отказ от льгот, демократические преобразования в Белоруссии, неэффективность избранного под давлением Москвы регионального руководства, тяжкий груз военной инфраструктуры усилят степень оторванности данной территории от России до уровня, который сделает неизбежным ее возвращение в Европу. Вероятным промежуточным этапом могло бы стать превращение региона в свободную экономическую зону с последующей демилитаризацией как его, так и прилегающих территорий стран НАТО, после чего он будет естественным путем втянут в экономику объединяющейся Европы.

Восточная Украина: нейтрализация имперского экспансионизма

Необходимо быть готовым к негативному развитию событий, при котором промосковская ориентация части украинской элиты сохранит свое доминирование. В этом случае следует опереться на глубокие различия в менталитете населения Восточной Украины, традиционно считающего себя русским, и Западной Украины, отстаивающего национальную идентичность и независимость от России.

Данный курс может закончиться разделением Украины по Днепру, которое более соответствует национальным интересам США, чем начало процесса поглощения Украины Россией и превращения двух государств в одну потенциально опасную империю. Именно так, скорее всего, и закончится нынешний конфликт на Донбассе.

Косвенным подтверждением подлинности документа служит последовательность выполнения всего намеченного американской стороной, начиная с шагов по «демократизации Узбекистана и Киргизии» и кончая предпринятой в конце 2009 года во время поездки Бжезинского в Пекин попыткой «сделать тему разграничения сфер и характера влияния в России «разменной монетой» при обсуждении более важных вопросов», то есть основать пресловутую «Еруппу двух» (G2), смысл которой – договориться с Китаем о совместном с США разделе советского наследства, подобно тому как Еитлер во время визита в Берлин в 1940 году В. М. Молотова предлагал И. В. Сталину таким же образом поделить британское имперское наследство. Как и СССР, Китай на это не пошел, вызвав возмущенную реакцию в тех кругах США, позицию которых можно считать индикатором истинного положения дел.

Заключение

Подведем итоги.

Несмотря на закрытость стратегического планирования в любой стране, а тем более в США – сверхдержаве, оказывающей исключительное по своей значимости воздействие на глобальные процессы, утечки информации все равно появляются. Из них выясняется общая тенденция эволюции первичных разработок по разрушению СССР, берущих начало с директивы СНБ США 20/1 (1948). Сформированный на ее основе «Гарвардский проект», развивавшийся вначале в плоскости социально-психологического экспериментирования и прогнозирования возможной реакции советского населения на разрушительные бомбардировки, затем, по всей видимости, перешел в геостратегическую плоскость и был расширен и переформатирован в обновленный план расчленения нашей страны. После того как первые этапы этого проекта увенчались относительным успехом, дальнейшая его реализация застопорилась.

Сменивший его «Хьюстонский проект» базировался, по-видимому, на планах не прямого и одномоментного расчленения Российской Федерации, а на идее постепенного продвижения к решению этой задачи путем внутреннего «размягчения» и окружения нашей страны пространством «управляемого хаоса», направленного против Китая, но напрямую затрагивающего и нас. В рамках «Хьюстонского проекта» каждому региону отводилась отдельная стратегия, что базировалось на общей исходной посылке «не рассматривать Россию чем-то целым».

Открытым здесь остается вопрос о том, что являлось первичным, исходным, а что вторичным, производным. «Гарвардский проект» сам затормозился из-за объективных причин и потому был заменен «Хьюстонским»? Или открылись новые обстоятельства, а может, и возможности, которые побудили глобальных «дирижеров» осуществить эту «рокировку» по собственной инициативе? И не принятое ли незадолго до этого стратегическое решение изменить характер отношений США с мусульманским миром тому причина?

Как реагировала на все это Россия до перехода США «красной линии» в виде госпереворота на Украине?

Если в общих чертах, то продолжением следования в фарватере США и Запада, которое именно в том же 1997 году было ознаменовано подписанием Основополагающего акта Россия— НАТО. Вот лишь одна характерная выдержка из этого документа: «Исходя из принципа неделимости безопасности всех государств евроатлантического сообщества, Россия и НАТО будут совместно работать, с тем чтобы внести вклад в создание в Европе общей и всеобъемлющей безопасности, основанной на приверженности общим ценностям, обязательствам и нормам поведения в интересах всех государств.

Россия и НАТО будут содействовать укреплению ОБСЕ, включая дальнейшее развитие ее роли в качестве основного инструмента превентивной дипломатии, предотвращения конфликтов, урегулирования кризисов, постконфликтного восстановления и регионального сотрудничества в области безопасности, а также укреплению ее оперативных возможностей по осуществлению этих задач. ОБСЕ в качестве единственной общеевропейской организации безопасности играет ключевую роль в поддержании европейского мира и стабильности».

Итак, Россия включила себя в «евроатлантическое сообщество». В том же Акте звучит и термин «евроатлантический регион», упоминание о котором по сей день красной нитью проходит через важнейшие государственные документы Российской Федерации, включая Концепцию внешней политики и Стратегию национальной безопасности до 2020 года.

И при всем том ни слова не было произнесено об особости геополитического позиционирования нашей страны, то есть о ее принадлежности к Хартленду, а не к пресловутой « Евро Атлантике».

Россия беззвучно и безропотно приняла укрепление ОБСЕ – организации-преемницы Общеевропейского совещания по вопросам безопасности и сотрудничества в Европе (в документе упоминается и заключительный акт этого форума), которая не выполнила своего главного предназначения, для чего создавалась в 1975 году, – не обеспечила нерушимость европейских границ. Не поддерживать ОБСЕ нужно было, а немедленно распускать ее как организацию, само существование которой становилось в тех условиях угрозой национальным интересам нашей страны.

Россия признала включение в перечень полномочий ОБСЕ положения о «превентивной дипломатии». Ближайший по смыслу к «превентивной дипломатии» термин, поставленный этим документом во главу угла, – «миростроительство», то есть управление строительством «нового мирового порядка».

Наконец, Россия в Основополагающем акте согласилась с эксклюзивным статусом ОБСЕ в системе европейских институтов безопасности, признав ее «единственной» такой организацией. Тем самым она отсекла себе возможности, набрав сил, создать ей в будущем альтернативу, которая в большей мере соответствовала бы национальным интересам страны.

Таким образом, следует четко осознать, что рассчитывать на пощаду не приходится и Россию будут добивать всеми силами и всей сворой. Причем независимо от того, какой в ней будет режим и в какой мере он будет готов «воздать хвалу демократии и либерализму». Ребром поставлен вопрос о самом историческом выживании российской цивилизации, а стало быть, о поиске путей и способов выхода из тупика, в котором мы оказались после распада Советского Союза.

Именно об этом говорится в программных документах ЛДПР и исторических выводах ее лидера В. В. Жириновского, в которых содержится рецепт оздоровления и выживания России. ЛДПР

Исторические выводы Владимира Жириновского

В чем главная причина глобального отставания России? Б медлительности, громоздкости и неэффективности административной машины – как советской, так и нынешней. Отсюда и низкие результаты. Еще в 1958 году американцы усомнились в советском социализме, применив по отношению к СССР другой термин – «государственный капитализм». Любые решения принимаются непозволительно долго. Все в руках одного монстра – государства, которое и цены назначает, и производство и сбыт контролирует. Государственное участие необходимо, но не во всем и не тотальное.

Санкции против России помогут национализировать ее политическую элиту. Надо жить и работать в собственной стране – прежде всего для ее благополучия, а не считать Россию удобной площадкой для зарабатывания денег, чтобы затем жить в роскоши за границей.