Баронесса из племени волчиц

— Надо устроить большую облаву, чтоб не один гугутан не ушёл!

— Но там же женщины, дети! Их можно просто отогнать!

— Большинство самок гнались за охотницами вместе со своими самцами, а щенки, если их отогнать, подрастут и придут снова. Да если и не придут, то будут перехватывать наших антилоп! Они их убьют, и нам не достанется, а те, что уцелеют, могут пойти другой дорогой. Мама рассказывала, что когда-то волчицы жили в другом месте, но потом пришли гугутаны и антилопы ушли…

Анита кивнула — понятно, гугутаны ещё и конкуренты. Лишнее звено в пищевой цепочке, а не только враги, пытающиеся уничтожить племя. А может потому и пытаются, что видят в волчицах и остальных охотницах претендентов на свою добычу. А что потом поедают убитых врагов — так не пропадать же добру. Анита сглотнула — хорошо хоть волчицы не едят гугутанов! Чтоб отвлечься, Анита перезарядила пулемёт, осталось ещё два короба с патронами. Опустошённые короба девушка выбрасывать не стала, в модуле было с десяток ящиков с патронами, так что потом можно будет ленты зарядить. Да и сейчас это можно сделать, если будет время — один ящик Анита прихватила с собой. Валинья, оглянувшись, видно поняла состояние Аниты, тронула джип с места, медленно сдала в сторону, так чтоб не видно было оврага, а главное, того что там находилось, встретившись глазами с Анитой, Валинья серьёзно кивнула.

— Вот так ты и борха завалила? — спросила одна из незнакомых охотниц, как отметила Анита — из рысей, если судить по шкурам её мехового бикини.

— Примерно так, только не только из «гатлинга» стреляла, там было ещё… — девушка довольная тем, что может отвлечься, стала подробно рассказывать об охоте на борха, объясняя, как могла, её подробности. Охотница слушала, не перебивая. Потом покачала головой:

— Мы когда-то тоже такого убили, но он был старый и больной. Мы его заманили в ловушку, а потом месяц ждали, когда сдохнет. Ты же видела, какая у него крепкая шкура, ни стрелой, ни копьём не взять! Торговцы с востока очень ценят его железы и шкуру. Но у борха, что мы добыли, железы были плохие и старые, но всё равно за них торговцы много дали. А ты сумела молодого добыть. Даже не знаю, хватит ли у восточных торговцев товара, чтоб всё сразу у вас выкупить. Ваше племя самым богатым станет!

— Расскажи мне об этих зверях, — попросила Анита, у неё появились кое-какие мысли. Но пока очень смутные, и она захотела узнать об объекте возможной охоты побольше.

— Борх — одно из порождений пустыни. Ты, наверное, её видела, до неё ближе всего от вашего селения — если пройти через красные скалы, — охотница замолчала и внимательно посмотрела на девушку, пока ждали Арлиту и Архиту, охотницы, прибывшие на помощь волчицам, слышали историю о приёмной дочери вождя волчиц. О том, что сначала волчицы думали, что она и есть демон красных скал, но потом увидели этого маленького чёрного демона, как оказалось, благосклонного к волчицам. Недаром этот демон послал волчицам девушку, неотличимую от дочери Арлиты, но при этом обладающую умением пользоваться всеми демонским вещами, в чём охотницы рыси и росомахи только что убедились. Эта девушка спасла Алиту, добыла много мяса волчицам, да и сейчас — отражение нашествия гугутанов, что потребовало бы усилий трёх племён и многочисленные жертвы, превратилось в забаву! Анита поняла, на что намекает охотница-рысь, и, чуть улыбнувшись, сказала:

— Я знаю, где красные скалы, и видела пустыню.

— В пустыне нет воды, там слишком жарко, вот оттуда и приходят тардымы, борхи и другие твари.

— Ну почему же твари? — удивилась Анита и поправила замолчавшую охотницу: — Твари не съедобные, а этих всех вы едите, даже находите особо ценные ингредиенты…

— Кого мы находим? — удивилась Гулана, как и остальные девушки в джипе, внимательно слушавшие разговор.

— Шкуру, железы и другие полезные внутренние органы, — вместо Аниты ответила Валинья.

— Ты знаешь это слово? — теперь удивилась Анита.

— Догадалась, — коротко кивнула ученица знахарки и поддержала Аниту: — Тут ты права — тварей нельзя есть и некоторые из тех, кто выходит из пустыни, именно такие.

— А может твари это те, кто живёт в пустыне, а тардымы, борхи и кто ещё там, на кого вы охотитесь, просто проходят сквозь пустыню? Может эта пустыня не такая уж и большая? Вы же не проверяли?

— Пешком далеко уйти нельзя, а гурхи отказываются далеко заходить в пустыню. Да и нельзя ночью оставаться у красных скал, там появляется демон… — начала охотница и замолчала, уставившись на Аниту.

— Я не демон, — ответила та, — вы в этом могли убедиться…

— А…

— Мурочка тоже не демон, а вот про демона, что приходит ночью и утаскивает в скалы молодых охотниц, я слышала, — кивнула Анита и попросила: — Об этом поподробнее.

Охотницы, старая и молодые, переглянулись и посмотрели на Валинью, та сидела, положив руки на руль и чуть прикрыв глаза. Выдержав полагающуюся паузу, ученица знахарки начала рассказывать легенду, как и положено, немного нараспев:

— Жила в одном из племён охотница Галинья. Не было удачливее и умелее охотницы чем она! Как-то раз решила она одна добыть борха…

Далее Валинья красочно рассказала о ссоре этой охотницы с местной знахаркой, о предупреждении той, чтоб охотница не ходила ночью к красным скалам, о том, что там живёт демон, похищающий тех, кого застал у своего жилища ночью. Охотница не послушалась и поехала делать ловушку на борха. Естественно, за день не успела и решила переночевать у скал, забравшись на одну из них. Ночью, как и положено, пришёл демон и утащил охотницу в скалы. Днём другие охотницы, искавшие свою подругу, нашли только растерзанного гурха.

— Давно это было, но с тех пор охотницы стараются не приближаться к красным скалам, если нет в этом особой необходимости. А уж остаться около них на ночь — никто и не помышляет! — Закончила Валинья свой рассказ, её слушали и несколько охотниц, подъехавших во время её повествования. Одна из них сказала:

— Три охотницы росомах лет десять назад были застигнуты ночью у красных скал. Они решили не продолжать движение в темноте и остались там ночевать, укрывшись в расщелине. Их гурхов тоже нашли, наполовину съеденных.

— Интересно получается, — хмыкнула Анита, — демон охотниц съедает целиком. А их гурхов только наполовину. А не мог ли это быть тардым? Ночью напал на охотниц и их гурхов?

— Тардым убьёт всех гурхов, это правда, — ответила одна из охотниц-росомах, — только тардым, если всех уже убил, не будет их надгрызать, он доест то, что начал и возьмётся за следующую жертву. Да и погрызены те гурхи были шакалами, я там была и видела.

— Вот почему ты тогда так испугалась и просила тебя съесть сразу. Ты думала, что я тот демон? — спросила Анита у Алиты. Та только закивала и прижалась к сестре, видно было, что хоть до красных скал очень далеко, девушка очень напугана, тем более что уже начало темнеть. Ночевать решили здесь же, выбрав для ночёвки вершину обрывистого холма. Анита направила на въезд в этот импровизированный лагерь пулемёт, приготовила оба автомата и ракетницу. Охотницы разожгли несколько костров. Причём один довольно далеко от того места, где расположились, но так чтоб он закрывал проход к их лагерю. Анита даже удивилась — как можно расположить брёвна, чтоб они постоянно горели, давая хорошее пламя, и это без постоянного вмешательства со стороны.

На следующий день подошли загонщики, и охотницы вместе с ними продолжили облаву, добивая уцелевших гугутанов. Анита так же, как и её подруги, в этой облаве не участвовала. Валинья под охраной Гуланы и Алиты собирала какие-то травы, а Анита сидела в джипе, набивала патронами ленты в опустошённых зарядных коробах и думала. Ей не давал покоя вчерашний рассказ ученицы знахарки. Девушка вспомнила одну деталь, на которую сразу не обратила внимания. Когда она во время своего последнего визита просматривала записи с камер слежения, то заметила, как со стороны пустыни обзор этих камер закрыла движущаяся тень. Её она обнаружила только потому, что эта тень, перемещаясь, закрывала свет звёзд. Двигалась тень плавно и совершенно бесшумно, если бы это был тардым или другой подобный зверь, то слышен был бы топот ног, дыхание — микрофоны-то работали! До этого были слышны различные звуки, даже шум ветра прослушивался! Но когда появилась эта тень — даже ветер затих, словно испугался. Получается, что все эти местные рассказы-ужастики о скальном демоне имеют под собой какую-то основу. Только этот демон, похоже, не живёт в скалах, а приходит туда ночью из пустыни. Записи с появлением этой тени Анита видела дважды, первый раз тень появилась, когда она и Алита ночевали после своего знакомства. Второй раз, когда в модуле никого не было. И оба раза эта тень надолго застывала перед воротами гаража. Но в ту ночь, когда там стоял борх, тени не было. Возможно, она испугалась пустынной твари? Из рассказов охотниц Анита уже знала, что борх нападает на всё, что видит, даже на тардыма! Хотя при его неуязвимости… Что тардым сделает этому бронированному живому джипу? Так что, может, это не борху повезло, что этой тени-демона не было? Это она испугалась зубастого броневичка и не пришла? Если это так, то с ней вполне можно бороться с помощью «гатлинга». А если предположение, что тень испугалась, не верно? Тогда, чем её хотя бы напугать? Анита решила поговорить об этом демоне с Дырмаей, может, та об этом что-то знает? Но потом в голову девушке пришла другая мысль. А что если на этого демона устроить засаду? Он нападает ночью, вот и подсунуть ему приманку! Конечно не охотницу и не загонщика, даже не гурха, а гугутана! Поймать живого и разместить перед одной из камер! Да не просто разместить, а сделать ловушку! Заминировать гугутана с помощью миномётных мин! Как делать растяжки, Жаннэт показывала. Парочку Анита даже сделала, правда не в учебном центре, а в ретрансляционном модуле. Да и не из мин. А из лопающихся пакетов с краской. Как они с Дороти тогда хохотали, когда такая ловушка сработала у зеркала в душевой! Тогда, когда Дороти обнаружила записи, найти камеру не составило труда. Но сразу убирать её девушки не стали, Анита только отключила, сымитировав естественное повреждение. А над зеркалом установила пакеты с краской, по всей его длине. И когда парни пошли в душ, видно решив совместить помывку с ремонтом камеры, девушки заняли наблюдательную позицию недалеко от санблока. Они тогда рыдали от хохота, когда перепуганные парни выскочили из душевой! Голые, крашеные во все цвета радуги! Не все, правда, выскочили, но девушки были вполне удовлетворены своим мщением.

Анита улыбнулась своим воспоминаниям и подозвала одну из охотниц, видно оставшихся, чтоб охранять её и пулемёт. Высказав свою просьбу и пояснив для чего это надо, Анита дальше занялась лентой, а охотница, с уважением и страхом посмотрев на девушку, ускакала выполнять.

Ночевали снова в этом естественно защищённом лагере. На это раз тут было тесно, потому как были ещё и загонщики, но зато не так страшно, как в первую ночь. Хоть разговоры и были о том же страшном скальном демоне, но это уже были не ужастики, а восхищённое цоканье языками и советы, как на него лучше охотиться. То, что Анита собралась это сделать, окончательно убедило охотниц, что она не скальный демон. И что её Мурочка, может и демон, но совсем не враждебный охотницам. Костры горели так же, как и в прошлый раз, но охотницы, да и загонщики, время от времени, настороженно поглядывали в сторону дальнего. Словно оправдывая их опасения, оттуда послышался низкий, пробирающий до самых костей рык. Охотницы замолчали и, мгновенно выхватив луки, наложили стрелы на тетиву, загонщики привычно выстроились перед ними плотным строем, выставив перед собой копья. Связанный гугутан, до этого молчавший, громко и испуганно завыл. Анита одним движением оказалась в кабине джипа и, выдёргивая автомат из зажима на дверце, включила фары. Свет выхватил до этого с трудом различимую фигуру громадного зверя, стоящего сразу за костром. Это была огромная кошка с такими же огромными клыками, если торчащие из нижней челюсти напоминали кинжалы, то опускающиеся из верхней — сабли.

— Тархар! — прокатилось испуганное, даже более чем испуганное. А саблезубый тигр, Анита разглядела полосы на шкуре гигантской хищной кошки, словно наслаждаясь произведенным эффектом и насмехаясь над напуганными людьми, снова издал свой, вызывающий подсознательный ужас, утробный рык. Анита, не раздумывая, всадила автоматную очередь в раскрытую пасть. Может стрелы охотниц и копья загонщиков и не причинили бы особого вреда огромному зверю, стремительно выхватывающему из их перепуганной толпы свою добычу, но разрывные пули превратили в кашу содержимое его черепной коробки. Анита помнила, как тардым отреагировал на разрывные пули, попавшие ему в бок, а вот одной гранаты, разорвавшейся у него внутри головы, оказалось вполне достаточно, чтоб завалить, поэтому, когда девушка увидела раскрытую пасть, то без промедления этим воспользовалась — кто его знает, какова крепость черепа у этого зверя, а попадания в другие части тела вряд ли будут смертельны!

— Тархар! — кто-то повторил по-прежнему испуганно.

— Был, — несколько картинно заметила Анита, но при этом быстро меняя наполовину опустошённый магазин. Жаннэт учила:

— Даже если в магазине остались патроны — поменяй! Не исключено, что эти, которых не хватило, могут спасти тебе жизнь! Оружие должно быть под рукой и полностью готово к бою!

— Тархар! — повторила Алита, показывая на поверженного зверя, даже лежащий такой неподвижной грудой, он внушал ужас. — Ты убила тархара!

— А зачем он на меня рычал? — с усмешкой ответила Анита. — Шёл бы себе мимо, я бы не трогала его. А так… Сам виноват! И, вообще, чего вы так перепугались? Разве Архита не рассказывала, как охотилась на этих тархаров. Я, правда, тогда думала, что это что-то рогатое…

— Анита, девочка, ты не понимаешь, — мягко сказала Архита, — я охотилась на молодых, ещё глупых… И эти мои шрамы показывают, что это не так уж легко было. А это матёрый, хитрый и быстрый! Он не нападал сразу, вот так бы сидел и рычал, а когда мы устали бы и ослабили внимание, а это бы непременно произошло, он прыгнул бы и схватил кого-нибудь и хорошо, если больше никого не убил бы ударом своей лапы!

Аниту поразило, с каким фатализмом это было сказано, охотница заранее смирилась с потерей кого-то из своих товарищей или близких, а возможно и со своей смертью. Всхлипнувшая за спиной Алита заставила девушку обернуться и обнять свою дрожащую сестру. Желание ёрничать совсем пропало. Алита только сейчас поняла, какая трудная и опасная жизнь у охотниц, и то, что она так лихо расправляется со всеми трудностями и опасностями, совсем не её заслуга! Что бы она делала без автомата, пулемёта, джипа? Повернувшись к Гулане, попросила:

— Научишь меня стрелять из лука?

Высокая девушка улыбнулась и обняла своих названных сестёр. А Архита, пользуясь светом фар джипа, организовала снятие шкуры и разделку тархара, соблюдая принцип — если не съели тебя, то съешь ты. Анита, время от времени посматривая на охотниц, бдительно оглядывала окрестности, держа автомат наготове.

Глава седьмая

Охота на демона и ярмарка

Анита

Анита напряжённо вглядывалась в экран, рядом с ней сидела и точно так же неотрывно смотрела на монитор Дырмая. На подлокотнике кресла, в котором сидела знахарка, умостилась Валинья. Отсвечивающий красноватым экран перед ними показывал связанного гугутана-приманку, чуть дальше лежала антилопа, тоже связанная. Анита предложила положить кроме человека-обезьяны ещё и её, девушка непонятно пояснила это своё намерение — для чистоты эксперимента. Её заинтересовало из рассказа Валиньи то, что охотницы пропадали совсем, а вот их гурхов находили растерзанными или почти съеденными. С другой стороны от Аниты сидели Арлита с Алитой, они уместились в одном кресле, а вот рядом с ними в запасном кресле, перед которым не было монитора, сидела только Гунара, её дочь стояла за креслом, крупным охотницам было было в него не втиснуться. Анита контролировала дальние подступы к приманке, Дырмая и Валинья — саму приманку — камера, выводящая картинку на их экран была переключена в инфракрасный режим, потому он и светился красноватым. Алита с матерью тоже смотрели на приманку, но в обычном свете, поэтому их монитор был самым тёмным. Архита с загонщиками сидели под стеной. Если Архита, сидя на корточках, тоже поглядывала на экран, время от времени вскакивая на ноги, то загонщики сохраняли спокойствие, ожидая команды от своих охотниц.

Сразу после битвы с гугутанами, вернее их расстрела, Анита заявила, что едет охотиться на скального демона, вместе с ней в поездку собрались её сестра, Арлита с Архитой, Гулана с матерью. Желание поучаствовать и посмотреть на скальное жилище Аниты выразила Дырмая, участие Валиньи даже не обсуждалось. Она и вела грузовик до красных скал, девушке уже начало нравиться управлять машиной. Выехали на рассвете, через два дня после битвы с гугутанами, и до красных скал добрались засветло.

Анита, используя миномётные мины, соорудила из них растяжки и подготовила большую ловушку. Она не была профессионалом-диверсантом, и её минное поле-западню обнаружил бы даже солдат-новобранец, да и расположила мины девушка не лучшим образом, Жаннэт осталась бы недовольна своей ученицей. Но, как решила Анита, скальный демон, кто бы он ни был, всё-таки не солдат и не имеет подготовки новобранцев. Минное поле-ловушку Анита доделывала уже в темноте, при свете фар грузовика, и делала его не перед воротами гаража, а ближе к пустыне, но перед одной из следящих камер. Анита торопилась закончить, так как охотницы уже заметно нервничали, хотя и старались не показывать виду. И вот теперь все ждали — клюнет ли скальный демон на наживку и кого он предпочтёт гугутана или антилопу? Ждали уже долго — Анита глянула на часы в углу монитора, уже было три часа, скоро рассвет.

— А если сегодня скальный демон не придёт? — шёпотом спросила Алита, нарушая молчание.

— Тихо! — прошипела Анита, звуки снаружи, улавливаемые микрофонами, выставленными на максимальную чувствительность, стихли. Анита покрутила ручку настройки, но ничего не произошло, девушка скривилась:

— Только этого не хватало! Не могли же они все сразу сломаться! Или это усилитель сдох?

Её перебил визг гугутана, а Валинья выдохнула:

— Смотрите!

Большая человеко-обезьяна будто бы начала уменьшаться в размерах. Анита быстро переключила изображение своего монитора на приманку, действительно, визжащий гугутан стал меньше, его словно кто-то высасывал, но при этом уменьшалась и его шкура. Вот руки и ноги стали настолько меньше, что они легко выскользнули из опутывавших косматое тело верёвок. Беспорядочно замахавший своими конечностями, гугутан задел одну из растяжек. С интервалом в несколько секунд сработали все мины, расположенные в непосредственной близости от пленника. Экраны на мгновение стали белыми и снова показали ночь снаружи модуля, яркие вспышки взрывов сменились темнотой. Анита переключила все камеры в инфракрасный режим. На том месте, где был привязан гугутан, было пусто, воронок от взрывов тоже не было, всё-таки вышибные заряды хоть и невысоко, но подбросили мины.

— Надо бы выйти посмотреть, — сказала Анита, но не сдвинулась с места, остальные тоже не проявили желания выходить из казавшегося таким надёжным, скального жилища Аниты. Девушка кивнула: — Хорошо, дождёмся восхода солнца и тогда посмотрим.

Никто не выразил желания покидать зал операторов, загонщики уселись под стеной, вытянув ноги. К ним присоединилась Гулана, устроившись рядом с Утурумом. Валинья, по примеру Аниты, стала переключать изображение своей камеры, оглядывая окрестности, увидев неподвижно лежащую антилопу, она, увеличив изображение, воскликнула:

— Смотрите! Антилопа мёртвая! Демон её убил!

— Нет, её осколком зацепило. — Анита тоже переключилась на изображение с той камеры, что была наведена на антилопу и увеличила выводимую на монитор картинку. Показав на рану на теле животного, девушка сказала: — Вон видите? Это от осколка мины, надеюсь, этому демону тоже досталось! А что он делал с гугутаном? Почему тот уменьшался? Если бы демон выпил из него кровь, то тело сохранило бы прежний размер, хотя и усохло бы, а так оно сдувалось, словно резиновый мячик!

Некоторое время все, сбрасывая напряжение, расспрашивали Аниту, что такое резиновый мячик, вкусный ли он и можно ли его есть? Но через некоторое время усталость одолела и охотницы задремали, загонщики и так давно спали. Задремала и Анита, её разбудил выкрик Валиньи:

— Борх! Смотрите, борх!

Было уже светло, и на экране Валиньи видно было, как этот пустынный зверь, в присущей ему манере целеустремлённого броневика, движется к антилопе. Анита, протерев глаза, кивнула:

— Так вот кто разрывал гурхов пропавших охотниц! Что ж теперь ясно, как происходили подобные нападения: сначала скальный демон, что бы это ни было, убивал охотниц, а потом появлялся борх и съедал их гурхов, которые по какой-то причине не могли убежать.

Проснувшиеся охотницы согласно закивали, а борх тем временем подошёл к антилопе. Но не дойдя до неё нескольких шагов, задел растяжку. Почти одновременно прогремевшие три взрыва подбросили пустынного зверя, он упал на брюхо и заскрёб лапами по камням.

— Ого! — удивилась Анита. — Живучий какой! Хотя с той бронёй, что на нём… Поехали посмотрим, солнце уже взошло, думаю скальный демон уже ушёл, если уцелел.

Оставаться в модуле никто не захотел и в грузовичок забрались все: и охотницы, и их загонщики, и знахарка. За рулём была Валинья, а Анита заняла место у пулемёта, мало ли что. Увидев приближающийся грузовик, борх зашипел и попытался встать, но пулемётная очередь поставила последнюю точку. Дырмая и Валинья с восторженным оханьем засуетились вокруг пустынного зверя. Затем быстро организовали работы по разделке шагающего бронированного джипа. Только Анита с сестрой не приняли участия в общей суете: Анита внимательно оглядывала окрестности, поводя дулом пулемёта, а Алита ей помогала (смотреть по сторонам, а не двигать пулемётом). Как и в прошлый раз на разделку борха ушло полдня. Возвращались в модуль уже в послеобеденное время. Анита попросила подъехать к тому месту, где был привязан гугутан. Там девушка обратила внимание на подсыхающую чёрную слизь. На её вопрос: знают ли охотницы, что это такое? Те только пожали плечами, а Дырмая указала на маленькую руку гугутана, лежащую в стороне. Видно её оторвало взрывом, вернее это было всё, что осталось от гугутана после срабатывания ловушки. Анита подошла и долго рассматривала эту почти кукольную руку-лапу. Охотницы и загонщики остались в грузовике, к девушке подошла только Дырмая. Анита, указывая на уменьшившуюся лапу гугутана, спросила:

— Как это могло произойти? Я видела, как уменьшался гугутан, значит, демон тут был и это, — теперь Анита показала на лохмотья, частично засохшей чёрной слизи, — скорее всего то, что от него осталось. Всё-таки ловушка сработала. Но возникает вопрос — этот демон был тут один или их несколько? Во всяком случае из бункера модуля связи ночью я выходить не буду. Скала от него всё-таки защищает!

Дырмая ничего не ответила, только внимательно посмотрела на девушку. Анита поняла, что знахарка сама ничего не знает про того, кто приходил ночью, и только сейчас перестала считать девушку скальным демоном.

Ночью все спали, а утром Анита просмотрела запись и убедилась, что больше никто не приходил. Но на всякий случай из модуля выехали, когда солнце поднялось уже довольно высоко. Несмотря на то, что управляла грузовиком Валинья, до селения волчиц добрались засветло. Там Дырмая занялась добычей, поскольку два борха было очень много, она решила поделиться с знахарками рысей и росомах. Валинья пояснила Аните, что часть добычи знахарки оставят себе, а часть продадут на ярмарке. Аниту заинтересовало — что такое ярмарка, оказалось, это праздник в середине лета, совмещённый с большим торгом. По большой реке, которая излучиной входила в земли охотниц, приплывали на длинных лодках торговцы с востока.

— Это те, чьи города огораживаются большими стенами? — вспомнила рассказ сестры Анита. Та охотно пояснила:

— Да, именно оттуда они и приплывают, они говорят на непонятном языке, но некоторые умеют и по-нашему. Торговцы привозят соль, железо, железные изделия, кстати, ножи, что они привозят почти такие же, как у тебя, может, не такие хорошие, но лучше, чем делает мастер Отанк! Но кроме соли и ножей у этих купцов есть ещё много полезных вещей…

— Стеклянные бусы, — хмыкнула Анита, перебивая Алиту. Та кивнула:

— Бусы тоже, они красивые, но их носят только хозяйки. Охотница сама делает себе бусы из клыков добытых ею зверей.

— Постой, постой, — остановила сестру Анита, — а почему я не видела этих бус у вас?

— У мамы и Архиты есть такие бусы, но они их не носят, потому что все и так знают, что они очень умелые охотницы, а я, да и остальные молодые охотницы, ещё никого не добыли. Бусы можно делать только из клыков хищных зверей!

Анита хмыкнула, они на пару с Алитой добыли уже одного хищного зверя — тардыма, а хмыкнула девушка потому, что представила бусы из зубов в руку по локоть длиной. Этот хмык Алита поняла по-своему и сказала:

— Зубы тархара мама забрала для тебя, когда захочешь — сделаешь бусы, как раз к ярмарке.

Анита предложила Алите поделиться, но та замотала головой:

— Это будет неправильно! Можно делать только из зубов того зверя, что добыла сама!

Анита кивнула и предложила сделать бусы из зубов тардыма, сказав, что не обязательно брать цельный зуб, можно из него что-нибудь вырезать. Её дед, пока был жив, очень искусно резал по кости, внучку тоже пытался обучить, но у неё не очень выходило. Но здесь, решила Анита, даже её неуклюжие поделки будут выглядеть шедеврами.

Нельзя сказать, что дни до ярмарки тянулись однообразно. Анита ездила на охоту вместе со всеми, ездила на своём гурхе, и ей это даже нравилось. Правда, активного участия в охоте девушка не принимала, так как из лука стреляла очень плохо, а патроны решила не тратить, тем более что её сёстры — Алита и Гулана, стреляя из своих луков, добывали раза в два больше дичи, чем остальные охотницы. Часто к сёстрам присоединялась Валинья, а вот она ездила на джипе, так что всю свою добычу Алита и Гулана могли забрать, не перегружая своих гурхов. По вечерам Анита учила сестёр рукопашному бою в том объёме, что её саму научила сержант Жаннэт. Надо сказать, что Алита и Гулана подошли к процессу обучения очень своеобразно, часть приёмов они исполняли как танец, под аккомпанемент барабана. В этих танцах с удовольствием принимали участие и другие молодые охотницы и их загонщики. Обучая сестёр, да и не только их, Анита заметила, что даже те, кто намного сильнее — ей не соперницы, настолько девушка быстрее всех охотниц, да и загонщиков тоже. Анита задумалась — как такое может быть, но ответа так и не нашла.

Как-то раз вечером Анита вспомнила о своём обещании сестре — сделать бусы. Благо, в шатре Арлиты уже были установлены два аккумулятора и подвешены две лампочки. Подзаряжались батареи днём от специальной ткани-фотоэлемента, что Анита растянула поверх шкур, из которых был изготовлен шатёр. Точно такую же систему освещения Анита установила в шатрах Дырмаи и Гунары. Анита устроилась в уголке, достала свой ножик, обычный складной армейский нож, но с острыми и твёрдыми лезвиями, взяла большой зуб тардыма и стала задумчиво его то ли пилить, то ли строгать, раздумывая, что бы такое вырезать, чтоб было красиво, но не очень сложно. К девушке подсел Бордом, старший загонщик матери, и некоторое время наблюдал за потугами Аниты. Когда девушка подняла на него глаза, он протянул руку и попросил показать ему ножик, а затем забрал кость и стал резать сам. У него это получалось так же ловко, как и у деда Аниты. Девушка, затаив дыхание, наблюдала, как из куска кости появляется фигурка тархара. Быстро освоившись с многочисленными лезвиями, загонщик ловко орудовал ножом. Уже давно стемнело, все давно спали, а в уголке шатра (Анита убрала свет до необходимого минимума) Бордом увлечённо творил, по-другому назвать то, что он делал, было нельзя. Уже далеко за полночь загонщик поднял глаза и сказал:

— Извини, увлёкся. Очень уж хороший у тебя инструмент!

Анита, увидев, что Бордом не просто хорошо режет по кости, а делает это как настоящий художник, поинтересовалась — как он научился этому и чем раньше вырезал по кости. Загонщик достал набор своих инструментов и показал их девушке. Это были небольшие лезвия и резаки, сделанные из острых обломков камня, увидев удивление Аниты. Бордом пояснил:

— Ради такой мелочи я не хотел беспокоить Отанка, да и вряд ли он выкует такие маленькие лезвия.

Загонщик со вздохом протянул ножик Аните, девушка покачала головой:

— Возьми себе, тебе он пригодится больше.

— Спасибо. Анита! Я слышал, как ты обещала сделать бусы Алите, я сам их сделаю. Алите и тебе. Такие сделаю, каких ни у кого нет!

Бордом

Загонщик смотрел, как приёмная дочь Арлиты вертела кусок кости, явно вознамерившись что-то из него вырезать. Его заинтересовало, как девушка будет это делать, сам он неплохо, да что там неплохо — лучше всех в племени волчиц, резал по кости. Только вот не всегда удавалось достать кость подходящих размеров и плотности. Да и инструменты, которые Бордом тщательно изготавливал, служили недолго — камень можно только один раз заточить, да и делать это надо осторожно и тщательно, чтоб не раскрошить. Загонщик с улыбкой наблюдал за Анитой — резцов для кости у неё-то не было, как же она собирается резать кость?

Бордом продолжал незаметно наблюдать за девушкой, так похожей на его дочь. Хоть Анита как две капли воды походила на Алиту, но, несмотря на свою наивность в некоторых вопросах, девушка выглядела старше. Нет, не внешне, а в своих суждениях и поступках, умении спланировать свои действия. Конечно, у неё были вещи, которые волчицы и их загонщики представить себе не могли, и она умела ими пользоваться. Но уметь просто пользоваться мало, надо так спланировать свои действия, чтоб с максимальным толком употребить возможности своих чудесных вещей. Расправа над гугутанами и охота на скального демона это ясно показали. Да и то, как хладнокровно Анита убила тархара, тоже о многом говорило. Ведь даже её оружие вряд ли остановило бы саблезубого зверя, если бы тот прыгнул! Бордом видел, что девушка спокойно выжидала, чтоб бить наверняка, но при этом была готова в любой момент стрелять из своего оружия, чтоб постараться не допустить прыжка тархара.

Дальнейшее заставило Бордома даже перестать дышать! Анита, словно определившись с тем, что же хочет сделать, достала ещё одну свою чудесную вещь, выдвинув маленькое лезвие, провела им по кости, легко начав её резать! Бордом подошёл ближе и сел рядом, зачарованно рассматривая чудесный инструмент. Когда девушка подняла на загонщика глаза, тот протянул руку и попросил показать то, что Анита держала в руках. Она могла и отказать, несмотря на свою молодость, она была уже охотницей, но девушка протянула странный маленький ножик Бордому, при этом показав, как выдвигать остальные лезвия. Удивляясь собственной смелости, загонщик забрал у Аниты кость и стал вырезать то, о чём перед этим думал — тархара. Девушка смотрела на работу Бордома, восхищённо затаив дыхание, чем ещё больше вдохновляя загонщика. Только вырезав фигурку, Бордом оторвался от своего занятия и удивлённо оглянулся — все уже давно спали. Анита сделала так, чтоб свет падал только место, где сидел Бордом, не мешая остальным. Загонщик протянул вырезанную фигурку и нож девушке, но та, взяв маленького тархара, начала расспрашивать загонщика о том, какие у него инструменты и как он ими работает, показав, что она хоть сама не умеет резать по кости, но разбирается в этом. Бордом охотно рассказывал, найдя заинтересованного слушателя, остальных-то интересовали уже вырезанные фигурки, а не сам процесс. Показав свои инструменты, Бордом, вздохнув, собрался вернуть чудесный нож Аните, но та отрицательно покачала головой:

— Возьми себе, тебе он пригодится больше.

Загонщик поблагодарил и пообещал сделать бусы Аните и Алите, да такие бусы, каких ни у кого нет. Не откладывая в долгий ящик, Бордом взял ещё один зуб тардыма и начал вырезать, сказав, что бусы будут к ярмарке. Анита, внимательно наблюдавшая за работой загонщика, вполголоса, чтоб никого не разбудить, спросила:

— Ярмарка, я уже много о ней слышала, а в последнее время слышу всё чаще. Мне немного непонятно почему так готовятся к торгу с купцами и зачем делать бусы именно к ярмарке? Я же не собираюсь их продавать!

— Ярмарка — это не только торг, на неё собирается много охотниц и загонщиков. Не только наших соседей, но и из дальних племён, — тоже тихо ответил, не отвлекаясь от работы, Бордом. Дальше он рассказал, что это что-то вроде праздника совершеннолетия, и там тоже охотницы будут выбирать себе загонщиков. Только из других племён. Иногда даже бывает, что охотница уходит из своего племени и переходит в племя выбранного ею загонщика. Именно так и произошло с молодыми охотницами сёстрами Арлитой и Архитой, они перешли в племя волчиц, присмотрев себе там молодых загонщиков. Анита согласно кивнула, подобный обычай предотвращал вырождение. Ведь племена были небольшими и в конце концов в таком маленьком сообществе все стали бы родственниками. И теперь стало понятно отличие Арлиты и Архиты от остальных волчиц, те были крупнее миниатюрных сестёр, а Алита была очень похожа на свою мать — такая же маленькая. Рассказывающий дальше, Бордом пояснил, что сёстры-охотницы были из племени ласок, живущем на севере, ближе к горам.

— Они все там такие — небольшие, загонщики тоже. Но девушки у них очень красивые! — говорил Бордом, не переставая вырезать фигурки, Анита кивнула соглашаясь, действительно, Арлита с Архитой считались бы красавицами в любом обществе, как и Алита. Да и Анита, мало обращающая внимание на парней, постоянно ловила на себе их взгляды, а Дороти часто вздыхала, глядя на Аниту.

— Мне бы твою внешность, — говорила пышечка Дороти, — они все были бы у моих ног!

Бордом ещё долго рассказывал о ярмарке, у Аниты начали слипаться глаза, она пошла спать, а Бордом ещё долго резал кость, наслаждаясь самим процессом.