Исповедь алкоголика

– Я ушла? Это ты, козёл меня выгнал. А я тебя так любила! – с трудом выдавила из себя Вера.

– Хорошая любовь с другим мужиком в постели. Не хочу ругаться. Скажи про ребёнка.

– Купи даме выпить, потом и поговорим.

Я сбегал в магазин и принёс ноль пять нормальной водки и протягивая ей:

– Расскажи про ребёнка.

Она взяла бутылку, сделала глубокий глоток, а потом вдохнув:

– Какого ребёнка?

– Которого ты родила и оставила в роддоме.

– Ааа, ну так ты и без меня знаешь. Родила и оставила в роддоме. Всё!

– Чей он? Меня это интересует.

– Как чей? Твой конечно. Вернее твоя… Девочка была. У меня кроме тебя ни с кем не было.

– Серёжку разве звали «никто»?

– Так это первый раз было, не понимаю, как он на мне оказался.

– Где и когда рожала?

– В роддоме областной больницы. Когда? Даже и не помню уже.

– Всё, ладно, пока. – общаться с ней уже даже и не хотелось.

У меня есть дочь. Нужно её отыскать. Но как?

Работа, работой. Своё свободное время я посветил поиску дочери. В больнице, где рожала Вера мне не стали помогать. Зато сильно помог Геннадий Владимирович. Главврач этой больницы была родственницей его жены. Прикинув даты, когда Вера могла рожать и сопоставив фамилии мы всё же вычислили девочку. Ей уже десять лет. Зовут Лена. Всё ещё находится в детском доме недалеко от города. Благодаря своему начальнику, меня всё же пропустили к ней. Хорошо, когда есть связи. Сегодня я впервые увидел свою дочь. Красавица! Даже ДНК тест не надо делать. Как она похожа на меня. Подойти к ней и заговорить, мне было по-настоящему трудно. Я не знал, что ей сказать. Как оправдаться за столь длительное отсутствие в её жизни? Сказать, что пил – значит сказать, что променял её на бутылку. Не поймёт. Поэтому разговор начал издалека:

– Привет Лена.

– Здравствуйте. – ответила она.

– Меня Василий зовут. Даже не знаю, как сказать тебе, что я твой папа. – мой голос задрожал.

Она посмотрела на меня:

– И как так получилось, что я здесь оказалась?

С моих глаз потекли слёзы. Я чувствовал перед ней свою вину:

– Я не знал, что ты у меня есть.

– А как узнал?

– Случайно. Мы с твоей мамой расстались, когда у неё ещё не было живота. Она сейчас…

Лена оказалась на редкость смышлёной и перебила меня:

– Вот о ней я точно не хочу ничего знать. Она меня бросила.

– Хорошо. Не будем о ней. Я хочу знать о тебе всё. Прости, что меня не было так долго.

И Лена сжалилась надо мной. Её голос уже не был таким надавливающим. Мы с ней очень долго говорили, пока разрешали воспитатели. Я договорился с заведующей детского дома, что буду очень частым гостем у них, и они могут рассчитывать на мою помощь во всём.

Возвращаясь в общежитие, я завернул в церковь. Хоть я и был некрещённым, но перекрестился, как положено перед входом и вошёл. Купив стопку свечек, я спросил у женщины продавшей их:

– Где можно их поставить за благополучие в моей семье?

Она указала. Я поджёг их все, так и поставил стопкой. Очень хотелось, чтобы это благополучие осталось навсегда. Выйдя из церкви, я наткнулся на святого отца. Поздоровался с ним. Вежливо поздоровался и он со мной. Я попросил поговорить со мной. Он тоже никуда не спешил и уделил мне внимания.

– Скажите отец, мы все заслуживаем прощения?

– Бог велел прощать.

– Я не крещённый.

– Это никогда не поздно.

Я рассказал ему всю свою историю. Как жил, что чувствовал. Рассказал, что нашёл свою дочь и даже подружился с ней. И он, не кривя душой и не прибегая к библейским терминам, объяснил, что бог живёт в нас самих. Мы сами творим свою историю и жизнь. Бесцельно прожитая жизнь, не даёт нам ничего, кроме забвения. Делая другим людям добро, мы оставляем свой приятный след в их жизни. И чем больше мы оставим таких следов, тем больше о нас будут помнить хорошего. А разве это не приятно?