Помоги проекту - поделись книгой:
Эта книга посвящается – нашей любимой доченьке – СТЭЛЛЕ, её не простой и переполненной сложными событиями – ЖИЗНИ…
Глава 1. 1982 год
Часть 1
Гражданский брак
В предыдущем втором томе этой книги мы остановились на том, что Стэлла обратила особое внимание на своего нового знакомого – Юру Ануфриева.
Ничего нет удивительного в том, что вскоре их знакомство переросло сначала в нежные отношения, а потом – в пылкие чувства. Может быть, это было неожиданно для них самих.
Юра, умудренный уже некоторым опытом отношений с женщинами, и не сумевший отказаться от нашей соблазнительной девочки, попался в ловушку её чар. А потом – влюбился, как мальчишка.
Он по натуре был добрым и мягким человеком. Непонятно, как в нем эти качества сочетались с азартом, вспыльчивостью и пристрастием к алкоголю, с которым он сам старался бороться, дав обещание матери, которую он безумно любил.
После смерти Юриного отца не прошло ещё и года. Оставшись вдвоем – Юра и Екатерина Митрофановна старались поддержать друг друга. Отсутствие мужа и отца чувствовалось во всем привычном. Каждый осиротел по-своему.
Екатерина всегда была властной хозяйкой в доме. Она распоряжалась всем и во всем. Она любила мужа. Всё-таки это был единственный мужчина – муж на протяжении всей её жизни. И вдруг, неожиданно образовалась пустота. Некем стало командовать, призывать на помощь в борьбе за нравственность сына, не нужно больше заботиться о больном муже. Сначала она растерялась. Но потом собралась с новой силой, и обрушила всю свою «слепую» любовь на единственное, что у неё осталось – на сына. Спасаясь от тоски по прошлому, она погрузилась в ежеминутную заботу о сыне.
Екатерина Митрофановна понимала, что теперь она одна отвечает за Юрочку, его поступки и его будущее. А что – Юра?
Юра лишился родного надежного плеча. С отцом всегда было весело, можно было вместе выпить рюмочку и потом, раскрепостившись, поделиться сокровенным.
Отец научил его водить машину и давал ему на ней поездить. С отцом он ездил на рыбалку, на природу, почувствовал щемящее чувство романтики…
Ушел из жизни дорогой, родной человек. Боль затаилась в сердце надолго.
В опустевшем доме появилось два одиночества. Юра очень любил мать, и старался не расстраивать её по пустякам. Но, зная её суровый характер, он не мог с ней делиться подробностями личной жизни. А зная её пристрастие – постоянно поучать его и воспитывать, и стараться – не выпускать его из своего поля зрения, он постепенно становился скрытным.
Несмотря на все внутренние «разногласия», сын и мать старались бережно относиться друг к другу… В общем-то, у каждого из них в жизни ближе и роднее, чем они двое, никого не осталось…
И вот, неожиданно, в жизни Юрия появилась другая женщина. Со своей первой женщиной – Светой к этому времени он расстался окончательно.
Стэлла была в своих отношениях к нему – нежной, умеющей выслушать и понять, желающей помочь.
С ней было легко в общении. Можно было говорить обо всем, и поверять то, что не мог рассказать матери. Ну, и наконец, с ней было весело. Её озорной, заводной характер не давал скучать. И вот так, незаметно, Стэлла всё больше и больше завоевывала Юрино доверие, внимание и любовь. Он потянулся к ней, как к спасительному кругу в своем беспомощном желании – изменить жизнь.
Что она сама чувствовала к Юре? То, что он нравился ей, это бесспорно.
Вероятно, услышанные на пляже слова – "Я бы на такой женился", безусловно, играли в их отношениях – не последнюю роль. Но она видела перед собой человека в чем-то слабого, нуждающегося в её поддержке и опеке. Это не была жалость. Переполненная своей добротой, и устав от своих шальных похождений, она искала свой постоянный островок спокойствия, где можно было бы отдохнуть, не задумываясь о том, что можно делать, а чего – нельзя…
В их отношениях с самого начала возникла необходимость делиться друг с другом всем произошедшим за день. Они оба курили. Это сближало их ещё больше. И они могли говорить друг с другом часами, затягиваясь сигаретным дымом, и главное – понимая то, о чем они вели эти доверительные беседы.
Сначала они говорили о прошлом, постепенно переходя к существующему, и наконец, стали задумываться и обсуждать будущее, в котором они хотели найти свое совместное место под звездами.
Но, чтобы проводить много времени друг с другом, нужно было иметь определенные условия. А их не было. Юра не решался, да и не хотел раньше времени посвятить мать в свои отношения со Стэллой. А Стэлла не могла привести Юру к нам домой в качестве гражданского мужа. Может быть, мы бы и поняли её, но она на это не рассчитывала. Вероятно, на это у неё были какие-то свои соображения…
Но всё-таки настал момент, когда Стэлла нам сказала, что она встретила молодого человека, и они, кажется, полюбили друг друга.
Таким я запомнила Юру в день нашего знакомства
Однажды вечером, они пришли к нам домой вместе. На первый взгляд мне показалось, что Юра похож на какого-то известного артиста. Он действительно, был очень миловидным молодым человеком. С этого времени, Стэлла просила нас не беспокоиться, если она будет приходить поздно домой. Потом настало время, когда она иногда перестала приходить домой ночевать.
Она была взрослой молодой женщиной и вправе – распоряжаться своей жизнью. Настала пора, когда читать нравоучения, и запрещать свадьбы было уже бесполезно…
Ну, а то, что в жизни у наших детей происходит что-то такое, что не совпадает с нашими надеждами и взглядами, можно только объяснить одним словом – "СУДЬБА!"…
Юра со Стэллой почти не расставались. Но где и как встречаться, решил Юра.
Он обратился к своей тете Тане (старшая сестра Екатерины Митрофановны) с просьбой «приютить» временно молодую пару у себя.
Тётя Таня – Татьяна Митрофановна Ануфриева
Сёстры – Татьяна и Екатерина Ануфриевы
Тётя Таня также недавно похоронила мужа, жила одна. Юрочку она любила, и отказать в его просьбе – не могла.
Вот так Юра и Стэлла начали свою совместную жизнь…
Екатерина Митрофановна, оказавшись дома совсем одна, забеспокоилась, хотя и чувствовала, что дело не в друзьях, а в женщине.
Юра продолжал матери помогать на её работе в буфете. Но, если раньше ему хватало тех небольших карманных денег, которые ему выдавала мать на личные расходы, то теперь этих сумм явно было мало. Не мог же он перейти – на иждивение Стэллы… Нужно было подыскивать постоянное место работы. Но пока ничего подходящего не попадалось.
Да и не могли же Стэлла с Юрой долго обременять своим присутствием тётю Таню. Та конечно, по секрету выболтала обо всем Екатерине, которая не спешила вызывать Юру на откровенность. Во-первых, она боялась, что молодые, уйдя от тёти Тани, переберутся к ней в дом. А во-вторых ей даже думать не хотелось о том, что какая-то другая женщина может заменить её место в сердце и душе её единственного сына. Он был до сих пор всецело только её. А Светлана, как и любые другие женщины, были в их жизни ещё тогда, когда муж Виктор был жив. А теперь они с Юрой остались одни. Она не была готова делить любовь Юры – с кем либо ещё. Это было только её достояние. И она не была готова отдать его ни весть кому…
Так, ещё не увидев Стэллу, Екатерина Митрофановна уже затаила в себе, глубоко запрятанную, недоброжелательность к ней.
Мы, на этот раз, поверив, что решение создать собственную семью, у Стэллы и Юрия вполне серьезны, сказали им, что их партизанскую жизнь пора кончать, и нужно определяться в соответствии с существующими реалиями.
Юра, наконец, сказал, матери, что встретил, полюбил, и хочет свою любимую назвать женой.
И вот, в один из выходных дней, Юра с мамой пришли к нам в гости. Познакомились. Поговорили. Как и в случае с Олегом и его Танюшкой, мы сказали, что у Стэллы есть в нашем доме своя комната. Если они с Юрой желают, могут оставаться у нас, а в будущем – как поступать и где жить, они будут решать сами…
Екатерина Митрофановна в ответ сказала, что у неё недавно умер муж, что, кроме сына, у неё никого нет. У Юры тоже есть, хоть и маленькая, но своя комнатка. Она рада будет, если молодые поселятся у неё. Она не будет чувствовать себя одинокой…
Вопросы свадьбы в этот первый день нашего знакомства мы обходили. После того, как они начали уже свою совместную жизнь у тёти Тани, в качестве гражданских супругов, мы решили, что этот вопрос должен решаться ими самостоятельно.
Юра почему-то стеснялся нас с папой Витей, а дома у себя, он, естественно, чувствовал себя уверенно и привычно, поэтому не удивительно, что было принято решение – от тёти Тани перебраться к Екатерине Митрофановне.
Перебрались. Стэлла в первые дни иногда заезжала к нам, чтобы взять какую-либо необходимую свою одежду. Позже я поняла, почему она не спешила проявлять личную инициативу в вопросах устройства собственного гнездышка.
Переехав к Юре, вечерами, встречаясь после работы, они спешили уединится в Юриной маленькой комнатке. Раздвинутый диван занимал две трети от ширины комнаты. Справа оставался только проход к окну, где стоял небольшой столик, одно кресло и стул. Справа от двери – шкаф с Юриной одеждой. Мебель вся приобреталась давно, ещё тогда, когда получили эту «хрущевскую» квартирку.
Во второй комнате с балконом обитала мама Катя.
К приходу с работы молодых, мама Катя готовила ужин. Возможно, она ждала того, что они будут коротать вечер с ней не кухне за ужином и разговорами. Но, молодые, схватив тарелки с едой, и бросив быстрое – "Добрый вечер!", скрывались в своей комнатке. И там у них под сигаретный дымок, до рассвета тянулись задушевные разговоры.
И так прошел день, потом – второй, затем – третий…
Екатерина Митрофановна промолчала в первый вечер, задумалась – во второй, стала раздражаться – в третий…
Наутро, а это был выходной день, проговорив до утра, молодые просто – отсыпались…
В доме было тихо. Вставать не хотелось. Нежились в полудреме…
И вдруг! От резкого удара ноги будущей свекрови, дверь охнула и распахнулась. Екатерина стояла в дверях подбоченясь, и изрыгала из себя международные, но, в общем-то всем понятные выражения. Смысл их был таков: она им не прислуга, и не… (ПИ_ПИ_ПИ), она не желает и не позволит…(ПИ_ПИ_ПИ), и т. д. и т. п…
Юра встал, обняв мать, увел её в комнату, и они о чем-то долго говорили. Катя высказала сыну всё, что она думает о будущей невестке, и о многом другом.
Надо полагать, что первое близкое знакомство обоюдно – и у свекрови и у Стэллы оставило неприятное впечатление, обещавшее в будущем перерасти в неблагоприятные отношения. А пока возникла между ними настороженность и отчужденность.
Наша девочка поняла, что это – не родные мама и папа, что, входя в чужую семью, она не задумывалась ни о своем поведении, ни о возможных обстоятельствах элементарной этики в отношениях к тебе – незнакомыми, но близкими любимому человеку людьми…
Она считала, что выросла, а на самом деле ещё во многом была совсем маленькой и неопытной женщиной…
Часть 2
Обвинение
После того злополучного случая, когда Юру в драке пырнули ножом, Юра дал слово матери, что бросит пить. И он, действительно, бросил…
Он работал в таксомоторном парке. Но следом за ним тянулось его «бурное» прошлое. И, хотя спиртное он не употреблял, характер его так сразу – не переменился. Азарт и старые дружки частенько напоминали о себе, и втягивали в разные "приключения".
В конце концов, из таксопарка он уволился, и устроился на работу грузчиком в ЦНИТИ. Но зарплата была маленькой…
Юре нужны были деньги. Деньги нужны всегда и всем, и не только для того, чтобы жить припеваючи, а – в первую очередь, чтобы удовлетворять свои самые элементарные потребности – пить и есть, чтобы выживать.
Ну, уж, а, если хочется чего-нибудь ещё, типа – прикрыть бренное тело приличными «тряпками», или сходить в «трактир», то карманных денег, которые подкидывает добрая мамаша, обычно бывает недостаточно…
Поэтому, кроме своей основной работы, Юра продолжал помогать матери в буфете. И, кроме того, вечерами начал приторговывать водкой. Когда закрывались магазины, водку можно было купить у таксистов, которые подъезжали к гостинице в поисках пассажиров.
Вместе со своим другом – Олегом, (тем самым, с которым умудрилась одно время встречаться Стэлла), они закупали днём водку, а вечером продавали её жаждущим выпить.
Они понимали, что спекуляция водкой – подсудное дело, поэтому вели себя осторожно. Олег где-то прятался с бутылками, а Юра клал себе в карман всего одну, которую и продавал «жаждущим» и "ищущим".
Так было и на этот раз. Когда зайцы "путали следы", "волки выходили на охоту". Жить хотелось всем хорошо. Поэтому менты и инспектора ОБХСС ловили спекулянтов, даже не с тем, чтобы их посадить, а с тем, чтобы получить с них "откупные".
Они остановили Юру "на всякий случай", но, обнаружив у него бутылку водки в кармане, забрали в милицию. Юра, естественно, говорил, что бутылку водки купил для себя у таксиста, что именно за этим и пришел к гостинице…
Друг Олег убежал. В общем-то, его можно понять. У него была семья – жена и ребёнок. Ему попадаться было "не в масть"… Ну, а Юре в этот момент, да и в другие тоже, он помочь уже ничем не мог.
Задержал Юру – инспектор ОБХСС… Отвезли его не в милицию, а в какие-то помещения, где допрашивали с пристрастием. У Юры откупиться на месте было нечем. Его избивали. Потом наручниками приковали к батареям, и оставили до утра. На следующий день, предложили Юре – отвезти его домой, чтобы дать ему возможность взять дома деньги и «откупиться». Иначе, мол, опишут имущество…
Приехали домой к Екатерине Митрофановне с обыском. Инспектора ОБХСС сопровождали менты.
И здесь ментов ожидало жесточайшее разочарование. Богатства никакого не обнаружили, денег не нашли, в квартире – только старая мебель. Описывать тоже было нечего. Тем не менее, они составили опись имущества, куда вошли – телевизор «Чайка» и холодильник "ЗИЛ".
Не получив «мзду», инспектор ОБХСС уже засветился в милиции с арестом Юры, и ему ничего не оставалось, как завести на него дело. И, безусловно, он был раздражен, что промахнулся, и в сети попалась не жирная рыба, а мелкая рыбешка.
Дело завели. И тут до инспектора ОБХСС дошло, что он промахнулся дважды. Второй раз, это то, что вещественных доказательств – всего одна бутылка водки. При такой малости никакое дело суд не примет.
Дело завели. Но одна бутылка водки не обеспечивала обвинения, и судебного наказания. Слишком мала была сумма «наживы». Бутылка водки «Русская» стоила – 5 руб. 50 коп. Продана она была за 10 рублей. Нажива составила – 4 руб. 50 коп.
А статья, которой инспектор ОБХСС всё время пугал Юру, была – 154 часть 2 УК РСФСР, и предполагала 3 года лишения свободы при сумме полученной наживы = 100 рублей.
В ярости, обозлившийся инспектор сплюнул, и взялся за дело…
В обезьяннике сидело несколько задержанных в этот день пьяниц.
С каждым поговорили. Обещали, что, если они дадут показания в том, что покупали у Ануфриева Юрия Викторовича, около торгового центра в Бескудниково, или на стоянке такси – бутылку водки по спекулятивной цене, то их отпустят.
Каждый подписал показания, и был в этот вечер отпущен домой. Юру отпустили под подписку о невыезде.
Затем его несколько раз приглашали повесткой к следователю, где проводили опознание. Опознание сводилось к следующему. Свидетеля приглашали к следователю, и, указав на Юру спрашивали – "У этого гражданина вы покупали водку?" – "Да. У этого". – "Распишитесь"…
Главное сделано. Можно писать обвинительное заключение…
И вот инспектор ОБХСС приготовил бумагу… Взялся за ручку… Написал первые два слова – ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ… И – задумался…
Мысли побежали в разные стороны…
Итак – "ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ»…
С чего начать?
Поделиться книгой: