Любимые мои ученики

Эти вопросы и сомнения правомерны, и ничего не сказать по такому поводу было бы нечестно.

Надо различать коммунарство как организацию и коммунарство как методику, как систему воспитательных приемов. Первое может существовать на правах общественно-политического клуба: ведь есть же политические молодежные клубы. Если он создается в школе, то должен работать под руководством и контролем комитета комсомола. Это необходимо, чтобы избежать возникновения организации в организации. Коммунарский клуб должен органически вписываться в систему воспитательной работы школы, не противоречить ее содержанию и принципам организации. Скажу сразу: для этого в школе должна доминировать педагогика отношений.

Мне лично кажется предпочтительным второй вариант.

Дело в том, что в школе есть немало условностей, обязательных моментов режима, есть и скучная, повседневная, даже рутинная работа — без этого школа не школа. На одном интересе и романтике всю ее жизнь не построишь. Но именно сейчас, как никогда, жизнь и быт школы нуждаются в обновлении, а методика воспитания — в освобождении от дидактического пресса, от засоренности и формализма. И тут неоценимую помощь окажет коммунарская методика.

Ведь можно провести собрание, а можно — откровенный разговор «на кругу». Можно создать учком с многочисленными комиссиями, а можно — совет командиров. Можно долго вымучивать план работы комсомольской организации, а можно провести «мозговую атаку» и за полчаса получить сотню предложений. Можно проводить инструктажи ответственных за разные направления работы, а можно — творческую учебу (ТУ). Можно организовать конференцию пионерско-комсомольского актива по обмену опытом, а можно провести выездной лагерный сбор всех желающих и научить их быть активными на практике. Можно всех «охватить» общественными поручениями по принципу «что дадут, то и будешь делать», а можно для каждого дела создать «советы дела» по добровольному признаку. Можно насоздавать в школе массу комиссий, штабов, секторов, затолкать туда всех ребят и весь год проводить заседания, заслушивать отчеты, собирать сведения. А можно всех школьников провести через временные, часто обновляемые, гибкие органы самоуправления, и в них каждому дать опыт гражданского поведения.

Коммунарская (или «орлятская») методика — это громадное богатство, которым сегодня надо владеть каждому педагогу-воспитателю. Но для этого нужен определенный уровень отношений. Если просто заменить старост дежурными командирами, при этом ничего не меняя ни в содержании, ни в характере их деятельности и положения, — толку не будет. Если призвать детей к откровенности, но при первом же непривычном суждении обидеться и закатить истерику — это принесет непоправимый вред воспитателю. Если устроить разговор по кругу, но при этом говорить больше учеников и встревать после каждого слова ребят со своими поправками и комментариями — это будет смешно и нелепо. Если устраивать сцены ревности каждому коллеге, пользующемуся популярностью у ваших учеников, — это мерзко, недостойно учителя. Если на родительских собраниях клясться в любви к детям и подчеркивать свою жертвенность, а на самом деле ненавидеть их и раздражаться при первом появлении ребенка — надо немедленно уходить из школы.

Мне недавно довелось разговаривать с классными руководителями нескольких школ. Когда я спросил о самом большом их желании, мне ответили: дайте нам права. Под этим подразумевалось прежде всего право делать с учениками и их родителями все, что захочет учитель. Я услышал злые, раздраженные реплики: «Сегодня ведь никого тронуть нельзя», «Распустили всех». Мне стало страшно за детей. Я увидел перед собой «жаждущих крови» воспитанников Административной Системы: ведь с ними долго обходились так же.

В этих случаях лучше не пользоваться методикой коллективных творческих дел. Но кто всерьез решится на эту методику, тот очень скоро почувствует ее преимущество перед педагогикой требований и педагогикой мероприятий.

Однако будут и трудности. Прежде всего придется пересмотреть свои позиции, отказаться от некоторых привычных профессиональных ценностей. Не исключено, что на первых порах произойдет нарушение принятых в педагогическом коллективе отношений. В условиях демократии и гласности быстрее обнажается человеческая сущность каждого, личный вклад в общее дело. В ученической среде возможен раскол между романтиками и реалистами, между альтруистами и эгоистами. Вообще усилится противоречие между идеальным и реальным, что прежде чаще всего приводило к двойной морали. Обилие игровых форм воспитания может привести к абсолютизации интереса, к развлекательности, к тому, что дети потеряют всякое желание делать что-либо, если это не облечено в занимательную форму.

Могут быть и другие трудности и противоречия, но живая жизнь без этого не бывает. Гораздо хуже, когда противоречия и конфликты загоняются вглубь, прикрываются внешним порядком и благополучием.

Современные проблемы современной школы можно решить только общими усилиями детей и взрослых, в обстановке творческого содружества поколений.

УЧЕНИКИ - КОЛЛЕГИ

Среди многих новых социальных процессов, происходящих на наших глазах, хочется выделить один — процесс «педагогизации» общественных отношений. Это естественно. Когда люди начинают сбрасывать с глаз шоры бюрократизма, перед ними возникают живые человеческие судьбы, характеры во всей сложности житейских и философских проблем. Новые методы работы требуют новых знаний, и прежде всего знаний о человеке. Я бы рискнул сказать так: сейчас в нашем обществе происходит переход с преимущественно административных методов руководства людьми на преимущественно педагогические (я имею в виду именно руководство людьми). Уже сегодня в штат крупных предприятий приглашаются не только психологи, социологи, но и педагоги. Уверен: не за горами то время, когда руководители всех рангов будут проходить через обязательный педагогический всеобуч.

Потребность в педагогах высокой квалификации, мастерах своего дела — одна из острейших социальных потребностей времени. До сих пор эта потребность, да и то далеко не в полной мере, удовлетворялась через высшую школу, педучилища, через систему методической переподготовки. Новая тенденция, характеризующая современный подход к педагогическим кадрам, заключается в том, что их надо готовить в школе. Именно здесь должна проходить основная работа по выявлению, воспитанию и педагогической ориентации наиболее одаренных в этом отношении учащихся.

Но прежде чем выявлять и развивать педагогические задатки и способности, надо знать, что это такое.

Педагогические способности приобретаются и развиваются в процессе социализации личности. Главным условием и одновременно главным инструментом их развития является воспитательный коллектив. Вне его нельзя убедиться в наличии или отсутствии педагогических наклонностей. Наблюдения показывают, что процесс бурного развития школьного коллектива всегда сопровождается не менее интенсивным развитием педагогических способностей, особенно у активистов, а это, в свою очередь, ведет к массовому поступлению их в педагогические вузы. Вообще чем выше уровень развития школьного коллектива, тем больше его выпускников связывают свою жизнь со школой. И наоборот: если мы хотим совершенствовать школьный коллектив, мы непременно должны обучать ученический актив педагогическим навыкам, то есть заниматься педагогической профориентацией.

Так какие задатки, способности детей нужно развивать, чтобы подготовить их к профессии учителя?

Прежде всего нужно относительно высокое интеллектуальное, физическое и психическое развитие. Не обязательно требовать, чтобы подросток знал все на свете. Как говорили древние, «многознание уму не научает». Важно, чтобы ученик обладал устойчивым познавательным интересом, потребностью в самообразовании, чтобы он находил удовольствие в самом процессе «думания». Конечно же, состояние здоровья и нервной системы не должно отступать от нормы.

Во-вторых, важны дидактические способности. Они могут «прорезаться» очень рано, когда ребенок играет в дочки-матери или в школу. Позже, уже будучи учеником, он будет помогать товарищам в учении. Здесь многое зависит от речевой культуры, логики юного педагога, умения убеждать.

Не менее важны организаторские способности, умение вести за собой, брать на себя инициативу и ответственность, ориентироваться в нестандартных ситуациях. Таких людей в ребячьей среде принято называть лидерами. Однако надо чутко следить, чтобы лидерство не перешло в начальствование.

Еще одна группа способностей — коммуникативные. Ведь учитель должен быть мастером общения. Если человек замкнут, плохо сходится с людьми, такому в педагоги лучше не идти. Но есть такие счастливые натуры, которые с детских лет легко вступают в контакт, чувствуют себя в коллективе как рыба в воде.

Наконец, еще одно качество, необходимое для нашей профессии, — человеколюбие, альтруистическая направленность. Все человечество можно поделить на две большие части: одни сориентированы на себя, другие — на людей. Если человек любит не школу, а себя в школе, если он эгоистичен, если он не способен поступиться своими личными интересами ради людей, ради детей, — это не учитель. Если он не способен разделить со своими учениками все, что выпадает на их долю, — это не учитель. Учительский альтруизм надо воспитывать со школьного возраста. Важнейший путь такого воспитания — включение ребят, имеющих перечисленные выше задатки, в разнообразную общественно-педагогическую деятельность. Но это не единственный путь. Нужно и педагогическое просвещение.

Под педагогическим просвещением обычно понимается пропаганда педагогических знаний, проводимая среди родителей. Мы считаем не менее важным «педагогизацию» ученической среды. Для этого учителя нашей школы, строя учебный процесс, сознательно делают педагогические акценты в преподаваемом программном материале. На уроках истории мы подчеркиваем, что все великие революционеры были талантливыми педагогами. Жизнь и деятельность учительской семьи Ульяновых, работа В. И. Ленина по воспитанию трудящихся в духе коммунистических идеалов — благодатный материал для педагогического просвещения. Богатейшие возможности в этом отношении дает литература.

На одном из весенних лагерных сборов пионерско-комсомольского актива с успехом прошло творческое коллективное дело под названием «Педагогиада». Семь отрядов сбора получили задания, связанные с историей обучения и воспитания детей в человеческом обществе — от школы древних Афин до коммунистического будущего. Задача состояла в том, чтобы найти, отобрать, оформить материал по заданному этапу школы и подготовить сценическую композицию. Той же цели активного познания педагогики служат программы школьной агитбригады. Важной формой профориентации, связывающей учителей и учащихся, является работа педагогического отряда. Это своеобразный спутник педагогического коллектива. Педотряд состоит из выпускников школы, большинство которых в настоящее время учатся в педагогических вузах и училищах.

Возможности педагогической профориентации резко возросли с открытием в нашей школе классов педагогической направленности, работающих в рамках общей программы трудовой и профессиональной подготовки. Систематические занятия по педагогике и психологии, знакомство с методикой учебной и воспитательной работы, проведение пробных уроков, деловые игры, психологический тренинг, разнообразная педагогическая практика, замена заболевших учителей, участие в работе педагогического совета — все это обеспечивает солидную предпрофессиональную подготовку тем, кто избрал педагогическое поприще.

Педагогические классы получили довольно широкое распространение в школах многих городов страны. Созданные в рамках школьной программы по трудовому обучению и профессиональной подготовке, они на сегодня дают наивысший результат по сравнению с другими профессиями, изучение которых проходит на базе УПК. Примерно каждый второй выпускник педклассов выбирает педагогическую профессию.

Однако отношение к этой форме профессиональной подготовки не всегда встречает понимание, которого она заслуживает. Видимо, это происходит потому, что работа педклассов не укладывается в понятие «производительный труд». И это очень обидно. Получается, что изготовление сомнительной ценности детали на токарном станке важнее работы по формированию человека.

И еще об одной проблеме хочется сказать. Работа классов почти не интересует руководство и профессорско-преподавательский состав пединститутов, хотя, казалось бы, именно они и должны проявить наивысшую заинтересованность в профессионально подготовленных абитуриентах. В этом факте я и мои коллеги видим проявление традиционной ориентации педагогических вузов на «чистую науку» и продолжающийся отрыв от школы.

Мы тщательно следим за тем, чтобы учащиеся педагогических классов не превратились в элитарную группу приближенных к учителям любимцев. Это настоящий актив школы, берущий на себя большую меру ответственности, работающий по нравственному убеждению, независимо от выборной должности и официального статуса. Это лидеры, признанные всем школьным коллективом.

В конце каждого учебного года мы проводим пресс-конференцию учителей школы и десятиклассников, на которой выпускники могут задавать любые вопросы по педагогической профессии. Это как бы итоговый разговор перед расставанием. Не на всяком педсовете может получиться такой разговор, о котором я хочу рассказать. Наберитесь терпения — думается, это важно.

Итак, отрывки из стенограммы встречи выпускников и учителей.

Вопрос. Имеет ли смысл идти в учителя, если нет уверенности в успехе? Хочется быть хорошим учителем, а вдруг не получится? Посредственных учителей и так много, стоит ли увеличивать их ряды?

Ответ. Конечно, не стоит. Что же касается сомнений, то они естественны, неестественно было бы наоборот: если б сомнений не было.

Вопрос. Одинаковы ли понятия «педагогический авторитет» и «человеческий авторитет»? Если нет, то в чем разница?

Ответ. Человеческий авторитет зиждется на общечеловеческих достоинствах, педагогический — на профессиональных. Они могут не совпадать — это одна из распространенных трагедий в школе. В идеале они должны не просто совпадать, а быть помноженными один на другой.

Вопрос. Волнует ли вас то, что про вас говорят в школе учителя, ученики? Учитываете ли вы это в своей работе?

Ответ. Я работаю с людьми и для людей. Как же я могу быть равнодушным к их мнению? Это мой ориентир. Иначе работать просто нельзя. Но это вовсе не значит, что я должен всем угождать. Жизнь есть жизнь: меня все любить не могут, да и я не всех люблю.

Вопрос. Что можно считать педагогической неудачей, провалом, крахом?

Ответ. Неудача — это абсолютное несоответствие результатов деятельности тем целям, которые ставил перед собой педагог. Крах учителя — полный разрыв в отношениях с детьми.

Вопрос. Должен ли учитель держать какую-то дистанцию в отношение с учениками? Если да, то какую?

Ответ. Дистанция нужна, мало того, она существует. Есть дистанция возраста, дистанция официального положения, дистанция культуры. Важно, чтобы она была естественной, не подчеркивалась педагогом. Наивная попытка некоторых учителей работать вовсе без дистанции выглядит смешной и фальшивой. Бессмысленно «задрав штаны, бежать за комсомолом».

Вопрос. Как поступать в ситуациях, когда твое мнение идет вразрез с мнением учителя?

Ответ. В вашем возрасте надо уметь аргументированно и тактично отстаивать свою точку зрения. Особо хочется подчеркнуть — тактично. Нередко в силу юношеского максимализма вы считаете, что правота не нуждается в «упаковке», если она действительно правота. Между тем в спорах часто возникают осложнения не по сути, а по форме высказывания.

Вопрос. Ну, а если ни я не смогу убедить, ни меня не переубедят?

Ответ. Тогда вы просто останетесь при своем мнении. Это тоже немало.

Вопрос. Среди учеников класса кто-то учителю нравится, а кто-то нет. Может ли учитель иметь «любимчик ков»?

Ответ. «Любимчиков» быть не должно: это элита. Но как человек учитель имеет право на симпатии. Как же быть? Любимым ученикам должно быть труднее: с них больший спрос. Это как выражение большего уважения, Вместе с тем учитель должен все время воспитывать в себе чувство меры, такта, ситуации. Самое главное — при всех личных симпатиях и антипатиях не нарушать справедливость.

Вопрос. Что для вас важнее: человеческие качества при сравнительно низком профессионализме или, наоборот, высокий профессиональный уровень педагога при равнодушии к детям?

Ответ. Человеческие качества я оцениваю выше: хорошего человека можно выучить профессии, а если человек плох — это трудно исправить.

Вопрос. Почему часто учителя и ученики не сходятся во мнениях?

Ответ. Причин много. В принципе это нормально. Сам по себе этот факт не надо драматизировать. Если эти расхождения не разрушают отношения, необходимые для работы.

Вопрос. Как должен поступать учитель, если он чувствует, что ребенок его не принимает, не уважает?

Ответ. Искать пути к ребенку, терпеть и искать. Повернуть глаза на себя. Однако вот что хочется добавить. Мы все время требуем от учителя, чтобы он понимал своих учеников, и никогда не говорим ученикам, что и они должны стремиться понять учителя. Особенно, если эти ученики — старшеклассники. Для взаимопонимания желания одной стороны недостаточно. Требование от взрослых одностороннего понимания — форма иждивенчества...

Вопрос. Каким вы хотели бы видеть современного учителя?

Ответ. Прежде всего он должен быть современным, то есть жить проблемами страны, общества, своих соотечественников. Он должен быть личностью, хватит с нас «никаких учителей», «пирожков ни с чем». Безусловно, он должен быть высоким профессионалом, хватит нам работать на глазок или по наитию. Учитель сегодня — это тип творческой личности. Непременным качеством считаю также интеллигентность. И, наконец, умная любовь к детям. Подчеркиваю — умная, ибо безумная любовь только портит.

Вопрос. Каково ваше мнение о гласности и демократизации применительно к школе? В частности, считаете ли вы, что есть такие темы, которые в школе ученикам обсуждать противопоказано?

Ответ. Школа всегда отражала уровень развития общества, правда, с некоторым опозданием. Я верю, что скоро во все школы придут гласность и демократизм. Как истина всегда конкретна, так и гласность в каждом школьном коллективе будет выражаться по-разному. То же можно сказать и о демократических тенденциях. Их не введешь решением педсовета. Многое придется изменить. Но не всем. Есть школы и учителя, для которых воспитание правдой было всегда естественным делом, а демократизм отношений — единственно приемлемой их формой. О второй части вопроса. С учениками можно говорить обо всем, кроме тем, которые у всех порядочных людей не подвергаются обсуждению. Например, нельзя с ребятами обсуждать недостатки учителя в его отсутствие или отношения, которые существуют в педагогической среде между коллегами.

Вопрос. Скажите, вы к своей работе относитесь как к призванию или как к обязанности?

Ответ. Как к смыслу жизни.

Вопрос. Если бы вам подарили 4—6 добавочных уроков по литературе, какому автору по программе или вне программы вы отдали все это время?

Ответ. Я отдал бы эти часы обучению творчеству.

Вопрос. Как вы относитесь к современным молодежным течениям?

Ответ. Прежде всего я хочу их понять, разобраться в причинах появления каждого и представить возможные последствия. В зависимости от этого и отношение к ним разное. Во всяком случае, я не склонен все списывать за счет возрастных метаний. Думается, человек в 15—16 лет уже способен соотнести свое общественное поведение с принятыми среди цивилизованных людей понятиями морали и нести ответственность за свои поступки. Я за понимание, но без заигрывания.

Вопрос. Представьте: вы министр просвещения. Каковы ваши первые действия?

Ответ. Во-первых, спешу вас успокоить: министром я не буду, это дело не для меня. Во-вторых, раз мне трудно представить себя в этой роли, то трудно и ответить на вопрос. Ну, а если серьезно, я бы собрал всех умных людей и вместе с ними создал концепцию современной советской школы.

Пройдет совсем немного времени, и они покинут школу. У них не будет возможности задавать столько вопросов, по крайней мере чаще им придется самим искать ответы. Но я твердо знаю, что многие еще вернутся, а некоторым я буду иметь удовольствие сказать:

— Здравствуйте, коллега!

ФОРМУЛА ЧЕЛОВЕКА

В истории педагогики всегда четко прослеживались две тенденции. Назовем их условно: деловая, рациональная система воспитания и гуманистическая, романтическая педагогика. Первая ставила своей задачей воспитание делового человека, функционера, отлично приспособленного к практической деятельности в какой-то конкретной области. Вторая давала (или хотела дать) миру человека-мыслителя, с широким кругозором, благородного мечтателя. Лучшие умы человечества вынашивали идею гармонической личности, соединяющей оба начала. Однако долгое время эта идея оставалась утопией. Да и ныне большинство буржуазных педагогов гармоническую личность отрицают. Западная технократия выдвинула лозунг: «Знания важнее нравственности». Что греха таить, и у нас есть люди, разделяющие подобную позицию. Ее сторонники утверждают, будто все достижения человеческой цивилизации есть результат знаний и дела. Задачу массовой школы они видят в том, чтобы дать минимальный объем знаний, обеспечивающий возможно быстрое включение человека в производственный процесс. И сегодня идут горячие споры о том, надо ли в каждом ребенке открывать Рафаэля или следует использовать время воспитания на практические умения и навыки, надо ли помочь детям увидеть «небо в алмазах» или лучше учить их внимательно смотреть под ноги.

Сегодня остро ощущается недостаток духовности. Она как кислород, без которого человек задохнется, в какой бы технически совершенной машине он ни сидел. Забота о духовной атмосфере и есть сегодня одна из важнейших забот человечества. Иначе пройдет несколько десятков лет, и среди немыслимых автоматов будут ходить люди-роботы, разучившиеся общаться, любить, восхищаться солнечным восходом. Эти бывшие люди способны погубить цивилизацию и все живое на Земле. Духовность — то, без чего человечество погибнет!

Каким же будет человек XXI века?

Мы хотим, и это записано в государственных и партийных документах, чтобы это была гармонически развитая, общественно активная и ответственная личность. Своеобразие исторического момента состоит в том, что эта цель из мечты, лозунга должна превратиться в реальную задачу, приводящую к реальным результатам.

Что для этого нужно? Прежде всего нужна «рабочая модель» личности, Мы знаем общую формулу: гармоническая личность соединяет в себе духовное богатство, моральную чистоту и физическое совершенство. Есть и другой подход. Если учесть все направления воспитательной работы, которой школа должна охватить растущего человека (а в некоторых планах число этих направлений достигло 32!), если прибавить к этому две тысячи качеств личности, обнаруженных психологами, да еще соотнести все это с набором правил и требований для учащихся, получится мешок, набитый добродетелями, но никак не «рабочая модель» личности.

Думается, она должна содержать не более десятка интегративных качеств, которые являются наиболее актуальными для своего времени.

Мы в нашем педагогическом коллективе попытались выделить эти качества. Предлагая результат наших раздумий вниманию читателей, я сознаю, что выношу на общий суд и ставлю под огонь критики даже не модель, а лишь подступы к ней. Конечно, многие скажут: почему нет того или этого, почему названо это, а не другое. Так можно говорить до бесконечности. Мы просто не хотим больше ждать, пока эту модель создадут другие. Нам хочется работать целенаправленно и конкретно. То, что мы для себя написали, — это наша программа и одновременно конечная цель работы.

1. Гармония индивидуального и социального, гармония личного и общественного.

Мы всегда говорим о единстве личных и общественных интересов. Думается, такая постановка не совсем правомерна. Более точно говорить о гармонии, то есть об их согласованности, о разумных пропорциях, о соразмерности. В последние десятилетия произошла именно рассогласованность интересов личности и общества. Результатом дисгармонии явились многие негативные явления нашего общественного быта: халатное отношение к работе, использование общественной собственности в личных интересах, злоупотребление служебным положением, общественная пассивность, ослабление гражданских чувств и т. д.

Необходимо с раннего детства, тем более на школьной скамье учить наших детей жить среди людей, учить чувствовать другого человека, соотносить свои интересы, желания и поступки с коллективом товарищей, с окружающими взрослыми людьми.

Жизнь школьника — это непрерывная цепь ситуаций, в которых он стоит перед большим или малым выбором: сказать правду или смолчать, вступиться за слабого или поберечь себя, поработать с товарищами или развлечься, пожертвовать своим покоем, комфортом ради общего дела или извлечь личную выгоду. Таких ситуаций у любого человека тысячи. Многие возникают спонтанно, многие специально моделируются педагогами, коллективом. Чем больше ситуаций, требующих сопереживания и добротворчества, тем устойчивее закрепляется в ребенке человек-коллективист.

2. Сориентированность на главные идейно-нравственные ценности общества.

Воспитание гражданина — это социальная ориентация личности. В основе ее лежит коммунистическая нравственность. Ее ориентиры и определяют в конечном счете и отношение человека к миру, и его поведение в нем. Вероятно, поэтому В. И. Ленин нравственное воспитание считал сердцевиной всей воспитательной работы: «Надо, чтобы все дело воспитания, образования и учения современной молодежи было воспитанием в пей коммунистической морали»[3].

Что же это за основные идейно-нравственные ориентиры? Их, мы считаем, пять: любовь к Родине, стремление к миру, уважение к человеку, труд на благо общества, отношение к знаниям как средству совершенствования жизни. Если Родина, Мир, Человек, Труд, Знания станут для наших учеников реальными, а не формальными нравственными ценностями, можно считать, что они правильно сориентированы.

3. Высокий уровень самосознания.

Мы понимаем самосознание как систему представлений о самом себе, на основе которой человек строит свое поведение и взаимодействие с другими людьми. Без развитого самосознания не может быть и развитой личности. Процесс формирования самосознания — важнейший процесс юности. Обычно педагоги не придавали значения этому процессу, они лишь фиксировали крайние, болезненные проявления его. Вооруженный современными знаниями, воспитатель может и должен прийти на помощь своим питомцам в сложнейший период их становления.

4. Социальная ответственность.

До недавнего времени мы больше говорили о социальной активности. И мы ее часто видим сегодня. Но, во-первых, социальная активность может быть и ложной. Еще И. Ильф и Е. Петров говорили о таком общественном типе, которого они остроумно назвали «кипучим лентяем». А во-вторых, именно сегодня активность без ответственности не имеет смысла. Активных людей много, мало тех, кто способен взять на себя ответственность в общественно важном деле. Нам нужен широкий спектр социальной ответственности: от отношения к труду и общественной собственности до сопричастности эпохе.

5. Человечность, альтруистическая направленность.

Бессердечие, даже жестокость, особенно молодежи, стали сегодня распространенной темой. О жестокости много пишут, ее показывают с экрана, так что в представлении многих она стала типичной чертой современных людей. В молодежной среде есть два полюса: жестокость и альтруизм, эгоцентризм и юношеское донкихотство. Точной иллюстрацией этого противостояния стал фильм «Чучело», вызвавший бурную реакцию. Зло очень заразительно, а порой и привлекательно. Эстафету зла должен прервать школьный учитель, прервать, пока не поздно, пока не очерствели сердца детей. Внушить им истину, что человек живет, чтобы увеличивать добро в окружающем его мире, укрепить веру в конечную победу добра, создавать ситуации добротворчества — это сегодня сложнейшая, тонкая, но абсолютно необходимая работа школы.

6. Креативность, способность к творчеству.

Способность к творчеству — важнейшее качество современного человека, насущная социальная потребность. Это очевидно. Но чтобы удовлетворить эту потребность общества, нужно учить творчеству уже на школьной скамье. За детьми дело не станет. Творчество — норма детского развития. Гораздо сложнее со взрослыми. Ведь творчество часто связано с риском, а в последние годы охотники рисковать почти перевелись в школе. Как тут не вспомнить А. С. Макаренко: отказаться от риска — значит отказаться от творчества.

7. Высокий уровень общей культуры, интеллигентность.

Прежде всего с сожалением надо отметить, что — опять же в последние годы — интеллигентов резко поубавилось в учительской среде. Интеллигентность — это особое свойство личности.

Некоторые понятия лучше раскрывать «методом от противного». Для меня антипод интеллигентности — хамство, безобразное общественное явление, уродующее человеческий быт. Почему его можно считать явлением общественным? Потому что проявляется оно наиболее часто в сфере общественных отношений. В основе поведения хама лежит самоутверждение за счет унижения человеческого достоинства окружающих. Хамство многолико: от уличного хулигана до зарвавшегося чиновника. Оно агрессивно и потому очень заметно. Интеллигентность, напротив, скромна и неброска. Она проявляется в той же сфере отношений, но прямо противоположным образом. Интеллигентный человек постоянно соотносит свои слова, поступки, поведение с другими людьми. Эта способность к пониманию другого, терпимое, уважительное отношение к ребенку и взрослому, к члену семьи и товарищу по работе, к случайному прохожему и старому другу поддерживает наше нравственное здоровье, скажу больше — нравственное здоровье общества.