Тобиас

Возмущение на мордашке сына было настолько искренним, что Виктор не выдержал и хмыкнул.

— О, наконец-то, — Аберфорт резво вскочил с дивана. — Я на свою беду принес «Историю Хогвартса» Северусу, решил его порадовать. А сейчас я уже сам начинаю сомневаться — зачем Основатели придумали такую дурацкую систему распределения?

— Вот чего не знаю, того не знаю, — Виктор вошел в комнату. — Ты ел? — спросил он у Северуса.

— Ты же знаешь, что ел. Попробуй, не поешь, Грэм начнет голову о стол ломать, а потом с ложкой по всему дому носиться и реветь, — скорчил рожицу Северус и подбежал к отцу. Виктор присел, чтобы сын обнял его. В последние полгода Северус словно восполнял потребность в ласке, постоянно пытаясь или обнять, или хотя бы схватить отца за руку.

Виктор разговаривал с психиатром, который счел это хорошим признаком, отметив, что и в школе Северус больше не игнорировал похлопывания по плечу и рукопожатия, явно подсмотренные у взрослых — проявления дружелюбия других детей. Как ни странно, но начало этим изменениям положила драка с Эдвардом. С этим мальчиком Северус буквально через неделю начал довольно неплохо общаться, тем более, их распределили в одну группу для дополнительных занятий. Виктор был свидетелем, как мальчишки, ожидая, когда за ними приедут родители, вспоминали эпизоды своей битвы и то и дело выкрикивали:

— А помнишь, как я тебе врезал?!

— А ты помнишь, как я тебя завалил?!

Виктор похлопал сына по спине и выпрямился.

— Надеюсь, они вас накормили? — обратился он к Аберфорту.

— Да. Ваш эльф прекрасно готовит. Все так просто, сытно и очень вкусно, — из кухни донесся горестный вопль. — Что это с ним?

— Переживает, — хмыкнул Виктор. — Вы бы знали, какой бой мне пришлось выдержать с Грэмом, чтобы со стола исчезли разные дефлопе и появилась нормальная еда.

— Прости, что исчезло? И давай уже запросто, можешь меня просто Абом называть.

— Это так, к слову, — Виктор снова хмыкнул. — Ты решил сам к нам придти?

— Ну, вы не появились, а мне почему-то стало скучно. Кстати, твой эльф хуже дементоров в Азкабане. Меня еще нигде так не проверяли, как на выходе из твоего камина.

— А аппарация?

— А вот хрен, — Аб показал фигуру из трех пальцев. Северус захихикал. — Кто-то очень умный, подозреваю, что твой эльф-параноик, поставил на дом антиаппарационный барьер.

— Зачем? — невольно спросил Виктор.

— Принцы не знают, что хозяин Тобиас — маг, — в дверях появился Грэм с поварешкой наперевес. — Если узнают, то могут попробовать отобрать у нас хозяина Северуса.

— Хм, Принцы, говоришь, — Аберфорт задумался. — Вот что. Грэм, или как там тебя зовут, разблокируй камин, мне нужно кое-куда сбегать. Через пять минут вернусь. Не бойся, я Принцев не люблю еще больше, чем… Неважно, впрочем.

Эльф пристально посмотрел на Аберфорта, затем кивнул и щелкнул пальцами.

Виктор проследил за тем, как старик активирует камин, как исчезает в зеленом пламени. Затем повернулся к Грэму.

— И что все это значит?

— Кто же еще позаботится о хозяевах, если не Грэм? — взвыл эльф, хватая себя за уши. — Хозяин ведь такой беззащитный, такой наивный!

Бывший офицер спецназа закашлялся, услышав о своей полной несостоятельности.

— Грэм, — отдышавшись, произнес он, — если ты захочешь произвести еще какие-то изменения, ты обязан уведомить об этом меня, чтобы я не стоял и не хлопал глазами как институтка в портовом борделе. Я не должен позориться перед другими магами, не зная, что происходит в моем собственном доме. Понятно?

— Да, хозяин, — пискнул эльф и исчез.

— Вот ведь мелочь вредная, — вздохнул Виктор. И повернулся к Северусу, который начал дергать его за рукав. — Что, сынок?

— Папа, а что такое «институтка в портовом борделе»?

— Э-э-э, ну… — Виктор растерянно смотрел на сына, в который раз обещая укоротить себе язык.

От обязанности отвечать его избавило появление Аберфорта из камина. Старик подскочил к столу и вывалил на него целую гору волшебных палочек.

— Что это? — Виктор осторожно подошел к столу.

— Палочки, что, не видишь? — проворчал Аберфорт.

— Откуда они у тебя?

— Какая разница? — старик встретился взглядом с Виктором. — Это контрабанда, — наконец выдал он. — Не сомневайся, палочки хорошие. Все новые, большей частью сделаны Грегоровичем.

— И что нам с ними делать?

— Как что? Выбирай, — Аберфорт отошел от стола. — Бери по одной.

— А…

— Я из твоей зарплаты ее стоимость вычту, — пробурчал старик.

— Из какой зарплаты? — рука Виктора остановилась на полпути к первой палочке.

— Я же говорил, что беру тебя на работу. Ты уволился?

— Нет, похоже, это не понадобится. Что-то мне говорит, что у нашей фирмы отзовут лицензию и нас всех просто сократят. Так что лучше подождать, так я хоть компенсацию получу, — Виктор не был уверен, что Аберфорт не шутит, а это означало, что ему вскоре предстоят очередные поиски работы. — И кем я буду у тебя числиться?

— Компаньоном, — ухмыльнулся старик.

— Кем?

— Компаньоном. Старые перечницы же постоянно себе компаньонок нанимают, чтобы не скучать. Чем я хуже?

— Вот кем я еще не был, так это шутом, — пробурчал Виктор и снова потянулся за палочкой.

Если Аберфорт будет платить, то он согласен был работать и шутом. К тому же, так оставалось гораздо больше времени для занятий классической магией. Виктор не собирался забирать Северуса из начальной школы, чтобы он снова не оказался в изоляции или среди незнакомцев.

Его палочкой оказалась третья по счету.

— Береза и волос вейлы, — прочитал он на небольшой этикетке, прикрепленной к рукоятке.

— Забавное сочетание, — удивленно произнес Аберфорт. — Я не знаю свойств березы, но вейлы — абсолютно непредсказуемые создания. Ты просто полон сюрпризов, — хмыкнул он.

— Ой, искорки, — голос Северуса заставил обоих мужчин подпрыгнуть.

Пока они разглядывали палочку, выбравшую своим хозяином Виктора, оставшийся без присмотра Северус подошел к столу и принялся хватать все, на что падал его взгляд. Если судить по тому, что палочка, которую он держал в руках, выпускала вверх фейерверк, смотрел он быстро.

— Так, и что нам делать? — Виктор подошел к сыну. — Север, тебе не разрешали трогать палочки.

— Вы не сказали, что нельзя, — набычился Северус.

— Ну-ка, давай посмотрим, — Аберфорт протянул руку к палочке, но мальчик быстро сунул ее за спину и замотал головой.

— Север, что за дела? — Виктор нахмурился. Северус был неконфликтным ребенком, и, хотя ему многое позволялось, никогда не вел себя подобным образом.

— Оставь его, — Аберфорт задумчиво смотрел на мальчика. — Это большая редкость, когда желание мага владеть какой-то определенной палочкой и желание самой палочки совпадают. Северус, никто не заберет ее у тебя, просто прочитай, что написано на той бумажке на рукоятке.

— Дуб и волос кэльпи. Кто такой кэльпи?

— Чего? Кто додумался засунуть волос кэльпи в дуб? — Аберфорт потряс головой.

— Вероятно, Грегорович, — ехидно произнес Виктор. Ему было все равно, кто делал палочку, лишь бы артефакт работал. — Кэльпи — это речные лошади, подробностей я не знаю. Начнем учить — узнаем лучше. — Северус серьезно кивнул.

— Значит так, завтра все-таки приходите, Хогсмид посмотрите, можно будет к Хогвартсу сходить. Все равно много времени будем в лесу проводить. У меня теплиц нет, чтобы травологию изучать. Учебники учебниками, а практика тоже необходима. Да и для ЗОТИ лучше, чем Запретный лес, места не найти.

— Эм, Аб, — Виктор снова посмотрел на сына, который не выпускал из рук палочку. — Севера придется с собой брать, пока он экспериментировать не надумал.

— Да я сам вижу, что нужно, — Аберфорт сгреб оставшиеся палочки и пошел к камину. — Дуб и волос кэльпи, с ума можно сойти.

Когда старый маг исчез, Северус повернулся к отцу.

— Ты мне не ответил, что значит — «институтка в портовом борделе»?

Глава 7

На следующий день Снейпы позавтракали и отправились в «Кабанью голову» через камин. Вредный домовик наотрез отказался снимать блоки, сообщив, что это не нужно, хозяев и так пропустит.

После визита Аберфорта Виктор, можно сказать, взял Грэма за горло.

— Вы что, можете вмешиваться в работу артефактов?

— Можем, — кивнул домовик. — Это последний раздел нашей магии.

— А почему ты нам его не показал?

— Потому что хозяева еще хозяйственный раздел не до конца освоили, — спорить в этом вопросе было бесполезно, поэтому Виктор только спросил:

— И когда мы его освоим полностью?

— Еще осталось воздействие на дерево, — эльфы не колдовали так, как предлагала классическая магия, они воздействовали на саму природу тех или иных вещей, на их структуру. Принцип обучения не менялся — от сложного к простому. Значит, умение домовиков влиять на артефакты было, с точки зрения Грэма, настолько элементарно, что об этом даже упоминать не стоило.

— А на палочки, на палочки можете влиять? — Виктор жадно ждал ответа.

— На неактивную, которая не находится в руках мага и которой долго не пользовались, — ответил домовик. — Сердцевина палочек капризная и полностью отвечает только хозяину, которого выбрала.

«Облом, — подумал Виктор, — решить проблему Темного Лорда, просто взорвав палочку в его руках, не получится».

Тогда же Виктор выяснил, что отменить воздействие эльфа на артефакт может только он сам. Никто, даже другой эльф, ничего изменить не сможет. Сделано это было для того, чтобы выполнять как следует волю хозяина — мол, что это будет за выполнение, если все кому не лень могут вмешаться и все опошлить.

Составив мысленно список вопросов, которые нужно задать Аберфорту, Виктор подошел к камину.

— Мы что, прямо в огонь пойдем? — Северус явно нервничал, поглядывая на разожженный заранее огонь.

— Мы сейчас бросим туда вот этот порох — хотя убей меня, не могу понять, почему он так называется — а когда цвет пламени станет зеленым, назовем точный адрес и сможем переместиться, — говоря все это, Виктор зачерпнул горсть серого вещества, напоминающего скорее песок, которое притащил Грэм еще два дня назад, и бросил в огонь. Чтобы не терять времени, он просто поднял сына на руки и шагнул в зеленое пламя. — «Кабанья голова».

Аберфорт их ждал. Он сидел в полутемном зале за одним из столиков и смотрел, как из камина появляются Снейпы.

— Садись, — кивнул маг Виктору.

Мужчина расположился на стуле, а Северус принялся с любопытством обследовать зал.

— Не маловато народу? — Виктор кивнул на пустые столики.

— Я временно закрылся, — Аберфорт вздохнул. — Кабак — это так, баловство.

— А контрабанда?

— И контрабанда, — старик внимательно наблюдал за передвижениями Северуса. — Острые ощущения. Какой-то риск, в молодости я той еще оторвой был. Делал все, чтобы Альбусу перепадало из-за меня. А так, наши родители бедными людьми не были.

— Постой. Альбус Дамблдор… — Виктор вспомнил, откуда он знает фамилию Аберфорта. Вначале его смутило имя.

— Брат. Старший, — хмуро проговорил Аберфорт. — Ладно, не будем о нем. Нужно обговорить план наших занятий.

— Я бы хотел вначале несколько вопросов задать, — Виктор посмотрел на старика. — Я не ориентируюсь в магическом мире от слова совсем. Но у меня сохранились обрывочные сведения от… моей бывшей жены.

— Почему обрывочные?

— Я тогда пил, — просто ответил Виктор.

— Да, я помню, ты — в завязке. А супруга, которая бывшая, из Принцев?

— Да.

— Понятно. Та еще семейка. Хуже только Блэки, которые вообще уже с катушек слетели, скоро между родными братьями и сестрами браки начнут заключать. Не удивлюсь, если у них дебилы в ближайшем времени рождаться начнут. Спрашивай, что ты хочешь знать?

Виктор задумался, затем задал первый интересующий его вопрос.

— Палочка. Почему ты настаивал, чтобы я не покупал ее в магазине?

— Покупка фиксируется в Министерстве. Палки — штучный товар. На континенте проще, а здесь… — Аберфорт махнул рукой.

— Зачем? — Виктор нахмурился.

— А как, по-твоему, этот дебильный контроль за магией несовершеннолетних осуществляется? При покупке фиксируется возраст особыми чарами, которые ведут обратный отсчет. На них, кстати, нельзя влиять, исполнилось семнадцать — чары, завязанные на конкретную палку, развеиваются. А тебе не нужно так светиться, чтобы не возникло глупого желания покопаться в твоем прошлом. А так, палка есть, купил за границей, там и служил. Попробуйте теперь что-то выясните — тем более, наше доблестное Министерство умудрилось разоср… эм, нарушить дипломатические договоренности практически со всеми странами. Козлы и идиоты!