Этот жестокий, жестокий, жестокий мир

После ужина, по расписанию выделялось свободное время, что позволяло солдатам забраться на горку, недалеко от поля, где была хоть какая-то связь и позвонить близким, посидеть в социальных сетях, почитать новости.

В тот вечер, большинство военнослужащих и узнало о первых признаках формирования нового мира.

На вечернем построении все, включая офицеров, выражали беспокойство, бурно обсуждая тему дня.

Как обычно, командир батальона, а иногда и части, вызвали к себе командиров роты на центр поля, перед всем построением, для доклада, и отдать приказания.

Затем, в палатках, перед отбоем, всем выдали градусники, что было характерным только на курсе молодого бойца. У некоторых солдат, а именно, у восьми, из всей части, наблюдалась температура выше тридцати семи с половиной. Но они уверяли, что чувствовали себя совершенно здоровыми.

Обычно, простуда у солдата мало кого беспокоила, кроме самого солдата. Тем более, в полях. Но тем вечером это была причина посадить больных в Камаз и увезти в неизвестном направлении, не дожидаясь утра.

Если сложить недавнюю новость и подобные действия командования – не трудно было догадаться, что между этими двумя вещами есть неразрывная связь.

Теперь, даже скептики отнеслись ко всему этому настороженно.

На утро, все узнали, что больных увезли обратно в расположение, на территории города. В военную больницу. Это была официальная версия. Но мало кто в нее верил.

По правде сказать, на размышления у солдат обычно не было времени. Они всегда были нагружены физической работой.

И очередной день был не исключением. Это был день дневных и ночных стрельб, после которых удается поспасть только с двух часов ночи. А в шесть снова подъем.

Следующим вечером увезли еще одну партию солдат. А потом еще.

Офицеры, по очереди, ездили на один день к своим семьям. Прикрывая друг друга от вышестоящего руководства. Ведь им было запрещено, во избежание дополнительных рисков заражения. Возвращались они совсем не свои. Напуганные и растерянные.

У большинства, насмотревшись новостей, начало сдавать нервы. Некоторые бились в истерике. Их тоже стали увозить одним рейсом с больными. Но, на других машинах.

Стрельбы вскоре и вовсе прекратились.

И в целом, военные сборы должны были закончиться еще две недели назад, но всех продолжали держать в полях. Командиры рот и взводов на вопросы солдат не отвечали. Включая те, которые касались питания, ведь оно заметно по скуднело. Они, признаться, сами толком ничего не знали. Просто выполняли приказы.

В тот день, когда ситуация перестала быть под контролем, те, у кого был свободный доступ к выходу с территории полигона, а именно: гражданские повара, солдаты контрактной службы и офицеры, просто уехали. Практически, одновременно. Оставив триста «срочников» на произвол судьбы.

Когда молодые парни проснулись и узнали, что никого из командования больше не осталось, то сразу разбежались кто куда. Особенно, после той новости о падении правительства, в последние дни интернета. Группы и одиночки. Скрылись в лесах. Кому хватило места на двух оставшихся Камазах – поехали на них. Даже зная, что идти в города подобно самоубийству. Все хотели вернуться к своим семьям.

Осталось порядка десяти человек. Поначалу. Но большинство и те ушли, чуть позже. Мудрые люди. Или трусливые. Кому как нравится. Те, которых ничего не тяготило. Ни семья, ни друзья, ни дом родной.

Рядовые Павел Храмкин, Семен Басов и младший сержант Стас Егоров решили спрятаться в разграбленной столовой. Но крупы брать никто не стал, поэтому у них еще был шанс продержаться немного, ведь ее здесь было о-очень много. С запасом на месяцы.

Сначала, они решили взломать комнату хранения оружия, которая тоже, в свою очередь, лишилась большинства автоматов во время массового побега. Затем, прочесать все палатки. Но там ничего интересного не оказалось.

Троим была известна информация о нахождении деревень, будто окружавшие полигон. А значит, и желающих посигнуть на это место ожидалось не мало. Ведь каждый знал, что в армии всегда найдется, чем поживиться. Особенно, в тяжелое время.

Оружие было необходимо.

Они зашли в столовую и заперли ее изнутри. Завалили вход мебелью и пошли проверять припасы. После, на задний двор, где небольшая часть территории была отгорожена металлическим забором в человеческий рост. Там же, лежала гора угля, которая была необходима для готовки и обогрева, в силу отсутствия отопления и электроэнергнии.

Вскоре, им начала надоедать эта жизнь, в режиме кольца. Особенно, повторяющаяся изо дня в день гречневая каша стала вызывать не просто неприязнь, а отвращение. Но деваться было некуда.

Иногда, как и ожидалось, разнообразить времяпрепровождение троицы приезжали мужики из соседних деревень. И всегда их удавалось прогонять, демонстрируя оружие и решительность.

Как и у всех людей, солдаты имели разногласия между собой. Но они всегда находили способ сглаживать углы и жить дальше, но все же, первый сдался Павел, который в один прекрасный момент сбежал ночью, пока стоял на охране.

Заранее все продумав, он залез на гору замерзшего угля и перепрыгнул через забор, направившись к полигону, где во время стрельб, к тому же, выдавали патроны.

Он надеялся, что там еще могло что-то остаться. Ведь не только военные знали о том месте. А времени прошло уже слишком много. Кто-то наверняка решился сходить туда раньше него.

Пройдя несколько километров, по морозной лесной дороге, Павел зашел в небольшую бендежку, где должна была храниться амуниция. Дверь оказалась заперта, но окно, которое закрывалось на железный засов, было вырвано.

Солдат залез вовнутрь. Стол лежал на полу вверх ногами. Два стула в углу и выложенные вдоль стены ящики для перевозки патронов.

Павел открыл каждый, но нашел всего одну пачку, которую просто не заметили мародеры, или обронили, когда выносили все отсюда.

Ее хватило только на половину обоймы.

Он расположился на нескольких ящиках и задремал. А на утро пошел в неизвестном направлении, скрывшись в лесу.

12

-Там кто-то есть.

–Где? – спросила Саша.

–В окне. Я кого-то видел. Точно.

–Попадем вовнутрь и узнаем, кого ты там видел. – решился Василич. Но не успел что-либо сделать, как из-за угла вынырнули Семен и Стас, наставив на них автоматы. Те сделали тоже самое.

Пока прибывшие разводили дискуссию, солдаты перелезли через забор и тихо незаметно пробежали вдоль стены с наружной стороны здания, мимо машины, где прятались мать с дочерью.

–Бросайте оружие. – твердо произнес Стас.

–Сынки, у вас патроны то хоть есть? – поинтересовался Василич.

Семен сделал шаг вперед.

–Хочешь проверить?

Со спины, к рядовому подкралась Наталья и наставила нож ему к горлу. Даже Андрей удивился ее решительным поступком. Наверное, бандиты так повлияли на нее.

–Давай проверим. – съязвила она.

Сержант направил автомат на женщину.

Василич и Скворцов сняли с предохранителей.

–Бросай. – хриплым голосом пробормотал Семен своему товарищу.

Стас еще секунду боролся со своим гневом, но затем, послушался.

Андрей взял слово примирения на себя, повторив то же действие первым.

–Мы не хотим вам навредить. – начал он. – Нам просто некуда податься. Бензин закончился. Это должно быть самое безопасное место во всей округе?! Кхм. Поймите нас. Грабить мы вас не хотим. У нас есть еда.

Наташа убрала нож и отошла на шаг назад.

Стас осторожно кивнул.

–Хорошо, если так. И, что понимаете, почему мы вынуждены действовать так, как сейчас. У нас было много незваных гостей. Вы первые, кто явился с хорошими намерениями. И да, старик прав. Патронов у нас нет.

–Надеюсь, мы не сильно вас стесним? – продолжила диалог Саша. – Мы хотим остаться здесь… пока не знаем насколько, но, надеемся, что надолго. Конечно, если тут действительно безопасно.

–Могу дать гарантии. – улыбнулся Семен. – Места полно.

Из машины вышла девочка, окончательно разрядив обстановку.

–Настя. Я же тебе сказала не выходить. – крикнула Наталья и подошла к ней.

–Кхм. Холодно стоять. Давайте зайдем. – предложил Стас.

…Брат с сестрой вытащили все из машины и занесли в столовую.

Пришлось убрать баррикаду с главного входа, для удобства и экономии времени. А после, просто заперли дверь на ключ. Теперь, когда их стало так много, бояться было некого.

В этом время, мать с дочерью расположились около печки. Начали греться и разгребать свои пожитки. Василич просто ходил и осматривал здание. А солдаты, решив поделится своей вкуснейшей гречневой кашей, сомкнули два стола и пригласили всех к нему.

Гости тоже не оставили ничего в стороне, выставив оставшееся мясо, овощи и самогон.

–О, – потирая ладони, обрадовался Семен. – вот это поляна.

–Мы, к сожалению, можем вам предложить только это. – выйдя из кухни с кастрюлей, произнес Стас.

Остаток дня, семь человек только и делали, что насыщались и рассказывали свои личные истории. В основном, разумеется, чем занимались после начала эпидемии.

Все чувствовали свободу от душевного груза и, казалось бы, обретения нового дома, где хотелось остаться. Конечно, это был поспешный вывод. Но не в этот вечер. И не для всех.

Иногда было полезно выговориться незнакомому человеку.

Они знали, что нужно жить сегодняшним днем. И держаться вместе. А остальное срастется.

–Значит, вас только двое осталось? – заключила Саша.

–Ага, но с нами был еще один. Прошлой ночью сбежал. Наверное, не выдержал. Или просто пошел своей дорогой. Хоть бы предупредил. Как будто, мы бы его не отпустили. Паша Храмкин его звали. Хороший парень.

Василич побледнел. И заставил присутствующих обратить на себя внимание. Он достал из кармана военный билет и отдал его Семену, рассказав историю о своей неудачной охоте.

Самогон, который привезли в гости, начал заканчиваться в два раза быстрее.

–Мы должны были на днях идти с ним на полигон. – чуть окосев, перебил кого-то Стас. – Там патроны. Рано или поздно, деревенские просекут, что нам нечем обороняться. Теперь, вы нам можете помочь с этим вопросом.

–О, отличная идея. – засверкал Андрей. – Патронов нам как раз и не хватает. Завтра утром можно сходить туда. Посмотреть, разведать что к чему.

Его радость прервал звук моторов, становившийся все громче.

Солдаты, Саша и Андрей вышли на задний двор.

Семен залез на гору угля и обомлел.

С другой стороны забора, на расстоянии пятнадцати метров остановились три машины. Не меньше десяти человек начали покидать салоны. Прятаться они и не думали.

В темноте лиц было не разглядеть. Но не дружелюбное настроение оказалось легко почувствовать издалека, наблюдая огнестрельное оружие почти у всех вновь прибывших.

–Давайте, вылезайте из своих нор, крысы. – начал один из них. – Мы знаем, что вам нечем себя защищать.

–Подойди ближе. Проверим. – выкрикнул Стас.

–Нам нужна еда. – продолжал голос. – Отдайте. И мы вас не тронем. Именно вас. – он засмеялся. – А вот с вашими гостями мы хотим побеседовать, как следует. Да, мы знаем, что ты здесь, Василич. И твоя шайка малолеток. Вы убили Игоря. И ответите за это.

–Что? О чем он? – шепотом недоумевал Семен. – Вы кого-то убили?

–Посмотри на нас. – ответила ему Саша, указывая на свой синяк и шишку на голове брата. – Они перешли нам дорогу. Хотели ограбить нас.

–С чего ты это взял? Мы одни. – выкрикнул Стас.

Голос стал раздражительным.

–Еще раз мне соврешь и мы всех тут поубиваем. – Колея от их колес простирается аж от самой деревни. Даю вам ровно две минуты, на раздумья. И не вздумайте геройствовать.

Саша жестом указала остальным, что нужно зайти обратно и обсудить дальнейшие действия. Но никто из них не успел сделать и шага, как услышали необъявленные выстрелы. Из того же места, где находились бандиты. Группа замерла на месте.

Василич, поняв в чем дело, решил застать их врасплох, выйдя из главного входа и обойдя здание. Наталья заперла за ним дверь.

Он открыл по ним огонь, выпустив из ружья последние два патрона. Один попал в фару автомобиля. Второй в ногу одного из банды.

–Сука, мочи его. – послышались крики боли и ответные выстрелы.

Перестрелка оказалась непродолжительной. Голос снова начал свое вещание.

–Похоже, у нас тут храбрец. Отважный старик.

Саша посмотрела в отверстие в заборе. Увидев побитого Василича, стоящего на коленях под нависающими деревенскими, она испугалась и зарыла рот ладонью.

–Главный вход. – догадался Андрей и побежал проведать Наташу и Настю.

–Ему не понравилось мое предложение? – со смешком выдал голос.

После этих слов, кто-то из толпы, находящийся в тени выстрелил из пистолета Василичу в голову. Он замертво рухнул на землю.