Помоги проекту - поделись книгой:
— Да понял я, понял, не дергайся, — он поднял руки в примирительном жесте. — У тебя эта, как ее…
душевная травма. Но хотя бы разыграть отношения ты сможешь?
Поколебавшись, я кивнула.
— Хорошо, — одобрил он. — Тогда предлагаю поступить так: допьем эти кружки, посмеемся и уйдем отсюда в обнимку. У нас ночью было сложное задание, мы едва не попались. В Мараисе уже обсуждают, как некая толпа грабителей разворотила целое кладбище. Никто не удивится, что мы после такого спускаем пар вместе. У нас, на севере, женщины воюют наравне с мужчинами, и это часто заканчивается постелью. Насколько я вижу, ровирцы не сильно отличаются в этом от нас, разве что женщин своих реже пускают в бой. Но ты и не ровирка. В крайнем случае сендайка или алавирка, будь у тебя глаза не голубыми, а карими. А у них совсем другие обычаи, и в городе их не так много, чтобы тебя кто-нибудь уличил во лжи.
Он помолчал.
— Руки распускать не буду, если тебе это не нравится. Договорились?
Я несколько секунд смотрела на его протянутую ладонь и наконец пожала ее. Похоже, у меня просто не было выбора, потому что других выходов из ситуации я тоже не видела.
Асгер, дождавшись ответного жеста, произнес:
— Здорово. Раз мы уладили этот вопрос, допиваем и идем искать Танцора.
— Кого?
— Танцор — так зовут того контрабандиста. Надо наведаться в пару мест, где у него могут быть люди. Затем будем ждать приглашения. Если повезет, уже завтра с нами свяжутся.
Я кивнула. Дайш действовал примерно так же — к нему никогда нельзя было попасть напрямую.
Если ты имеешь вес по ту сторону закона, глупо подпускать к себе кого попало.
Затягивать мы не стали, посидели буквально несколько минут, натужно посмеялись, и Асгер, по-медвежьи облапив меня за плечо, пошел к выходу. Напоследок я, сама толком не зная, зачем, заглянула в его большую кружку с элем. Отчасти меня беспокоило, насколько адекватно напарник будет себя вести после выпивки. Отчасти, может, я искала повод в очередной раз разочароваться в мужчине, с кем меня так неудачно столкнула судьба.
Однако то, что я увидела, меня удивило и озадачило.
Асгер много раз прикладывался к кружке, и она должна была быть пустой. Но эль оставался почти нетронутым — если его и пили, то, как в старых сказках, «по усам текло, а в рот не попало».
Напарник тоже беспокоился о том, чтобы по нетрезвости не сболтнуть лишнего? Разумно с его стороны, хотя ссора с конунгом не казалась настолько страшной историей, чтобы ее скрывать. Но я плоховато разбиралась в обычаях других народов этой планеты, чтобы говорить о чем-то наверняка.
Пока же я решила радоваться тому, что Асгер все-таки знает такое слово, как «осторожность».
Глава 7. Зараза
Когда я проснулась, солнце уже поднялось над Мараисом и светило сквозь приоткрытые ставни.
Заворчав, я перевернулась на другой бок — и резко поднялась, не узнав место, где нахожусь.
В следующую секунду от сердца отлегло. Память нарисовала картины сегодняшней ночи: как мы с
Асгером шатались по городу, выискивая людей Танцора, и как, усталые, под утро завалились в первую попавшуюся гостиницу. Нам повезло — она оказалась настолько приличной, что для нас подобрали отдельные комнаты по соседству. За это пришлось приплатить, но я была готова расстаться с монетами за комфорт.
Особенно за то, чтобы никто не храпел ночью под ухом.
При ночном осмотре комната выглядела чистой: свежее постельное белье, дощатый пол подметен, в углах нет паутины, пахнет не затхло, а морским бризом. Но похоже, что где-то прислуга все же напортачила. На обеих руках подушечки моих пальцев покрывала черная грязь.
Я досадливо поморщилась, сгоняя с себя остатки сна, и попыталась ее стереть. Однако чернота сходить отказалась, только мазалась еще сильнее. Вздохнув, я пододвинулась к окну и рассмотрела пятна под солнечными лучами. Свежая краска это, что ли? Где я только умудрилась изгваздаться?
Беглый осмотр комнаты ничего не дал — в ней не нашлось вообще ничего выкрашенного в черный цвет. Да и ощущение на коже было таким, словно размокла она сама, а не что-то на нее налипло…
«Проклятие Аруана!» — бухнуло в голове. Мастер из эльфийского квартала говорил о загадочной болезни, которая со стремительной скоростью убила сначала короля, а потом и его жену. Пятна же на пальцах сильно напоминали те маслянистые кляксы, которые удивили меня в гробнице.
С бьющимся сердцем я торопливо зашептала заклинание, открывающее второе зрение. В мыслях в этот миг стучало: «Лишь бы это было просто совпадение, лишь бы совпадение…»
Сердце упало глубоко вниз. Пятна испускали слабое колдовское свечение. Даже в этом насквозь магическом мире таким эффектом не обладала ни одна болезнь, возникающая по естественным причинам.
Я кинулась к сумке. Как магу, мне приходилось постоянно таскать с собой кучу мелочей, которые могли бы пригодиться при колдовстве. В одном из отделений лежали длинные, выше локтя перчатки из специальной плотной ткани для работы с некоторыми заклинаниями.
Против поразившей мои руки гадости они не помогут. Но если эта дрянь заразная, возможно, задержат ее распространение.
Аккуратно натянув перчатки, я проверила сначала себя, затем — многое ли успела испачкать вокруг. К счастью, на теле других пятен не было, а в комнате масляные отпечатки виднелись только на подушке и простыне. Стащив белье с кровати, я тут же бросила его в камин и подожгла быстрым заклинанием.
Хозяева гостиницы, наверное, страшно удивятся, зачем мне протапливать комнату среди лета, когда в окно уже вовсю дышит духота ровирского дня. Но лучше так, чем стать распространителем чумы.
Только когда пламя уже охватило белую льняную ткань и запахло горелым, пришла запоздалая мысль, что если болезнь подхвачена в гробнице Аруана, то за вчерашний день мы успели разнести ее по всему Мараису — от порта до предместий.
Блин. Вот же блин!
Дверь в комнату Асгера была заперта. Я стукнула несколько раз кулаком, зная, что уйти напарник не мог, иначе бы меня протащило следом за ним. Хорошо, что по крайней мере чертова цепь проходила сквозь предметы и нам не обязательно было ночевать в одной спальне.
Прошла целая минута, а Асгер все не открывал. У меня уже заболели костяшки. Спит он там или сдох, покрытый черными пятнами?
— Ас! Асгер, проснись!
Дверь раскрылась внутрь, так резко, что я по инерции чуть не упала в комнату. И тут же отшатнулась, увидев перед собой голую мужскую грудь.
Асгер был хорошо сложен. Очень хорошо для мира, в котором никогда не слышали слово «фитнес», а спортом занимались не для поддержания формы, а для убийства, что накладывало определенный отпечаток на мужские фигуры. А уж мускулы напарника у меня была возможность рассмотреть во всей красе. Он, похоже, только-только проснулся, потому что взгляд был еще сонный, густая шевелюра — растрепана. На полу Асгер стоял босиком и даже штаны толком натянуть не успел — завязки болтались свободно, и на чем вообще эти штаны держались, было неясно.
Наверное, на честном слове.
Мне стало жарко. Эти мышцы, и приспущенные штаны, и уютно смятая кровать за его спиной…
На лице напарника при виде меня расплылась ехидная улыбка.
— Уверена, что не хочешь изменить наш договор и следующей ночью спать со мной в одной комнате?
Я с усилием оторвала взгляд от рельефных мышц.
Не о том сейчас надо думать, совсем не о том!
Я втолкнула Асгера обратно в комнату и заперла за собой дверь. По коридору шла служанка, мне не хотелось, чтобы она что-то услышала.
— Покажи руки, — приказала я.
Напарник приподнял брови.
— Слушай, надеюсь, что это проверка на то, помыл ли я их. В противном случае твои подозрения…
Что там, по его мнению, у меня за подозрения, я дослушивать не стала. Вместо этого стянула перчатку и сунула ему под нос пораженные подушечки пальцев.
— Видишь? Эта дрянь появилась утром. Она светится колдовством. Точно такие же пятна были на трупе Аруана и его доспехах. А теперь вспомни, что твой друг эльф говорил о проклятии, которое убило короля и его жену.
— Ты не трогала саркофаг? — нахмурился Асгер.
— Нет, я же не идиотка! Я вообще старалась не лезть никуда, особенно к зачарованным вещам.
Наверное, только браслета и коснулась. Ну, и еще запечатанного сосуда, за которым нас послал
Дайш. Проверь свои руки!
Он задумчиво их изучил.
— Надо же, а я думал, что зараза к заразе не липнет, — вздохнул напарник и показал мне ладони.
Подушечки пальцев покрывали мелкие черные точки. Еще не пятна, как у меня, но мы явно заболели одним и тем же.
Я рухнула на край кровати. Отправляясь на задания Дайша, я каждый раз думала, какой будет моя смерть — от огненного заклинания, от стрелы, вылетевшей из ловушки, от оружия стражников… Но я ни разу не предположила, что буду умирать от неведомой колдовской заразы.
— Тихо, тихо, Лия, — Асгер сел рядом и «легонько» меня встряхнул, так что у меня закружилась голова. — Я отсюда чувствую, как у тебя колотится сердце. А ты мне нужна здравомыслящей.
Вспомни, что еще Мал говорил об этой болезни? Кто умер, кроме короля Аруана? Его жена — как там ее звали?
Медленный вдох. Такой же медленный выдох. Я закрыла глаза и сосредоточилась.
Асгер прав. Пора приходить в себя. Лучшая я в команде Дайша или нет, в конце-то концов?
— Илистэлле. Она погибла, спешно возвращаясь домой. Очевидно, вместе со своей свитой.
Посланные за ней эльфы тоже исчезали без следа, поэтому ее могилу так и не нашли. Либо принцесса умерла в каком-то крайне неудачном месте, либо — что гораздо более вероятно –
зараза убивала посланников мгновенно, стоило им приблизиться.
— Но король похоронен здесь, без лишних предосторожностей, — напомнил Асгер. — Если бы хворь была заразной, на гробницу наложили бы тысячу разнообразных магических печатей.
Я покусала губы, обдумывая это утверждение.
— Непонятно… Как часто у вас случается мор? Это событие достойно упоминания в летописях?
— Ну да. Особенно если это колдовской мор. Хочешь понять, как справились с заразой во времена
Аруана?
— Да, но видишь ли, я читала летописи, и там ни одного слова о том, что правление Аруана было чем-то омрачено. Он умер, не успев родить потомство, после него правил его младший брат, такой же мудрый, как сам Аруан, и эти годы отмечены как одни из самых спокойных в истории
Ровира. Затмению, которое случилось через несколько лет позже, уделено больше текста, чем обоим братьям.
— Ну так это правда важно, — Асгер посмотрел на меня, как на дурочку. — Это же недовольство богов!
— Ну да, конечно, как я могла забыть, — проворчала я.
Определенно, этому миру не помешает немножко развития, даже если он уже знаком с канализацией и водопроводом.
— Ладно, — напарник еще раз изучил крапинки на своих пальцах. — Если чумы не случилось тогда, у нас есть надежда, что эта дрянь не липнет к другим. Но все равно хорошо бы выяснить, откуда она взялась, почему мы оба заражены и что с нами будет.
— Ничего хорошего, судя по истории об Аруане и его жене. Ну а как мы заразились — по-моему, очевидно, что от браслетов.
Сложив руки на груди, я мрачно посмотрела на Асгера. Тот спокойно встретил мой взгляд.
— Или от того сосуда, который принесли Дайшу.
— Его касалась одна я.
— Но мы связаны браслетами, — напомнил напарник. — Ты недооцениваешь эльфийский юмор.
— А что с ним?
— Надпись, — он указал на причудливую вязь на браслетах. — «Муж и жена на веки вечные».
Знаешь, какова одна из причин, почему мой народ недолюбливает эльфов с их сумасшедшими обычаями? Они не преувеличивают, когда дают такие обещания. Если Аруана поразило иномирное проклятие, его жена-принцесса, как ее там, могла погибнуть просто потому, что брачное заклятие не позволяло ей жить дольше, чем мужу. Возможно, она торопилась домой после смерти Аруана, потому что хотела, чтобы с нее сняли эту идиотскую клятву. Но проклятие убило ее раньше, чем она успела покинуть Ровир.
— Жили они счастливо и умерли в один день, м-да, — пробормотала я. — Вместо сказки о любви первоклассный хоррор.
— Что?
— Да так, не обращай внимания, — отмахнулась я. Хорошо, что я оказалась слишком добра для того, чтобы прибить где-нибудь Асгера, пытаясь избавиться от браслета. — Значит, ты считаешь, что всему виной запечатанный сосуд, а проклятие передалось тебе из-за браслета?
— Ну, — Асгер поморщился. — Хотя я полагался не на такой результат, когда напяливал эти побрякушки. И лучше молчи, — добавил он, заметив, что я открыла рот. — Поверь, я сам не очень-то счастлив.
— Охотно верю, но я хотела сказать не о том. Надо вернуться в особняк и проверить, не заразился ли кто-нибудь из слуг или сам Дайш.
— Госпожа Ехидна не язвит — значит, дело по-настоящему плохо, — скривился напарник. — Согласен с тобой — было бы неплохо вернуться. Беспокоит меня этот сосуд, от которого мы могли подцепить хворобу. Дайш говорил тебе, что в нем или для чего он нужен?
Я отрицательно помотала головой. Два года я провела в Мараисе, обучаясь специально для того, чтобы найти предметы из списка нанимателя, и за все это время ни разу не услышала об их предназначении. Не только я, но и вся команда терялась в догадках, ради чего мы на самом деле работаем. Дайш пресекал любые расспросы об этом, а все недовольные кончали так, что у кого не возникало желания повторить их судьбу.
В дверь постучали — служанка гостиницы спрашивала, можно ли войти. Асгер наконец-то накинул жилет и сообщил, что можно входить.
На пороге появилась та же девушка, которую я видела в коридоре. Обычная ровирка — невысокий рост, гладкие темные волосы, смуглая кожа. Как было принято у прислуги, она почти не поднимала взгляд от пола и поклонилась нам, словно богатым постояльцам.
— Господа просили принести им завтрак в комнату, — скромно сказала девушка, ставя на стол поднос с кувшином, двумя кружками и мисками, наполненными едой.
Мы переглянулись. Никто из нас и слова ни о чем подобном не произнес, когда мы устраивались на постой.
— Спасибо, — поблагодарила я, на всякий случай готовя контратакующее заклинание.
Асгер, не иначе как тоже по какому-то волшебству, очутился впереди меня, прикрывая могучим плечом. Однако девушка еще раз поклонилась, пожелала приятного аппетита и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Поделиться книгой: