Второй шанс

– Позвольте вас сфотографировать, – попросил герой.

– Зачем? Вы фотограф? – спросила женщина.

– Да. Я многое хочу запечатлеть. Иногда я понимаю, что время летит, и от того, что ты считал непоколебимым, не остается и следа. Поэтому я не вижу иного выхода, как фотографировать и потом пересматривать свою жизнь по кадрам, – Бондарев подался в философию.

– Интересная точка зрения, но я считаю, что нужно ценить то, что у тебя есть в настоящий момент и запоминать эти ощущения. Может быть вы сможете понять меня, но скорее всего нет. Если выбирать между жизнью до и после падения, то я выберу после.

Тогда я была одинокой бабочкой, порхавшей по пестрой лужайке в поисках счастья, а теперь я живу в любви, при этом не вставая с кресла. Вы когда-нибудь любили по-настоящему?

– Боюсь, что нет, – с горечью заметил герой, взяв в руки фотоаппарат и сделав один снимок.

– Значит вы меня не поймете. Для вас движение – это смысл жизни, а я уже пришла к своей цели, поэтому теперь я не боюсь остаться на месте до самой смерти, если это место – лучшее в моей жизни.

– То есть смысл вашей жизни – любовь? – спросил Владимир и сделал еще пару кадров.

– Да. И никак иначе, – заявила Мишель.

– А вы сильно любите Луи?

– Очень. Вы можете сказать, что это потому, что он мне помогает, и будете правы, но все же помимо привязанности физической есть еще и душевная. Вы же понимаете разницу между сиделкой и супругом. Сиделка выполняет работу, а супруг – действует от сердца, пусть это и выглядит как банальное проявление жалости.

– Простите за резкий вопрос, может ли ваш муж изменять вам?

– Я не думаю о том, с кем он может спать, главное – кем занято его сердце. Я никогда не спрашиваю, где он был и уж тем более не ревную. Знаю, это слепо, но раз все хорошо, зачем лезть в его личную жизнь. У супругов есть своя, небольшая частная жизнь. У меня – это сейчас наше с вами общение. Луи сейчас может быть пошел целовать руки дамам и знакомиться с ними, но он обещал прийти и ждать меня в каюте, значит так непременно и будет. Кажется, наше время подошло.

– Вы правы, – сказал Бондарев, глянув на время в телефоне, – вас отвезти?

– Да. Вас же попросили.

Агент взялся за ручки инвалидного кресла и покатил его в сторону каюты №16.

Везя Мишель перед собой и находясь ближе к ней, чем он был раньше, Владимир ощущал еле уловимый аромат каких-то дорогих духов, которые дополняли приятный образ женщины, которая несмотря на тяжелую судьбу продолжала радоваться жизни, наполненной любовью…

Глава 7 «Счастье близких»

Отвезя Мишель в свою каюту, Бондарев пошел по палубе, осматривая все вокруг. На элитном ярусе был свой персональный бассейн, который облюбовали отдыхающие.

В этот теплый, даже жаркий день, очень хотелось погрузиться в воду и охладиться. Но кто-то, напротив, лежал на шезлонгах рядом, подставляясь солнцу.

Среди загорающих агент рассмотрел «любовницу» пожилого господина с тростью и пухлую даму, которая также поднималась на борт этим утром.

Чуть поодаль стояла пожилая пара «спортсменов». Они что-то обсуждали, глядя то на море, то на отдыхающих.

«Как все же глупо плавать в бассейне, когда ты находишься посреди моря, – подумал Владимир, – уж лучше быть на пляже, чем здесь».

После непродолжительного пребывания у бассейна герой пошел дальше и, войдя в закрытое помещение, оказался в ресторане.

Он представлял собой приличных размеров зал, заполненный столиками, которые были накрыты красными скатертями. Свет в ресторане был приглушенным, так как окна были закрыты полупрозрачными легкими шторами цвета крем-брюле.

У одной из стен располагалась барная стойка, а за ней – стеллаж с бутылками алкоголя, которые от яркой подсветки напоминали разноцветную мозаику.

Осознав, что находится в ресторане один, Бондарев покинул его и пошел дальше.

Следом за рестораном располагался игровой зал со столами для покера, рулеткой и игровыми автоматами.

По казино ходил одинокий мужчина, которого опять же из-за приглушенного света агент узнал не сразу. А это был муж той самой пухлой дамы, которая в это время отдыхала у бассейна.

Увидев позади себя фотографа (а фотоаппарат Владимир не снимал с шеи), незнакомец сказал по-английски:

– Добрый день, сэр, вы как и я, изучаете палубу или желаете сыграть в покер?

У него прослеживался итальянский акцент.

– Я всего лишь изучаю лайнер, думаю, на это может уйти вся предоставленная мне неделя, – пошутил герой, чем вызвал у собеседника легкую улыбку.

– Меня зовут Марко, Марко Лоретти, – представился мужчина, подойдя к агенту и пожав ему руку.

– Бондарев, Владимир Бондарев, – сказал свое фирменное герой.

– Я уже видел вас сегодня. Вы стояли на палубе, когда мы с женой поднимались сюда, – заявил Лоретти.

– У вас хорошая наблюдательность, сеньор, – сказал Владимир, – я тоже вас запомнил. Позвольте спросить, вы любите покер?

– Еще как. Не желаете ли сыграть со мной, когда соберется стол? – предложил Марко.

– Не откажусь. Я много играл в разные игры, и признаюсь, азартные игры имеют свой неповторимый шарм.

– Вы приехали сюда один или с той очаровательной дамой в розовом платье, которую я видел позади вас? – спросил итальянец.

– Если бы. Я приехал один, – с некоторой грустью в голосе сказал Бондарев.

– Вы не женаты? – удивился собеседник.

– Нет, а что, я не похож на холостяка?

– Совсем. Но быть может вы важный человек в своем обществе. Вы выглядите очень опрятно и собранно.

– Я – бизнесмен, но главное мое хобби – фотография. А еще я очень люблю разговаривать с людьми, это так интересно, слушать разные истории, особенно, что касается любви.

– Вы романтик? – поинтересовался Марко.

– Есть такое. Вы в хороших отношениях с вашей женой?

– Да вполне, а почему вам это интересно? Зачем вам чужие истории любви?

– Чтобы когда-нибудь встретить свою любовь. Я понимаю, что за свою жизнь узнал мало о настоящей любви, а разве можно найти то, что практически не знаешь?

– Мы с женой вместе уже одиннадцать лет. У нас двое детей – обе дочери. Сейчас они у моей сестры, а мы решили отдохнуть от семейных забот и вспомнить, как проводили время когда-то еще в начале нашей совместной жизни. Фелиция очень веселая, она часто улыбается и никогда не скучает. Она любит читать, а еще любит готовить. У нее есть слабость – еда. Особенно сладкое. Она не пропускает ни единой возможности съесть что-нибудь сладкое после еды. Обычно после каждой, – Марко говорил это с той же легкой улыбкой, посмеиваясь над женой и одновременно гордясь ею.

– Вы не против этого? – спросил Бондарев.

– Вы хотите сказать, пытался ли я ограничить ее аппетит? Пытался как-то, но потом понял, что не стоит лишать ее своего личного счастья. Да, это в какой-то степени чревоугодие…

– Вы читали Данте? – вдруг спросил Владимир.

– Читал, но сейчас уже не так хорошо помню содержание. Вы хотели сказать про чревоугодие?

– Нет, просто что-то вдруг мне это вспомнилось. Думаю вы правы, у нее должно быть право на личное счастье.

– Она не ест много в принципе, просто каждый прием пищи у нее сопровождается печеньем, конфетами, шоколадом или пирожным. Да, она толстая, но я люблю ее за душу, поэтому внешность для меня не играет значения.

– Когда я посмотрел на нее, я понял, что этот человек добрый. У нее светлая улыбка, – сказал агент, – а остальное… знаете, я прихожу к выводу, что красота это нечто большее, чем просто внешность. Ее нельзя разглядеть на фотографии и даже на видео. Красота – это характеристика человека, не ограниченная лишь внешностью. Думаю, вы хорошо знаете, в чем настоящая красота Фелиции, – сказал Бондарев.

– Знаю, вы абсолютно правы. Желаю вам удачи в поисках своей любви, пожалуй я пойду к Фелиции, – заявил Марко.

– И вам всего наилучшего, сеньор, – сказал агент, и собеседники разошлись, потеряв друг друга на огромном корабле.

Владимир достал телефон, чтобы посмотреть время: «11:22»

Герою показалось, что время остановилось. Ибо время в ожидании чего-то длится всегда невероятно долго. А Бондареву действительно было чего ожидать – встречи с Миланой.

Глава 8 «Путь к пониманию»

От нечего делать Владимир пошел дальше по палубе и попал в концертный зал. На красивой сцене устанавливались декорации в морской тематике. Ассистенты бегали туда-сюда, а чуть в стороне стоял режиссер, руководивший работой.

Не желая мешать, Бондарев удалился и пошел дальше.

Он все шел и шел, а палуба все не кончалась. Владимир прошел мимо пустовавшего пока фитнес-зала и гольф-площадки. Агент попал в магазин по типу «Duty free», где толпилось некоторое количество народа, среди них была молодая пара, говорившая на немецком, ее герой уже видел, а также пожилой господин с тростью, внимательно рассматривавший прилавок с сигаретами.

«Духи мне бы не помешали», – решил Владимир и направился к стеллажам, наполненным разноцветными коробочками и флаконами.

У агента был хороший опыт в выборе духов, он знал один аромат, способный производить на женщин сильное впечатление и располагать к себе, но сегодня герой решил взять другие духи поскольку играл роль утонченного романтика, а не обаятеля женских сердец.

Приобретя духи, Бондарев отправился в каюту, так как ему наскучило ходить по полупустым помещениям в гордом одиночестве. Ему хотелось побыть в компании с кем-то, однако лезть в беседу к незнакомцам агент не собирался, чтобы не привлекать излишнего внимания.

Следующие полчаса прошли в каюте, после чего Бондарев решил все же посидеть на палубе рядом с бассейном, чтобы расслабиться на шезлонге, при этом не прекращая слушать разговоры окружающих. Любая информация может быть полезна в этом деле.

Владимир предстал перед всеми, кто находился у бассейна, в плавках, при этом нарочно изображая некоторое смущение, свойственное впечатлительным людям, оказывающимся за пределами зоны комфорта.

Фелиция и Марко плескались в бассейне, а «любовница» пожилого господина все так же лежала на шезлонге.

Итальянец, кажется, не заметил появления героя, и Бондарев расположился на лежаке, не привлекая всеобщего внимания.

Солнце приятно грело тело, что было особенно приятно для русского человека, понимавшего, что на родине уже прохладно и может быть дождливо.

Мысли Владимира крутились в голове, не давая сосредоточиться на чем-то одном. Он вспоминал, что ему рассказывали Мишель и Марко, что видел в предыдущий день, и наконец, в сотый раз за день думал о Милане, которую ему не терпелось увидеть за обедом.

Она была великолепна в своем свето-вишневом платье, однако тон, с которым Перович вела разговор, давал очень неоднозначное впечатление. Она была явно сильной, но при этом в ней была какая-то своенравность и даже упрямство. Она была не куклой, не вещью для любовных утех, а личностью, которую стоит любить по-настоящему.

Лежа на шезлонге и купаясь в бассейне, Бондарев не мог расслышать толком разговоры окружающих. Он слышал лишь обрывки фраз, перемешивавшихся в калейдоскопе языков и голосов в какое-то беспорядочное разнообразие.

После бесполезных, но приятных процедур агент поспешил в каюту, где переоделся в то же, в чем был до этого, надушился новыми духами и пошел в ресторан, предвкушая встречу с Беатриче.

Герой пришел в ресторан на минуту раньше назначенного времени и сел за столик. Миланы пока нигде не было. Она пришла через полминуты и, увидев Владимира, улыбнулась и, подойдя к нему, села за его столик.

– Здравствуйте, Милана, вы все так же хороши, а может быть и еще лучше, или я просто давно не видел вас, – сказал Бондарев.

– Перестаньте, Владимир, – отмахнулась дама, – как вам лайнер? Все обошли?

– Пока нет. Только эту палубу, – заявил агент.

В это время официант положил на столик меню, и посетители стали выбирать яства.

– Здесь все так дорого, но зато какой сервис. Не то, что на моей палубе. Там шведский стол. Терпеть не могу очереди за блюдами, – сказала Перович.

– Я заплачу за ваш обед, – заявил Владимир, – можете не думать о цене. Я хочу, чтобы вы получили настоящее удовольствие от еды.

– Вы меня балуете, Владимир, что бы это значило? Неужели влюблены? – смело спросила Милана.

– Не могу понять. В любом случае, вы заслуживаете того, чтобы поесть за мой счет.

– Не люблю быть должна кому-то. Скажите честно, чего вы хотите от меня? – максимально сдержанно и даже с какой-то заботой спросила дама.

– Я, я хочу узнать о вас побольше. Вы очень интересный человек, я вижу это по глазам, по вашей речи. В вас много строгости и правильности, я хочу чтобы вы расслабились и наконец почувствовали себя как человек на отдыхе, а не дипломат на деловых переговорах, – заявил Бондарев.

– Я думала вы, как многие одинокие мужчины, хотите затащить меня в постель, а вы очень добрый и великодушный человек. Я не поняла этого сразу. А теперь я смотрю вам в глаза и вижу в них какое-то волнение, какой-то страх. Вы боитесь, что произведете на меня неправильное впечатление? Или что я не стану вас слушать?

– Да, может быть, – с сомнением произнес агент, глядя на Милану как на необычайно красивый цветок.

– Вам нечего бояться, – сказала героиня, – вы тоже интересны мне. Я еще не встречала в жизни такого необычного мужчину. Вы смотрите на мир чувствами, как женщина. Это не оскорбление, нет, это даже в какой-то степени похвала. Вы думаете, прежде чем делать, и ставите себя на место другого. А такой человек не может сделать плохого со зла.

– Спасибо, Милана, – сказал переполненный чувствами герой, – вы выбрали, что вы будете есть?

– Да, – кивнула Перович.

Официант, которого Владимир подозвал к себе, записал пожелания гостей и поспешил выполнять заказ.

– Вы когда-нибудь любили по-настоящему? – спросила Милана.

– К сожалению нет. Я начинаю понимать, что это такое, лишь в последнее время. Я осознал, что не был любим и не испытывал чувств, которые можно было назвать любовью.

– Это печально. Однако мой опыт ничем не лучше. Я любила одного человека, которого считала хорошим, но однажды я застала его с другой. Он сказал мне, что ошибся и что он любит именно ее. Я не поняла его и обиделась. После этого я стала заниматься карьерой и больше ни с кем не встречалась. Моя история похожа на сотни таких же. Поэтому никто не сочувствовал мне. Но я в этом и не нуждалась. Я быстро забыла это и погрузилась в работу.

– Я вспомнил цитату Камю: «Не быть любимым – всего лишь неудача, а не любить – вот несчастье». Вы задумывались над тем, можете ли вы любить так же, как тогда? Поймите, работа требует самоотдачи, когда-нибудь вам захочется прийти домой и упасть в объятия любимого человека, чтобы просто чувствовать себя счастливой и нужной кому-то, – заявил Бондарев.

– Нет, не думала. Но ваша мысль очень правильная. Я не думала над тем, могу ли я любить снова, но я думала о том, кого же я могу любить? Какому человеку я бы отдалась всем сердцем? И я не могла его представить. Поэтому я прекращала эти мысли и переключалась на что-то другое, – сказала Перович, – вы такой умный, знаете, скажу честно, вы и вправду помогаете мне расслабиться и выговориться. Я редко общаюсь с подругами, а мои коллеги меня понимают не всегда. Позвольте, я буду рассказывать вам все, что мне очень хочется сказать.

– Если вам станет от этого легче, то конечно, – согласился герой, понимая, что смог завоевать расположение этой прекрасной дамы, и теперь дорога к ее сердцу была хоть пока еще длинной и извилистой, но она хотя бы была освещена лучом взаимопонимания и симпатии…