Последний вояж

– Если и дальше будете идти за мной, я решу, что это домогательство.

Он остановился и растерянно заморгал.

– Извините. Ни о чем подобном и мысли не было.

– Не сомневаюсь, это была шутка. Ваш отель в другой стороне.

– Я не в отеле остановился, а у друга.

– Ну, так идите туда.

– Эта территория не ваша собственность, так что если захочу, то буду идти за вами.

– Это верно и в номер за мной пойдете?

Расчет был верным. Из надутого обиженного ребенка, он превратился в кота-ловеласа.

– Если вы не против такого развития событий, то я не буду возражать.

И оценивающе окинул взглядом мою фигуру. Не удержавшись, я расхохоталась в голос.

– Что опять роман?

– Нет…, – поперхнулась, перевела дух.– Просто вы так предсказуемы, что просто смешно.

– Смешно!?

Подняв руки, показала, что сдаюсь.

– Успокойтесь, не хотела ничего обидного сказать. Привести вас немного в чувство, только и всего.

Теперь и он смеялся вместе со мной.

– Ох! Давно я так не веселился. И не чувствовал себя таким идиотом.

– Да ладно. У всех бывают неудачи.

– Не хотите посидеть в кафе?

– Опоздаю на обед, так что извините.

– Вежливо послали, спасибо.

– Не за что. Мы всегда рады, обращайтесь.

– А все-таки подумайте. Ничего интересного вы не пропустите.

Я пожала плечами. Ничего не теряю, в самом деле.

Следующие полтора часа прошли в дорогом кафе. В такие минуты приходят мысли о том, что деньги не такое уж и зло. Мы сидели на террасе в плетеных креслах, зонтик укрывал от солнышка, официанты были услужливы, но не надоедливы, вино с тихим плеском наполняло бокал.

Мужчина напротив, был до неприличия хорош. Отбросив свой важный вид и обиды, расслабившись, стал просто отдыхающим с приличными деньгами. Короткий ежик темно-русых волос, кое-где с сединой, голубые глаза, сеточка морщин, небольшой, но аккуратный животик и красивые руки. Но я рассматривала его до сих пор как мимолетное видение. Сегодня есть, завтра нет. И таким порой нужно человеческое общение.

Разговор лился так же безмятежно, как и вино, пока у него не зазвонил телефон. По лиц было видно ничего хорошего, похоже, жена. Крышка телефона резко отлетела. «Какие у него все-таки гибкие пальцы. Эх!». Тихонько вздохнув, поднялась и отошла к перилам.

– Да. Слушаю тебя, Жанна…

«Зазвонил телефон. Кто говорит? Слон». Диалог был недолгим, всего на несколько глотков из моего бокала. От сюда открывался замечательный вид, кафе располагалось на возвышенности. Зеленое море листвы, потом песчаная полоска и волны с солнечными бликами.

– Извините.

– За что? За то, что вам позвонила жена? Какие глупости.

– Как вы поняли?

– По выражению вашего лица. Это было не трудно.

Он немного постоял, отбивая корпусом телефона марш о перила.

– Считаете меня старым идиотом?

– Ну, не старым – это раз. Не идиотом – это два.

– А три?

– Не торопите. Просто в жизни много штампов и стереотипов, в которых мы живем, ничего не замечая. Один из них, что такие как вы должны обязательно жениться на молоденьких мисс Самара или что-то из этой серии.

– Краснодар.

– Что?

– Я говорю мисс Краснодар.

– Не важно.

– В самом деле.

– Петр, перестаньте. Неужели вам нужно мое сочувствие? Или хуже того жалость?

– Нет.

Поднял бокал и чокнулся со мной.

– За нарушение штампов!

– Я, за. Выпьем.

Непродолжительное молчание прервалось опять же его вопросом.

– А вы когда-нибудь нарушали штампы?

– Да.

– И как же?

– Слушайте, я знаю вас всего несколько часов, почему то должна выкладывать всю свою подноготную.

– Кто-то мне тут вешал о штампах и предрассудках…

– Туше. Я развелась с мужем. Хотя, по мнению общественности у нас была образцовая семья.

– Почему развелись?

– Потому что ребенок однажды спросил, зачем с нами папа живет. И я не нашла, что ему ответить.

– У вас мальчик или девочка?

– Мальчик. Очень самостоятельный и волевой. Иногда рядом с ним чувствую себя ребенком, а не взрослым. А у вас есть дети?

– От первого брака – девочка. Тоже отличается железным характером.

Его глаза долго смотрели вдаль, но потом переместились на меня, в них промелькнуло что-то хитрое и озорное.

– Так смотрите на меня, уже боюсь, мыслей, которые пришли вам в голову.

– Знаете, мне бы хотелось совершить нечто неординарное, не похожее на меня предсказуемого и расчетливого.

– И что же?

– Небольшой розыгрыш с вашей помощью.

– С моей? О, Боже!

– Представляете лицо моей дорогой женушки, когда заявлюсь в тот же отель, только с другой.

Я поперхнулась вином.

– Стесняюсь спросить, какая роль мне отводиться…Да ладно! Детский сад.

– Почему? По-моему выйдет очень даже интересно.

– У меня несколько не та весовая категория, чтобы вызвать ревность у вашей милой Жанны.

– Считаете?

– Да.

– Штампы.

Рядом со столом все понуро стояли и ждали распределения на ужин. Я пришла позже всех, поэтому можно было надеяться только на место с краю, это устраивало, хотелось пораньше уйти, чтобы обдумать все то, что так скоро и порывисто мне выложил Петр. Его идея мне льстила, очень. Но сомнения имелись и веские. Не та штучка «конфетка», чтобы клюнуть.

Задумчиво ковыряясь в салате, я не сразу заметила напряженную обстановку за столом. Римма Борисовна вдумчиво намазывала на хлеб масло и время от времени смотрела в мою сторону. «Дело пахнет керосином или как минимум выяснением всего, что я делала в обед поминутно».

– Ниночка, что-то вас не было видно за обедом.

Пришлось промычать что-то невразумительное. Никакой легенды придумано не было, а рассказывать, где на самом деле было проведено обеденное время, не очень-то хотелось. «Почему я вообще должна отчитываться перед этой старой ведьмой!»

– Простите. Не расслышала?

– А я ничего и не сказала.

– Видимо вы считаете такой разговор со старшими допустимым.

– Римма Борисовна, я не пионерка, а вы не моя учительница, заставшая меня за рисованием цветочков во время урока. Так что не понимаю, почему должна отвечать.

Казалось, грудь старой дамы сейчас порвется от возмущения, лицо покраснело.

– Какая наглость однако… Это просто возмутительно… Недопустимо…

Но обведя глазами стол не нашла поддержки. Все дружно делали вид, что ничего не заметили. «Спасибо ребята». Генриетта Викторовна послала в ее сторону торжествующий взгляд. Картину моего триумфа испортила Леночка. Теперь я пожалела, что тогда улыбнулась ей, надо было помочь родителям отшлепать.

– А мы видели с родителями как вы уходили с пляжа с каким-то мужиком. Ничего такой старикан мажорный, сразу видно при деньгах.

И быстро отправила в рот большой кусок запеканки.

– Какая гадость, зачем вообще ее готовят.

Ирина извиняющееся посмотрела на меня и пододвинула дочери стакан с компотом.

– Ешь, давай. И не болтай всякие пустяки.

«Лучше бы и ты Ирина молчала».

– Ниночка, интересно и что же это за мужчина?

– Так, знакомого встретила.

– Ммм, как интересно.

«Да, хоть сгори от любопытства, ничего больше не скажу».

– Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее…