Часть седьмая. По ту сторону
Я очнулся от ощущения, что кто-то чем-то мокрым и горячим меня по щеке мазал. Оказалось, Пушок лизался. Я с трудом сообразил, почему собаки у нас на борту, а не на «Компаньоне». Видимо, пока мы спали, корабль, выйдя с другой стороны чёрно-белой дыры, догнал снизивший скорость беспилотник и состыковался. Значит, кто-то тоскующих собак впустил. Я с трудом приподнялся на локтях и осмотрелся. Оказалось, я дольше остальных проспал. Ребята мышцы разминали. Ленка уже что-то жевала. Я осторожно лицо и шею ощупал. Всё на месте было. Самым страшным моим представлением было, что мы из портала другими выйдем. Изуродованными или калеками.
– О, Стёпка никак оклемался! – прошамкала наш информатик Оля набитым ртом. – Вставай осторожно. Гравитация снова включена.
Можно было подумать, я сам этого не видел и не чувствовал. Даже руку трудно поднять было. Незадолго до входа в чёрную дыру мы отключили искусственную гравитацию. А к моменту пробуждения автоматика нам её снова подключила.
Я кое-как до иллюминатора добрался. Всё то же белое свечение впереди. Будто и не изменилось ничего.
– Знаю, что ты сейчас думаешь, – Макс хлопнул мне на плечо тяжёлую руку. – Вроде мы всё там же, да?
Я кивнул.
– Но главное, все целы и невредимы, да? – он убрал руку.
– Челнок прилетал?
– Нет ещё. Скоро замедлимся, подождём.
Этот визит челнока важнее остальных был. Нужно было подробно о прохождении портала отчитаться и успокоить тех, кто за тысячи световых лет остался. Получив нашу весточку, пусть и через три с лишним года, они выдохнут и за нас бутылочку шампанского откроют. Я подумал о папе и дедушке.
На пути к близнецу я вообще много думал. Всё мнилось, что мы обратно летим, домой, – так разительно сходство этой Вселенной с нашей было. Потом наваждение с себя стряхивал и тосковал. «А вдруг их род мудрее, ошибок наших не делал, вырос и созрел скорее нашего? А ну как они злые, надменные, не примут нас, не признают братьев?..» Я верил, что не так это. Страшно вот ещё что было: вдруг мы самих себя там встретим? Как поглядим друг на друга? Какие изъяны в своём же лице увидим? Отец сказал, что та планета – не отражение, а близнец. Мне и не хотелось, и хотелось, чтобы это так оказалось.
Время теперь быстрее мчалось, как если бы мы и правда домой летели. Обратный путь короче мнится – каждый знает. Три года как три месяца пронеслись. В трудах, думах, в веселье молодости.
И вот мы уж в братский Млечный путь вошли. Волнение нарастало, но светлым было – как ожидание встречи с родным человеком. В день захода в Солнечную систему весь экипаж, не сговариваясь, побрился, причесался, свежую форму надел. В районе Юпитера мы замедлились, квантовую связь с одним из челноков проверили. Тот откликался, как щенок на зов хозяина, хоть и с небольшой задержкой. Ещё несколько минут – и он на орбите побратимов появился. Капитан наш, Сергей Саныч, довольно руки потирал. Мы ровесниками были, но его по имени-отчеству величали. Больше в шутку, чем по протоколу. Главный пилот Наташка Седых наш корабль вместе с «Компаньоном» до уровня Марса выводить стала. Макс оптику настроил, и вскоре на мониторах наш челнок-эстафетник замигал. Зёрнышко на фоне голубого шара. Мы затаили дыхание. Вот сейчас он побратимам сигнал пошлёт, расскажет, что мы с миром пришли.
Макс вскочил первым. В атмосфере планеты ещё одна яркая точка появилась. Я заорал, что челнок срочно уводить надо, Оля к аппаратуре бросилась, сразу всё поняв. Быстро её пальцы по виртуальной клавиатуре летали, быстро глаза от экрана к экрану бегали, и зёрнышко в сторону двинулось, увернулось, пропустив яркую точку.
– Ракета? – спросил капитан.
– Истребитель, – кивнул Макс.
– Оля, обратно его уводи! – повторил я.
– Это не по протоколу. Он ещё пакет данных не передал, – замотал головой Сергей Саныч.
– Да они же его сейчас… – я не договорил.
На экране появилась ещё одна точка, двигающаяся к челноку.
Олины пальцы снова залетали, но наш «щенок» упирался. Его системы были передачей сигнала перегружены.
– Ну же! – кричала она в экран.
– Оля… – то ли с укором, то ли с сочувствием сказал капитан.
– Передача пакета данных… – затянула электронная система.
Челнок всё-таки дёрнулся в сторону, но поздно: две светящихся точки воедино слились, вспыхнули и исчезли.
Макс руки в волосы запустил и так застыл. Оля на пол сползла и голову в колени утопила.
– Вот так «братья»… – первым нарушила общее молчание Наташа.
– Они испугались, – ответил я. – Нужно было…
– «Нужно» знаете что? Разворачиваться и обратно улетать. Они и нас достанут! Р-раз – и всё! Как «Астру»! – Макс вышел из своего оцепенения и туда-сюда метаться начал.
– Откуда ты знаешь, что «Астру» сбили? – перебил капитан.
Макс остановился и прищурился:
– А ты откуда?
– Только идиот не уразуметь мог, что с «Астрой» стряслось, – покачал головой тот. – Тут и данных с её «часового»9 можно было не читать.
– Вы «часового» нашли? И молчали? Это что же… Шесть лет коту под хвост, – прошептала Оля.
– Подождите, – я должен был вмешаться. – Они же получили от нас данные?
– Думаю, не все, но… – Оля подняла голову.
– Вот. Пусть хотя бы полученную часть почитают, посмотрят. Мы пока рядом покружим. А потом снова контакт установить попробуем.
«Выходите на связь первыми», – эхом раздалось у меня в голове, и кровь к щекам хлынула. Что же я раньше-то…
– Это нарушение, Степан… – капитан вдруг назвал меня полным именем.
– Это наша жизнь. А значит, наш выбор, – ответил я.
Может, мне лишь мнилось, но ребята тогда в мою уверенность будто вцепились. Вся команда меня поддержала, да и капитан не особо сопротивлялся. В итоге общим решением постановили на орбиту Марса уйти и время выждать.
Несколько часов мы в красноватое лицо Марса смотрели. Оптика нам многое о собратьях рассказала. На его поверхности уже одинокие постройки виднелись, кое-где марсоходы ползли. До настоящих колоний ещё далеко было, но главное – они сюда уже добрались. Значит, их техника к нашей близка. Прочтут наше послание, поймут нас, примут. Я думал о маме.
На исходе дня Сергей Саныч внимательно на меня посмотрел и спросил, когда мы на связь с собратьями выходить собираемся. Вроде как ответственность со мной делил. Решили не медлить, тем более нас явно давно заметили: марсоходы попрятались и больше не появлялись. Причинить нам вреда с поверхности Марса никто не мог, но всё же…
Снова аппаратурой рисковать глупо было. Решили ретранслятор на орбиту Луны вывести, а потом через него связь с планетой-близнецом установить и тут же в живой диалог вступить.
Как только челнок ретранслятор на лунную орбиту доставил, Оля подходящий канал на Земле нащупала, всё для связи настроила. Не знаю, как так получилось, но команду выходить в эфир я ей прежде капитана дал.
– На связи «Астра-2», капитан корабля Сергей Черныш. Приём, – произнёс в микрофон Сергей Саныч на симплифайде.
Мы слушали металлический треск и молчали.
– На связи «Астра-2», капитан корабля Сергей Черныш. Приём…
Мы слушали треск.
– На связи «Астра-2»…
– Приём. Восточный Центр дальней космической связи. Уссурийск. Идентифицируете себя, – из колонок прозвучал мужской голос с необычным акцентом. Он говорил то ли на варианте симплифайда, то ли на местном аглицком, но всё понятно было.
Капитан сидел с открытым ртом и испуганно на меня смотрел.
– Ты чего? Отвечай! – шепнула Оля.
– Приём. Идентифицируйте себя.
Сергей молчал.
Я подбежал к микрофону.
– Приём. На связи пилотируемый звездолёт «Астра-2». Говорит помощник капитана корабля Степан Высокий. Это мы вам пакет данных отправить пытались! – выкрикнул я.
С той стороны молчали. Потом сквозь скрежет мы услышали, как кто-то сдавленным голосом подсказал на языке, очень напоминавшем русский: «Пусть назовут свою галактику и планету».
Мы переглянулись.
– Пакет данных принят. Простите за горячий приём. Назовите вашу галактику и планету, – чётко произнёс мужской голос, снова на диалекте симплифайда.
Я улыбнулся и ответил на русском:
– Млечный путь, Солнечная система, планета Земь.
Повисла пауза.
– Просим повторить, – раздалось в ответ – тоже на русском.
– Млечный путь, Солнечная система, планета Земь, – выдохнул я.
– Земля?
– Земь. Повторяю: Земь. Наш корабль в пути шесть лет, мы через чёрную дыру прошли. Экипаж «Астры-2» просит разрешения на вашу орбиту выйти.
– Включите видеосвязь.
Оля засуетилась и на экран изображение вывела.
Сначала мы самих себя увидели, потом картинка свернулась, и на мониторах несколько человек появилось. Напряжённые лица, руки на груди скрещены. В момент, когда, должно быть, наше изображение им на экраны вышло, они вперёд подались, прищурились, заулыбались.
– Да они такие же! – крикнул мужчина в сером пиджаке.
По обе стороны экрана раздался смех.
– Земь? Ваша планета называется Земь? Значит, вы тоже земляне?
Весь наш экипаж захмыкал. «Земляне» – смешное слово. Как черви земляные.
– Мы себя «земцы» называем, – ответил я.
С другой стороны тоже заулыбались.
– Разрешите на земну… земляную орбиту выйти! – продолжил я.
– Земную. Мы тоже говорим «земную», – мягко произнесла женщина, подошедшая совсем близко к экрану. – Добро пожаловать на планету Земля!
Я как на неё глянул… Глазами с ней встретился… Отец прав оказался: она не отражением была. Просто близнецом.
***
Вы прослушали отрывки из воспоминаний межвселенского космонавта Степана Андреевича Высокого с планеты Земь – близнеца Земли. Напомним, что экипаж «Астры-2» пробыл на Земле пять лет, внёс неоценимый вклад в развитие современных космических технологий и на прошлой неделе улетел обратно. Учёным предстоит кропотливая работа по установлению степени идентичности наших планет и миров. Предварительные данные демонстрируют, что Земь ушла вперёд технологически, но в остальном удивительно похожа на Землю. У народов обеих планет почти одинаковые лингвистические корпусы, некоторые аналогии наблюдаются даже в генеалогических древах и генетическом материале отдельных семей.
Вместе с инопланетными космонавтами в многолетнюю экспедицию на Земь отправилась известная российская исследовательница Марса и ближнего космоса, доктор наук Екатерина Сергеевна Высоцкая. По словам Степана Высокого, внешне она напоминает его мать, которая трагически погибла на планете-близнеце Марса. Поражает не только сходство их фамилий, но и то, что Высоцкая несколько лет назад тоже оказалась на грани смерти на Марсе во время пылевой бури. Остальные члены экипажа звездолёта «Астра-2» не нашли на Земле ни «близнецов» своих родственников, ни собственных двойников.
С сожалением отметим, что беспилотный звездолёт-фарватер, без предупреждения вышедший на орбиту Земли, а позже и один из челноков, обеспечивающих коммуникацию и навигацию пилотируемой «Астры-2», были сбиты ракетами-истребителями наземных защитных служб из-за ошибки лингвистической программы.
Поделиться книгой: