Котик в космосе

Голосовой помощник объявил нам по громкой связи, что командование приказало сменить траекторию движения корабля. Аппарат В34 взорвался, и лететь по нашей существующей траектории небезопасно. Миша полетел выяснять подробности.

***

Наконец-то я дождался того момента, когда мы с Мишей полетим обратно на Землю. Такую родную, милую, любимую планету. Как я по ней соскучился. Как же не терпится вернуться к обычной жизни.

Осталось меньше суток до отлёта. И по всем правилам отъезда мы должны проверить: выключили ли газ, перекрыли мы воду, закрыли все окна? Миша пакует своё гениальное изобретение в надёжный контейнер, проверяет все приборы и исправность всех систем. У него хлопот выше крыши, а я отдыхаю. Не кошачье это дело – ответственным быть. Для этого хозяин есть.

Мой последний завтрак в космосе. Нигде так я больше не буду забавно ловить обед, разлетевшийся по всей коробке в невесомости. Возможно, мой хозяин доработает свой прибор гравитации, и мы вернёмся сюда изучать что-то другое. Даже не верится, что я об этом думаю. Не успел отсюда улететь, а уже обратно хочу. Через три часа отлёт, пора ужинать и прощаться.

–Знаешь, что самое обидное? – спросил меня после ужина Миша. – Что мы не сделали с тобой ни одного фото здесь. Кто знает, может после моего открытия произойдёт новый виток прогресса. А какое наше с тобой фото будут в учебниках истории печатать?

А что, я согласен. Поднимаю все четыре лапы и хвост в поддержку этой прекрасной идеи. Меня должны запомнить героем!

Миша взял меня в руки и полетел к пульту управления, где находились компьютеры с хорошей видеокамерой. Пару нажатий и таймер для фото запущен. Улыбнулись. Готово!

–А теперь давай, как серьёзные, – Миша запустил таймер ещё раз. – Снято. А теперь давай как кокетки, – пошутил он.

–Вызывает команда 12. Вызывает команда 12, – оповещал мерзким сигналом компьютер.

Миша нажал кнопку, и к нам по видеосвязи подключился его друг и коллега, Ваня Мышкин.

–Приём, Бравов. Меня слышно? – спрашивал Ваня.

–Да, что случилось? – отозвался Миша.

–У меня ЧП. Обшивку сразу в нескольких отсеках пробило. В34 с… – в его микрофоне послышались помехи. – Мне до скафандра не добраться, там абсолютный вакуум в отсеке. Выручай.

–У меня отлёт через три часа, я не смогу всё починить.

–Ну хоть шестой загерметизируй, что б я скафандр одел. У меня не так много воздуха. Выручи.

–Хорошо. Держись. Скоро буду, – Миша принялся перенаправлять курс нашего корабля к ракете Мышкина.

Как-то мне не нравится эта затея. Нутром чую, что-то не то. Но Мишу уже не отговорить. Вызвался другу помочь, не отступит. Уже ремонтную бригаду вызвал, командование предупредил. Хоть кто-нибудь бы из них додумался моего хозяина от этой затеи отговорить. Нет же. И никто его не бережёт, один я обязан.

Подлетели к космическому кораблю Вани. Миша не стал меня пристёгивать к командирскому креслу как в прошлый раз. Быстро включил на мониторе камеры, запись, и поспешил одеваться. И чем дальше он от меня уходил, тем тревожней я себя чувствовал. Мне нельзя пойти за ним следом, но у меня есть видеокамеры, через которые могу за ним наблюдать. На всякий случай, держу лапу над круглой кнопкой.

Миша уже открыл шлюз и аккуратно выходит в открытый космос, держась за поручни. Его трос достаточно длинный, что бы суметь дотянуться до соседнего корабля. Миша оттолкнулся и полетел. Через камеру с его скафандра я вижу то же самое, что и он. Слышу его удивление и понимаю озадаченность. Тут настолько всё плохо, что даже я понимаю всю тщетность попытки ремонта. Не корабль, а решето. И самое страшное, что Ваня заперт в одном единственном отсеке управления. Не ясно, сколько ему там хватит кислорода. Доживёт ли до ремонтной бригады?

–Вань, что могло такое сделать с твоим кораблём? – спросил по голосовой связи Миша.

–Говорил же, это всё В34. До того, как ремонтники сумели раскрыть вокруг него защитную сферу, он взорвался и буквально выстрелил через незакрытое отверстие, как дробовик. А результат ты видишь сам, – пояснил Ваня.

–Так это полмесяца назад было, – удивлялся Миша.

–Они крутились с огромной скоростью по своей орбите, а я её пролететь попытался, – признался Ваня. – Скажи, там всё настолько плохо?

Я по камерам вижу, что Миша кивнул утвердительно, но ответил другое:

–Ремонт тут не поможет. Нужна эвакуация, – пояснил Миша. – Ответь. Двигатель с топливными баками не задет?

–На экране эта часть корабля горит красным, но…

–Ты меня убить захотел? – выкрикнул Миша. – Ты же знаешь, устав. При таких повреждениях нужно оповещать заранее и держать все аппараты на максимальном расстоянии от себя. Выключи хотя бы автоматику! Твои двигатели могут сами включиться, если увидят смешения с прежнего курса. А так как ты из-за аварии отклонился, это может произойти в любую секунду.

Раздался взрыв. Меня прижало к стенке, всё вокруг закружилось. Похоже, свершилось то, о чём предупреждал Миша. Миша! Что с тобой? Ты где?

Когда корабль перестало переворачивать, я присмотрелся к монитору. Все камеры были выведены из строя. Дело плохо. Нужно лететь самому.

Я нажал на квадратную кнопку и поспешил к шлюзу. На моём костюме встроена автоматическая система герметизации и подачи кислорода, она включится, если прибор на моей спине считает показатели вакуума извне. Так что спешу на выручку как настоящий герой.

Я в космосе. Миши нигде не видно. Наш корабль теперь тоже с огромной дыркой, но только в задней его части, между двигателем и столовой. Там наверняка включилось аварийное закрытие, а значит, воздух в большинстве отсеков всё же сохранится.

Я смотрю на ракету Вани и вижу его в иллюминаторе. Он здоров, машет мне руками и показывает пальцем направо. Но я там ничего не вижу. Полечу на разведку, может там Миша. И в правду! С оторванным тросом и поцарапанным от осколков шлема лицом, Миша по инерции улетает к луне. Включаю ранцы и отправляюсь за ним. Он летит медленней, и поэтому я успеваю его быстро догнать.

«Перестань притворяться. Миш, очнись, – мяукаю я ему в лицо. – Мы же только вернуться на Землю собрались, Миша».

Что мне делать? Я же не могу ему помощь оказать, у меня же лапки. Точно! Скоро сюда прибудут спасатели, а значит, мне нужно вернуть Мишу к кораблю. Сначала это, а потом попробую затащить его внутрь, если там остался воздух. Нужно торопиться, у меня тоже не так много кислорода в запасе. Подлетаю к его спине и включаю ранцы.

Приближаемся к кораблю, и тут я с ужасом замечаю, что люк закрыт. Катастрофа! Ведь я понятия не имею, как его открывать снаружи. А как Миша в тот раз возвращался? Кажется, он на своём рукаве какие-то кнопки нажимал. Да, они тут у него есть! Проверю все, вдруг шлюз откроется. Сработало!

Мне без проблем удалось затолкать Мишу внутрь и слышу позади меня дребезжание. Оборачиваюсь, и острый железный прут впивается мне прямо в бок, с хрустом проткнув ранец. Это не сон. Мне по-настоящему больно.

Прибор на моей спине истошно запищал, шлем запотел, а задние лапы с хвостом перестали слушаться. Всё тело онемело в один миг, захотелось спать. И всё так быстро. Я улетаю от корабля, но вспоминаю, что Мишу я спас. Живи, мой друг. Ты был хорошим хозяином. Помни… меня…

***

Публика встречает докладчика аплодисментами. На сцену большого зала выходит талантливый молодой учёный – Михаил Бравов.

–Здравствуйте, – начал он. – Вашему вниманию представляю своё изобретение. Это прибор искусственной гравитации под названием ферримагнитный излучатель малой антиматерии, аббревиатура ФИМА.

Михаил кратко изложил о своём открытии, рассказал механизм действия и методы применения. Многие эксперты выразили своё сомнение по поводу подлинности данной информации и потребовали доказательств. Тогда Миша включил на слайде фрагменты видео, которые он снимал на орбите Земли. Это были записи эксперимента с рыжим котом Фимой, который восторженно мяукал при ощущении гравитации, и громко мурлыкал при прогулке по серой крышке гравитационного блока без скафандра.

Когда видеоряд закончился, в зале от удивления все молчали. И Миша спросил:

–Ко мне будут ещё какие-то вопросы?

–А где сейчас котик? – спросила из первого ряда девушка.

–Котик в космосе, – с тоской улыбнулся Миша.