Помоги проекту - поделись книгой:
История творилась перед Неждановым. Он уже полностью ориентировался во временном отрезке. Год 1254 был на дворе. В прошлом году князь Даниил Галицкий освободил от отрядов ордынского темника Куремсы земли по Южному Бугу. А теперь должна была состояться схватка с его карательным войском у Кременца. А впереди будут взятие Луцка и других городов на Волыни, землях по Случи и Тетереву и наступление на Киев. Данииле Романовичу вскоре предстояло стать первым русским правителем, которому удалось нанести поражение монголо-татарам, выбив их со своей земли…
Жалобно стенающего ордынца куда-то повели, а князь подошел к Нежданову, внимательно посмотрел в его глаза, хлопнул его по груди.
– Поостри сырдця своего мужеством, – громко сказал он, обращаясь не только к нему, но и к стоявшим вблизи ратникам, – за землю Русьскую! И почнем славу рокотаху!
Князь резко повернулся и ушел в здание, уведя с собой дочь, улыбнувшуюся напоследок Нежданову. Один из дружинников поманил его за собой и отвел в один из находящихся сбоку домов.
В большом прямоугольном помещении, уставленном длинными столами, у которых стояли лавки, раздавался приглушенный гул голосов. Множество ратников сидело за столами, уставленными глиняными горшками и мисками с едой. Когда Нежданов, резко выделяющийся своей одеждой, вошел в помещение, гул голосов стих. Сидящие за столами удивленно рассматривали его. Приведший Нежданова воин прикрикнул на них. Все снова уткнулись в свои горшки и миски. Мало-помалу шум снова возобновился. Но и теперь время от времени Нежданов ловил на себе чей-нибудь заинтересованный взгляд.
Едва Нежданов и его сопровождающий устроились на лавке, как перед ними какая-то женщина в длинной вышитой рубашке с платком на голове поставила горшки и положила деревянные ложки. В одном горшке оказалась уха, в другом гороховая каша из цельных горошин. Дальше она принесла фаршированную грибами тушеную рыбу и небольшие туеса с квашеной капустой. На столе горкой лежал нарезанный подовой черный хлеб. А завершала обед большая кружка холодного немного кисловатого кваса. Ни на одном столе не было видно мяса – ни дичины, ни убоины, а также не было никаких молочных блюд.
– Так сейчас же март, у них Великий Пост, – догадался Нежданов.
Как хороший историк, он знал, что было разрешено употреблять в пищу в древние века во время поста. Судя по подаваемой пище, здесь, в Кременецком замке, пост соблюдали, хотя Нежданов и знал, что во время боевых действий воины могли отойти от строгого соблюдения церковных законов. Впрочем, он уже был свидетелем того, что христианские заповеди здесь еще соседствуют с еще более древними верованиями, когда дочь князя отвесила поклон каменным идолам.
За столами долго засиживаться им не пришлось. Кто-то вбежал в дверь, громко выкрикнул команду, и все бывшие в трапезной ратники выбежали наружу. Вскоре на широкой площади в пешем строю, выстроившись полукругом, находились полтысячи человек, разбитых по сотням, каждая под своим стягом. Нежданов присоединился к одной из сотен. Он отдал соседям луки с колчанами, рассудив, что те с ними все же лучше управятся, чем он сам. Старший в сотне позвал Нежданова с собой и завел его в огромный подвал, оказавшийся арсеналом, где на полках еще оставалось много оружия. Там порознь лежали мечи, копья, топоры, булавы. Были шлемы, кольчуги, щиты. Однако не было ни одного лука. Все шлемы и кольчуги на Нежданова не налезали, были слишком малы.
Удовлетворенно окинув взглядом его фигуру, сотник, вздохнув, передал Нежданову длинный щит и, критически взглянув на кривой татарский меч, выбрал из груды оружия длинный прямой обоюдоострый меч в ножнах.
Вскоре Нежданов уже снова стоял в теперь уже своей сотне рядом с другими воинами. Наконец, из дверей вышел князь Даниил Галицкий. Следом высыпали бывшие с ним на военном совете командиры, тут же вскакивали на коней и уносились к своим отрядам. Последними вышли священнослужители в черных рясах с большими крестами на груди. Они взмахнули руками, благословляя войско. Князю подвели коня, сзади тут же выстроилась охранная сотня. Он хлестнул коня и во весь опор помчался к воротам. Прозвучала команда, и пешие ратники также пошли к выходу из замка.
На выходе из ворот стояло множество женщин с босоногими детьми. Почти никто из них не плакал. Они что-то кричали проходившим воинам, а те весело отвечали им. Среди женщин стояла и Переяслава. Она была уже в другом, красном длинном вышитом платье, из-под которого выглядывали красные же украшенные золотистыми накладками сапожки. Золотые украшения сверкали на шее и на запястьях. Голову ее покрывал платок, из-под которого на грудь свешивалась длинная тяжелая золотистая коса. Дочь князя с трудом можно было узнать в разодетой красавице. Завидев Нежданова, она бросилась к нему, протянула руки вверх. Он остановился, наклонил голову, и тогда она надела ему на шею небольшое резное украшение на цветном шнуре.
– Оберег, – тихо сказала она, глядя в его глаза своими ярко-синими глазами.
Они вдруг наполнились слезами, она закрыла их рукой, повернулась и убежала в толпу. Женщины расступались перед ней, сочувственно кивая головами, рассматривая вооруженного гиганта в странной никогда ими не виданной пятнистой одежде, которому дочь князя желала выйти живым из предстоящей битвы. Нежданов заправил оберег под маскхалат.
На большом поле перед замком все еще стояли шатры, но никого возле них уже не было. Не было также и знамен, которые прежде весело трепетали на ветру. Пешие отряды направлялись в ту сторону, откуда Переяслава привела Нежданова и пленника-ордынца.
Через четверть часа сотня уже втянулась в каменный подземный тоннель. А вскоре они уже проходили капище. На месте кострища теперь ярко горел большой костер. Дым от него уходил куда-то вверх. Судя по всему, где-то там была устроена незаметная вытяжка. Запаха дыма практически не было. Вокруг костра и идолов по кругу стоял с десяток белобородых стариков с высокими посохами с резными оголовьями в руках – волхвы. Они что-то громко пели. Слов разобрать было невозможно.
Проходящие мимо воины вели себя по-разному. Некоторые из них трижды крестились, отворачиваясь от волхвов. Но таких было немного. Некоторые низко кланялись, принимая благословение волхвов на смертный бой, но большинство и крестилось, и одновременно с этим принимало языческое благословение.
Воины шли быстро. У многих в руках были факелы, освещавшие коридор неровным дрожащим светом. Для Нежданова время на дорогу в обратную сторону показалось раза в два короче, чем когда он впервые шел по подземелью. Вскоре над головой были уже развесистые кроны деревьев, а по сторонам были стены ему известного каменного мешка. Воины шли осторожно, не производя ни малейшего шума. Не верилось, что рядом, здесь, в лесу, находится полтысячи вооруженных человек.
А спереди уже доносились яростные крики и лязг оружия. Нежданов начал осторожно пробираться вперед. Весь лесок был запружен скрывающимися воинами. Однако его пропускали, едва поняв, кто это лезет мимо. Осторожно раздвинув кусты, Нежданов выглянул из-за них.
Все обширное свободное пространство до далекого леса было усеяно множеством людей. Большинство из них были на конях. Они разъезжались, сходились снова в рубке, снова расходились. На земле лежало много убитых людей и лошадей. Кони без всадников, многие из них раненые, беспорядочно носились между сражающимися людьми, внося еще большую сумятицу. Изредка конские массы в центральной части пространства расходились, становились в круг и затем снова мчались друг на друга. Там отчаянно рубились княжеская дружина и личная тысяча Куремсы.
Отсюда, из леска, видно было, как русские понемногу пятятся назад. Все громче звучали победные воющие крики ордынцев. Наконец сражение откатилось настолько, что лес, где скрывалась засада, оказался уже в их тылу. И тогда по лежащим в засаде воинам из конца в конец пронеслась громкая команда, и ратники, выскочив из леса, во весь дух понеслись на ордынцев. Увлеченные схваткой, в предвкушении победы, те не видели, что творится у них за спиной. А когда кто-то из них случайно обернулся и испуганно завопил, было уже поздно. Полтысячи ратников, бежавших до того молча, завопили что было сил и с ходу врубились в тыл ордынцев. В ход пошли сначала луки, а затем длинные пики, мечи, булавы, все то, чем можно принести смерть врагу.
Тысячник Куремса проморгал ввод в действие засадного отряда князя Даниила Галицкого, в то время, как у него самого резервов уже не было. Полтысячи свежих ратников моментально повернули ход сражения. Ордынцы бросились наутек.
Нежданову и находящимся рядом с ним воинам выпало сражаться с пешими ордынцами, потерявшими коней. Огромный воин без шлема на голове и в странной одежде, но с большим щитом и длинным мечом, производил в толпе монголо-татар, привыкших сражаться не в пешем, а в конном строю, катастрофические для них опустошения. Он находился на острие атаки, а другие ратники, поняв его силу и умение, защищали его с боков и сзади. Выстроившись большим клином, в острие которого был Нежданов, большая группа воинов, находившаяся вместе с ним, как горячий нож масло разрезала боевые порядки ордынцев и погнала их. Сражение окончательно перешло в избиение поверженных степняков.
Неподалеку от Нежданова какой-то ордынец в украшенной вышивкой одежде на коне помчался в сторону каменного мешка. В пылу атаки, не долго думая, Нежданов схватил первого же попавшегося ему коня за узду, вскочил на него и помчался за ним, думая захватить степняка живым. Конь оказался ордынским. Седло было достаточно удобным, но, как ни старался Нежданов найти ногами стремена, их на месте не оказалось. В пылу сражения он забыл о том, что у ордынцев стремена располагаются очень высоко, и теперь поневоле оказался в трудном положении. Приходилось удерживать равновесие, чтобы не упасть. Конь под ним мчался, быстро сокращая расстояние до удирающего врага. Они уже проскочили кусты и вломились в лес. Вот уже и поляна с разбросанными телами убитых им же ордынцев. А удирающий – вот он, рядом. Нежданов взмахнул мечом.
Конь неожиданно споткнулся о камень, и Нежданов, перелетев через конскую голову, тяжело ударился о землю и потерял сознание…
4.
Нежданов пришел в себя от тонкой струйки теплой воды, вливающейся в его рот. Над ним склонился Залужный, держа флягу. Сзади снова ударил взрыв одной мины, затем сразу же другой.
– Я долго был без сознания? – приходя в себя, спросил Нежданов.
– Та не, минут пятнадцать от силы, пока хлопцы не огледелись, – ответил тот, к тому же вас тут не було, може, отползали кудысь?
– Бьет, зараза, ничего нельзя сделать, – с сожалением добавил он, взглянул на Нежданова и поняв, что тот окончательно пришел в себя, отполз за соседний камень.
– Ну и привидится же всякая чертовщина! – мысленно про себя чертыхнулся Нежданов и перевернулся на живот.
– И что это Залужный порол про какое-то отползание? – подумал он дальше, – надо будет спросить его подробнее. Хотя, какой смысл? Все равно отсюда не уйти…
Что-то впилось в его тело под маскхалатом и гимнастеркой под ним. Нежданов засунул руку под гимнастерку, нащупал то, что мешало лежать и, не веря себе, вытащил небольшое резное украшение на цветном шнурке, оберег, подаренный ему жившей ровно шестьсот девяносто лет назад девушкой с ныне позабытым именем Переяслава, родной дочерью князя Даниила Галицкого, с которой ему довелось встретиться. И сразу же все пережитое в далеком прошлом, как живое, встало у него перед глазами. Странная прихоть времени отбросила его на столетия назад, а затем вернула снова в настоящее время.
Некоторое время Нежданов лежал, всматриваясь в оберег, затем заправил его назад под гимнастерку и ужом пополз в глубь каменного мешка, приказав солдатам внимательно следить за немцами. Редкие взрывы мин остались позади. Он встал и, согнувшись, быстро добежал до того места, где когда-то был вход в подземелье. Камни, закрывающие его, были на месте. Поднатужившись, Нежданов с силой толкнул верхний камень вверх. Он не поддавался. Нежданов удвоил усилия. Он толкал его, что было сил. И камень начал понемногу сдаваться. Он миллиметр за миллиметром, сантиметр за сантиметром поднимался вверх. Силы уже совершенно покидали Нежданова, когда вдруг нижний камень, заскрежетав, повернулся, открыв щель, в которую мог протиснуться человек.
Нежданов, задыхаясь, бросился назад, к своим бойцам. Они быстро отползли назад, миновав участок, где одна за другой разрывались немецкие мины, а затем он бегом повел их к открытому входу в подземелье. Немцу на голову подняли его же гимнастерку и завязали сверху, чтобы он ничего не видел. Остатками смеси кайенского перца и махорки бойцы засыпали большой участок земли. Теперь ни одна собака не могла и близко донюхаться, куда они ушли прямо из-под носа немцев.
Когда последний боец протиснулся в щель, Нежданов налег на камень. Кто-то из бойцов помог ему в этом. Камень скрипнул и повернулся, запечатав вход. Сверху грохотнул запирающий камень, накрепко прижимая его. И наступили кромешная темнота и абсолютная тишина. Кто-то из бойцов зажег бензиновую самодельную зажигалку. В ее маленьком огоньке стали видны грубо обработанные стены и лица стоящих рядом солдат группы Нежданова. Он сразу же направился к нише, в которой находились факелы. Там оказалась куча палок с намотанными на их конец тряпками
Ручки факелов, сделанных из какого-то дерева, за столетия окаменели, а тряпки на их концах рассыпались пылью. Пришлось сделать несколько факелов из индивидуальных пакетов, намотав бинты на рукоятки и пропитав их ружейным маслом. Пока шли приготовления, которые солдаты старались сделать как можно быстрее и тише, ни одного звука не донеслось сюда через камень. Видимо, он был очень большим. Еще через несколько минут Нежданов поднял горящий факел и уверенно двинулся вперед. Никто не задавал ему никаких вопросов. Держа оружие наготове, все гуськом шли друг за другом. Немцу снова было позволено смотреть и идти самому. Удивлению его, когда он обнаружил, что находится в тоннеле, не было предела.
Через три часа Нежданов вывел группу в капище. Идолы по-прежнему стояли на своих местах, смотря множеством ликов в разные стороны. Остатки сгнивших деревянных столбиков, некогда бывших в их ограждении, кучками трухи находились на местах. Пол покрывал слой многовековой пыли, на которой не было ни одного отпечатка: ни следов людей, ни зверей, ни птиц, ни даже насекомых. Все здесь было законсервировано во времени.
Солдаты молча в свете факела смотрели на идолов, тихо обмениваясь впечатлениями между собой. Они попытались было спросить Нежданова, что это за такое, но он лишь покачал головой.
– Выберемся живыми, я вам все сам расскажу, – пообещал он.
– Как же не выберемся? Конечно, выберемся! – сказал кто-то из разведчиков.
– Вы везучий, товарищ старший лейтенант, – подхватил другой, – с вами мы из таких передряг выбирались! Вот и сейчас я, признаться, уже думал, что каюк. Однако, смотри ты, выбрались. Одно слово – везунчик!
Солдаты вокруг сдержанно засмеялись. Нежданов тоже улыбнулся.
– Вот когда вернемся к своим, да еще портфель и «языка» доставим – вот тогда и будем везунчиками, – сказал он, – а теперь снова закройте ему глаза, – приказал он.
Немцу снова завязали глаза.
Через четверть часа после короткой борьбы с верхним камнем, удалось отпереть выход. Выйдя наружу и снова запечатав его, бойцы продрались сквозь заросли кустов и снова опустили гимнастерку с глаз немецкого майора. Надо было быстро двигаться дальше. Еще через полчаса перед глазами открылась панорама Кременецкого замка. Хотя и близко были немцы, но именно здесь они никого не ждали. Вокруг было спокойно. Быстро сориентировавшись на карте, Нежданов взял новый курс к своим.
Утром 17-го марта 1944 года разведывательная группа старшего лейтенанта Нежданова вышла к своим, принеся ценнейшие сведения и доставив пленного немецкого майора. И пухлый портфель, и немца немедленно повезли в штаб корпуса, а оттуда в штаб фронта.
Сам комдив, генерал-майор Вехин, лично отправился к разведчикам, чтобы поблагодарить за ценнейшие сведения. Разведчики вскрыли всю систему обороны противника. Благодаря им штурм сильно укрепленной крепости, который мог бы затянуться на месяцы и стоил бы множество солдатских жизней, теперь превращался в несложную фронтовую операцию.
Однако все участники горного разведывательного рейда, более трех суток не смыкавшие глаз, спали сном младенцев. Комдив запретил будить их, приказав лишь через два часа доставить к нему командира разведгруппы.
– Доспит потом, – вздохнув, сказал он командиру разведроты, – надо уточнить кое-что из того, что они принесли.
Через два часа Нежданова разбудили, приказав срочно явиться в штаб дивизии. Невыспавшийся Нежданов с опухшим от сна лицом и набрякшими глазами, наскоро ополоснувшись, отправился в штаб. Он размещался в хате какого-то небольшого хутора. Идти было недалеко. Нежданов уже подходил к нему, когда в небе загудел одиночный самолет. «Юнкерс», определил он по звуку мотора. Однако зенитки не стреляли, и Нежданов также больше не обращал внимания на звук, идущий с небес на землю.
Кусты взрывов сброшенных с самолета бомб встали неожиданно для всех. С огромным опозданием залаяли зенитки, сопровождая хвост самолета дымными шарами взрывов. Немцы рассчитали правильно, что один самолет не привлечет особого внимания, и в налет на предполагаемое место штаба дивизии отправили одиночный бомбардировщик. Он спокойно на большой высоте подошел к месту нахождения штаба и, освободившись от бомбовой нагрузки, сразу же безнаказанно удрал в свою сторону. Но и бомбы легли в стороне от штаба.
– Доложите о потерях, – коротко приказал комдив командиру комендантского взвода, отвечающему за охрану штаба, – и разберитесь, почему зенитчики прошляпили немца.
Через четверть часа ему доложили, что бомбы никакого вреда не принесли, а из людей убит только один – офицер дивизионной роты разведки Нежданов, направляющийся к штабу. Он лежит здесь, рядом.
Комдив вышел из хаты и в сопровождении командира комендантского взвода направился в сторону группы людей. Перед ним расступились, пропуская его вперед.
На земле лежал Нежданов. Смерть не успела еще наложить свою печать на его лицо. Оно было совершенно спокойным, даже немного сонным. В открытых синих глазах отражалось такое же синее безоблачное небо. На левом виске был небольшой уже запекшийся потек крови.
– Осколок, маленький, прямо в висок, – пояснил кто-то из стоявших здесь же офицеров.
Комдив выругался, повернулся и ушел обратно в штаб.
Хоронили Нежданова вечером того же дня. На грудь ему Залужный положил найденную на столе рядом с его автоматом какую-то пластинку с непонятными надписями, надетую на цветной шнурок.
– Он рассматривал ее перед тем, как уснуть, и оставил на столе, когда пошел в штаб, – пояснил он, – это его вещь, пусть уходит вместе с ним…
Через два дня, 19-го марта 1944 года, Совинформбюро передало следующее сообщение:
Войска 1-го Украинского фронта в результате обходного манёвра и атаки с фронта 19 марта овладели городом Кременец – мощной естественной крепостью на хребте Кременецких гор, усиленной немцами развитой сетью искусственных оборонительных сооружений, а также с боями заняли более 40 других населённых пунктов, в числе которых крупные населённые пункты Плащувка, Сестратын, Сребно, Крупец, Михалувка…
5.
Шифровка 1
«Начальнику отдела КР «Смерш» НКО 102-го стрелкового корпуса.
Сообщаю, что при проведении поиска в глубоком тылу противника в период с 14.03.1944 г. по 17.03 1944 г. в районе города Кременец группа разведчиков 416-той отдельной разведроты 350-й стрелковой дивизии в составе 10 человек под командованием старшего лейтенанта Нежданова Ярослава Максимовича, 1922 года рождения, русского, уроженца города Москва, наткнулась на разветвленную сеть искусственных тоннелей, высеченных под горами. Опрос каждого члена разведгруппы в отдельности выявил ряд обстоятельств, требующих дополнительной проверки.
Так, младший сержант Залужный Никифор Павлович показал, что после близкого взрыва немецкой мины ст. л-т Нежданов исчез из-за камня, за которым находился. Появился он там же примерно через 5-10 минут в бессознательном состоянии. Отползти в сторону он не мог – с одной стороны была вертикальная монолитная стена, с другой был сам мл. с-т Залужный, сзади находились рядовые Чеботарев и Михеев. Спереди было открытое пространство, и дальше солдаты противника. Ст. л-т Нежданов, тем не менее, отсутствовал указанное время. Где он был все это время и почему его не было за камнем, никто из упомянутых лиц не знал и объяснить не сумел.
Далее, все опрошенные отмечают, что ст. л-т Нежданов не только отлично знал, как открыть и закрыть вход в систему подземных тоннелей, но и прекрасно ориентировался в них. Он ни разу не ошибся в выборе направления движения, уверенно ведя разведгруппу к выходу. Также он знал, что в начале тоннеля имеются факелы для освещения его и целенаправленно сразу же направился к месту их хранения. У всех опрошенных лиц сложилось твердое убеждение, что ст. л-т Нежданов уже был в этих тоннелях. Точное расположение входов в тоннели и выходов из них никто из опрошенных на карте показать не сумел.
Допросить ст. л-та Нежданова Я.М. не представляется возможным в связи с его гибелью 17.03.1944 г. в результате авианалета противника. Могила ст. л-та Нежданова Ярослава Максимовича находится…
Указанная сеть тоннелей может использоваться противником для скрытного подхода и отхода при осуществлении диверсий в тылах наших войск, а также для хранения запасов оружия, взрывчатых веществ, продовольствия и в качестве базы для проживания членов бандформирований, скрывающихся в нашем тылу.
Отличное (по словам опрошенных лиц) знание ст. л-том Неждановым системы внутригорных тоннелей вступает в противоречие с имеющимися о нем сведениями.
Прошу сделать запрос относительно ст. л-та Нежданова Ярослава Максимовича, действительно ли он являлся тем лицом, за которого себя выдавал. Словесный портрет и увеличенная фотография, сделанная с фотографии в удостоверении личности, прилагаются.
Начальник отдела КР «Смерш» НКО 350-й стрелковой дивизии .... 18.03.1944 г.»
Шифровка 2
«Начальнику отдела КР «Смерш» НКО 350-й стрелковой дивизии.
Переданный Вами запрос отправлен в Управление КР «Смерш» НКО 1-го Украинского фронта. Для проведения поисковых работ по обнаружению входов в тоннели и дальнейших их опросов приказываю откомандировать сроком на пять дней с 27.03.1944 г. по 31.03.1944 г. в отдел КР «Смерш» НКО 102-го стрелкового корпуса разведчиков 416-й отдельной разведроты числом в 9 человек, принимавших участие в поиске вместе со ст. л-том Неждановым (список прилагается).
Примите меры по опросу местного населения о наличии сети подземных тоннелей в районе г. Кременец.
Начальник отдела КР «Смерш» НКО 102-го стрелкового корпуса … 23.03.1944 г.»
Шифровка 3
«Начальнику отдела КР «Смерш» НКО 102-го стрелкового корпуса.
Выполнить Ваш приказ об откомандировании 9 разведчиков 416-й отдельной разведроты в распоряжение отдела КР «Смерш» НКО 102-го стрелкового корпуса не представляется возможным вследствие того, что в ночь на 20.03.1944 г. указанные лица в составе разведгруппы из 15-ти человек под командованием капитана Ефимкина Р.В. были направлены в район г. Броды с целью получения данных о противостоящих силах противника в глубине его обороны. Через два часа после пересечения группой переднего края в глубине немецкой обороны отмечена сильная стрельба, продолжавшаяся в течение трех часов. В расчетное время 23.03.1944 г. никто из группы разведчиков обратно не возвратился. К сегодняшнему дню, 26.03.1944 г., сведения о членах разведгруппы по-прежнему отсутствуют. Попытки проникновения в глубину немецкой обороны, предпринятые разведчиками 1178 стрелкового полка, имеющими дополнительное задание прояснить судьбу пропавшей разведгруппы, ни к чему не привели.
В период с 23 по 26.03.1944 г. … и …, сотрудниками КР «Смерш» НКО 350-й стрелковой дивизии, оперативно обслуживавшими 1176 и 1178 стрелковые полки, произведен опрос местного населения, в т.ч. старожилов, на наличие искусственных или естественных (промытых водой) тоннелей, полостей или пещер в окружающих г. Кременец горах. Никто из опрошенных наличие указанных объектов не подтвердил.
Начальник отдела КР «Смерш» НКО 350-й стрелковой дивизии .... 26.03.1944 г.»
Шифровка 4
«Начальникам отделов КР «Смерш» НКО 102 стрелкового корпуса, 350-й стрелковой дивизии.
В дальнейшем материалам по обнаружению входов в тоннели под горами в районе г. Каменец присвоить кодовое название «Дело ст. л-та Нежданова».
Согласно делу ст. л-та Нежданова на посланный Вами запрос по поводу идентификации личности ст. л-та Нежданова Ярослава Максимовича из поступившего ответа из Управления КР «Смерш» НКО Московского военного округа следует, что личность на предъявленной родственникам фотографии несомненно является Неждановым Ярославом Максимовичем, 1922 г.р., русским, уроженцем г. Москва, образование незаконченное высшее. До призыва в ряды РККА являлся студентом 3-го курса исторического факультета Московского Государственного Университета. Специализация: археология. Ранее район г. Кременец Тарнопольской области не посещал.
В связи с переподчинением 350-й стрелковой дивизии 24-му стрелковому корпусу 13-й армии все материалы по делу ст. л-та Нежданова Ярослава Максимовича передать в ведение отдела КР «Смерш» НКО 24-го стрелкового корпуса..
Начальник Управления КР «Смерш» НКО 1-го Украинского фронта … 02.04.1944 г.»
Шифровка 5
«Начальнику отдела КР «Смерш» НКО 24-го стрелкового корпуса.
Согласно делу ст. л-та Нежданова.
В связи с истечением сроков возвращения разведгруппы приказом по 350-й стрелковой дивизии считаются без вести пропавшими 9 разведчиков 416-й отдельной разведроты, проходящих по делу ст. л-та Нежданова Ярослава Максимовича (список прилагается).
Начальник отдела КР «Смерш» НКО 350-й стрелковой дивизии .... 20.04.1944 г.»
Поделиться книгой: