Помоги проекту - поделись книгой:
Что наговорила девушка Кристе, не знаю, но та была так возбуждена к следующему выходному, что заявилась ко мне с утра. Конечно, я был на голодном пайке, но такой эксплуатации чую не выдержу. Тем более, что на меня стали странно посматривать и остальные девушки нашей группы.
Сильвера на очередной встрече группы даже намекнула, что стоит и остальным девушкам получше отдыхать, мол делиться надо…
Тут уже я не выдержал и заржал. Отсмеявшись, высказал все, что думаю о методах релаксации и предложил им всем отправиться на…
– Да? Думаешь никто не догадывается зачем ты каждый выходной бегаешь к надзирателям?– Сильверу от обиды понесло.– Доносишь на всех, да еще ублажаешь там кого то! Ты же наверняка работал в публичном доме, раз умеешь так с женщинами обращаться?
Видимо что-то в моем лице заставило ее замолчать.
– Мэм. – Я встал и оправил форму.– Думаю вам следует подать рапорт о моем переводе в другую группу. Честь имею.
Кто-то пытался что-то высказать, но я остановил разговор.
– Все претензии можете высказать мне в лицо с мечем в руках. Дуэльный кодекс академии предполагает такой вариант решения споров.
– Он предполагает дворянское звание!
– Я снизойду…
Черт бы их всех побрал! Ну не вырос я в их культуре, не понимаю многих вещей, но понятие чести не может сильно отличаться! Мы все таки люди! Сапиенс вроде, разумные. К черту!
В боксе все не мог успокоиться, куча заданий, а у меня все из рук валится. Завалился на койку и взял гитару.
Побледневшие листья окна
Зарастают прозрачной водой.
У воды нет ни смерти, ни дна.
Я прощаюсь с тобой.
Горсть тепла после долгой зимы
Донесем. Пять минут до утра
Доживем. Наше море вины
Поглощает время-дыра.
Это все, что останется после меня,
Это все, что возьму я с собой:
С нами Память сидит у стола,
А в руке ее пламя свечи.
Ты такой хорошей была.
Посмотри на меня, не молчи.
Крики чайки на белой стене
Окольцованы черной луной.
Нарисуй что-нибудь на окне
И шепни на прощанье рекой.
Это все, что останется после меня,
Это все, что возьму я с собой.
Это все, что останется после меня,
Это все, что возьму я с собой:
Две мечты, да печали стакан
Мы, воскреснув, допили до дна.
Я не знаю, зачем тебе дан.
Правит мною дорога-луна.
Ты не плачь, если можешь, прости.
Жизнь – не сахар, а смерть нам – не чай.
Мне свою дорогу нести.
До свидания, друг, и прощай.
Это все, что останется после меня,
Это все, что возьму я с собой.
Это все, что останется после меня,
Это все, что возьму я с собой.
Что же, это действительно все что у меня есть. Честь, знания и жизнь, больше ничего. Чужак, пытающийся найти свое место в этом мире. Мире, который я еще не видел…
Ничего, думаю военная карьера помотает меня по центральным мирам, а там посмотрим. Кстати о знаниях. Надо серьезно заняться рунным алфавитом и известными мне плетениями, что-то мне подсказывает, что это может оказаться моим единственным преимуществом в этом мире. Значит нечего залеживаться!
Отношения в группе, начавшие было налаживаться, у меня совсем испортились. Даже Криста с Марине меня игнорировали, вот им то я что сделал? Ну да больше времени на занятия останется!
Начали приносить плоды, покупаемые на все деньги, добавки. Нейросеть полностью охватила мое тело и начала выстраивать какие-то эффекторы на коже. Нормально это? Откуда мне знать? Если профессор по логам разберется, то что-нибудь сообщит. Отправлять через службу безопасности свои вопросы я не хотел. Также обстояло и с Атосом. Я делал успехи в фехтовании энерго мечем, но старательно скрывал за счет чего. К линиям силы, проецируемых мечем, я пытался добавлять или рунные знаки на руках, или плетения. Параллельно старался выполнять плетения только одной рукой, левой.
На общевойсковых занятиях я не встретил даже упоминания о методах борьбы с павшими. Почему-то эту тему старательно обходили. Возможно нам еще рано это знать? Странно как то. Ведь это реальный противник, с которым империя ведет войну. Правда, по словам Атоса…
Окончания второго года мы бы не заметили. Просто поменялось расписание и добавились новые предметы. Основным предметом было изучение войск планетарной обороны. Системы дальнего обнаружения и прицеливания, построение эшелонов зенитной защиты, противодействие десанту и эвакуация мирного населения. Еще один важнейший предмет, связь.
Нам всем установили дополнительный имплант связи. Курсанты сразу получали офицерский вариант, с прекрасной защитой. Очень навороченная штука и… подлая. Имплант постоянно передавал данные о своем носителе. Что он там выстукивает? Кто же его знает, шифрование по высшему разряду! Зато имплант обнаружил и удалил кучу закладок и шпионских программ в моих процессорах! Их производительность выросла чуть ли не в трое! Кто же это так постарался? Ученые? Кураторы? Вроде больше некому, учитывая что это экспериментальные образцы…
Имплант связи устанавливал сетевое соединение с армейским сервером, но позволял поддерживать и локальную сеть, даже приват каналы с выделенными пользователями. Причем протоколы настолько замороченные, что мне три дня пришлось настраивать, да и то с помощью сети. Вторым отличием стала инъекция. Всем курсантам ввели препарат, очень напоминающий нефть, черный и смолистый. Наверное какой-то стимулятор, увеличившиеся нагрузки уже не воспринимались как запредельные.
Лекции по системам связи и их защите, способы защиты и противодействия были очень увлекательны. Меня разрывало на части от желания углубленно все это изучать. Это ведь отдельная и очень сложная специальность, даже специальное командное училище есть. Но времени на все не хватало. Стало его еще меньше, когда мы узнали, что будет на третьем курсе! Практика! Целых полгода нам предстояло служить в войсках планетарной обороны. Начиная от рядового, предстояло пройти весь путь до среднего командного звена. Понятно, что стажерами, но фишка была в другом. Мы должны были служить в частях, участвующих в реальных боевых действиях!
Перед отправкой нам выдали офицерские энерго мечи. Это единственное, что будет отличать нас от рядового состава. Наша группа вместе с еще тремя, отправлялась на верхний фронтир. Такие названия были в ходу давно, еще со времен рисованных карт, и значило это лишь то, что на карте эта область была вверху. Военные пользовались сферическими координатами, с точкой отсчета от столичной планеты. Мы отправлялись в сектор тридцать два.
глава седьмая
Порталов на фронтир не было. Пока система полностью не безопасна, в нее не открывают переходы. Средний десантный транспорт,а мы были отправлены с подразделениями на смену, прыгнул к центральному светилу системы. Именно там располагался центр управления обороны системы.
Наш транспорт плавно сел на зеленую планету. Леса и горы! Я дико соскучился по дикой, ладно не дикой, но не ограниченной стенами академии природе. Жаль, что пока я ее вижу только в иллюминаторе.
По какой-то традиции, командующий лично осматривал новоприбывших стажеров. Может подбирал для себя стажерку по красивее? Старшие групп доложили, генерал-адъютант прошелся перед нашим строем с довольным как кот видом. Ну, точно…
Свет в бункере моргнул, зарябил и чудовищная сила вбила меня в стену. Я сполз по стене и наблюдал отрывочные картинки. Изломанные тела офицеров и курсантов, оплывающие от какой-то зеленой жижи. Яркий луч солнца, проникший сквозь отверстие на стометровую глубину. Жирные клубы дыма, валящие из косой дыры в полу…
Сознание рывком пришло в норму. Найти выживших! Я бросился осматривать тела. Слава Богу большая часть курсантов находилась в стороне от эпицентра. Я бы даже взрывом это не назвал, как будто проткнули раскаленным прутом… Многие пострадали от зеленой гадости, мерзкая штука! Ткани тела просто распадаются, лишаясь стихии жизни. Пытался хоть как-то помочь, оттащить подальше от этой зеленой гадости. От генерала нашел только часть правой ноги, медленно распадающейся. Распечатав стационарную боевую мед капсулу, запустил ее на экстренную помощь и стал подносить раненых.
Неожиданно по открытому каналу армейской связи прошел вызов.
– Генерал! Отзовитесь! Центральный пост!
Блин! Что они там с ума сошли? На открытой волне вызывают! Бросился по лестнице вниз, к посту управления. Несколько пролетов были разрушены, но преодолел их быстро. Все также слышались вызовы с различных батарей, я влетел на командный пост и чуть не вывернул обед наружу. На постах управления расплывались зеленые лужи с остатками людей. На центральном посту горели сигналы вызовов, все системы действовали, а живых не было никого. Нейросеть выдавала какие-то предупреждения, но не требовала убраться от сюда немедленно.
Я стащил шлем главного оператора с головы разлагающегося трупа и давя тошноту одел. Заморгала настройка и я получил картинку. На проекции были отмечены пунктиром, предполагаемые векторы удара. Вот только система обнаружения не видела противника.
– Здесь центральный пост.– Я вышел на связь по закрытому каналу.– Доложить о потерях. Запасной командный пост. На связь!
– Центральный!– В голосах докладчиков слышалось облегчение.– Отмечены визуально попадания в оба командных пункта. Других повреждений не обнаружено, противника не наблюдаем.
– Кто из старших офицеров в строю? Кто может быстро прибыть на центральный пост? Генерал погиб. Весь центральный погиб.
– Кто это?– Опять панические нотки, черт!– На батареях я старший офицер! Капитан Мантьяго. Прибыть в центральный могу через два часа.
– Отставить капитан. Этого времени нам скорее всего не дадут. Обеспечьте эвакуацию населения в убежища… Я курсант Москвин. Нахожусь в центральном посту. Принимаю командование. Батареям боевая тревога. Первая, четвертая, семьдесят шестая и семьдесят восьмая аннигилирующими по полученным координатам. После залпа немедленно эвакуироваться. Вторая, третья, семьдесят пятая и семьдесят седьмая готовность к залпу немедленно. Аннигилирующими по новым координатам.
– Курсант, вы уверены?
– Выполнять!
На проекции отметились пунктиры ракет. Черт! Идиот! Если это нежить, то они должны изменять стихию жизни! Нейросеть тут же выдала темные пятна рассеивающейся стихии. Мать моя! Вокруг планеты столпилось целая куча этих пятен. Куда же я отправил ракеты? Нет, все нормально, они идут к двум самым большим и далеким пятнам.
– Всем остальным батареям! Заградительный огонь с высот в семь тысяч и, отсекая десант, до трехсот. Аннигилирующие до минимальной высоты!
– Курсант! У нас не останется боеголовок! Это самоубийство!
– Капитан! Заткнитесь и выполняйте приказ! Выживете, можете бросить мне вызов. Выполнять! Батареи готовность!
Как только первые ракеты достигли целей, в ответ полетели сгустки анти жизни. Нейросеть четко выдала координаты и по ним отработали следующие батареи. Тут же пришли в движение и темные пятна на близких орбитах. Похоже пошел десант…
– Всем батареям залп! Огонь по готовности! На нас десант пошел!
Батареи вели огонь по уже видимым в атмосфере кораблям до последнего. На занятиях мы столько раз отрабатывали подобное, но в реальности это было намного страшнее. Черт! Не отвлекаться! Я сейчас за командующего целой системы… твою мать!!! Спокойней. Какие силы приданы системе? Где это, где? Ага! Три монитора на ключевых точках, почему молчат?
– Мониторы! Ответьте центру!– Ору в микрофон, зачем? Голосовые команды и так считываются.– Доложить обстановку!
– Центральный. Тебя что, генерал отжарил? Чего орешь?– Появилось изображение офицера связи. Видимо ему не понравилась картинка за моей спиной.– Твою…!!! Что произошло?
– Планета атакована. Идет высадка десанта. Почему бездействуете?
– Мы не видим противника! Вы можете дать целеуказание?
Мои процессоры наконец выдали возможные параметры для обнаружения противника. Надо пробовать.
– Предположительно две зоны. Координаты… Пробуйте изменить параметры поиска, даю коды алгоритмов. Ребята, нас здесь скоро перебьют, поторопитесь.
– Держись курсант. Принцип алгоритма я понял, найдем га…
Связь оборвалась. Вариантов два. Самый худший, монитор уничтожен. Еще более худший, над центром опускается транспорт противника. Это подтверждается и отсутствием связи с планетарной группировкой. Бросился на верх, там раненые курсанты и кто-то из офицеров еще был. Пока карабкался наверх, броне двери взломали и слышался грохот металла по ступеням.
Вот более менее подходящая позиция. Из-за поворота на меня выскочили три бойца, закованных в броню. Ага! хрен вам по всей морде! Жаль ее не видно! Трое не помещаются на площадке! Надо вперед , а тут я…
Весь маневр у меня составлял три шага вперед, три назад. Прям рок-н-ролл! Бронированные прут, пытаясь задавить числом, а я тут как на танцплощадке, выдаю па за па. Пара па па па, пара па, папа рапа…
Отступать нельзя, хотя есть подобная позиция ниже, но с этой площадки вход в комнату с ранеными. Пара па па па, пара па, пара папа… Да сколько же вас? И ведь прут, не обращая внимания на потери! Пытаясь поддерживать ритм схватки, не заметил как стал напевать себе под нос.
Поднят ворот пуст карман он не молод и вечно пьян
Поделиться книгой: