Белый Волк. Начало

На втором этаже поднимаясь по лестнице можно было увидеть пару довольно манящих комнат. Как запертых, так и открытых. Будто в них есть какая – то загадка…

И вот дверь на чердак уже открывалась в противоположную от охотников сторону. Чердак ничем не был примечателен – пол из досок, кафедральный потолок. Выделялся, разве что, его размер. Туда можно было поместить три орка, если не четыре. Ещё и при всём этом добавить несколько орков.

Охотники положили на пол свои коврики и вышли на улицу чтобы начать расследование.

– С чего начнём? – спросил Амос.

– Я думаю сначала стоит расспросить людей о происходящем. – ответила Рина.

– Я займусь этим. – говорила Саша. – Я знаю жителей этой деревни. Раньше мы с Фёдором Валерьевичем ездили сюда к нашим родственникам.

После слов Саши Костя сказал, что будет искать улики. А бородач будет стоять на обзорной башне на случай нападения убийцы. Все сразу выбрали себе работу, так что Островская пошла на поиск улик с Леоновым. Костя не был против, ведь теперь не придётся разговаривать самому с собой, чтобы не умереть со скуки.

Охотники разошлись.

Тем временем у Климента…

Климент был в недоумении от того, что с ним происходило на тренировке. Но он догадывался о том, кто мог за это отвечать. Пока все эти «дьявольские шутки» не кончились убийством или самоубийством надо как можно скорее покончить с этим. Для этого Агееву нужно снова вернуться в ад и убить Кербероса Второго. На тот момент Климент понимал, что если лишит его жизни, то с большей вероятностью развяжет войну. Но на тот момент ему было абсолютно плевать. Он жаждал мести и был готов пожертвовать всем чем угодно ради достижения своей цели.

Климент решил снова пойти к Инессе. Но на этот раз с угрозами и матами.

Выломав дверь, Климент вошёл со словами «Верни меня туда, сука!» Рогова также была абсолютно спокойна, продумав тысячи вариантов действий.

Агеев одной рукой схватил Инессу за шею, а другой представил перед ней меч. На лбу охотника почти лопались от злости вены. Его переполняли эмоции, рождаемые воспоминаниями.

Оружие всё ближе и ближе приближалось к шее. Но это движение остановили слова ведьмы:

– Подумай, что станет и кем станешь ты… Не человеком, который окончил войну, а нелюдью из королевских охотников, который её развязал.

Агеев замахнулся мечом, закрыв глаза чтобы не видеть её крови. Когда он их открыл, увидел перед собой кривую «избитую» дорогу, по которой скакали скелеты лошадей, на спине которых сидели мертвецы. Видимо лошади тоже попадают в ад… Смотреть ему на это мешали оголённые и колющие деревья. Некоторые из них сами загорались ярко-красным огнём. Для преисподней это было в порядке вещей…

Охотник был в лесу, путь которого шёл к замку дьявольского короля. Но расстояние до него – около четырёх тысяч метров. Да и двигаться надо незаметно, ведь на Климента объявили розыск. Было довольно глупо объявлять вознаграждение на человека, проживающего в другом мире. Даже несмотря на это, повсюду весело его небритое лицо, нарисованное на бумаге. А ведь многим хотелось получить за его голову три миллиона костяных монет!

Пройдя пол пути, Клименту встретилась кровавая река, из которой были слышны голоса человеческих душ, давно покинувших людские тела. За этим было жутко наблюдать слушая о том, как умерший пару лет назад алкаш отрезал себе руку на спор в юности… Или о том, как погибшая в пожаре немолодая женщина, в тайне влюбившаяся в своего друга, пристрелила свою дочь за то, что та переспала с ним.

Агеев нехотя пересёк эту реку, в каком-то смысле плавая в грехах народа. С его брони стекали капли крови, а белая рубаха теперь приобрела красный цвет.

Идя дальше, охотник набрёл на старую разломанную конюшню с лошадьми. Точнее их костями… Странно что внутри не было ни одного мертвеца. Климент спокойно взял себе скелет коня, на котором уже было седло, и так же спокойно поехал на нём, объезжая толпы и не привлекая к себе внимание.

Через пол часа Агеев был около крепости замка. К слову, она была довольно большой. Занимала почти половину всего чистилища. Стена, как и башни по углам, были каменными. Замок был так же из камня.

В башнях стояли мёртвые сторожи. На ногах у них был чёрный мех, как у викингов. На их головах надеты шлемы со стальными рогами или масками, используемые для пыток. У каждого было по луку с саадаком стрел, загоравшихся во время полёта.

К воротам на королевскую территорию подъехала повозка с едой и военным оружием. Климент слез со скелета и тихо залез внутрь. Повозка заехала в ворота. Там её встретил стражник и начал спрашивать что-то вроде «Что там? Откуда везёшь?». После ответов кучера охранник вот-вот подошёл проверить товары, но его отвлекли звуки колокола.

Всю стражу позвали на обед, и караульный сказал, что проверит позже, после чего ушёл. В такие моменты действительно кажется, что королевской охране действительно плевать на свою работу.

Охотник вылез и тихо на корточках подбежал к кучеру. Не успел мертвец повернуться, как ему в лицо прилетел кулак. Он упал с повозки. Агеев быстро снял с него одежду и надел её на себя, оторвал рукав своей рубахи и намотал на голову в виде банданы.

Затем сел на повозку, взялся за повод, после чего скелеты лошадей сразу же пошли к одной из оборонных башен, стоящих возле замка. После звона колокола королевский двор стал абсолютно пустым, так что везти повозку можно было не скрываясь. Двор был не особо большим, поэтому через пару минут Агеев спрыгнул с повозки.

На стене весел факел. Климент взял его и поджёг повозку. Сейчас на его глазах сгорели товары, купленные на миллионы костяных, но Агееву было на это всё равно. Ведь он не хотел, чтобы оружие было в руках у своего врага.

Охотник забрался на самый верх башни. Там стоял мёртвый сторож, но расправиться с ним, как и с кучером, не составляло большого труда. Точнее никакого. Мертвец был скинут на землю.

Зачем же Агеев пошёл на верх? С верху охотник прыгнет на крышу тюрьмы, находящейся в замке. Затем он разобьёт окно и проберётся внутрь, очень тихо проходя мимо камер с преступниками. И, наконец, выломает двери в королевскую комнату Кербероса второго.

Всему этому плану мешала одна маленькая случайность – Климент боялся прыгать. Наверное, каждый человек бы побоялся. Особенно с семидесятиметровой высотки на сорокаметровую. Но в его рыжей голове были такие мысли: «Так, ладно… Сейчас я закрою глаза, оттолкнусь, и вот я уже на месте…»

Глаза Агеева закрыты. Слышны только ветер и хруст костей. Охотник открыл очи и, обернувшись, увидел ту самую высокую башню, с которой было страшно прыгать.

Сердце быстро билось от страха, будто вот-вот взорвётся. Охотник пошёл по крыше и почувствовал сильную боль в коленях, понимая, что если он начнёт бежать, то через пару метров упадёт. Из-за этого ему пришлось идти со скоростью черепахи, если не улитки.

«На балкон спуститься не получиться. – думал Климент. – Придётся лезть через люк».

Он медленно открывал старый скрипучий люк. Этот звук слышали заключённые со всего этажа, если не с двух…

Тем временем у охотников…

С тех пор, как охотники разошлись, не было найдено ни одной улики. Неужели убийца действовал настолько профессионально? Тогда кто это мог быть?

Потрошителем может быть и человек из соседней деревни, но до ближайшей точки проживания тут около пяти километров. Да и смысла нету проходить такое расстояние каждую ночь. Так что злодей скрывается среди своих.

Костя, Саша и Рина встретились около дома Ореховых. Амос всё стоял на башне.

– Вы что-нибудь нашли? – спросила Гронская.

– Нет. А ты? – одновременно спросили Островская и Леонов, после чего с улыбкой переглянулись друг на друга.

– Тоже ничего… – ответила Саша.

– Что будем делать? – поинтересовался Костя.

– Уже темнеет. Может пойдём отдыхать? – сказала Островская.

Охотники пошли в дом. Перед сном они решили поесть за столом вместе с Ореховым и его дочерью. Это первый их приём еды за последние двое суток, так как из – за всех своих дел на это не было времени. Интересно, как они ещё не ослабли…

Саша, Костя и Рина сели ужинать. В это время к ним присоединился Амос. За столом была напряженная тишина, а на столе стояла большой поднос с жаренной драконьей головой. Приготовлена она довольно вкусно. Напоминала вкус рыбы и гуся вместе. Ну и пара серебряных вилок с тарелками с различными цветными узорами…

Леонов спросил:

– Вы сами готовили?

– Да. – ответил Орехов. – Недавно ездил на охоту. В чаще леса возле хижины лесника спали три дракона. Я тихо подошёл к одному из них, облил моментально действующим ядом и разрезал на части.

– Возле какой хижины лесника? – поинтересовался Костя.

– В севере от деревни живёт учёный. Ну сами понимаете, таким людям надо быть в тишине…

– Ну да… – заинтересованным голосом сказал Леонов.

После усач спросил у дочери как она провела день. Василиса своим пронзительным детским голосом ответила, что сегодня ходила в лес и целый день провела там. Но что она там делала не поинтересовался никто кроме охотника. Вот что значит «отцовская забота и внимание». Неужели хозяин дома думает, что если его дочь приходит домой без царапин и порванной одежды, то с ней всё в порядке и ей можно днями на пролёт ходить по лесу? Скорее всего мысли у Орехова именно такие…

В лесу Василиса играла со своими друзьями – такими же детьми, как и она. Но то, что было сказано ей потом, напрягло охотников. Но только не её отца. Вот какую историю она рассказала:

В чаще дети решили поиграть в прятки. На то чтобы спрятаться давалось две минуты. Думаю, что для семи человек этого времени вполне достаточно. Кто-то спрятался в стоге сена. Кто-то закопал себя травой… А Василиса решила затаиться за деревом, на котором был пчелиный улей. В это место вряд ли кто-то сунется. Так что выигрыш должен был быть предусмотрен, если бы не резко появившийся перед лицом дым. И не было даже предположения о том, откуда он взялся. Ни огня, ни гранаты.

И вдруг серое облако, окружившее девочку, плавно сменилось розовым небом, радугой и красочным разноцветным полем, заполненным такими же разноцветными деревьями и разными фруктами на них. Например, бананы на берёзах и вишня на осине.

Для шестилетнего ребёнка этот мир являлся идеальным. И воспоминания о нём не должны оканчиваться падением в яму десятиметровой глубины, куда девочка и провалилась. При ударе о землю она даже боли не чувствовала. К ней подошёл её папа, наклонился к ней, положил руку на плечо и неразборчиво сказал «я тебя ненавижу», после чего из его рта начали вылезать черви, а краснеющие глаза истекать кровью.

Он с опущенной головой повис в воздухе и грубым дьявольским голосом говорил «ецонк бзилко. Еогсв ирам ен дубет. Донкига.». Если б хоть кто-то слышал этот громкий леденящий душу крик, словно колокольный звон, сообщающий о войне.

Василисе в тот момент было достаточно всего-то моргнуть, чтобы избавиться от всего этого кошмара и снова увидеть перед собой тот самый лес, где и шла забавная детская игра. Ведущий пряток всё так же отсчитывал время до начала поиска. Значит, что за это время, которое девочка провела в «другом мире», в этом прошло лишь пару секунд.

На её лице был шок, который нельзя было описать словами. Ребёнок увидел перед собой мёртвого отца, в которого вселился бес. Что может быть для неё ещё страшнее? Ничего.

Орехова потёрла глаза и вернулась в спокойное состояние, после чего продолжила играть, но уже не с таким весёлым видом как прежде. Скорее безэмоционально.

После рассказанной истории лицо усатого никак не поменялось. Даже появилась насмешка и недоверие. Хотя как можно было не поверить – мировая загадка. Василиса волновалась, заикалась. Порой даже вскрикивала.

Когда рассказ прекратился, Орехова продолжила есть и вдруг заметила, что на её шее нет верёвки с мешочком. Она попросила охотников помочь его найти, на что они сразу же согласились. Но завтра…

Костя, Саша, Рина и Амос пошли на чердак спать. По пути охотники шёпотом говорили о хозяине этого дома и о том, насколько он может быть опасен.

Леонов решил, что утром допросит его друзей. Осталось только узнать кто они и есть ли они вообще. Кажется, что у Кости большие планы на следующий день. Но успеет ли он выполнить все свои планы? Ведь эти детективные дела требуют достаточно времени.

Охотники сняли броню, убрали оружие и легли спать. Но этой ночью Косте не спалось и он решил пойти и посидеть возле озера. Может быть подумать о своём новом стихотворении…

Леонов сел на траву, не отрывая глаз от озера. Его мысли были заполнены скорее множеством вопросов, чем творчеством. Он думал о предстоящей войне и её последствиях. Будет ли конец счастливым? Не подведёт ли он своё войско в самый нужный момент? Или может его вообще убьют после первого выстрела?

За спиной слышны шаги. Обернувшись, Костя увидел, как к нему подходит Гронская и подсаживается рядом.

– Не спится? – поинтересовалась Саша.

– Да… Мучают вопросы… – тихо, но с тревогой ответил охотник.

– Какие?

– Ты хочешь войну? – спросил Леонов вполголоса.

– Нет… – так же вполголоса ответила королевская дочь. – Но видимо без неё никак.

– Если честно, это моя первая война… И я переживаю за эти миллионы людей. А вдруг от меня будет зависеть их жизнь, и в этот момент я ничем не смогу помочь?

– Без обид, но от тебя их судьба зависеть явно не будет. – улыбнулась Саша. – Ты – начинающий охотник. Да и мой отец тебе пока не сильно доверяет…

– Ну да…

– Почему ты сюда пришёл?

– Решил сбить тревожные мысли своими… «стихами». – ответил Костя.

– Пишешь стихи?

– Писал. В детстве. Мне тогда было двенадцать.

– Почитаешь?

– Только не смейся… – неуверенно согласился охотник.

Леонов встал и, будто поэт перед публикой, начал читать:

Одна как волк.

Вцепясь зубами в глотку

Молит о помощи… Крича.

Другая – тонкая как лёд.

Её легко разбить…

– красиво… – казала Саша. – Кому он посвящён?

– В школе мне нравились две девочки. Одновременно. Первая была такой… Ранимой и скромной. А вторая… смелой и самостоятельной. Если у неё что-то не получалось, то «молила о помощи»… – рассказывал охотник.

Вдруг, откуда не возьмись, над озером маленькими разноцветными огоньками закружились феи. И вот лица Кости и Саши медленно приближались друг к другу. До соприкосновения губ оставалась пара миллиметров. И эти движения бы не прекращались, если бы не лай овчарки Ореховых. Как специально. Будто она на своём языке говорит: «Не надо. Ты об этом пожалеешь». Может быть она это и пыталась донести двум юным охотникам.

– Ладно, я, наверное, пойду… – сказала Гронская.

– Хорошо, я тоже скоро… – еле слышно проговорил Костя.

На следующий день…

Ранним утром охотники начали собираться, чтобы выполнить все свои планы в то время, пока Ореховы ещё спали. Первым делом они решили посетить хижину лесника.

Выйдя, они увидели возле будки овчарки какой – то недоеденный кусок мяса. Вероятно, хозяин дома выходил покормить пса ночью.

Пройдя уже достаточно от деревни, невдалеке виднелся маленький деревянный домик с крышей, сделанной из соломы. Дверь была без ручки и скважины, значит открывалась без ключа. Рина открыла дверь. Охотники зашли и увидели перед собой стол, пару стульев, стену, обклеенную листками бумаги с различными формулами, кровать и сидящего на полу мужчину лет сорока с ружьём в руках. Он сильно трясся и, скорее всего, был кем-то запуган.

Мужчина увидел охотников и направил на них оружие с просьбой уйти отсюда, после чего нёс какой-то бред: «Они здесь! Хотят убить меня! Я знаю, они это вы!».

Охотникам ничего не оставалось, кроме как поднять руки в надежде, что этот сумасшедший не нажмёт на спусковой крючок. Амос вместе с Леоновым с трудом отговорили его стрелять.

После того, как отшельник убрал ружьё, Костя начал его допрашивать:

– Как вас зовут?